Волчий Мейстер

Арья была благодарна Старым Богам за лёгкий морской бриз, который дул с озера. В палатке лазарета, установленной после битвы, царила суматоха. Крестьяне, солдаты, оруженосцы и даже рыбаки спешили помочь раненым. В палатке витали ароматы мёда, масла, вина и уксуса, которые перебивали запах крови и ран. Повязки из хлопка и льна были замочены в тёплой воде, вине или уксусе и готовы к использованию после того, как раны будут промыты и очищены. Прошло много времени после битвы при Божьем Оке, а колонна солдат всё ещё терпеливо ждала лечения. Это было связано не с отсутствием срочности или недостаточной подготовкой. Перед сражением были заготовлены большие запасы трав, мазей и других лекарственных средств. Когда бои закончились, мальчишки из Зимнего городка пригнали телеги, чтобы перевезти раненых в палатку. Джон и Талиса сделали всё возможное, чтобы сначала вылечить наиболее тяжелораненых. К сожалению, не всех из них удалось спасти, но многим удалось стабилизировать состояние. Были вправлены сломанные кости, закрыты раны. Джон извлекал стрелы и арбалетные болты, ампутировал конечности, а также продемонстрировал правильную чистку, сшивание и уход за ранами. Он подчеркнул, что повязки должны быть влажными и регулярно заменяться. Затем её брат ушёл, чтобы либо оплакать смерть Джори, либо заняться пленниками. Арья закончила разносить еду и питьё — подогретый твёрдый хлеб и бульон. Так как у них не было мисок, суп подавали в шлемах, предварительно очищенных кипятком. Большой Джон выпил две порции, когда мимо него пролетел поднос, расшвыряв ломти хлеба. — Зачем нам лечить просторовцев? Мы должны убить всех! — в своём горе Лорд Рикард не расчёсывал и не мыл ни волос, ни доспехов. Его седые борода и волосы были растрепаны, а белое солнце на груди было запятнано кровью. — Битва окончена, милорд, — сказала Талиса, оторвавшись от зашивания раны на ноге. Пациентом оказался долговязый сквайр, чьё упитанное лицо контрастировало с измождённым лицом Рикарда. — Они наши враги. Мы спасаем наших врагов и ничего не делаем для своих, — продолжал рассуждать Лорд Кархолда. — Милорд, мы сделали всё, что могли. Джон Сноу позаботился о вашем сыне Эддарде. Если всё будет хорошо, он потеряет только два пальца. Что касается Харриона, мы со Сноу осмотрели его. Будем надеяться, что он очнётся. Сейчас мы мало что можем сделать, кроме как ждать, — сказала Талиса. — Они убили моего сына Торрхена, ранили Харриона и отрубили пальцы Эддарду. И ты хочешь, чтобы я просто сидел и ждал?! — прокричал он. Он возвышался над миниатюрной целительницей. — Карстарк, — Большой Джон указал на испуганного оруженосца. — Этот не имеет к этому никакого отношения. Он упал со своей лошади. Гора напал на двух твоих старших сыновей. Тот, кто ранил Эддарда, давно мёртв. — А тебе какое дело, Амбер? Твой сынок копал траншеи, пока мои сыновья сражались. Лицо Лорда Последнего Очага побагровело, под стать большому синяку на щеке от вражеской булавы. — Ты назвал моего сына трусом? Я думал, что Харрион был единственным Карстарком, раненным в голову. Два могущественных северных лорда кружили друг вокруг друга. Рикард Карстарк был высоким, крепким и свирепым, и его меч был длиннее самой Арьи. Они ещё не обнажили оружие. Дейси Мормонт выхватила свою грозную булаву. Она навещала своих раненых солдат, пока Лира разбиралась с мёртвыми. — Если вы, идиоты, хотите подраться, делайте это на улице! — рявкнула Дейси. Карстарк умчался прочь, а Большой Джон застенчиво сел. Кроме Болтонов, ни один дом не понес таких потерь, как Мормонты. Талиса благодарно улыбнулась и вернулась к работе. — Дейси, мне так жаль... — скорбно произнесла Арья. Медведица опустила свое оружие. — Я тоже скучаю по ней, милая. Но она умерла, сражаясь, и поймала своего волка — по крайней мере, на несколько ночей. — Она спасла жизнь моему брату. — Медвежий остров верен дому Старк, а в жилах Джона Сноу течет кровь Старков. И Джори была счастлива остаться рядом с твоим братом. Сноу поклялся вернуть ее кости в Усадьбу Мормонтов, — сказала Дейси. — Я знала свою сестру, Арья. Она не хотела бы, чтобы мы оплакивали ее смерть, а желала бы, чтобы мы пили, ели, пели и веселились. Смерть тяжелее всего дается живым. — Как прошла битва на вашей стороне? — спросила Арья. — Тяжело. Там было много всадников, охранявших фланги, а они хорошие бойцы. Мы были сильнее, но несли потери. А потом появился Клиган, — начала Дейси. — Джон думал, что Гора будет с людьми Ланнистеров, — сказала Старк. — Клиган — скотина и трус. Он убил своих людей и союзников, чтобы спастись. Сноу сказал нам, что они надеялись убить его с помощью копейщиков. Хороший план, лучше, чем сражаться врукопашную. Я понимаю, почему Лорд Рикард сердится. У его сыновей не было никаких шансов против Горы. — Почему монстры живут, когда хорошие люди умирают? — горько произнесла Арья. — Война еще не закончилась. Клиган дважды спасся — у Трезубца и у Божьего Ока. Его удача может скоро закончится.

***

Робб оглядел людей, ищущих в мрачной атмосфере павших товарищей. Пять тысяч человек погибли на Огненном Поле, сожженные тремя драконами Таргариенов. Десять тысяч пали вместе с Деймоном Блэкфайром на Краснотравном Поле. И теперь более двадцати тысяч человек были убиты в битве у Божьего Ока. — Лорд Старк, — говорившим был сир Гарибальд, рыцарь, отрекшийся от своего дома в Королевских Землях ради звездных кристаллов и семицветного плаща Сыновей Воина. Он сопровождал шестерых женщин в тускло-серых балахонах и капюшонах, испачканных засохшей кровью, и усталого септона. — Милорд, — септон нервно поклонился. — Семиконечная Звезда гласит, что загробная жизнь — это сладостное блаженство, где мужчины и женщины могут отправиться в далекую страну, чтобы смеяться, любить и пировать до конца дней в Золотом Зале Отца. Мы знаем, что есть семь небес и семь преисподних, и что благочестивый человек... — Продолжай! — рявкнул Черная Рыба. — Лорд Старк, грешники, которые не раскаиваются в своих преступлениях, попадают в Пекло. Молчаливые сестры хотят очистить тела и подготовить их к погребению. Тогда септоны, вознося молитвы над могилой, проведут их на небеса, — объяснил сир Гарибальд. — Если их не сопроводят молитвы, они могут быть прокляты навеки, — пискнул септон. — Пусть люди Болтона катятся прямиком в Пекло. Русе скоро присоединится к ним, — хмыкнул Большой Джон. Амберу, возможно, было наплевать на Веру, но это не относилось к речникам, рыцарям Долины и Мандерли. — Сколько у вас Молчаливых Сестер? — спросил Робб. — Дюжина, милорд, но поблизости, в Королевских Землях, их больше. За несколько дней смогли бы собрать больше Сестер, — ответил септон. Старк покачал головой. — Этого недостаточно. Даже при тысяче трупов в день это заняло бы больше двух недель. У нас нет времени. Джон говорит, что непогребенные тела несут болезнь, которая поразит живых. Я не хочу, чтобы раненые умирали из-за тех, кто уже мертв. Но я позволю поднять курган над полем боя. Вы можете очистить тела и собрать кости после того, как они будут сожжены. Скажите нужные молитвы, и похороните их, как пожелаете. — Благодарю вас, милорд, — поклонился септон, и мужчины и женщины Веры ушли, чтобы позаботиться о мертвых. — А нам-то какое дело? Почему мы не идем в Королевскую Гавань? — закричал Лорд Карстарк. — Наши люди устали, как и лошади. У нас много раненых. И есть пленники, — сказал Робб. Север захватил в плен столько же людей, сколько убил. Просторцы были лишены доспехов и оружия, но все еще нуждались в охране. Вены на шее лорда Карстарка вздулись, когда он продолжил обвинять Робба Старка. — Я предлагаю убить всех пленных. Мы должны были расправиться с ними ещё на поле боя. Убейте их сейчас же и покончите с этими изменниками! — потребовал Карстарк. — Они сдались в бою, милорд. Я даровал им жизнь! — ответил Робб. — Милосердие? Какую милость Тайвин Ланнистер оказал вашему отцу? Или Гора — Торрхену? — спросил Карстарк. — Наши пленники не убивали вашего сына. — Тогда позвольте мне отправиться в погоню за Горой, — сказал Рикард. — Я догоню его ещё до Королевской Гавани и привезу вам его голову. — Нет. Мы не знаем местность отсюда до Королевской Гавани. Некоторые силы Тиреллов бежали и, конечно, выставят дозорных на Золотой дороге и Королевском тракте. Они могут устроить вам засаду, если вы сейчас пойдёте на юг, — ответил Робб. — Вы знаете, как выигрывать битвы, лорд Старк, но вы не знаете, как выиграть войну, — сказал Карстарк и, топая ногами, пошёл прочь мимо других северных лордов. — Мой лорд, не обижайтесь на него. Карстарк просто зол из-за потери сыновей, — сказал Большой Джон. — Я знаю, милорды. Вот почему я не буду обращать внимания на его замечания, — устало произнес Робб. С другой стороны, он не был уверен, что сможет наказать Карстарка. Дом Болтон исчез вместе со своими двумя тысячами воинов. Выживших из Дома Дастин и дома Рисвелл можно было пересчитать по пальцам. Что касается дома Мормонт, то половина их людей погибла в бою, а остальные были ранены. — Лорд Старк, что вы собираетесь делать дальше? — спросил Черная Рыба. Робб не был уверен. Он не боялся столкнуться с армией Тиреллов на поле боя. Напасть на город с высокими стенами, а затем на Красный Замок на высоком холме Эйгона — совсем другое дело. А внутри Красного Замка, по словам Джона, была еще более сильная крепость — Твердыня Мейгора. Лошади и кавалерия мало что значили в такой битве. — Сейчас важнее, чтобы наши раненые поправились. Посмотрим, как отреагирует Железный Трон. — Вам придется обратиться к пленным. Мы не можем долго охранять столько людей, — сказал Бринден. Робб кивнул. Ему нужно увидеть своего брата. Они должны решить дело с домом Болтон.

