Принятие неизбежного

Затаив дыхание, Эмильен в глубине души надеялся на то, что Дима сейчас скажет о том, что захотел его увидеть, но суровая реальность со всей дури опустила его на землю. — С Полиной повздорили, — тихо произнёс друг глядя в потолок, — она меня выгнала. Настолько больно и паршиво было слушать сейчас эту речь, что младшему хотелось просто закрыть уши, закрыть глаза и закрыться от всего мира. Значит, Масленников решил поиграть на два фронта, совершенно не заботясь о чувствах других. Особенно после того блядского недопоцелуя на балконе. Он смотрел со стороны на его профиль, а к горлу подступил ком отвращения: почему ему так горько от этого? Неужели он ожидал, что старший броситься к нему объятия, что между ними сможет быть что-то большее чем дружба? Пиздец, как обидно. После Иманов отвернулся чувствуя как по щекам бегут предательские слёзы. Тряпка! Он же раньше не был таким слабохарактерным, за что ему свалился такой подарок на голову? Разве он мало настрадался за всю свою жизнь, разве мало было того, что он пережил? Вот именно, сука, никто не знает его биографию, его путь; никто не знает, как он едва выкарабкался из всего дерьма. Только вот сейчас совсем другая история, а про прошлое стоит забыть. Всю ночь младший ворочался, не мог уснуть, лишь под утро удалось прикрыть глаза на пару минут. Впервые в его жизни он проснулся с чувством отстранённости, с чувством отвращения ко всему, с чувством полного безразличия. Если бы ему сказали: вот Дима Масленников, бери его, делай с ним что хочешь – он бы рассмеялся и сказал, что ему это нахуй не нужно. Что-то перемкнуло, переклинило, зовите это как хотите, но факт остаётся фактом. За одну ночь всё изменилось. Не хотелось абсолютно ничего. Он справится. Три фразы описывающие последующие дни Эмильена Иманова, полностью закрывшегося в себе, в своей комнате. Парень напрочь забыл о еде, сне, канале на ютубе, о соц.сетях, о друзьях, обо всём. Разговаривать не хотелось вообще, да и видеть кого-то тоже. Его до скрежета зубов раздражало, когда кто-то скулил под его дверью, чуть ли не уговаривая его не думать о плохом, не вешаться, а ему со всей дури хотелось бы крикнуть «Жаль, а так хочется» и засмеяться громко, утопая в собственных слезах. Просто пережить нужно, — вторил себе под нос раскачиваясь со стороны в сторону положив голову на колени, — похуй на всех. Даже на Димана, который ни разу за это время не поинтересовался что со мной. Вновь возвращался к Масленникову, который мерещился ему везде, прокручивал каждый диалог, каждый день проведённый вместе не ощущая при этом ни капли радости. Ни-че-го. Видимо, так суждено было, чтоб этот человек пробыл в его жизни так мало времени, но высосал с него все соки, будто за всю сознательную жизнь. В один из таких, теперь обычных для Эмиля, дней ему написала Полина, сообщая о том, что подготовила для него кое-что и единственное что от него нужно – присутствие. Поначалу хотелось матом крыть всех и вся, однако через какое-то время пришло озарение, что пора выбираться из этой ямы в которую он себя загнал за последние дни. Свет клином на этом не сошёлся ведь. Парень приоделся, настроил себя на хорошее и помчался по указанному адресу. Оказалось, там находилась просторная студия, а в студии его ждали друзья: Стас, Сударь и Поля со своей широкой улыбкой. — Что задумали? — безо всякого энтузиазма поинтересовался Иманов залезая на высокий стул. Те на него смотрели так, как тогда Великий Вася, когда организовывал для Димы квест. — Братик, через пару минут сам всё поймёшь. Ты главное открой моё сообщение и прочитай его за пять минут до начала. — Никита потёр ладошки глядя на наручные часы, а Эмиль недоумевал от незнания что его ждёт — всем сердцем недолюбливал такое. — Начала чего? — Начала съёмок. Сразу же полегчало, блять. Да нихуя! Всё это время парень ерзал на стуле в предвкушении и пялился на стену напротив. Совсем скоро прозвучал голос Поли оповещая всех о начале, а так же о том, чтоб все приготовились. Поинтересней стало, атмосфера накаляется. Иманов открыл письмо Сударя.. И охуел! К сообщению была прикреплена ссылка на ролик «Чат на вылет», а вскоре ему пришло уведомление о создании аналогичного чата в Вотсапе и тут Эмиль понял, что Полина решила реализовать свою идею. Стало интересно, в крови забушевал адреналин, хотелось попробовать. Поэтому поняв концепцию ролика они приступили к съёмкам. Парень полностью абстрагировался от своих мыслей, проблем и, как ни в чем не бывало, начал искать себе пару среди неизвестных ему девушек. Он начал нести всякую чушь, лишь бы не показывать истинного лица и то, как сегодня с утра его всё ещё пожирала душевная боль. Эмильен хотел выбить из себя, из своих лёгких запах Димы Масленникова, который въелся под кожу; хотел ощутить что-то новое; хотел показать себя вершителем судеб; хотел тепла, поддержки, ласки; хотел всё то, чего желал бы любой нормальный человек. Иманов прошёлся среди девушек, но это нет тот запах, которого требует сердце, совсем не тот! Ему нужен запах мужского одеколона вперемешку с запахом табака и мяты. Когда дело дошло до объятий он думал что не выдержит и сбежит прямо со съёмок. Однако, была одна девушка которая отличалась ото всех на протяжении всего шоу, буквально запала в душу – рыжая бестия с красными губами. И чёрт возьми, в момент когда слетела маска с её лица по его телу пробежались мурашки, внутри что-то разбушевалось. — Мы сможем сходить на какую-то свиданку следующую? — волнительно было произносить эти слова глядя загипнотизировано в два омута напротив. — Думаю, да. — видно было, что девушка застенчива, но она старалась не подавать виду. И только по окончанию съёмок Иманов завидел в углу знакомую фигуру с играющими желваками, наглой ухмылкой. Он отсалютовал ему рукой и подошёл к Вике, которая расслабленно сидела на диване. — Спасибо за участие, Вик. Надеюсь, мы в будущем сможем стать друзьями, а может и не только. — Эмиль игриво заулыбался, — На связи! — он ловко притянул к себе её приобнимая за талию и, показав жестом телефон, удалился к команде. — Отпразднуем? — впервые за долгое время парень искренне был рад и улыбался совсем выкинув из головы небольшой промежуток его непутевой жизни. — Не отпразднуем, а расслабимся, бро. Праздновать будем свадьбу. — Сударь разразился громким хохотом по-дружески обняв друга, — Го в кальяную? Так и подошёл к концу очередной день.