Часть 9
15 декабря 2021 г., 10:40
Всю дорогу солнца палили нещадно; даже на закате, когда оба светила разбухали и багровели, как в лихорадке, они до последнего жарко светили сквозь расщелины между скалами по левую руку, слепили глаза, обращали каждую капельку пота в сверкающую призму боли.
Солнца поднялись до высшей точки, на секунду зависли в небе и, не задержавшись ни на единый миг, как это было в пустыне, перевалили через зенит, возвращая путешественникам их тени. Каменистые выступы скал торчали из уходящей вверх тверди, как подлокотники врытых в землю гигантских кресел. Трава опять пожелтела и пожухла. В конце концов они оказались перед глубокой расщелиной с отвесными склонами, преграждавшей дорогу. Им пришлось обходить её поверху, по короткому лысому кряжу. Древний гранит был изрезан морщинистыми складками, похожими на ступени лестницы. Как они оба предчувствовали, подъем обещал быть нетрудным. По крайней мере на первом этапе. Они взобрались на вершину скалы, постояли немного на крутом откосе шириной фута четыре, глядя вниз, на пустыню, что подступала к горам, обнимая их, точно громадная желтая лапа. Дальше она уходила за горизонт ослепительным белым щитом, исчезая в туманных волнах поднимавшегося к небу жара. Мужчину вдруг поразила мысль, что эта пустыня едва его не убила. Однако отсюда, с вершины скалы, где было прохладно, пустыня казалась хотя и величественной, но вовсе не страшной — не смертоносной.
Немного передохнув, они продолжили восхождение, пробираясь через каменистые завалы, карабкаясь по наклонным плоскостям, усеянным сверкающими вкраплениями слюды и кварца. Камни были приятно теплыми на ощупь, но воздух сделался заметно прохладнее. Ближе к вечеру они расслышали, как где-то вдали, по ту сторону гор, гремит гром, но за вздымающейся громадой скал не было видно дождя.
***
Наконец «Химера» достигла Батуу, на три с лишним часа позже расчетного времени, которое назвал капитан Хакс. Космические перелёты по территории, нечётко нанесённой на карты, всегда сулили некоторую долю неопределенности, и гранд-адмирал Траун, разумеется, понял бы, что задержка произошла из-за факторов, которые невозможно заранее просчитать. Но Хакс подозревал, что повелитель Вейдер сочтёт задержку результатом некомпетентности, либо самого капитана, либо экипажа. Обе возможные оценки его категорически не устраивали. — Полагаю, у вас есть план, повелитель Вейдер? — спросил Траун, когда тот появился на мостике. Мгновение тёмный повелитель молча и бездвижно стоял у обзорного экрана. Возможно, размышлял, возможно, проделывал какие-то штуки, в которые Армитаж никогда до конца не верил, при помощи этой своей Силы, которой он не очень-то доверял. Траун приказал «Химере» выйти из гиперпространства на безопасном расстоянии от планеты, и сейчас Батуу казалась едва различимой точкой в лучах далёкого и бледного солнца своей системы. Капитан Хакс мысленно покачал головой. Вейдер может сколько угодно твердить, что Император, находясь на Корусанте, способен уловить что-то важное во многих световых годах оттуда, но Армитаж на это не поведётся. Если спросить его, то с практической точки зрения, которой он обладал и гордился с детства, под всеми этими красивыми словами скрываются тайные источники информации или просто логические умозаключения. — Возмущение, которое мы ищем, находится на поверхности, — указал Вейдер. — Подготовьтесь перейти на орбиту. Траун приподнял руку, вежливо приостанавливая выполнение приказа. — Если мне будет позволено внести предложение, повелитель Вейдер, — подал он голос, — местное население может быть настроено к нам враждебно. В этом случае появление звездного разрушителя не сыграет нашему заданию на пользу. — Я покажу им могущество Империи, — пророкотал Вейдер. — И узрев его, они зароются как можно глубже, — холодно отметил Траун. — Вы