***

Джон Сноу покинул палатку, где находились самые важные пленники. Среди них были Лорд-Пиявка, который упорно молчал, несколько дюжин лордов Простора, готовых раскрыть любые секреты, и Рендилл Тарли, призывавший всех к молчанию. Сноу подошёл к берегу Божьего Ока. Вода в озере была прохладной, а на её поверхности отражались звёзды. Сегодня днём произошло нечто странное и пугающее. Озеро, которое обычно не замерзает, было покрыто льдом. Температура воздуха была ниже, чем во время самых сильных гроз на Севере. Джон не очень хорошо разбирался в магии, но он был уверен, что не смог бы сотворить такое колдовство. Он мог видеть глазами волка или ворона, но заморозить Божье Око, самое большое озеро в Семи Королевствах, — это уже слишком. Утром вода в озере была тёплой и зелёной, и казалось невероятным, что ройнарский водный волшебник или повелитель драконов в Век Героев смогли бы такое сделать. Не говоря уже о Джоне. В воде было что-то, что забирало тепло и цвет. Он видел бледные и бескровные лица. Воины маршировали, их голубые глаза и бледно-белая кожа пугали. Они были одеты в богато украшенные доспехи и несли длинные хрустальные мечи, которые слабо светились голубым светом, словно звёзды и лунный свет. Они исчезли в белом тумане. Джон снова задумался, что же он увидел. Могло ли это быть прошлым? Или, возможно, будущим? Неужели эти существа правили Божьим Оком тысячи лет назад? Они принесли холод, и их сила намного превосходила любую угрозу со стороны Тиреллов или Ланнистеров. — Джон, — голос брата вывел его из оцепенения. Он обернулся и увидел двух лютоволков с Роббом, энергичного Серого Ветра и молчаливого Призрака. Он встал и пошел прочь от озера. Были вещи, которые он не мог объяснить Роббу, и среди них были странные существа изо льда и холода. — Заключенные заговорили? — спросил его брат. — Просторцы. Они говорят что у Тиреллов все еще есть люди в столице, от пяти до десяти тысяч мечей. Половина армии Ланнистеров сражалась здесь, а другая половина осталась с Лордом Тайвином. Так же у Трона есть наемники, Золотые плащи и гвардейцы, — ответил Джон. — А что насчет Болтона? — Он отказывается отвечать на наши вопросы. Сомневаюсь, что он сломается. Ему нечего терять, и он не расскажет нам, как он посылал или получал сообщения, — поджал губы Сноу. — Тот, кто был его посланником, может быть мертв. Все люди дома Болтон были убиты на поле боя, — заметил Робб. — Возможно, но он спрятал своего бастарда среди людей другого дома. Болтон хитер. В нашей армии могут быть и другие шпионы Ланнистеров, — задумчиво произнес Джон. — Тарли что-нибудь сказал? — Он тоже хранит молчание. Но его сыновья говорят, что сегодня утром какой-то человек доставил сообщение. Они не видели ни лица, ни герба. Заговор, похоже, был между Тайвином и Русе Болтоном, и Тарли, как командир, был проинформирован. Сир Бейлор и другие лорды Простора утверждают, что ничего не знают о предательстве. — Карстарк собирается выступить в Королевскую Гавань. Он жаждет получить голову Горы. Но я не уверен, хватит ли у нас людей для этого. Из Болтонов, Рисвеллов и Дастинов погибло три тысячи человек. Ещё двадцать пять сотен убитых и три тысячи раненых, хотя многие из них поправятся благодаря тебе и Талисе, — рассказывал Старк. — Значит, мы потеряли три с половиной тысячи человек, — на мгновение задумался Джон. — У нас всего десять тысяч здоровых людей. Какова твоя цель? Ты хочешь победить Ланнистеров? Захватить Королевскую Гавань? — Мы можем захватить Королевскую Гавань? — удивлённо спросил Робб. — Да, но нам придётся быть безжалостными. Тайвин Ланнистер сжёг Речные Земли. Хочешь сделать то же самое с Королевскими Землями? — спросил его брат. — Марш на юг? Как бы ты напал? Собираешься последовать за Карстарком в охоте на Клигана? — Карстарк ошибается. Не стоит гоняться за бешеным псом, нужно заставить его выйти на открытое пространство.В Королевскую Гавань ведут четыре дороги: Королевский тракт, дорога Росби, Золотая дорога и Дорога Роз. Тиреллы и Ланнистеры проиграли нам на поле боя и теперь спрячутся за своими стенами. А мы можем разграбить все крепости и поселения в округе и лишить их продовольствия. Сожги ячменные и пшеничные поля близ Росби и Стокворта. Перекрой Королевский тракт. Контролируй прилив возле Золотой дороги. Что касается Дороги Роз, то силы Простора либо мертвы, либо захвачены, либо находятся в Королевской Гавани. Хайгарден не будет нам сопротивляться, — ответил Джон. — Этот город будет голодать долгое время, — заметил Робб. — Как я уже говорил, мы должны быть безжалостными. Лорд Карстарк предпочёл бы пойти на штурм стен Королевской Гавани. Бороться с гневом — глупо и приводит к гибели людей, — пожал плечами Сноу. — Ты злишься из-за смерти Джори. — Я более чем зол. Джори не должна была умереть. Я должен был погибнуть в битве при Божьем Оке, а не она. Я скорблю о ней позже, но наши враги заплатят за её смерть сейчас. И осада может продлиться не так долго, как ты думаешь. В Королевской Гавани живёт пятьсот тысяч человек, но там есть только один источник чистой воды — река Черноводная, — сказал Джон. — Отравить реку? Возможно ли вообще отравить Черноводную? — удивленно спросил Робб. — В этом нет необходимости. Во время правления Джейхейриса Мудрого септон Барт вырыл колодцы за пределами города, чтобы добраться до русла реки. Они построили трубы и туннели, по которым в город поступает пресная вода, и цистерны, питающие фонтаны и площади Королевской Гавани. Мы разрушим трубы, опорожним цистерны и закопаем туннели. Без воды город падет. — Значит, ты хочешь отрезать город от пищи и воды. Десятки тысяч умрут. А Санса в Королевской Гавани. Если в городе не будет ни еды, ни воды... — начал Робб. — Санса не будет страдать ни от жажды, ни от голода. То же самое можно сказать и о Тайвине Ланнистере, и о Мейсе Тирелле. Солдаты будут в более тяжёлом положении, чем высокородные лорды, а простолюдины — чем солдаты. Их армия будет вынуждена покинуть крепость и встретиться с нами в открытом бою. Их люди будут уставшими, голодными, жаждущими. Они будут умирать как мухи. — Не знаю, смогу ли я пойти на это. Путь тёмный и кровавый. Погибнут десятки тысяч людей. И жизнь Сансы в опасности, — сказал рыжеволосый, нахмурившись. — И как ты планируешь вернуть Сансу? — спросил Джон многозначительно. — Победы — это хорошо, но победы в Божьем Оке недостаточно. Война закончится тогда, когда мы разрушим Королевскую Гавань. Лучший способ — это не атаковать ворота, а взять город измором. Тайвин Ланнистер разорял Речные Земли, грабил и насиловал. Осада Королевской Гавани — это лишь тень того, что он сделал. — Но это был Тайвин Ланнистер, а не наш отец, — сказал Робб. Только не мой отец, подумал Джон. Мой отец погиб на Трезубце. — Восстание Роберта Баратеона закончилось разграблением Королевской Гавани. Там не было никакой чести. Эта война тоже может закончиться подобным образом. И Железный Трон, или тот, кто сидит на этом стуле, никогда больше не побеспокоит Старков вновь.

***

Когда Арья вышла из палатки, солнце сияло высоко в небе. Она провела бессонную ночь, покидая медицинскую палатку только тогда, когда усталость становилась невыносимой. Нимерия медленно подошла к ней, высокая и грозная, как Серый Ветер и Призрак. Живот Арьи заурчал. У озера был устроен большой полевой лагерь. Арья глубоко вдохнула и почувствовала запах свежеиспечённого хлеба, жареного бекона и только что пойманной рыбы, приготовленной на костре. Хлеб был не сухим, а ароматным и тёплым. Солдаты и крестьяне разгружали корабли, а мешки с картошкой, луком и репой несли к печам. Застенчивая девушка из деревни протянула Арье кружку чая с молоком. Арья взяла из большого глиняного горшка хлеб. Он был восхитительным, с фруктовым привкусом, и напомнил ей о Пирожке. — С маслом вкуснее, — сказал Пирожок, протягивая поднос с хлебом, сделанным в форме лютоволка. — Пирожок, как ты здесь оказался? — спросила Арья друга. За его спиной Джендри ел хлеб, фаршированный беконом. Нимерия понюхала поднос, потом повернула голову и фыркнула. — После битвы нам прислали ворона в Харренхолл. Мы погрузили припасы и стали ждать, когда корабли прибудут в Харровей. Я отплыл вечером и высадился на рассвете, — ответил он. — Я хочу вам кое-что сказать, — произнёс Джендри, делая акцент на каждом слове. Казалось, он напряжённо размышлял. Толстяк стыдливо уставился в землю. — Арри, твой брат Джон — волшебник, — сказал Пирожок. — Кто? — переспросила Арья. — Волшебник. Колдун. Мастер тёмных искусств, — Пирожок нервно огляделся. — Это просто смешно. Джон — мейстер, а не волшебник, — усмехнулась девочка. — Арри, так говорят на кораблях. Матросы и капитан, — настаивал мальчик. — Я разговаривал с людьми, которые бороздили озеро. Они никогда не видели ничего подобного. На озере разразилась страшная буря. Высотой в двадцать футов были волны. А воздух стал холодным, как лёд, — добавил Джендри. — Ну и что с того? Плохая погода ничего не доказывает, — огрызнулась она. — Арья, в битве подул дьявольский ветер. Утром ветра не было, я спросил капитана Мандерли. Такой ветер никогда не дует с реки или озера. Даже в Студеном Море он никогда не видел такого сильного шторма. И ветер сдувал пыль и грязь в лицо врагу. Твой брат вызвал бурю, — настаивал кузнец. Арья закусила губу. Она вспомнила небо, ставшее пепельным, крик Джона о пыли и Мормонтов, вонзающих копья в землю. Ей было все равно, что сделал ее брат. Джон всегда защищал ее, и она никогда не подвергала сомнению его действия. — Не говорите ему, что я рассказал, — взмолился Пирожок. — Я не хочу стать жертвой и быть съеденным демоном. Она закатила глаза. — Если бы мой брат был магом, он бы уже узнал об этом. И он планирует отомстить людям, которые распространяют ложь. Толстяк выглядел так, будто вот-вот заплачет. — Это не ложь, — нахмурился Джендри. — Информация распространится. Люди уже шепчутся об этом. — Джон не занимается чёрной магией. Он просто вредит врагам Севера, — сказала девочка, поджав губы. — Твой брат пугает меня. Он пугает всех, — сказал кузнец в ответ на энергичные кивки Пирожка. — Хорошо. Они должны бояться. Ланнистеров. Тиреллов. Мой брат — волк, и он убьёт любого, кто нам угрожает, — пообещала Арья.

