Из кошмара в реальность. Том 1.

***

Луна, ярко освещавшая чистое ночное небо, стремительно уходила за горизонт, оставляя после себя холодный серебристый отблеск на крышах. Около пятиэтажки стоял розовый фургон девушек — яркое пятно в серой предрассветной тишине. Когда Винкс зашли в главные двери подъезда, из-за угла соседнего дома вышла тёмная фигура. Некто внимательно осмотрел пятиэтажное здание, пробежался взглядом по окнам, затем молча направился к фургону. Преодолев последние лестничные ступеньки, Джим чуть ли не валился с ног. Каждая клеточка тела пульсировала острой болью в животе — словно кто-то вонзил туда раскалённый нож и медленно поворачивал. Всё, о чём он сейчас мечтал, — это рухнуть на мягкую кровать и отключиться хотя бы до утра, а лучше до полудня. Боль становилась невыносимой после нескольких лестничных пролётов, каждый шаг отдавался вспышкой в ране. На часах было полпятого утра. В комнате мистер Фредерик всё ещё сидел за своим рабочим столом, освещённым тусклой настольной лампой. Когда феи вошли, он резко отвлёкся от бумаг, услышав тяжёлые шаги и тихие всхлипы. Доктор был шокирован увиденным: Джим, бледный, сгорбленный, с рукой, прижатой к животу, поддерживаемый Блум и другими. — Звёздные покровители! Что с вами произошло? — воскликнул он, поспешно поднимаясь и бросаясь к раненому парню. — Досталось немного от баронессы, — пробормотал Джим сквозь зубы, голос слабый и хриплый. Блум взволнованно посмотрела на него — в её глазах мелькнула смесь страха и нежности. — Так, давай сюда, — Фредерик указал на чистый, аккуратно застеленный диван у стены. С помощью девушек Джим опустился на него, тяжело выдохнув от облегчения, когда спина наконец коснулась мягкой поверхности. — Как долго ты уже с этой повязкой? — спросил доктор, быстро осматривая рану. — Около получаса, — ответила за него Блум, голос дрожал от волнения. — Так. Что у вас произошло? — мистер Фредерик молниеносно подошёл к столу, ловко собирая в руки всё необходимое: бинты, антисептик, инструменты, его движения были быстрыми, но точными, как у человека, привыкшего к таким ночам. Остальные Винкс прошли в комнату, рассредоточившись вокруг дивана. Джим прикрыл глаза от боли, но чувствовал на себе их взгляды — каждый был пропитан своей эмоцией. Флора смотрела сочувственно, губы сжаты, в глазах — жалость и лёгкий ужас: даже для такого, как Джим, это было слишком жестоко. Стелла и Текна смотрели в страхе и сомнении — их лица отражали внутреннюю борьбу: верить ли ему после всего? Лейла зыркнула строго, но даже в её взгляде мелькнуло сочувствие, смешанное с непониманием: зачем он это сделал? Почему он здесь? Почему помогает именно им? Муза держалась спокойнее остальных — в её глазах читалось расчётливое облегчение: доктор — это шанс, счастливая карточка, которая может дать второе дыхание всем раненым. Блум же проявляла больше всего сочувствия и переживания — её взгляд был мягким, почти ласковым, полным тревоги за него, сильнее, чем у любой из подруг. — На нас напали вампиры, — голос рыжеволосой словно пробудил Джима от медленного падения в темноту. Он открыл глаза, встретившись с её взглядом, и на миг боль отступила. — Подробнее, Блум. Это всё очень серьёзно, — голос мистера Фредерика звучал твёрдо, но в нём сквозила тревога. В комнате раздавался лишь шорох бумаги и металлический грем склянок, которые он торопливо переставлял на столе. — Винкс, прошу вас подождать в другой комнате. Джим медленно открыл глаза. Мир вокруг сначала был мутным, расплывчатым пятном, но постепенно обретал резкость — лампа над головой, потолок с трещинами, лица девушек. Сил не хватало даже на то, чтобы пошевелиться, вздохнуть глубже или выдавить слово. — Джим? — Блум позвала его испуганно, голос дрогнул. — Я буду в порядке, — тихо проговорил он, стараясь, чтобы слова прозвучали уверенно, хотя дыхание вырывалось с хрипом. В этот момент дверь скрипнула, и в комнату влетел голос Флоры: — Мистер Фредерик… Флоре резко