боитесь, что мы приложим чрезмерные усилия, извлекая их из укрытий? — Я считаю, что это может занять неоправданно много времени, — уточнил собственные слова Траун. — А у нас приказ выполнить задание как можно быстрее, — он указал на планету. — И потом, не всегда целесообразно демонстрировать потенциальным врагам сразу все свои возможности. Несколько секунд они молча мерили друг друга взглядами. На лице Трауна было спокойное и почтительное выражение, лицо же Вейдера, как всегда, было скрыто маской. — Что вы предлагаете? — наконец спросил тёмный владыка. — Мы с вами вдвоём спустимся на планету. У меня есть грузовой корабль, который позволит нам остаться неузнанными. Мы приземлимся… — Неузнанными? — насмешливо прервал его Вейдер. — Вы действительно верите, что я могу появиться где-либо в Империи, не будучи узнанным. — В Империи — нет, — всё так же спокойно ответил Траун. — Но этот край Внешнего кольца имперский только по названию. Есть шанс, что местные не поймут с кем имеют дело. На этот раз тишина сохранялась дольше. Хакс даже затаил дыхание и в тот момент на мостик ступил коммандер Кименд, и целенаправленно направился к ним. Его белые доспехи резко контрастировали с темными тонами флотской униформы окружающих. Вейдер на протяжении всего полёта открыто выражал своё презрение к Трауну, при любой возможности намекая на его неудачу на Атоллоне. Среди коллег-офицеров Хакса ходили слухи, что в какой-то момент Вейдер просто возьмёт на себя руководство экспедицией, наплевав на флотский устав. Если это когда-нибудь случится, присутствие Кимменда на мостике, несомненно, облегчит ему захват власти. Не для этого ли явился командир штурмовиков? Не прямо ли сейчас всё это должно разразиться? И Хакс испытал облегчение, когда Вейдер лишь склонил голову. — Что ж, — сказал он. — Капитан Хакс, подготовьте грузовой корабль адмирала Трауна. — Слушаюсь, повелитель, — выпалили Армитаж, отбрасывая в сторону и страх, и облегчение. Молодой капитан поднёс к губам комлинк. Старший лейтенант Зокстин стала весьма обидчивой с тех пор, как состоялся их с капитаном неприятный разговор, и для всех будет лучше, если Хакс лично отдаст ей приказ. По крайней мере, напряжение между Трауном и Вейдером спало. На какое-то время… — Коммандер Кимменд, — позвал Вейдер. — Слушаю, повелитель! — Кимменд шагнул к тёмному владыке и вытянулся по стойке «смирно». — Идите на ангарную палубу и проследите за подготовкой транспорта адмирала Трауна, — распорядился ситх. — Так точно, господин, — отчеканил Кимменд. — Сколько бойцов выделить для вашего сопровождения? Снова взор чёрного шлема обратился к Трауну, а скрытые под ним глаза, казалось, оценивающе уставились на него. — Никого, — ответил тёмный повелитель. — Мы с адмиралом полетим вдвоём. — Вдвоём? — раздался скрипучий голос из-за спины Хакса. Несмотря на все свои усилия капитан взрогнул. Проклятый Рух! Траун и так разрешил ему шляться по всему кораблю — так зачем же ногри продолжает использовать это своё дурацкое маскировочное устройство? — Вдвоём, — подтвердил Траун, никак не отреагировав на внезапное появление Руха. Возможно чисские глаза лучше видели скрытое под маскировочным полем нежели человеческие. Или, возможно, Рух оказался здесь, потому что пришёл Кимменд. Вполне возможно, что Траун приказал ногри, следить за командиром Первого легиона. Хакс слышал, как Кимменд открыто желал маскировочному устройству ногри перегореть от частого использования. И Армитаж был склонен с ним согласиться. — Может быть, ты не доверяешь своему господину и сомневаешься, что мы с ним сможем добраться до примитивной деревни без твоей защиты? — требовательно спросил Вейдер. Он тоже никак не отреагировал на внезапное появление Руха, в тоже время ногри что-то прорычал на родном языке. — Нештатные ситуации — как раз тот случай, когда я нужен