***

Они тащили за собой Русе Болтона. Он полз, его искалеченные ноги не могли выдержать веса тела. За ними следовали лорды Простора и сир Аддам Марбранд. Робб Старк сидел на возвышении, но все взгляды были прикованы к Джону Сноу. В землю были вбиты деревянные колья с перекладиной, достаточно высокой, чтобы повесить человека. На коленях у Джона лежал Губитель Сердец. Когда пленники со связанными руками подошли к деревянному помосту, Джон отложил обнажённый клинок в сторону. Русе Болтону пришлось встать на окровавленные колени. Присутствовали северные лорды, многие речники и жители Долины. Септоны и простые люди наблюдали издалека, а солдаты в лагере, даже раненые, замолчали. — У вас есть последнее слово, лорд Болтон? Вы готовы признать свою вину в предательстве? — спросил Джон. — А должен? Я умру здесь. Если вы не позволите мне принять обет и стать членом Ночного Дозора, мне нечего вам сказать, — тихо ответил Русе. — Стена? Нет, это будет слишком милосердно для вас. Предатели Севера должны понести наказание, — сказал Джон и повернулся к Рендиллу Тарли. — Подведите лорда Тарли сюда. Двое мальчишек проводили Тарли на сцену. Лорд Рогова Холма уставился на Сноу, его глаза-бусинки застыли на суровом лице. Если бы взгляды могли убивать, Джону, возможно, следовало бы забеспокоиться о сохранности своей жизни. — Лорд Тарли, вы признаетесь в предательстве? И то что вы сговорились с Болтоном? — спросил бастард Винтерфелла. — Я не предатель, Сноу. Если вы не можете сохранить верность своих лордов, это ваша проблема. Тайвин Ланнистер сказал мне, что дом Болтон не питает любви к волкам. Обсудите это со львами, — процедил Тарли. — Так и сделаем. Но, что до вас и ваших людей, Лорд Старк хочет, чтобы вы преклонили колено. Дом Тарли откажется от любого конфликта с Севером. Вы останетесь нашим пленником. Если кто-нибудь из жителей Рогова Холма присоединится к армии Тиреллов, вы лишитесь жизни. Когда наш конфликт с Троном закончится, мы подумаем о вашем освобождении. Рэндилл Тарли сплюнул на землю. — И что ты будешь делать, ублюдок? Я служу Хайгардену, а не Северу. А Хайгарден верен Железному Трону. — Мы можем убить вас. Сдавайтесь, и дом Тарли сможет выжить, — сказал Робб. — Я возглавлял войско Мейса Тирелла еще до того, как родились ты и твой ублюдок брат. Другие люди могут беспокоиться о таких угрозах. Я вырос солдатом. Я не боюсь умереть с честью, — сжал зубы Тарли. — Понятно. Ты не умрешь, Тарли, но увидишь, как умрут твои люди. Мы их всех повесим. Но сначала выведите его сыновей, — приказал Джон. Два парня, один очень толстый, а другой совсем молодой, всего лишь оруженосец, были вытащены вперед. — Пригвоздите их к столбу. Варго Хоут умер быстро, но сначала его пытали. Твои сыновья могут прожить еще несколько дней. Толстый мальчик зарыдал, когда Маленький Джон схватил его за шею. Дейси и ее сестра взяли другого и стали привязывать его руки к кресту. — Ты убьешь детей? — крикнул Тарли. — Дети, которые сражаются на войне, могут умереть в битве. Где находится Рогов Холм? — громко спросил Сноу. — В сотне миль к югу от Хайгардена. В предгорьях Красных гор, — ответил старший Тарли. — Я поведу людей вдоль Дороги Роз. Мы совершим набег на ваши земли и сложим черепа ваших людей выше, чем кресло вашего лорда. Говорят, у вас есть жена и дочери. Возможно, вы будете живы, когда они умрут. Я сожгу Рогов Холм — ваш замок, ваши земли и ваших людей. Я не просто закончу вашу линию — я сотру любой след вашего рода, — сказал Джон. Четт протянул ему молоток и полдюжины железных шипов. Он осмотрел гвозди, выбрал три и подошел к кольям. Джон положил шип на правую руку младшего и приготовился замахнуться. — Стой, стой! — воскликнул Тарли. — Ты победил, ублюдок. — Вы и ваши сыновья останетесь нашими пленниками. Вы напишите письмо в Рогов Холм с приказом своим оставшимся людям отступить. Вот что произойдет, если солдаты Тарли будут сражаться против Севера, — Джон хлопнул Тарли правой рукой по платформе. Четт и еще один мальчик держали его за руку. Джон вытащил Губитель Сердец и одним взмахом отрубил ему правую руку. Рендилл Тарли вскрикнул от потрясения, увидев, как окровавленная рука шлепнулась на траву. Четт бросился за медным жгутом, обернутым вокруг руки. — Вам следовало принять первое предложение, — пояснил Сноу. Он повернулся к остальным лордам. — А теперь преклоните колено. Я больше не буду спрашивать. Никто из наших пленников больше не поднимет руки на дом Старк. Меня не волнует, если это означает, что они будут мертвы, слепы или искалечены. Если они будут сражаться против Севера, я отрежу вам руки. Скажите это своим женам и наследникам. Скажите это своим кастелянам и рыцарям. Мы пошлем воронов в Простор. Тиреллы будут знать, что они одиноки. — В-вы пощадите наших людей, если мы преклоним колено? — спросил сир Бейлор Хайтауэр. — Возможно. Но я убью их всех, если вы этого не сделаете, — ответил Джон. Когда сир Бейлор и остальные начали опускаться на колени, остальные мальчишки из Зимнего городка сложили солому и дрова возле кола. Освобожденные юноши Тарли быстро опустились на колени. Четт вылил на растопку черную смолу. — Не слишком много, — остановил его Сноу. Он потащил Болтона к столбу и обмотал его ноги веревкой. Руки все еще были связаны вместе, так что он не был похож на символ дома Болтон. — Я думал, Старки обезглавливают своих врагов, — прошептал Русе. — Я не Старк, — сказал Джон. Он закончил с веревками и разложил солому и дрова так, чтобы они оказались под ногами Болтона. — Тайвин Ланнистер убьет тебя, Сноу. Он убьет ваших лютоволков и снимет с них шкуру, чтобы сделать из них плащ. Я не единственный, кто нарушит верность дому Старк, — тихо произнес он. — И кто же эти люди? — Я тебе не скажу. Однажды ножи придут за домом Старк. Львы будут охотиться за тобой. За тобой и всей твоей родней, — сказал Русе. — Они могут попытаться. Но твоя линия заканчивается сегодня, — Джон бросил факел, и пропитанная смолой растопка загорелась. Безмолвная ухмылка Болтона превратилась в крики агонии, когда он горел заживо, и люди закрывали носы чтобы избежать запаха горелой плоти. Болтону потребовалось много времени, чтобы умереть.

