Есть ли жизнь после Азкабана?

Меня выписали из госпиталя лишь под вечер следующего дня, да и то после того, как я сказал, что плевать, выпишут меня или нет, а ещё на одну ночь я там не останусь. Кости срослись, мясо не отваливается, а кроветворное я и дома попью. Курсом. Честно. Джинни, заглянувшая на шум из соседней палаты, где лежал Гарри, посверлила меня хмурым взглядом, но заверила медиведьму, что за мной есть кому проследить и все предписания лечащего колдомедика я выполню. Я не знал, что у них там с Драко произошло, но сестрёнка утром пришла на удивление довольная, посветлевшая, что ли, посидела со мной, заявила, что вино я могу дома не искать, оно было вкусным, улыбнулась и упорхнула к Гарри. — Драко… Он дулся на меня весь вечер, пичкая время от времени кроветворным и игнорируя все попытки с ним заговорить. Я почти раскаялся, что не остался в госпитале, когда ближе к полуночи он пробрался в мою постель и прижался привычно холодными ногами к моим ногам. Облегчение. Я почувствовал чёртово облегчение, круто замешанное на растерянности, когда обнял его за плечи и уткнулся носом в волосы, понимая, что не знаю, как себя с ним вести. Он уткнулся мне в шею холодным носом, легонько поцеловал и засопел, подбирая слова. — Рон, я… Мы с твоей сестрой вчера повздорили, напились и… В общем, она накричала на меня, обвинив, что я использую тебя и Гарри, сказала, что вы оба в госпитале, и почти приказала оставить тебя в покое. Тебе и Грейнджер хватило, ты после прошлых отношений до конца не оклемался, чтобы заводить новые, настолько же нездоровые, и связываться со мной. У тебя замечательная сестра, Рон. Я улыбнулся, пытаясь подавить в себе желание схватить его в охапку, вжать в себя и заявить, что никуда его не отпущу. Джинни замечательная, заботливая, умница, вот только зачем она так со мной? Я пока совершенно не готов отказаться от Драко, которому я не нужен. Ему подошёл бы любой, лишь бы не Гарри, а я совершенно не хотел быть этим любым, хоть и знал, что большее мне не светит. — Ага. Есть такое. — Я растерялся. Стоял и хлопал глазами, не зная, что ей ответить и как быть дальше. Мне хотелось сорваться с места, аппарировать в госпиталь и наорать на вас обоих, придурков гриффиндорских, потребовать, чтобы вы серьёзнее относились к собственной безопасности, а Джиневра смотрела на меня с жалостью и смеялась. А потом она обозвала меня идиотом, достала вино и потребовала выпить с ней. В общем, вино мы с ней выпили. Обе бутылки. Оно, кстати, неплохое было, пусть до элитного, конечно, не дотягивало, но я последний раз выпивал ещё до смерти отца, потом как-то не до того стало. Маму хоронил я совершенно трезвым, хоть и до безумия хотелось напиться, позволить себе слабость, спрятаться от действительности, но я же Малфой, я не мог позволить себе так низко пасть. Хотя, знаешь, я благодарен собственной гордости за то, что смог похоронить маму нормально, а не в дупель пьяным. — Драко… Что здесь можно сказать, я не знал. Я вообще слабо представлял, как он остался вменяемым после тех испытаний, что выпали ему в жизни. Страшно даже представить, что бы со мной стало на его месте: я бы сломался, совершенно точно сломался. Прижав Драко к себе, я поцеловал солёные губы, погладил по спине и плечам и впервые за это время подумал, что хочу попробовать серьёзные отношения с ним. Плевать на то, что Драко любит Гарри, плевать на то, что Гарри вопреки всему считает его своим — я хочу побороться за него, попытаться стать для него кем-то важным. Я хочу защищать и оберегать его, довериться ему сам, весь, до донышка. Ничему меня жизнь не учит! Драко укусил меня за нижнюю губу, пососал и улыбнулся. — Я хочу ввязаться в отношения с тобой, Рон. Прыгнуть вниз головой с обрыва. Я понял это вчера, когда думал, что теряю тебя. Мне тепло, очень тепло рядом с тобой, и это лишь важно, а с остальным мы со временем разберёмся. Дай нам шанс. Я улыбнулся, чувствуя себя невероятно счастливым, пусть и трусом. Я не смог предложить ему себя, но он оказался смелее меня и сказал правильные слова — попробовать серьезные отношения. — Да, Драко, конечно да. — А теперь, может, пошлёшь свои принципы к Мордреду и займёшься со мной сексом наконец? Перекатившись и нависнув над ним, я зажёг свет и заглянул в серые глаза. Сомнений и страха я не увидел, а может, не захотел увидеть. Ну их к черту, эти сомнения! Настрадаться по поводу и без я ещё успею, но не сейчас. Сейчас самое главное, что он решил дать нам шанс, а значит, мне просто нельзя оплошать. — Любовью, Драко, любовью.