гранд-адмиралу больше всего. — Мы полетим вдвоём, — отрезал Траун и его тон ясно давал понять, что разговор окончен. — Если хочешь, можешь отправиться вместе с коммандером Киммендом в ангар и проконтролировать подготовку корабля. Рух смерил оценивающим взглядом Кимменда, но тот остался невозмутим. — Будет сделано, гранд-адмирал, — проскрежетал ногри. — Я прослежу за всем очень внимательно. — Тогда, с вашего позволения, повелитель Вейдер, — протянул Траун, — я пойду в свою каюту и тоже подготовлюсь. — Я буду ждать в ангаре. — Затем Вейдер указал прямо на гранд-адмирала. — Надеюсь, вы смените свою форму на что-то другое? — Именно в этом и заключается подготовка, о которой я говорил. — Хорошо. Не задерживайтесь. — Я вернусь как можно быстрее, повелитель, пообещал Траун. А затем повернулся к Хаксу. — Внимательно следите за обстановкой, капитан. Используйте только пассивные датчики. — Так точно, адмирал, — отозвался он. Ещё раз взглянув на Руха, Траун развернулся и направился к выходу с мостика. Кимменд дождался, когда он пройдёт, и последовал за ним на расстоянии двух шагов. Рух проскользнул мимо Хакса, искоса взглянул на Вейдераа и двинулся вслед за штурмовиком. — Рух! — окликнул его молодой капитан. — Слушаю, — тут же обернулся ногри. — Проследи за подготовкой корабля очень внимательно, — попросил Хакс. — И убедись, что лейтенану Зокстин известно о том, что ты наблюдаешь за её работой. На грубом лице Руха промелькнула злорадная улыбка. — Я поставлю её в известность, капитан, — пообещал он. — Непременно.***
На следующий день, когда они продолжили свой путь в обход, под углом к узкому клину ущелья, подъем стал круче. Мужчина не спешил: пока ещё не было необходимости торопиться. Мертвые камни у них под ногами не хранили следов фигуры, что они преследовали, но он твердо знал, что тот прошел той же дорогой. И даже не потому, что они с Энакином видели снизу, как он поднимался — крошечный, похожий на таком расстоянии на букашку. Запах его холодной энергетики отпечатался в каждом дуновении проморзлого воздуха, что струился с гор, — маслянистый, пропитанный злобой запах горечи. Волосы у Энакина отросли и вились теперь на затылке, почти закрывая дочерна загорелую шею. Он поднимался упорно, ступая твердо и уверенно, и не выказывал никаких явных признаков боязни высоты, когда они проходили над пропастями или карабкались вверх по отвесным скалам. Дважды ему удавалось взобраться в таких местах, какие мужчине было бы не одолеть в одиночку. Эни закреплял на камнях веревку, и его попутчик поднимался по ней, подтягиваясь на руках. На следующее утро они поднялись ещё выше, сквозь холодные и сырые рваные облака, что закрывали оставшиеся внизу склоны. В самых глубоких впадинах между камнями уже начали попадаться белые бляхи затвердевшего, зернистого снега. Он сверкал, точно кварц, и был сухим, как песок. В тот день, ближе к вечеру, они набрели на единственный след — отпечаток ноги на одном из этих пятен снега. Потрясенный, Энакин застыл на мгновение, завороженно глядя на четкий след, потом вдруг испуганно поднял глаза, словно опасаясь, что та фигура может материализоваться из своего одинокого следа. Мужчина же потрепал мальчика по плечу и указал вперед: — Пойдем. День уже на исходе. В последних лучах заходящего солнца они разбили лагерь на широком плоском каменном выступе к северо-востоку от разлома, уходящего в самое сердце гор. Заметно похолодало. Дыхание вырывалось изо рта облачками пара, и в пурпурных отблесках гаснущего дня мокрый кашель грома казался каким-то нездешним и даже безумным. Мужчина ждал, что мальчик начнет задавать вопросы, но тот ничего не спросил. Энакин почти сразу уснул. Путник последовал его примеру. И во сне ему пригрезился мальчик — в образе святого какого-то неизвестного ему пантеона, со лбом, пронзенным гвоздем. Он проснулся, судорожно хватая ртом разреженный горный воздух. Энакин спал рядом с ним, но спал беспокойно: он ворочался и бормотал неразборчивые слова, отгоняя, наверное, своих собственных призраков. Исполненный тревожных предчувствий, мужчина перевернулся на другой бок и снова уснул.***