***

Маргери Тирелл скучала, прогуливаясь по саду. Когда она была младше, она представляла себе, что Красный Замок будет похож на дом ее предков: кольца из белого камня, наполненные цветами и статуями, конюшни для прекрасных лошадей и поля золотых роз. Ей нравилось исследовать лабиринт шиповника со своими кузинами Меггой, Эллой и Элинор. Она проигнорировала поднос с оладьями из сладкой кукурузы, чтобы посмотреть на город через витражное стекло Девичьего склепа. — Не открывай окно, — сказала Оленна. — Нам не нужен запах дерьма. Бабушка была права. В Королевской Гавани пахло шлюхами, а не куртизанками, надушенными лавандой и розовой водой. — Были вороны из Речных Земель? — спросила Элинор. Ее любимая кузина была помолвлена с Алином Амброзом, оруженосцем ее брата, сира Гарлана. Алин поклялся носить платок Элинор в битве против северян и обещал жениться, когда получит рыцарское звание. — Гарлан не писал, — сказала Леди Леонетта, перебирая пальцами арфу из золотого дерева, которую муж подарил ей на именины. — Возможно, он хочет прискакать с победой и застать вас врасплох. Я слышала, мужчины после драки жаждут постельных утех, — предположила Мегга. — Тогда мой внук будет самым большим идиотом в Просторе. После битвы он должен послать ворона, чтобы сообщить нам, что он жив и здоров. И северная армия находится в двухстах милях отсюда. Ему придется ехать несколько дней, — фыркнула Оленна. В комнату ворвался паж с ярко-красным яблоком. — Миледи, сообщение от сира Стеффона, — доложил мальчик. Сир Стеффон был кастеляном Фоссовея. Двое его сыновей сражались в Речных Землях. Леди с любопытством смотрели, как Леонетта вскрывает письмо. Ее добрая сестра побледнела от потрясения и уронила записку на стол. — В чем дело? — забеспокоилась Леди Алерия. — Лорда Джона схватили. Стеффону было приказано сложить оружие, иначе сир Брайан, сир Эдвид, сир Тантон и Лорд Фоссовей будут убиты, — ответила Леонетта. Маргери взяла записку и прочла. — Белый Волк клянется отрубить им руки, если кто-нибудь из обитателей Сидрхолла снова будет сражаться против дома Старк. Он может даже сжечь их заживо. — Сжигать людей заживо? Неужели этот Сноу думает, что он еще один Эйрис Безумный? — фыркнула старуха, отодвигая серебряную тарелку с мягким белым сыром. Она потянулась за запиской. Ломис, старый сутулый мейстер из Хайгардена, проковылял в комнату. В руке он держал дюжину писем. — Леди Оленна, вороны только что прилетели. Они все из Простора. — Из каких домов? — спросила Маргери. — Тарли, Хайтауэр, Крейн, Эшфорд, Мерривезер, Окхарт и многие другие. — А из Хайгардена? — спросила Оленна. — Нет, миледи, — ответил Ломис. Бабушка взяла письма тонкими пятнистыми пальцами. Ее худые руки не дрожали. — Вызови Лораса и Мейса, — приказала старуха. Мейстер и паж Фоссовея поспешили подчиниться. Маргери села рядом с ней и сломала печати. Остальные леди уступили им место, ожидая каких-нибудь новостей. Первой прочтет Королева Шипов, потом Маргери, и, наконец, младшие Тиреллы и другие жены. Маргери ласково похлопала кузину Элинор по локтю. В каждом письме говорилось одно и то же. Капитаны Простора были захвачены в плен в бою. Длинный Стол, Горький Мост, Новая Бочка, Эшфорд, Старый Дуб, Медовая Роща, Бадаллон, Три Башни — список можно было продолжать бесконечно. Главные вассалы дома Тирелл оказались бесполезными. — Леди Мелесса написала больше информации. Она получила два письма из Речных Земель — от мужа и сына Сэмвелла. Джон Сноу отрубил Рендиллу руку — за дерзость. И Сэм добавляет, что Кровавый Волк сжег Русе Болтона на костре, — рассказала Оленна. — Но дом Болтон связан клятвой с домом Старк! — воскликнула Леонетта. — Уже нет, — сказала Оленна. — Предупреждения бывают разными. Отрубленные руки, выколотые глаза, сожженные на костре. Джон Сноу весьма изобретателен в угрозах нашим знаменосцам. — Этот Сноу — зверь в человеческом обличии, — заявила Алерия. — Есть какие-нибудь новости о сире Гарлане? — спросила Элинор. Маргери знала, что девушке нужен хоть какой-то намек на судьбу Алина Амброуза, ее жениха. — Если бы Гарлана схватили, он послал бы ворона в Хайгарден или в Королевскую Гавань. Мой брат, возможно, сбежал со своими людьми и оруженосцем, — предположила Маргери. — Или он мертв. Волки, возможно, убили Гарлана и всех людей Тирелла, которых нашли, — резко сказала Оленна. — О, не упрекай меня, Алерия. Ложная надежда никому не поможет. Многие лорды были захвачены в плен, но я сомневаюсь, что Старки делают это все это по доброте душевной. Попахивает Золотым Зубом. Он заставил просторцев подчиниться угрозами и жестокими поступками. — Как же Лорд Тарли мог проиграть? У него было больше людей и гордость Простора, — спросила Алерия. — Мейс был уверен в победе. Сегодня он планировал поставить новый стул для себя как Десницы короля. — Надеюсь, мастер сделал его достаточно большим для его толстой задницы и еще более толстой головы, — фыркнула Оленна. — Возможно... — нерешительно начала Элинор. — Возможно, эти письма фальшивые. Хитроумный заговор, чтобы ослабить нашу решимость. Сноу — колдун и обманщик. Может быть, это какая-то ловушка? — Послания были запечатаны их гербами. Леди Тарли и остальным, возможно, прислали фальшивые послания. Но откуда Сноу мог знать эти имена рыцарей и лордов? Зачем ему угрожать убить людей, которые не были его пленниками? — спросила старуха. — Нет, мы должны относиться к воронам серьезно. В комнату ворвался Лорас с беспокойством на красивом лице. Это беспокойство только усилилось при виде унылой Леди Леонетты. — Бабушка, сестра, что случилось? — Лорда Тарли разбили в Речных Землях. Тысячи людей были захвачены в плен, в том числе сир Бейлор, Джон Фоссовей, Рендилл Тарли, Оуэн Мерривезер и многие другие. — Но... но... как это возможно? А как же мой брат? — в панике спросил Тирелл. — Мы не знаем. И нет смысла тратить время на то, чего мы не знаем, — резко ответила Оленна. — Кому мы больше всего доверяем в Королевской Гавани? — Ухх… Никому, бабушка. Королевская Гавань полна лжецов, — растерянно произнес Лорас. Королева Шипов бросила на него испепеляющий взгляд. — Кому из наших людей мы доверяем? У нас в Королевской Гавани десять тысяч. Конечно, хотя бы один из них может передать послание. — Сир Гюнтор Хайтауэр. Он третий сын лорда Лейтона и женат на племяннице Джона Фоссовея. Он учился в Цитадели и умеет посылать ворона без помощи мейстера, — ответила Маргери. — Хорошо. Лорас, пусть сир Гюнтор отправится на юг. Когда он выберется из этой дыры, пусть пошлет ворона Уилласу с новостями о битве в Речных Землях. Затем он сядет на корабль в Таблтоне и поплывет вниз по Мандеру в Хайгарден. Тогда он сможет лично сообщить все новости и позаботиться о том, чтобы Уиллас подготовил замок к любому нападению, — распорядилась Королева Шипов. — Хайгарден в семистах милях отсюда, Старки не смогут напасть, — сказал Лорас. — Горький Мост, Длинный Стол и Сидрхолл лежат между Речными землями и Хайгарденом. И все три лорда — пленники. Как ты думаешь, наши знаменосцы остановят их на Дороге Роз? Я не хочу, чтобы мой дом был разграблен ордой северян. — Бабушка, нам нужно отправиться к Старкам и выкупить пленников, — вскинулась Маргери. — У нас есть обязанности перед нашими знаменосцами. — Сестра, ты же не собираешься ехать к ним. Они могут схватить тебя и потребовать выкуп, — встревожился Лорас. — Нет, Лорас, я не имела в виду себя. Как насчет Оуэна Фоссовея? Он дружит со Сноу. Его отец попал в плен. Дом Фоссовей имеет много связей с нашей семьей, — предложила она. — Да, он хорошо справится. Найди Оуэна. Скажи ему, что мы предложим выкуп за наших людей. Как друг Сноу, он будет хорошо принят в их лагере. Из него получится хороший шпион, — покивала Оленна. — А не выдаст ли он им наши планы? — спросил Рыцарь Цветов. — Какие планы? Мы сидим на задницах и ничего не делаем, — фыркнула старуха. — Даже если Оуэн верен Сноу, он расскажет нам о численности их армии и состоянии пленных. Сейчас мы знаем очень мало. Лучше услышать историю Оуэна, чем слухи, ложь и рассказы путешественников. — Если эти северяне убили Гарлана, я отомщу за своего брата, — вскинулся Лорас. — Не будь идиотом. Мы потеряли одну армию в Речных Землях. Нам не нужно терять еще одну. Бросаться в бой со Старками — глупая затея, — отрезала Оленна. — Кстати, о идиотах... Мейс Тирелл вразвалку вошел в комнату, на его пухлом румяном лице играла веселая улыбка. — Здравствуй, матушка. Что я пропустил? — он сунул в рот лимонное пирожное.