стало плохо, — теперь её тон был полон паники уже за подругу, а не за себя. Доктор тяжко вздохнул, плечи опустились. Он схватил аптечку со стула, защёлкнул крышку и быстро направился к двери, где лежала ещё одна пострадавшая. Перед тем как выйти, бросил через плечо: — Блум, сними старые бинты и проверь, чтобы не было кровотечения. Мужчина скрылся за приоткрытыми дверьми. Дверь тихо стукнула, оставив в комнате только напряжённую тишину и запах антисептика. Джим попытался приподняться — мышцы живота взорвались новой вспышкой боли. Он зашипел, но Блум мягко, но решительно приложила ладони к его груди, не давая встать. — Тебе не нужно вставать, — сказала она тихо, голос дрожал от волнения. Она оглядела стол и заметила маленький красный чемоданчик первой помощи. Взяв его и ножницы, фея огня осторожно приподняла край его футболки. Джим прошипел от боли, откинув голову назад на подушку. Рану жгло изнутри и снаружи — словно раскалённые иглы пульсировали в такт сердцу, каждый вдох отзывался электрическим разрядом по всему торсу. Блум так же осторожно разрезала окровавленные повязки. Когда она сняла их и откинула в сторону, её словно ледяной водой окатило. На коже Джима чернели глубокие следы от когтей — края раны были словно прижжены, а от них расходилась тонкая чёрная паутинка, словно яд или тьма распространялась по венам и мышцам. В этот момент дверь резко открылась — мистер Фредерик быстро вошёл, в руках пара ампул и странный тёмный камень со стола. — Что там? — спросил он, подходя ближе. Блум не могла вымолвить ни слова — горло сжалось от ужаса. Доктор, как ошпаренный, замер на секунду, глядя на рану. Его лицо побледнело, глаза расширились от шока. Затем он мгновенно пришёл в себя и начал быстро диктовать инструкции, голос стал резким и сосредоточенным: — Блум, держи его плечи. Не давай ему двигаться. Мне нужны чистые перчатки, антисептик и тот камень — быстро! — Блум, послушай, — мистер Фредерик подошёл к столу, быстро схватил ещё пару вещей и поставил их рядом с ней. Его движения были точными, но в голосе сквозила спешка. — Этой жёлтой жидкостью обработай рану полностью. Затем смочи марлю вот этой, — он указал на вторую банку с голубой жидкостью, — приложи прямо к ране и перевяжи этими бинтами. Блум кивнула, но взгляд метнулся к двери. — Что с Флорой? — спросила она, словно только сейчас проснувшись от шока. Голос дрогнул от волнения уже за подругу. — Делай скорее обработку, а о подруге не беспокойся, я скоро подойду. — отрезал доктор и поспешил к дверям. Он скрылся прежде, чем она успела задать ещё один вопрос, оставив после себя только эхо шагов и запах антисептика. Блум глубоко вдохнула, услышав тяжёлое, прерывистое дыхание Джима. Его одышка резала уши — каждый вдох давался с трудом. Она стиснула зубы, взяла эмоции в кулак и принялась выполнять инструкции шаг за шагом. — Сильно болит? — тихо спросила она, осторожно смачивая рану жёлтоватой жидкостью. — Словно огонь, — прошипел Джим сквозь зубы, пальцы судорожно сжали покрывало под собой. Ткань смялась в кулаке. Руки Блум дрожали, пока она работала. Мысли вихрем проносились в голове: что будет дальше? Что, если заражение распространится? Что, если Джим и Флора окажутся … Она вздрогнула, почувствовав острую боль в груди от этой картины. Горло сжалось, глаза защипало. — У тебя такие тёплые руки, — вдруг произнёс Джим ровным, хоть и слабым голосом. Блум метнула взгляд на него, на миг забыв о мрачных мыслях. Она натянуто улыбнулась, пытаясь скрыть дрожь в губах. Прежде чем тишина снова повисла между ними, он добавил: — Он тебя тоже сильно задел… Тебе бы тоже подлататься. Девушка нервно ухмыльнулась, но улыбка вышла кривой. — Джим, пожалуйста, — попросила она подавленно, голос дрогнул. — Не рискуй так собой. Он встретил её сочувствующий взгляд и тихо поправился: — Эй, всё прошло, — помедлил, а потом добавил тише, — Бывало и хуже. Я и не через такое это проходил. Блум отвела взгляд в сторону, губы сжаты в тонкую