— Перед нами лежит путь воина, — сказал Траун, кивнув на поселение, раскинувшееся перед ними. — Посмотрим, куда он приведёт. Вейдер подавил вздох. По опыту джедая что был до него, большинство солдат, которые постоянно употребляли подобные девизы, афоризмы или боевые кличи, оказывались не слишком хорошими бойцами, когда дело доходило до стрельбы. Джедаи, разумеется, являлись исключением из этого правила. Те из них, с кем он был знаком в те времена, могли сыпать афоризмами почти при каждой возможности и при этом оставаться отличными воинами. Возможно, в этом отношении чиссы походили на джедаев. Но он в этом сомневался. Когда Траун с Вейдером прилетели на планету, в лесу рядом с главным поселением стояло три дома. Сейчас же над двумя плоскими грудами обломков возвышался только один. — Оно исчезло, — сообщил Вейдер. «Голос звучит ниже, чем обычно. Должно быть, в нём сквозит гнев или упрёк». — Возмущение в Силе пропало. — Знаю, -кивнул Траун. — Судя по характеру повреждений, удар был нанесён сверху. Кроме того, есть признаки того, что обломки были примяты. — Откуда вам это знать? — Полагаю источник возмущения в Силе забрали, — ответил чисс. — Взгляните на обломки: эти два строения были уничтожены для того, чтобы рядом с ретьим мог сесть грузовик. «Вейдер взирает на поляну, пальцы зависли над рукоятью светового меча». — вы считаете, что источник возмущения находился в третьем здании? — Возмущение пропало внезапно, как будто было снесено взрывом? — Нет. — «Голос Вейдера становится звонче. Должно быть он проследил логику в словах и согласился. Возможно, готовит новые вопросы». — Вы знаете, что это был за источник? — У меня есть одна догадка, — дал знать Траун. — Но я бы предпочел пока не озвучивать её, чтобы не воздействовать на ваши собственные суждения. — Я бы предпочёл выслушать эту догадку, — повелитель ситхов резко развернулся к нему. — Не хочу вмешиваться в ваши размышления. «Три секунды Вейдер хранит молчание. Рука недвусмысленно покоится на рукояти меча». — Много лет назад Император спросил вас, куда бы вы устремились, если бы встал выбор между чиссами и Империей, — наконец вымолвил он. — Вы помните? — Помню, — подтвердил гранд-адмирал. — Я ответил, что пока я на службе Империи, то верен ему. — И? — Моё слово и есть гарантия. Если бы его слуга Энакин Скайуокер был рядом, то он подтвердил бы нерушимость подобной клятвы. — Энакин Скайуокер мёртв. — Мне так и сказали, — кивнул чисс. — Тем не менее Император мне доверяет. — Вы уверены? — возразил ситх. — Даже после Атоллона? — Да. «Ещё две секунды гнетущего молчания». — Моё доверие вам ещё придётся заслужить. — «Не произнося больше ни слова, Вейдер склоняет голову». — Коммандер Кимменд докладывает, что грузовику, побывавшему здесь, удалось вырваться в гиперпространство. А второй полностью уничтожил груз. — Скорее — только попытался уничтожить, — уточнил Траун. — Всегда можно обнаружить следы. — О вас говорят, что вы видите то, что пропускают другие. — «Вейдер снимает руку с оружия и взмахом указывает на уцелевшее здание. Пожалуй, в его голосе слышится вызов». — Начните отсюда. Планировка дома оказалась стандартной: в пяти жилых комнатах размещались в общей сложности двадцать кроватей, также наличествовала обширная гостиная, кухня, совмещенная со столовой, и три санузла. Ещё в двух комнатах располагались ящики, в которых хранились продукты и утварь. — На этих четырёх кроватях недавно спали, — сказал Вейдер, когда они заглянули в одну из спален. — Здешние обитатели в спешке сорвались с места. — Согласен, — кивнул