***

Этот пир был недостоин лорда Дорна, особенно только что вернувшегося после стольких лет. Мартеллы послали воронов, но многие знаменосцы не пришли, несмотря на известие о пленении Лорха. Звездопад был почти в тысяче миль отсюда, и Вилы, Манвуды и Айронвуды были заняты охраной Принцева Перевала и Костяного пути. Любая армия, которая двинется к Простору или Штормовым Землям, должна будет пройти через Красные горы по этим двум маршрутам. Новый Лорд Звездопада не обиделся, даже когда прилетел ворон с сожалениями от его тети Аллирии. Эдрик был доброй душой, без воинственного духа своего дяди Эртура. На тренировках, его старого друга, владеющего большим мечом, нельзя было победить. В один прекрасный день Эдрик может стать рыцарем, но Оберин сомневался, что мальчик станет следующим Мечом Зари. Старшая девочка Фаулер сидела слева от Лорда Дейна, а младшая — справа. Фаулеры были на несколько лет старше, но сестры были ястребами, готовыми наброситься на любого подходящего мужчину или мальчика, судя по румянцу на лице Эдрика. Никто из Песчаных Змеек, даже самые молодые, не интересовались Эдриком. Его дочери презирали всех, кто не дрался. Они предпочитали флиртовать с Форрестерами и слушать больше историй о сражениях волков. Оберин поприветствовал своего старого оруженосца Деймона Сэнда. Бабушка Деймона, Леди Божьей Милости, что-то шепнула лорду Хармону Уллеру и его брату сиру Ульвику. Лорды дома Гаргален и Далт хмуро смотрели на Мирцеллу Баратеон, но Сарелла ласково разговаривала с Тристаном и его принцессой. Его самая разумная дочь рассказала ему несколько забавных историй о глупых мейстерах из Цитадели. Слуги наполнили чашки дорнийским крепким вином, темным и сладким, и разлили по тарелкам нежный суп из яиц и лимонов. Оберин ел и пил очень мало. Он был доволен простой едой — лепешками, нутом, оливками и белым сыром. Он не хотел сладких пирогов с моллюсками и миногами, глазированный медом и миндальным молоком, или пикантного рагу из змей. Драки и секс доставляли ему гораздо больше удовольствия, чем еда и питье. Высокая, свирепая девушка с огненно-рыжими волосами подошла к его креслу. Арео Хотах шагнул вперед, держа наготове огромный длинный топор, чтобы охранять Дорана. Оберин не нуждался в защите. — Валена, — сказала Арианна. Его племянница встала, чтобы обнять подругу. Девушка присела в реверансе с дерзостью, подобающей дорнийке. — Принц Доран, моя мать, Леди Нимелла не смогла приехать. Но я привела кое-кого, кто хотел бы вас видеть. — Миледи, я не уверен, что это разумно, — начал было старик со звеньями на воротнике. Но Валена взглядом успокоила мейстера. Она мягко повела вперед девушку. Она была невысокой, пухленькой и застенчивой, с рыжими волосами Толандов Призрачного Холма. — Это моя младшая сестра Теора. — Мой принц, ее чувства неуравновешенны. У нее слишком много желчи от употребления богатой пищи. Ей нужно очистить себя от излишеств и покончить с этой чепухой, — настаивал мейстер. Пухленькая девочка всплеснула руками. — Я ненавижу вас, — заявила она. Подошла Сарелла. — Архимейстер Эброуз считает, что это чушь собачья. Он изучил сердце и легкие, чтобы увидеть, как кровь циркулирует по всему телу. — Мерзкое колдовство, — мейстер усмехнулся. — Он по-прежнему грабит могилы? — Архимейстер экспериментирует со змеями, рыбами и мелкими животными, — холодно ответила Сарелла. Теора оторвала взгляд от своих ног. — Я кое-что видела, — она встретилась взглядами с Оберином, Дораном и Арианной. Толанд больше не выглядела неадекватным ребенком из влиятельной семьи. — Я видела их — огонь, ставший плотью, летящий высоко над небесами. — Что ты видела? — спросил Оберин. — Драконов, — ответила Теора. — Трех драконов. Первый — черный с серебром, красивый, но держится на веревочках и палочках. Второй — серебряный с золотом, рожденный заново в пламени и крови. Но самый большой — третий дракон, черный и красный. Алые крылья и кроваво-красные глаза. Дракон, чье дыхание может расплавить сталь и камень и обратить песок в стекло. — Последний дракон давно мертв. Это всем известно. — Моряки рассказывают, что Дейенерис Таргариен родила трех драконов, — задумчиво произнес Оберин. — Но мы не знаем всей правды. И все драконы, рожденные ею, будут молоды — их будет легко убить скорпионом, катапультой или даже копьем. — Я видела, как танцуют драконы. Все трое. И везде, где плясали драконы, умирали люди, — сказала Толанд. — Танец случался, когда всадники драконов сражались друг с другом в воздухе. У Дейенерис Таргариен может быть три дракона, но они слишком малы, чтобы их можно было оседлать, — заметил Доран. — Мы — дом Мартелл. Даже драконы должны кланяться солнцу, — сказал Оберин. Теора покачала головой. — Последний дракон затмит солнце. Смерть приходит вслед за ним, — пухленькая девушка расплакалась, и Валена, обняв сестру, повела ее прочь.

***

Оберин был не единственным, кто видел послание, вложенное в руку Дорана во время пира. Эллария, Арианна и Песчаные Змейки тоже заметили это. Мейстер Майлз мог быть опытным целителем и способным наставником, но ему не хватало умения обманывать. Оберин не удивился, что брат попросил его прийти в тот вечер. Он не ожидал, что Эдрик придет, и вместе с застенчивым мальчиком пришли Арианна и ее кузины. Эллария, по крайней мере, заставила их младших дочерей лечь в постель. Доран отпустил молодого мейстера. На золоченом, деревянном столе сидел большой ворон и подозрительно смотрел на семейство Мартелл своими глазками-бусинками. Доран терпеливо протянул руку, и птица передала послание. — Эдрик, этот ворон прилетел сегодня вечером, послание адресовано тебе, — сказал принц Дорна. — Но тетя же уже написала, что не может приехать, — растерялся мальчик. — На гербе изображены не меч и звезда дома Дейн, а белый волк на сером поле, — Доран протянул письмо юному Лорду Звездопада. Эдрик взял письмо и сломал печать. Арианна придвинулась ближе, и Песчаные Змейки уставились на молодого Лорда Дейна. — И что же написано в письме? — поинтересовалась Обара, держа руку на хлысте. Эдрик поднял голову, и на его добродушном лице появилась улыбка. — Старки победили Простор у Божьего Ока. Джон пишет, что они убили двадцать тысяч и захватили еще двадцать тысяч, включая Лорда Тарли, Лорда Фоссовея, Лорда Мерривезера, сира Бейлора Хайтауэра и многих других. Он спрашивает, когда я вернусь на Север с дорнийцами. — Но они всего лишь мальчишки. Как они могли одержать такую великую победу? — спросила ошеломленная Арианна. — Волки хорошо умеют драться. А Розы — нет, — довольно улыбнулась Сарелла. — С таким количеством пленных Простор слаб. И многие из их самых сильных лордов находятся в плену или в Королевской Гавани, — подметила Нимерия Сэнд. — Отец, теперь мы можем атаковать. Пошли людей Фаулера через Перевал Принца и Айронвудов через Костяной путь. Мы можем напасть на Простор и Штормовые Земли, — вскинулась Арианна. — Мы не железнорожденные налетчики. Мы не враждуем с Хайгарденом или Штормовым Пределом. — А почему нет? Простор сражается за Железный Трон. Тиреллы выдали свою розу замуж за львов. А штормовики убили наших людей во время Восстания. Пришло время отомстить за дорнийскую кровь, — настаивала девушка. — Эдрик, о чем просили Робб Старк и Джон Сноу? — терпеливо спросил Доран. — Дорнийские мечи и копья для борьбы с Ланнистерами, — ответил Эдрик. — С Ланнистерами, — повторил принц Дорна. — Не с Тиреллами. А если мы двинемся на север по Костяному пути, наши люди пройдут четыреста миль до Королевской Гавани. Лорды Штормовых Земель вряд ли предоставят безопасный проход через свои земли. — Какое нам дело до штормовиков? Два оленя мертвы, а третий — убийца родичей. Они спрячутся в своих замках, как и ты, — процедила Арианна. — Тебе будет не все равно, кузина, когда они пустят кровь нашим людям. Вражеская армия прибывшая в Дорн не получит мира. Почему в других королевствах все должно быть иначе? — спросила Сарелла. — Мы не в союзе с Севером. Прежде чем я отправлю десять тысяч человек умирать в Речные Земли, мы должны понять план Старков. Нападут ли они на Королевскую Гавань? Разграбят ли они Простор или Королевские Земли? Вступят ли они в союз со Станнисом Баратеоном? — сказал Доран. — Наши люди не умрут. Они будут сражаться во славу Дорна, — нахмурилась Обара. — Они будут сражаться и умрут. На войне гибнут люди с обеих сторон, и мало славы в черепах и костях, — возразил ее дядя. — К тому времени, как ты поймешь все это, война уже закончится. Либо Королевская Гавань падет, либо волки будут разбиты, — ощетинилась Арианна. — Мы должны послать людей на север. Но может быть и другой способ, который не будет стоить много дорнийской крови, — задумалась Сарелла. — Север может нуждаться в копьях и мечах, но им также нужна информация. Если Старки узнают о планах Ланнистеров, у Лорда Тайвина не будет шансов в честной битве. Если волки смогут провести достаточно людей через стены, ни один город не устоит перед ними. — Ты хочешь, чтобы мы стали шпионами и открыли город для очередного грабежа. Это будет нелегко. Жирный Розан и Старый Лев не поверят нам. А Паук будет наблюдать со своими птичками. Ворон не может улететь из Солнечного Копья без нашего ведома. В Королевской Гавани будет то же самое, — сказал Оберин. — Никто не говорил, что это будет легко, отец. Ты шестнадцать лет ждал мести. Почему бы не отправиться в Королевскую Гавань и не послать сообщение Старкам? Если мы выдадим местонахождение Лорда Тайвина на поле боя, Джон Сноу убьет Старого Льва, — уверенно произнесла Сарелла. — Я бы предпочел убить его сам, — кисло сказал Оберин. — Ты поедешь со мной в Королевскую Гавань. И Эллария тоже, но наши дети останутся в Водяных Садах. Железный Трон обещал Дорну место в Малом Совете. — Мы тоже пойдем, отец, — решительно сказала Тиена. — Намечаются месть, интриги и опасность — мы не можем позволить Сарелле уйти одной, — Обара и Нимерия согласно кивнули. — Ты никуда не пойдешь, — сказал Доран разочарованной Арианне. — Достаточно того, что твои кузины рискуют своими жизнями в змеиной яме. Я поставлю дорнийское войско в Айронвуде, готовое по моему сигналу атаковать Штормовые Земли. И Эдрик, передай сообщение этому Сноу. Если он сможет доставить Тайвина Ланнистера и Григора Клигана в Дорн, мы будем очень благодарны. — А что насчет Тристана и его львицы? — спросил его брат. — Мирцеллу нельзя трогать. Даже если Железный Трон падет, дом Мартелл будет чтить помолвку, — сказал Доран. — Она незаконнорожденная дочь Цареубийцы и королевы. Если Ланнистеры не претендуют на Трон то, что она может предложить? Дорнийцы никогда не будут править Утесом Кастерли, — скривилась Нимерия. — Она моя воспитанница. Я не допущу, чтобы ей причинили вред, — твердо произнес принц Дорна. — Воспитанница — это заложница. Если ее семья погибнет, заложник не нужен, — сказала Нимерия. — Мы не Ланнистеры. Мы в Дорне не убиваем маленьких девочек, — отрезал Оберин. — Она не навсегда останется маленькой, — сладко улыбнулась Тиена.