линию. Она смочила новые сложенные бинты голубой жидкостью — холодная влага мгновенно пропитала ткань — и осторожно приложила их к ране. Джим тихо шипел от боли, но в следующий миг почувствовал облегчение: прохладный компресс мягко перебивал жгучую пульсацию, словно ледяная рука легла на раскалённый металл. Пока фея начинала перевязку, он заметил, как её взгляд стал отрешённым — тот самый, знакомый до боли взгляд, когда она берёт на себя весь мир и молча тонет в нём. — Блум, — тихо позвал он и медленно, преодолевая вспышку боли в животе, положил свою руку поверх её ладони. Пальцы были холодными, но хватка — тёплой и уверенной. — Поверь мне, я знаю, каково тебе сейчас. И это нормально — волноваться за свою команду, следить за порядком и успехом. Ты не одна в этом. Глаза Блум забегали — он угадал каждую мысль, что крутилась в её голове: страх потерять кого-то, вина за то, что не уберегла, тяжесть лидерства, которая давила на плечи сильнее любой раны. Она зажмурилась на секунду, словно пытаясь прогнать эти образы. Джим не убрал руку. Он смотрел на неё спокойно, несмотря на бледность и пот на лбу. — Это тяжело, — продолжил он тихо, голос чуть хриплый, но ровный. — Лидеру всегда нелегко, ведь многое от него зависит. Я однажды ошибся… и это было ужаснее всего. Потерял тех, кого должен был защитить. Но… — он слегка сжал её пальцы, — у тебя всё получится. Не бери слишком много ответственности на себя. Верь в себя и делай так, как считаешь нужным. Ты справишься. Я в тебя верю. Блум подняла глаза. В них мелькнула благодарность — тёплая, почти болезненная. Она посмотрела на него, и на миг её губы дрогнули в улыбке — слабой, но настоящей. — Спасибо, Джим, — прошептала она, и в голосе прозвучала искренняя теплота, смешанная с облегчением. Он слабо улыбнулся в ответ, не убирая руки. В комнате повисла тишина — не тяжёлая, а такая, в которой можно было просто побыть друг с другом.

***

— Что у вас тут произошло? — спросил мистер Фредерик, быстро проходя к сидящей на диване Флоре. Она морщилась от боли, обхватив себя руками за плечи, пытаясь не шевелиться лишний раз. — Резко упала, будто в обморок, — коротко ответила Текна, стоявшая рядом. Доктор присел перед Флорой, внимательно глядя ей в лицо. — Флора, ты можешь сказать, где именно болит? — спросил он спокойно, но твёрдо. — И что ты почувствовала перед этим? — Слабость… а потом всё было как в тумане, — тихо ответила девушка. Дрожащей рукой она указала на свою спину. — Здесь… болит, — Там, под порванной тканью, проступали четыре глубокие красные полосы от когтей — от правой лопатки вниз до поясницы. Мистер Фредерик кивнул, уже доставая из аптечки необходимые инструменты. Он осторожно приподнял край её одежды, осматривая раны. По их виду, глубине и характеру сразу было понятно, с кем фее пришлось столкнуться — вампирские когти оставляли именно такие следы. — Одна из вас, помогите мне, — попросил он, вынимая стеклянные бутылочки с голубой и янтарно-жёлтой жидкостью в виде лекарств. Стелла, стоявшая ближе всех, шагнула вперёд. Доктор жестом указал ей снять с Флоры верхнюю одежду — аккуратно, не задевая раны. Стелла помогла, стараясь не причинять боли. Флора стиснула зубы, но не издала ни звука. — Сильное жжение, острая боль, слабость есть? — спросил доктор, уже смачивая вату голубой жидкостью. — Немного… — прошептала Флора, морщась, когда жидкость коснулась кожи. — Если немного — значит, вовремя, — кивнул мистер Фредерик, продолжая обрабатывать раны. — Ничего страшного. Недельку отлежаться — и будешь как новенькая. — Как это неделю?! — вырвалось у Стеллы. Она замерла с открытым ртом, глядя на доктора. — Нам же столько всего нужно сделать! — Я вам всем рекомендую взять перерыв на неделю, — твёрдо продолжил мистер Фредерик, не отрываясь от работы. — Стоит отложить дело на некоторое время. Не тратьте силы на попытки геройствовать — только хуже сделаете. — Блум с этим поспорит, — выдохнула Текна, скрестив руки на груди и