Траун. Стиль постройки, внешний вид мебели, узоры и цвета отделки совпадали с тем, что он видел в постройках этого поселения. Всё местного производства, ни малейшего намёка на инопланетное происхождение жильцов. Чисс вытащил из шкафов несколько предметов одежды и разложил на кроватях, чтобы изучить. — Адмирал! — позвал ситх. «В голосе слышится сдержанное ликование». — Подойдите. Сам он ждал в арочном проходе, который вёл в длинное помещение в задней части дома. И там же были выставлены десять цилиндров. Каждый из которых был длиной в шесть метров: двухметровые металлические заглушки с двух концов и скользящая крышка в середине. К каждому такому цилиндру были подведены кабели, провода и трубки с жидкостью. Все десять были открыты и внутри виднелись лежанки, повторяющие очертания тел. — Я никогда не видел подобных устройств, — признался Траун. — Это что, камеры для клонирования? — В Империи никогда не производилось камер такого маленького размера, — возразил Вейдер. «Подходит к одной из них и заглядывает внутрь, а затем переключает внимание на контрольную панель под крышкой». — Вам знакома эта письменность? — спросил ситх, делая шаг в сторону. — Она распространена в Неизведанных регионах, — сообщил чисс. — Но я не знаю этого языка. Осмотр внутренних частей может подсказать нам назначение этих устройств. Вейдер воздел руку. Цилиндр мелко задрожал, а затем приподнялся в воздух. Повернувшись на несколько градусов влево, затем вправо, он мягко опустился обратно. — Основной механизм там. — Ситх указал на левую заглушку, которая находиласьв ногах у лежанки в камере. — На другом конце — резервуар для жидкости. — Как вы это поняли? — У твердых объектов и жидкостей различные инерционные свойства, — пояснил Вейдер. «В голосе проскальзывает то ли самомнение, то ли укор». — Понятно, — кивнул Траун. — Нужно забрать один из них на «Химеру». Возможно, инженеры разберутся, для чего они нужны. — Согласен.***
— Канал защищен, адмирал, — отчеканил Армитаж Хакс. Он дважды проверил показания датчиков и наконец-то переключил внимание на фигуру, которая покачивалась над голопроектором мостика. На такком расстоянии от Батуу конус сигнала сттановился настолько рассеянным, что так и напрашивался на прослушку. Нельзя было рисковать, даже несмотря на шифрование. — Что слышно от коммандера Кимменда и абордажной команды? — Первый легион захватил корабль, — доложил молодой капитан. — Однако экипаж успел уничтожить груз, и для изучения осталось очень мало материала. Кимменд запустил двигатели и ведет грузовик сюда. — Полагаю, вы отправили к ним подкрепление? Хакс аж передёрнулся: — Сэр, я отправил им на помощь СИД-защитники, но они не смогли существенно повлиять на исход операции. — Сомневаюсь, капитан, — невозмутимо парировал он. — Даже если они всего-навсего оттянули на себя часть вражеского внимания, это все равно вклад в общий успех. Коммандеру Кимменду удалось захватить пленных? — Да, сэр, он сообщил, что везёт их. — Хакс почувствовал, будто с плеч свалилась гора. Гранд-адмирал всегда широко смотрел на вещи, предпочитая заострять внимание на успехе и учиться на ошибках. Вейдер, если слухи не преувеличивают, в подобной ситуации оставил бы после себя шлейф трупов. Впрочем, не исключено, что и до этого дойдет. — Превосходно, — заключил Траун. — Мы с повелителем Вейдером привезем два цилиндра неизвестного происхождения и назначения. Прикажите освободить один сборочный отсек и отправьте туда группу инженеров, чтобы мы смогли досконально их изучить. — Слушаюсь, сэр. — Армитаж быстро набрал на планшете записку-напоминание. — Прикажете отправить вам информацию по местной культуре? Высокоскоростной передатчик к вашим услугам. Улыбка гранд-адмирала была почти незаметной, но для Хакса она была красноречивее всяких слов. Он правильно угадал мысли и намерения своего