***

— Миледи! Миледи! — кричала на бегу служанка. При этом молодая, деревенская девушка все еще несла плетеную корзину с одеждой, только что выстиранной в озере. Арья не стала поправлять девушку. Каждый простолюдин — мальчик или девочка, мужчина или женщина — кланялся ей, называя ее миледи. В Винтерфелле она была Арьей-лошадкой и больше интересовалась верховой ездой и сражениями. Но в глазах Богов она была наследницей Белого Волка. Речники и рыцари Долины подчинялись ей, а пленники из Простора боялись ее. — Леди Старк, — девушка чуть не упала, делая реверанс. По крайней мере, она не опустилась на колени, подумала Арья. — Мы с Широй видели всадников, которые приближались с озера, размахивая белым флагом. Белый флаг означал просьбу о переговорах. — Сколько их? И во что они были одеты? Девушка показала шесть пальцев. — Тот, что впереди, был в коричнево-красном. Остальные были в кольчугах, но без оружия, вроде. — Спасибо, Бэнди. Я пойду к ним, — она прошла мимо закованных в цепи мужчин, несущих воду для лошадей. Они опустили глаза и зашептались. Надзиратели Мандерли почтительно кивнули, и другие солдаты начали вытаскивать мечи и копья, когда незнакомцы появились в поле зрения. Лидером был широкоплечий, темноволосый человек с квадратным подбородком и красным яблоком на простом камзоле. Он был старше ее братьев, но ненамного. Просторец коротко свистнул, и все шесть лошадей остановились. Они спешились, и Арья увидела, что рукояти их мечей были привязаны к ножнам, что затрудняло обнажение клинков. Трое в тылу несли луки без тетивы, а стрелы в колчане тоже были связаны. — Леди Старк? — шатен низко поклонился. — Откуда вы знаете, кто я? — подозрительно спросила Арья. Северяне и стражники стояли позади нее. Нимерия оскалила зубы в беззвучном рычании. — У вас лютоволк. Такой же большой, как те двое, которых я видел в Риверране. Меня зовут Оуэн Фоссовей. Я был другом вашего брата в Цитадели. — Это не Цитадель, парень! — завопил высокий северянин. Арья не была уверена, Робетт это или Галбарт Гловер. — Но я все еще друг Джона Сноу, — заметил Оуэн. — Я здесь, чтобы повидать вашего брата, Джона, и расспросить о тех просторцах, которых вы захватили. У вас мой отец, мои кузены и многие из моих друзей. — Это может быть трюк... — нахмурился Гловер. — Я покажу вам дорогу, — девочка протянула просторцу маленькую бутылочку. — Перечная мята. Она вам понадобится.

***

Они двигались на запад, к полю битвы. Несколько дней спустя следы битвы все еще были видны — сломанные стрелы, копья и мечи, смятые доспехи и засохшая кровь. Даже с перечной мятой Арью тошнило от всепоглощающей и гнетущей вони. Мужчины усердно трудились, чтобы похоронить мертвых. Были вырыты глубокие траншеи, и там лежали неопознанные тела. Для высокородных построили ряды могил, и Джон приказал воздвигнуть кладбище, сохранив имена и дома для почетных покойников. Это была тяжелая, непосильная работа, но заключенные не жаловались. Они боялись сгореть заживо. Мертвые Болтоны заполнили безымянную могилу с почерневшим телом Русе сверху. Предсмертные крики Лорда Болтона оглушили пленников, а жители Долины и Речных Земель отвернулись от огня. Робб всем сердцем поддерживал поступок брата. Он сказал септонам, что они могут петь гимны и читать молитвы, но никто не будет оплакивать предателей. И никто этого не сделал. Кучи сухой соломы, растопки, дров и смолы были собраны на земляных насыпях. Десятки грубых гробов были свалены в кучу, и Молчаливые Сестры вымыли и очистили множество тел. Призрак и ее брат стояли над Джорель Мормонт, лежащей в полной кольчуге, со щитом и булавой на груди. — Лорд Сноу, — поприветствовал его просторец. — Оуэн Фоссовей. Я удивлен, увидев тебя. — Я пришел, чтобы выкупить своего отца и всех остальных Фоссовеев, — сказал Оуэн. — Я не удивлен, что ты здесь, но то, что ты прибыл так быстро... Ворон прилетел в Сидрхолл четыре дня назад. Ты не мог выехать из Сидрхолла, — прищурился Джон. — А я и не оттуда, — ответил Фоссовей. — Тогда кто отдал приказ? Сир Гарлан? — спросил Сноу. — Значит, сир Гарлан жив. Я очень рад, — облегченно выдохнул Оуэн. Джон усмехнулся. — Удивительно, что ваши пути не пересеклись. Сир Гарлан бежал после битвы вместе с Горой. Мы не знаем, ушел ли он на юг или на восток, в Королевские Земли. — Джон, я прошу пощады для моей семьи и соотечественников, — перешел к делу просторец. — А что бы сделал Простор, если бы мы проиграли? Лорд Тарли не похож на милосердного человека, — он указал на тела Мормонтов. Многие были размещены на центральном кургане. — Эта битва стоила нам многих жизней. — Ты говорил мне, что держаться в гневе — все равно что хвататься за раскаленный уголь. Когда ты бросаешь его в кого-то, ты становишься тем кто в итоге обжигается, — сказал Оуэн. — Я не хочу, чтобы меня сжигали. Я бы предпочел использовать катапульту, — покачал головой Джон. — Если хочешь пощады, говори правду. Если тебя послал не Гарлан, значит это был какой-то другой Тирелл. Но если ты будешь честен, то и я отвечу тебе тем же. Арья, найди Робба. Он захочет услышать. Арья села рядом с Роббом и стала ждать, что скажет Оуэн. Для Старков и их гостя на траве были разложены циновки из сладко пахнущего тростника. Просторец допил вино из бурдюка, предложенного Джоном. — Три дня назад капитан стражи доставил мне запечатанное письмо в Падучий Водопад. Оно было подписано Мейсом Тиреллом, но я уверен, что послание пришло от Леди Оленны. Тиреллы не хотят дальнейшего конфликта с Севером. Они просят освободить заключенных. Хайгарден и Простор заплатят выкуп, — рассказал Фоссовей. — Тиреллы собираются порвать с Ланнистерами? — спросила девочка. — Я не знаю. Результат битвы не дошел до Падучего Водопада, — к ее удивлению, ответил Оуэн. — Арья, дорога отсюда до Королевской Гавани занимает несколько дней. Тиреллы знают о нем только из-за воронов, которых мы послали в Простор, — пояснил Джон. — Почему мы должны помогать Тиреллам? — спросил Робб. — Они поддерживают Джоффри. — Леди Маргери все еще предстоит стать королевой. Тиреллы будут иметь большую власть в Королевской Гавани. Двое из их знаменосцев уже в Малом Совете. Север — не единственный, кто помнит. Простор не забудет ни вашей победы, ни вашей милости, — сказал просторец. Ее братья переглянулись. Год назад в Винтерфелле Робб был просто ее старшим братом, который всегда улыбался во время спарринга во дворе. Джон был ее вторым старшим братом, добрым воспоминанием, отправленным в Старомест, чьи письма всегда приносили радость. Вся мягкость исчезла, и они стали твердыми и решительными. Как волки, подумала Арья. Она тоже хотела стать волком. — Я хочу, чтобы моя сестра вернулась. Что могут сделать для этого Тиреллы? — Я не говорю от имени Хайгардена, но не думаю, что остальные силы Тиреллов будут рваться в бой, Лорд Старк. Они наверняка обменяют Леди Сансу на мир. Возможно... Джон фыркнул. — Важны не слова, Оуэн, а дела. Если северная армия подойдёт к воротам Королевской Гавани, будут ли Тиреллы защищать город и нападут ли они нападут на нас? — спросил Джон Сноу. Оуэн Фоссовей пожал плечами и ответил: — Я всего лишь посланник, а не лорд Хайгардена. Если бы я им был, мы бы сейчас сидели в Сидрхолле, пили вино и ели сливы. Я всегда надеялся, что ты сможешь приехать к нам, жениться на одной из моих кузин и остаться жить в Просторе. Я сказал Тиреллам, что они должны предложить тебе невесту. — Невесту? Из Фоссовеев? Я постараюсь не убить никого из моих будущих родственников, — улыбнулся Джон. — Оуэн, насколько близки семьи Простора? — Очень близки. Мой отец женился на сестре Мейса Тирелла, поэтому сир Гарлан и леди Маргери — мои кузены. А леди Оленна — урождённая Редвин. У лорда Лейтона Хайтауэра было десять детей, и большинство из них связаны брачными узами с домами Тиреллов, Хайтауэров, Крейнов, Окхартов, Рованов и Редвинов, — ответил Фоссовей. — У вас большие семьи, — заметил Робб. — Это Простор, милорд. Это очень плодородная земля, — произнёс Оуэн и пожал плечами. — Мы проявим милосердие, но ваши лорды останутся у нас заложниками, — объявил лорд Винтерфелла. — Скажите Тиреллам, что Север требует возвращения Сансы Старк. — Что вы готовы предложить за других пленников? — спросил Сноу. — Золото за их возвращение на юг. И они больше не будут сражаться против вас, — ответил лорд. — Двадцать драконов за каждого воина. Сорок — за оруженосцев и арбалетчиков. И шестьдесят — за рыцаря, — предложил свои условия Джон. Оуэн сглотнул. — Высокая цена. Сколько жителей Простора было захвачено? — Двадцать тысяч человек. — Двадцать тысяч?! — воскликнул Оуэн. — Мы не будем платить за жителей западных земель! — Мы взяли в плен лишь несколько сотен Ланнистеров. Большинство из них погибло во время атаки на защитную стену. — Это будет очень большая сумма. Я не уверен, сколько времени потребуется Простору, чтобы собрать столько золота, — с трудом произнёс Фоссовей. — Как ты и говорил, Простор — очень плодородная земля. За помощь нашим врагам приходится платить. Но твои люди будут в безопасности. — А казней наших командиров не будет? Вы будете справедливо обращаться с моим отцом, нашими лордами и рыцарями? — спросил Оуэн. — До тех пор, пока пленники снова не возьмутся за оружие. Они никогда не будут сражаться против Севера. Если они сдержат эти клятвы, то не пострадают, — подтвердил Джон. — Это вполне справедливо, — ответил просторец, колеблясь. — Джон, что насчёт их мечей и лошадей? Многие из них фермеры, крестьяне или обычные стражники. С помощью лошадей они могли бы быстрее вернуться домой. — Вы хотите, чтобы мы вернули ваших лошадей? — удивлённо спросил Робб. — От них мало проку, — сказал Джон. — Мы не дотракийцы. Мы не сможем прокормить десять тысяч лошадей. Может быть, Простор обещает, что их люди немедленно отправятся на юг без кровопролития? — После этой битвы я сомневаюсь, что кто-то из пленных захочет продолжать сражаться, — ответил Простор. — Эти люди отправятся на юг, в Тамблтон, и поедут домой по Дороге Роз. Её братья тихо переговорили, прежде чем прийти к соглашению. — Хорошо, Оуэн. Пленники вернутся домой со своими лошадьми. Они могут забрать оружие и доспехи, но должны поклясться сражаться только для самообороны. Мы дадим им продовольствия на несколько дней на дорогу домой. Но Тиреллы должны поклясться заплатить выкуп, — объявил Джон. — Это больше пятисот тысяч драконов! — воскликнула Арья. — Благодарю вас, Джон. Ваши условия более чем справедливы. Тиреллы будут рады им, за исключением, возможно, золотых драконов, — произнёс Оуэн. — Хайгарден богат, и Тиреллы возьмут золото из Сидрхолла, Староместа, Тамблтона и многих других мест, — улыбнулся Сноу. — Вам придётся продавать больше яблок и сидра. — Я пошлю воронов в Хайгарден, Тамблтон и Королевскую Гавань. — Когда мы получим письмо от леди Оленны или лорда Мейса, мы отпустим ваших людей, — сказал Робб. — Я также поговорю с лордами, а Джон — с пленниками. — Да, но сначала мы должны попрощаться с мёртвыми. Ты можешь присутствовать, — добавил его брат.