прислонившись к стене. Спустя пять минут доктор аккуратно завязал концы бинта сверху плеча Флоры. Она сидела бледная, но уже не так сильно морщилась — обезболивающее начало действовать. — Вот и всё. Магические и целебные бинты быстро помогут в регенерации такой раны, — произнёс мистер Фредерик, аккуратно складывая остатки инструментов и две бутылочки обратно в аптечку. — Также можете воспользоваться любыми целительными заклинаниями. Здесь магия работает исправно и не калечит, так сказать. Девушки удивлённо переглянулись. — Что ж, будем знать, — развела руками Лейла, всё ещё хмурясь, но уже чуть спокойнее. Доктор уже направился в сторону своей дверей, как вдруг услышал настороженный голос Флоры. — А как же Тина? Мы же не можем сидеть здесь и дожидаться, пока её кто-то ещё похитит. Мужчина обернулся, на лице мелькнула лёгкая улыбка. — Поверьте, с ней всё будет хорошо. Ничего плохого с ней не случится. Уж это я знаю, — усмехнулся он загадочно и скрылся за дверью. Вернувшись к себе, мистер Фредерик увидел, как рыжеволосая Блум улыбнулась — слабо, но искренне. Было очень кстати узнать о её раненом напарнике. — Как? Всё получилось? — развеял он тишину, подходя к столу. Поставив аптечку, он взял другую, повертел её в руках, будто проверяя, и убрал на ту же полку. — Да, вроде, — неуверенно ответила Блум, всё ещё глядя на дверь, за которой скрылся доктор. Мистер Фредерик подошёл к лежащему на кушетке Джиму. — Какая-нибудь острая боль, жжение есть? — задал он тот же вопрос, что и Флоре. — Сейчас всё утихло, — коротко ответил Джим. Голос звучал ровнее, чем раньше, плечи расслабились, а лицо уже не было таким бледным. Он даже попытался сесть прямее. — Хм, мда, — вздохнул доктор, задумчиво потирая подбородок. — Но лучше поздно, чем никогда. Он вернулся к своему столу и начал перебирать бумаги с записями — медленно, будто искал что-то конкретное. Блум изогнула бровь. Он говорил так, словно скрывал самое важное — или даже сокровенное. Правду, которую не хотел озвучивать прямо сейчас. — С ним ведь всё будет в порядке? — добавила она в волнении, шагнув ближе. — Не волнуйся, эта стадия пройдёт за неделю, может и быстрее, — спокойно объяснил мистер Фредерик, не отрываясь от бумаг. — Благодаря регулярным перевязкам и целительным заклинаниям. Главное — не торопить. Находиться здесь парню было как-то некомфортно — складывалось ощущение, словно он лежит под пристальным присмотром постовой медсестры. Только этой «медсестрой» была не Блум, а сам мистер Фредерик. С каждой минутой Джиму становилось лучше: боль притупилась, усталость отступала, хотя и не ушла полностью. Это дало ему силы на свою задумку — уйти отсюда. Он приподнялся на локтях, почти сел. — Джим, тебе не стоит подниматься, — тихо сказала Блум, шагнув ближе. — Если он в силах, можете перебраться в более уютную комнату, — негромко произнёс мистер Фредерик, подчеркнув последнее слово с искренним гостеприимством, продолжая работать за своим рабочим местом. Блум помогла парню встать и выйти в коридор. Он опирался на её плечо сильнее, чем хотел бы показать. — Тебе не нужно так сильно беспокоиться обо мне, — пробормотал он. — Серьёзно? Тебе вообще не стоит вставать! — нахмурилась она, крепче сжимая его локоть. Джим не ответил, лишь отвёл взгляд в сторону. Где угодно, но только не с доктором. К тому же это его кабинет. Я ж не экспонат, чтобы там светиться на всём обозрении? — подумал он, но вслух ничего не сказал. Дойдя до следующей комнаты, Блум помогла ему прилечь на диван. Она быстро оглядела полки, нашла аптечку и поставила её поближе к дивану. — Тебе бы самой подлататься… — тихо напомнил парень, заметив, как её руки вздрогнули. Она помнила о своей ране, но волнение за других — и за него в первую очередь — пересиливало. Блум открыла аптечку, чтобы взять пару магических бинтов, но их там не оказалось. Лежали только простые стерильные в упаковке. — Ах, придётся идти за целительными, — чуть раздражённо вздохнула она, закрывая крышку. — Можешь ещё принести воды? — спросил Джим почти в последний момент. Блум обернулась. — Пожалуйста? — Хорошо, — кивнула она и вышла, не задерживаясь на пороге.

*

Взяв среднюю пачку бинтов, — лучше уж побольше, чем постоянно бегать к доку и мешать ему — она направилась на предполагаемую кухню, которая находилась этажом ниже. Рыжеволосая не переставала удивляться спроектированному зданию. Оно было многоэтажным, для проживания, но складывалось впечатление, что это общага в «пышных хоромах». Пришлось спуститься по лестнице ниже, где располагалась кухня и столовая. Взяв из шкафчика стакан и набрав воды, Блум направилась обратно, как перед ней показались знакомые опасные глаза. -Так это ты, Блум, — произнес женский голос. Девушка чуть не уронила на нее стакан с водой, когда алые глаза сверкнули в полутьме. Это была вампирша! Что она здесь делает и почему знает ее?! -Хм, твои подруги не рассказали обо мне? — спокойно спросила она, показав свое малое удивление и то, что она нейтральна. Нарастающий страх не успел показаться полностью, как тут же исчез. Блум отрицательно качнула головой. -Должно быть не до меня было. Архх, ладно. — вздохнула красноглазая и сложила руки крест накрест. -Я должна с тобой поговорить. — начала она. — И это очень важно, как для тебя, так и для остальных. Блум, нахмурившись, слушала ее, пока та не замолчала, ожидая ее ответа. -Я могу тебе рассказать, но сначала отнесу воду. — твердо сказала она. — «Она знакома с моими подругами? Как давно? Что ж, она не выглядит опасной». -И заодно перебинтуй рану, — добавила она, криво усмехнувшись. — Кровь хоть и запекшаяся, но дразнит нюх. Она демонстративно прошла в кухню, которая постепенно переходила в столовую с широким красивым столом и стульями с мягкими сидениями. -Я подожду тебя здесь. Рыжеволосая изогнула бровь. -Ты ведь можешь подняться со мной, и я все расскажу. — сказала Блум, посчитав, что вампирша стесняется огромного круга общения. Или она просто не хотела показываться перед всеми? Было неясно откуда она знала ее и ее подруг. -Кровь. Помнишь? — подчеркнула она первое слово, посмотрев на нее свысока. Оставив незнакомку одну на всем этаже, Блум поднялась на следующий. Появившись в дверном проходе, рыжеволосая подошла к парню. Протянула ему стакан с водой. -Спасибо, — поблагодарил он, взяв у нее стакан. — Дале́ко? Заметив, как та направилась из комнаты в коридор. -Спущусь еще раз в кухню. — коротко ответила девушка. — За бинтами. Последнее пришлось придумать, так как сейчас она не хотела сообщать о «гостье», ведь после упоминания поднимутся множества вопросов. Джим остался один в комнате, выпив воду наполовину. Поставив стакан на тумбу рядом, он улегся поудобнее. Комната походила на гостиную, она была довольно большой. Около стен стояли платяные шкафы, висели плакаты, покрытые пылью. В углах стояли подставки, на которых расположились горшки с различной зеленью. Диван, на котором он лежал, был длинным и занимал почти все пространство комнаты. Слева от него стояла тумба, позади на башне из пяти коробок стояла напольная лампа. Утренний свет проникал через окна, что были по бокам зашторены прозрачными занавесками. На улице стояла непривычная тишина. Ни пения птиц, ни привычных машин, что ездили по улицам дорог. Когда-то да, но сейчас… Складывалось ощущение, что здание находилось где-то на неизведанном месте дикой природы. Перед глазами снова возникли воспоминания сегодняшней ночи. — Не нужно кричать. Рано или поздно это должно было произойти, — произнес он, поглаживая её щеку холодной, словно мрамор, рукой. — Ты сама выбрала этот путь… — он провёл губами по её шее, вдыхая аромат её страха, который был для него слаще любого вина. Ему было плевать, больно ли ей. Он слышал лишь её учащённые вдохи и выдохи, бешеный ритм сердца и знакомый, сладкий для него страх жертвы, которая не в силах дать отпор. Вздрогнув, пират открыл глаза. Еще один кошмар, что надумал сниться ему постоянно.