***

К закату новости о соглашении с Простором распространились по лагерю. По лагерю пронесся ощутимый вздох облегчения. Никто не хотел, чтобы еще больше людей сгорело заживо. Арья стояла рядом с северянами, а Джон и Робб ходили вокруг погребальных костров с факелами. Оуэн сидел рядом с отцом и еще несколькими лордами. Присутствовали также речники и рыцари Долины. Растопка и смола быстро загорелись, и на носилках ярко горели гробы освященных покойников. Были слезы прощания и восхваления мужества павших. Ни один дом не восхвалялся больше, чем Мормонты. Пламя поднялось высоко, а с озера подул ветер. Костры очищали, и запах смерти рассеивался в ночном воздухе. — Я думала, мы отвезем их кости на Север, — сказала Арья. — Так и есть, — ответила Дейси. — Останки Джори будут собраны в урну. Для других воинов дома Мормонт Сноу воздвигнет курган на вершине холма, возвышающийся над озером, чтобы они смогли упокоится с миром. Моя сестра умерла, но ее имя не будет забыто. Когда люди зададутся вопросом, кто победил в этой битве, они узнают, что это были медведицы. — Я бы предпочла, чтобы Джори осталась жива, но никто не может убежать от своей судьбы, — печально вздохнула Лира. — Старые боги придут за всеми нами. Пламя наконец погасло, и армия села ужинать. С севера прибыл всадник — дородный рыцарь на коричневом коне, одетый в цвета дома Талли. — Милорд! Милорд! — рыцарь тяжело дышал, и когда он снял шлем, обнажив лысую голову, Арья увидела, как по его лицу струится пот. Мужчина выглядел таким же измученным, как и его лошадь. — Сир Робин, вы неделю назад уехали в Риверран, — сказал Черная Рыба. — Почему вы вернулись? — Цареубийцы нет, — ахнул Робин Риджер. — Что? Как ему удалось сбежать? — крикнул Робб. — Он не сбежал. Леди Старк освободила его, — ответил рыцарь, прежде чем упасть на колени.

***

Тирион проигнорировал стук в дверь. Еще не было полудня, а это означало, что он слишком трезв, чтобы иметь дело с дураками и идиотами. Известие о резне повергло весь город в панику. Люди повалили из города, надеясь найти убежище в Королевском Лесу. Нищие Братья и Честные Бедняки собрались на площадях, вопя о том, что Север убьет тех, кто не покается в своих грехах. Ланнистер сомневался, что Роббу Старку или Джону Сноу будут интересны разглагольствования септонов. Если ему было суждено умереть, он сделает это вместе со шлюхой и бутылкой вина. — Это армия Севера у твоих дверей? — насмешливо произнес Бронн, чистя ногти уродливым ножом. — Надеюсь, что да. Тогда они смогут положить конец моим страданиям, — Тирион старался говорить непринужденно. Меньше всего ему хотелось, чтобы наемник дезертировал. Шутки были одним из способов отогнать страх. Вино — другим. Выпивка позволяла ему оставаться в здравом уме. Он и Варис не теряли рассудка на собрании Малого Совета, состоявшемся прошлой ночью в Красном Замке. То же самое нельзя было сказать о сбитом с толку Мейсе Тирелле и других просторцах, его кричащей сестре и жалком Пицелле. Бейлиш был далеко в Долине, ухаживая за Лизой Аррен. — Открой дверь, Бес, — громко потребовал сир Меррин Трант. Тирион вздохнул и кивнул. Два Белых плаща выступили вперед, вместе с ними зашел его кузен Лансель. Серсея однажды пошутила, что Джейме — самый глупый Ланнистер. Очевидно, она забыла об младшем кузене. Лансель взмахнул свитком. — Я принес приказ от короля. Он требует, чтобы Санса Старк была передана для наказания. — Где девушка Старк? — спросил Трант с мечом в руке. И Меррин, и сир Борос Блаунт носили сверкающие пластинчатые доспехи и Т-образные шлемы. — Она останется здесь, — ответил Бронн. В мгновение ока он выхватил длинный меч и кинжал. Наемник носил только черную кольчугу поверх кожи, но он полагался на скорость, а не на силу. — Отзови своего пса, Бес, — потребовал Трант. — Нападение на Королевскую гвардию — это измена, — Блаунт шагнул в сторону, явно пытаясь обойти Бронна с фланга. — Для меня это не измена, — двуручный меч Сандора Клигана уперся в затылок сира Бороса. Более слабый человек не смог бы просунуть наконечник сквозь кольчугу, свисавшую со шлема, но вот у Пса таких проблем не возникнет. Санса Старк стояла позади Клигана, одетая в фиолетовое платье и серый капюшон, который скрывал большую часть ее густых каштановых волос. — Клиган, это приказ короля, — повторил Трант. — Тогда он может прийти сюда сам, — отрезал Клиган. — Король приказал мне охранять девушку, чтобы она не пострадала. Я не позволю увести ее трем хуесосам, которые не умеют толком махать мечами. — Король Джоффри будет очень разгневан, — успел вставить Лансель. — Джоффри всегда злится. Северяне тоже злятся. Я слышал, что они сжигают людей заживо и отрубают руки своим пленникам, — заметил Тирион. — Король Джоффри сокрушит предателей, — объявил Меррин. — До сих пор у него это не очень хорошо получалось, — фыркнул карлик. — Без сомнения, когда Старки увидят, что ты ведешь наших людей к стенам, они задрожат. Лансель удалился, и два Белых плаща последовали за ним. Бронн сел и начал смазывать свой меч. Слуги принесли Сансе горячий хлеб, масло и мед. Для Джейни Пуль поставили вторую тарелку, но робкая девушка отказалась идти в большой зал. Леди Санса завернула еду в носовой платок. Клиган проглотил хлеб и кусок холодного цыпленка. — Лорд Тирион, есть еще новости из Речных Земель? — спросила девушка. — Люди возвращаются с битвы, но их немного. Истории расходятся в том, сколько было убито в бою, а сколько взято в плен, — сказал Тирион. Он воздержался от дальнейших слов. Не было никакой необходимости распространять более дикие истории о колдовстве и пытках. Другие уже сделали это за него. Лицо девушки оставалось бесстрастным, гладким, как сталь. Она ушла, и Пес последовал за ней. Бронн стоял на страже у ее двери. Ни Пес, ни наемник не собирались покидать девушку Старк.