***

Девушка зашла в зал, где должен был быть док. Но его там не оказалось. Рыжеволосая подошла к открытой на столе аптечке и взяла пару магических бинтов. Один положила в карман, вторым стала обматывать рану на ноге. Сделала она это все очень быстро, так как поскорее хотела узнать о красноглазой незнакомке. Вернувшись на кухню, увидела вампиршу, которая сидела на одном из стульев и что-то рассматривала на руках. Девушка приблизилась, затаив дыхание. Незнакомка подняла глаза на нее. -Торопилась, — только и произнесла она, выдохнув. Блум опешила, но красноглазая поторопилась добавить следующее: -Я про рану. Тебя ведь вампир ранил, а ты… Хотя бы обработала. «Это замечание она мне сделала или проявила заботу?» — пронеслось в голове феи огня. -Ладно тебе. Садись, — кивнула она на свободные стулья. Фея плавно подошла к одному и, выдвинув из-за стола, села напротив, поддерживая некую дистанцию. -Меня зовут Оливия. Я и мои подопечные из ордена Белой крови. — начала рассказывать она, не давая вставить хоть один вопрос. –Встретила я твоих подруг случайно, поскольку прошелся слушок, что кое-кто знает о сильнейшей сущности на одной из территорий. То есть Ты. И Граф, от которого ты чудом спаслась, хотел знать все о Ней. По твоим царапинам и ране, что он оставил — ты поступила правильно: не выдала и сбежала. Ха, похвально. — с выдохом в ее голосе на мгновение послышалось удивление. Продолжив, брюнетка стала говорить серьезным тоном. — Так как сейчас последуют вопросы, после того как я отвечу тебе, ты ответишь мне. Фея огня молча сидела минуту или даже две, попытавшись переварить сказанную информацию. Было бы лучше делать это на холодную голову, но тут сыграло любопытство и время. Тело ощущалось усталым и тяжелым, а при упоминании раны от когтей, стало жечь. Девушка чуть нахмурилась и формулировала первые вопросы, более полезной и надобной информации. -Тот Граф из другого… ордена? — вовремя припомнив «классификацию», задала первый вопрос она. -Да. Из ордена Алой крови. Те еще ублюдки, — вампирша фыркнула и скрестила руки на груди. Для удобства она редко встречалась с голубыми глазами девушки, чтобы та могла чувствовать себя комфортнее и думала быстрее. Так как из-за взгляда «хищника» всегда будет проявляться чувство тревоги, страха и ощущаться моральное давление. Этим обладали все вампиры. Отличие лишь в том, что чем выше они по иерархии, тем сильнее были. -Ты упоминала Ее, то есть сущность. Кто это? -Самая сильная на данный момент во всем заброшенном квартале. — обыденно ответила Оливия, так, будто говорила эту фразу каждый день. — Ты с ней уже пересекалась. И не раз… -То есть? — вместо «что» появился не совсем тот вопрос, что собиралась задать фея. В голове начался сильнейший сумбур. «Рядом около меня? Когда это могло бы… Могло» — рыжеволосая опустила голову, сжав кулак. Вспомнила, как встречала волчицу с таким же кулоном как у… Тины. Джим был первым, кто заметил это и сказал ей. Знают ли сейчас остальные? А она? Посмотрев на вампиршу, заметила, что та сидела расслаблено и смотрела куда-то в стену. Пока не перевела взгляд на нее. -Она везде ошивается. — протянула она. — Позже могу рассказать, что знаю о ней, но не сейчас. Пожалуйста. Внутри возникло некое противоречие. А вдруг это и не Тина? С чего вдруг она являлась той, кого они ищут? Со стороны это выглядит смешно. Девушка, которую похищают то одни, то другие, вдруг та сущность? Звучит как бред. Ибо Тина бы давно выставила некий статус, как и вампиры. Да и ее бы побоялись и пальцем тронуть! Разве нет? В голове отдалась пульсация и внутри будто стало сдавливать в тиски. «Нет. Это не Тина.» — мысленно выдавила фея первый итог для себя. -Хорошо. — шепотом согласилась Блум. — Эм… Тогда, что ты хотела спросить у меня? Брюнетка удивленно выгнула бровь. -Ты закончила задавать свои вопросы? Хм. Ладно. — она вытянула руки на стол и, цепляясь взглядом за разные предметы кухонного гарнитура, задала интересующий вопрос. — Что ты знаешь о Заброшенном секторе? Вопрос был и интересным, и вроде простым. Но что она имела ввиду под этим? Рыжеволосая молчала минуту, прежде, чем решила задать вопрос: -И что это тебе даст? Во взгляде рубиновых глаз промелькнула усмешка, вместе с удивлением. Это мысленно подтверждало ожидания Оливии от феи. Для нее нужно было получить пару ответов и тогда она сможет рассказать о фее огня: кто она на самом деле. -Ответь для начала, а я после скажу. В голосе звучала учтивая вежливость, которая еще не раз будет слышна из уст любого вампира, который добывает себе информацию. Тело феи заметно напряглось, руки сжались в кулаки. А головную боль незаметно перекрыли мысли о правильном ответе. -Покинутое людьми место, что жили здесь. — выдохнула рыжеволосая. Сделав паузу и убедившись что ответ подходит собеседнице, она продолжила: -Наполнились разными монстрами и существами, некоторые из которых присвоили себе дома. Брюнетка внимательно выслушивала каждое слово. Кивнув, она нарисовала круг пальцем на столе. -Хорошо. Что еще ты знаешь? Сейчас это было похоже на экзамен, что рыжеволосая проходила, не заучивая билетов заранее. Манера незнакомки настораживала, а атмосфера, что повисла над ними, не разбавляла ситуацию. Кроме голоса Блум и ее заметно колотящегося сердца — не было слышно других звуков. -Есть довольно опасные места. В них особенно не срабатывает магия. — фея приостановилась, невольно вспомнив, как не смогла зажечь заклинание и то, как ее подруги впервые столкнулись с этим. Картинки потухающей магии резко сменились на руки, что уже не колдовали, а были в оковах. Неприятное чувство разрослось снова, когда рану словно обожгло огнем. Блум зажмурилась и открыла глаза. -Блум? — та подняла взгляд на вампиршу. Брюнетка окликала ее до этого, но решив, что ту накрыло воспоминание, громче позвала фею. — Устала? На лице невозможно было точно прочитать эмоций молодой брюнетки, у которой постоянно был серьезный вид. Лишь сейчас в глазах читалось волнение. -Ничего. Просто задумалась. — сказала быстро фея, не уточняя. — Так… В ушах заметно прогудело, отчего девушка прижала пальцы к левому виску. В таком состоянии становилось тяжело подбирать ответы. Ведь скажи все просто, Оливия догадается о многом. Почему она не проверит, что будет? Не хотелось. Рыжеволосая предостаточно вынесла уловки от того вампира. Да и нутро предупреждало: не верь им. -Из-за энергетики магия не не работает, а блокируется. — поправила собеседница. Скрестив снова руки и закатив глаза, девушка поспешила закончить разговор. — А поскольку ты себя плохо чувствуешь, давай оставим наш разговор до вечера. Оливия встала из-за стола, поправив плащ. -Уходишь? — вопрос вырвался сам, когда сама фея не ожидала, что разговор прервется сейчас и после еще и продолжится. Вампирша пожала плечами и, не встречаясь уже с взглядом