***

Тирион вошел в зал Совета в Твердыне Мейгора. Шпионы Бронна сообщили ему, что его отец вернулся прошлой ночью в Королевскую Гавань. Он был удивлен, что Тайвин ждал до полудня, чтобы вызвать его. Его отец и в лучшие времена не отличался терпением. — Тирион, — Тайвин сидел за длинным столом с пером и пергаментом. Несколько писем уже были написаны, ожидая отправки посыльным или вороном. — Отец, — карлик положил цепочку из переплетенных золотых рук на стол. Тайвин не обратил на это внимания и продолжал писать. — Неужели ты так доволен моей работой, что я останусь Десницей? Ты можешь вернуться в Утес Кастерли, пока я буду править Семью Королевствами. Тайвин бросил на него знакомый взгляд. — Если бы мне нужен был шут, я бы его вызвал. — Ну, возможно, Лансель подойдет. У нас есть и другие кузены и дяди, но Старки слишком наслаждаются их обществом, чтобы отпустить их. — Варис рассказал мне о событиях сегодняшнего утра. Лансель и Джоффри оба дураки, — отец протянул ему письмо, написанное изящным женским почерком. Тирион прочитал эти слова с потрясением, он был в шоке. — Кейтилин Старк согласилась освободить Джейме. Но... Почему? — Я обещал через Бейлиша, что Санса Старк не пострадает, — ответил Лорд Ланнистер. — Это письмо было написано перед Битвой при Божьем Оке, — понял Тирион. — Да, Леди Старк боялась, что ее старший сын погибнет в бою. Она освободила Джейме, чтобы ее дочь не пострадала, если северная армия потерпит поражение, — подтвердил Тайвин. Тириону было почти жаль Леди Кейтилин. Но потом вспомнил что эта глупая женщина чуть не убила его в Орлином Гнезде. — И где сейчас Джейме? — Это к тебе не относится. Просто знай, что Джейме возвращается в Королевскую Гавань. Теперь нам нужно покончить со Старками. — Покончить? Они побеждают. Они уничтожили армию Простора, — недоуменно спросил Тирион. — Ты забыл, чему я тебя учил? Война — это нечто большее, чем мечи и копья. Есть инструмент для каждой задачи, и задача для каждого инструмента. Он задумался, не попал ли его отец в ловушку своей собственной легенды, человека, в честь которого сочинили Рейны из Кастамере. Но Старки отнюдь не были Рейнами. — Похоже, эти инструменты не работают. Все знают, что Русе Болтон был твоим человеком. И теперь все знают, что предателей на Севере сжигают на костре. — Болтон не единственный предатель в их армии. Речники никогда не были особо преданными, — отмахнулся Тайвин. — Почему бы просто не вернуть Леди Сансу, Лед и кости Неда Старка. Если Старки хотят замерзнуть на Севере, то пусть замерзнут, — пожал плечами Тирион. — Волки высмеяли имя Ланнистеров. Наши собственные вассалы отказываются следовать за нами в битве. А что, если Старки заявят свои права на Трон? — мрачно произнес Старый Лев. — Через бастарда Баратеона, обученного на Стальной улице? Кто последует за ним? Станнис слишком горд, чтобы выдать свою дочь замуж за кузнеца-наполовину простолюдина, — пренебрежительно отозвался Бес. — Рыцари Долины сражались за Север в последней битве. Что, если к ним присоединятся их отцы и братья? Ройсы и Редфорты могли бы выступить за Старков. И Джон Сноу послал Амори Лорха в Дорн. Мартеллы точно замучают его до смерти, — сказал Тайвин. Убийство дорнийской принцессы и королевских детей шестнадцать лет назад. Тирион знал, что ради власти совершаются ужасные вещи, но кровь этих троих не могла быть смыта с рук его отца. — Как ты собираешься одолеть Старков? Они выиграли все битвы, и, если они заключат союз с Дорном или Долиной, нам конец. Со временем и с союзниками Джон Сноу и Робб Старк смогут захватить Королевскую Гавань, — спросил карлик. — Робб Старк и Джон Сноу лучше играют на поле боя, но война — это не только сражения. Мы не можем победить в открытую. Но можем атаковать их из тени. Стаю волков трудно убить. Но одинокого волка можно выследить и освежевать, — сказал Тайвин, заканчивая третье письмо.

______________________________

Заметки Автора: Я уже упоминал о римской медицине, которая производит сильное впечатление. В третьем по старшинству подразделении легиона был префект катрорум — командир лагеря, отвечавший за медицинскую службу. Медикус примус был высококвалифицированным врачом, который служил на передовой. Те, кто хотел стать врачом, могли записаться на службу, пройти обучение и служить в течение 25 лет. Август, первый император, присвоил всем военным врачам статус рыцаря. Я читал статьи, в которых говорилось, что только в современном мире уделяется внимание телам погибших солдат. Например, американские военные прилагают усилия для эксгумации останков. Однако в прошлом похоронные обряды также имели большое значение. В «Илиаде» возвращение тела Гектора было важным событием. Конечно, не всегда удавалось найти все тела погибших. Но идея о том, что после битвы можно похоронить тела врагов в соответствии с религиозными обычаями, не была чем-то необычным. Ганнибал не сразу после битвы при Каннах двинулся на Рим, хотя это было всего лишь 250 миль. Один из его кавалерийских командиров сказал: «Ты знаешь, как побеждать, Ганнибал, но не знаешь, как использовать свою победу». Мы никогда не узнаем, был ли Ганнибал прав в своей оценке. Но большинство историков считают, что он был прав. Это те же проблемы, с которыми сталкивается Робб. Даже после битвы при Каннах Рим обладал огромным богатством людских ресурсов, с которыми Ганнибал, находясь далеко от Карфагена, не мог сравниться. Он мог бы вербовать галлов, но их было слишком мало. Рим потерял более 50 тысяч человек при Каннах. Через несколько месяцев они заменили их, показав, насколько сильна была римская система призыва. Я не разделял мнения Севера и Речных Земель, но считаю последнюю битву великой, но дорогой победой. Историки отмечают, что Ганнибал потерял от 6 до 8 тысяч человек при Каннах, в то время как римляне потеряли 50 тысяч. В зависимости от того, как считать Болтонов, Робб теряет от 3,5 до 5,5 тысяч человек. Старки не могли полагаться на людей Болтона, поэтому Робб теряет 5,5 тысяч человек — так что его армия сократилась до 13 тысяч с более чем 3 тысячами ранеными. Старки могли бы перебить всю армию Тиреллов-Ланнистеров, если бы не пара тысяч спасшихся — они пощадили примерно половину. С учётом милосердия Робба соотношение остаётся прежним. Число раненых в три тысячи может показаться высоким, но на самом деле это было не так. Конечно, Канны были более жестокими, чем битва в Божьем Оке. Но есть записи, что Ганнибал не пошел на Рим, потому что десять тысяч его людей были ранены. Это двадцать процентов его сил. Отравление или перекрытие водных ресурсов, конечно, не считается благородным, но это случалось несколько раз в прошлом. В 600 году до нашей эры Афины отравили акведук, ведущий в Цирру, город, находящийся в осаде. Другие сообщения утверждают, что Афины построили плотину, а не использовали ядовитые растения. В 430 году до нашей эры Спарта отравляет колодцы близ Афин. Во время Галльских войн Цезарь отправил своих рудокопов на разрушение одного источника, а на другом поставил охрану для Укселлодума. Город вскоре сдается. Саладин использует воду как оружие, чтобы победить крестоносцев. Он выманивал их из родников и заливал колодцы. Перед битвой при Хаттине (1187) франки были в отчаянии, мучимые жаждой. Теперь можно поспорить, насколько успешны эти усилия на самом деле. Мне кажется, что это так же психологично, как и практично. Рендилл Тарли имеет в виду командование авангардом в битве при Эшфорде во время Восстания. Лично я понимаю, почему Дейенерис сожгла Рендилла и Дикона. Они предали своего сюзерена, Леди Оленну. Она предложила им возможность преклонить колено. Неужели мы действительно думаем, что Серсея, Тайвин или кто-то еще не казнили бы их? Так что они погибли от огня. Они все равно умрут. Смерть от огня может быть быстрой из за удушения. Но если есть ветер, или куча дров сырая или маленькая, смерть может занять несколько часов. Когда Мария Первая, убежденная католичка, казнила протестантов сожжением на костре, священник умолял в течении сорока пяти минут, чтобы его убили поскорее. "Зверь в человеческом обличии" — так Робетт Гловер описывает Рамси Сноу. Ирония, конечно же, заключается в том, что Джон был назван также. Мне также нравится контраст между Джоном и Эйрисом. А лучшим моментом "Танец с Драконами" был момент, когда Мейс Тирелл, как Десница короля, сидел на стуле в форме руки. В Средние века армии были невероятно медленными. Например, Гарольду Годвинсону понадобилось восемнадцать дней, чтобы преодолеть 241 милю и встретиться с Вильгельмом Завоевателем. Обычно люди считают, что армия Гарольда двигалась быстро, но другие историки говорят, что людей беспокоило физическое и психическое состояние Гарольда. Кроме того, некоторые источники утверждают, что большая часть армии Гарольда не участвовала в походе, и ему пришлось набирать новых людей. В любом случае, пройти 240 миль менее чем за 18 дней было сложно. Единственным большим исключением были монголы. Они путешествовали верхом на лошадях, и у них было по несколько лошадей на каждого воина. Монгольские армии могли проходить до 100 миль в день, что было невероятно быстро для того времени. Это был один из ключей к их победам над превосходящими силами, потому что их скорость нарушала планы противника. В феодализме господин несет ответственность перед своими вассалами. Я не большой поклонник Маргери, но думаю, что из нее получилась бы хорошая королева. Отсюда и ее чувствительность в попытках найти решение. Тиреллам было бы все равно, если бы Санса оказалась в плену. Послать выкуп девушкой, чтобы расплатиться с Севером, было бы для них в высшей степени разумно. Англия и Франция неоднократно расплачивались так с викингами. Я читал главу Арианны в "Ветра зимы", и все, включая ее старшую сестру, пренебрежительно относятся к видениям Теоры. Честно говоря — это глупо. Бран предсказывает, что железнорожденные нападут на Винтерфелл, но Жойен говорит, что ему никто не поверит. В мире, где рождаются драконы, красная жрица может вызывать тени, а мертвые возвращаются к жизни, почему люди не верят в магию? К этому времени все уже знают, что у Дейенерис есть драконы. А в Королевской Гавани есть черепа драконов. Итак, в этой истории Валена приводит Теору к Мартеллам. В главах на веб-странице GRRM Теора говорит: "Они танцевали. В моем сне. И везде, где плясали драконы, умирали люди." В книгах есть фальшивый Эйгон, который собирается взять Штормовой Предел. Вероятно, более правдоподобной версией ослабления Дейенерис было бы столкновение между Эйгоном и Дени с их армиями. Для любителей военной истории, капитуляция основана на встрече в здании суда Аппоматтокса. Грант связался с Линкольном, и оба согласились на щедрые условия, чтобы страна могла начать выздоравливать. Грант позволил южанам сдаться с достоинством, и южане оставили своих лошадей, мулов и оружие. Оба генерала приказали своим людям идти домой и заниматься сельским хозяйством. Услышав об этом, другие генералы быстро приняли условия. Было одно или два небольших сражения (далеко на Западе), но через месяц подавляющее большинство армии Конфедерации сдалось без кровопролития. Юг остался благодарен Гранту за его доброту. Слова Тайвина отражают совет Неда Старка своим детям. Как отмечает Арья, это был одинокий волк, который выжил, в то время как волчья стая была освежевана. Но опять же, Арья не знала, что ее братья и сестра (Джон, Бран и Санса) были живы.