девушки, двинулась к выходу. -Пережду на каком-нибудь этаже. Или в другом доме. С этими словами она вышла в коридор, оставляя Блум одну сидеть в столовой. Проводив ту взглядом, девушка перевела его на свои руки. Похоже есть некоторые детали, по которым незнакомка хочет узнать о ней больше. Почему-то было некое предчувствие внутри, что скажи неправильное или неверное слово, все обернется куда хуже. Вздохнув и тихо прошипев от боли, рыжеволосая встала и направилась к коридору. Поднялась на следующий этаж, здесь было тихо и светлее. Солнце взошло над горизонтом, освещая лучами восточные комнаты. Немногие лучи попадали на пол или задерживались на темных занавесках на окнах. Проходя мимо открытых комнат, фея завернула в зал. Дока здесь не было, снова. Собираясь вернуться в комнату, где остался пират, девушка, развернувшись, встретила мистера Фредерика. Мужчина извинился за то, что напугал ту, увидев, как она вздрогнула. -Мои извинения, не хотел. — приложив одну руку к груди, сказал он. -Ничего. — отведя взгляд и жмурясь ответила она. -Что-то беспокоит? — мужчина прошел в сторону по направлению к своему рабочему столу. -Да, так. Побаливают синяки. — кротко произнесла фея огня, стараясь не думать о жжении в ране. Даже через повязку ощущения были не из приятных. А может магический бинт так исцеляет? Мужчина, поправив очки, прошел к столику слева в углу, где стояли склянки на специальной подставке. Некоторые из них были розового, фиолетового и голубого цветов. Взяв одну бутылочку с фиолетовой жидкостью внутри, док подошел к Блум. -Это целительное зелье. Оно вмиг поможет с ранами и ушибами. — вручая ей бутылочку, произнес он. -Спасибо, — неловко поблагодарила фея, ощутив колкость внутри раны. Взяв из рук бутылек, рыжеволосая направилась к другим комнатам. Мистер Фредерик посмотрел напоследок на фею оценивающим взглядом. Он не заметил для себя тех симптомов, что были у Флоры. Они были разные и поэтому док временно списал это на усталость и итоги «битвы» прошлой ночи. На всякий случай он открыл аптечку и положил туда пять таких бутыльков с зельем. А после, закрыв верхнюю крышку, положил на стол в зале. Зайдя в комнату, фея малость удивилась, когда увидела спящего парня на диване. Тот подобрал руки к себе, скрестив их. А челка успела разлохматиться о подушку. Колкость и жжение сильно ударяли пульсацией внутри. Тихо прошипев, рыжеволосая, не медля больше, открыла пробку бутылька и выпила половину зелья. На вкус оно отдавало сладковатым сиропом и зеленью. Прикрыв двери, девушка заглянула в соседнюю комнату. Та была меньше и значительно обставлена мебелью: двумя шкафами, столом с кучей коробок и разных вещей. А в углу стояла кровать. В комнатке было темнее и лучше. Это как раз то, что подошло фее. Конечно, можно было зайти к девочкам, и поспать там. Но нога стала прихрамывать, а усталость брала вверх. Рыжеволосой не хотелось искать, в какой из комнат были Винкс, и были ли там вообще свободные места. Посчитав идеальным вариантом остаться здесь, Блум зашла внутрь и закрыла за собой двери. Она села на кровать и, выставив бутылек рядом на стол, сняла перчатки с часами, оставив их рядом. «Было бы неплохо переодеться,» — осмотрев себя и сделав малое замечание себе, девушка легла наконец на подушку. Спать в костюме для миссий еще не приходилось, так как в нем было малость некомфортно. Но прикрыв глаза, она быстро провалилась в царство Морфея.