командира, и ему это пришлось по душе. — Спасибо, капитан, — произнес он. — Прошу вас отправить мне все файлы. — Слушаюсь, сэр, — повторил он, делая ещё одну пометку в планшете. — Какие ещё будут приказания? — Коммандеру Кимменду удалось взглянуть на груз перед тем, как его уничтожили? — Да, мельком, — подтвердил он. — Он говорил, что там было несколько больших цилиндров. — Надо же. Подключите его к нашей беседе. — Слушаюсь, сэр. — Армитаж набрал команду на пульте, включив ещё один узконаправленный луч. — Капитан Хакс вызывает коммандера Кимменда. Голограмма штурмовика возникла рядом с фигурой Трауна. — Кимменд слушает, — хмуро буркнул он. — Коммандер, говорит адмирал Траун. — Между двумя голограммами появилось изображение цилиндра. — Скажите, такие предметы вы видели в грузовом отсеке преследуемого корабля? Штурмовик слегка наклонился, приглядываясь. — Не совсем, сэр, — ответил он. — Наши были гораздо больше. — Но выдержаны в том же стиле? — Нам удалось взглянуть на них лишь мельком, — проговорил Кимменд, — но мне кажется, что в другом. — Возможно, Руху удалось разглядеть их получше? Лицо коммандера окаменело: — Адмирал, это вы приказали ему проникнуть на «Темный ястреб» без моего ведома и разрешения? — Подобного приказа я не отдавал, коммандер, — возразил Траун. — В то же время не приказывал я и оставаться на борту «Химеры». Полагаю, он счел, что может вам пригодиться. — Сэр, не то слово, — выдавил Кимменд. — Я был бы очень признателен, если бы в будущем вы предоставили мне самому выбирать снаряжение и личный состав для выполнения задания. — Принято к сведению, — кивнул гранд-адмирал. Хакс отметил про себя, что этой фразой он вовсе не обещал, что удовлетворит просьбу. — Что касается вашего вопроса — нет, он ничего не видел, — продолжил штурмовик. — Я приказал держать его на «Темном ястребе» во время операции. С секунду Траун молчал, и Хакс подумал, не собирается ли он дать понять, что исход абордажа сложился бы по-другому, если бы с ними был ногри. Но адмирал не стал говорить очевидного. — Очень хорошо, — сказал он. — Когда прибудете на «Химеру», поставьте грузовик на причал номер шесть. Может статься, что на корабле и даже в самом грузовом отсеке сохранилось больше следов, чем предполагают его бывшие владельцы. — Слушаюсь, сэр. — Капитан, отправьте мне файлы по готовности. — Уже отправлены, сэр, — доложил Армитаж. — Позвольте поинтересоваться, что за файлы? — спросил штурмовик. — Информация об обитателях этого региона, — пояснил гранд-адмирал. — Возможно, враг уже выдал себя, но в то же время не исключено, что он всё ещё скрыт от наших глаз. — Помрачнев, он немного помолчал. — Жизненно важно узнать, какой из двух вариантов — верный.***
Первый отрезок перелета прошел в молчании. Вейдер вёл грузовик, а Траун уткнулся в планшет. Судя по пляшущим на его лице отблескам, он снова просматривал свою художественную коллекцию. Он отложил устройство, только когда корабль покинул атмосферу и взял курс к «Химере». — Итак? — спросил Вейдер. — На мой взгляд, кое-какие детали прояснились, — сообщил чисс. — Для начала давайте обсудим ситуацию на Батуу. Полагаю, вы пришли к какому-то умозаключению? — Пришел, — подтвердил ситх, мрачно размышляя, не зарывается ли инородец. Сам он, несомненно, уже выжал из имеющихся обрывков всю полезную информацию. Джедай, бывший до Вейдера, обычно уступал чиссу в этом умении, но он то больше не тот человек. — Гриски наняли дарши, чтобы те обустроили в Черном Шпиле базу с коммуникационной триадой. Когда всё было готово, они привезли цилиндры и сами перенесли их от посадочной площадки в дом. — А эти цилиндры?.. Вейдер резко повернулся к своему спутнику: если раньше можно было сомневаться, то теперь стало ясно, что этот вопрос был проверкой на сообразительность. — По-моему, это гибернационные камеры нечто сродни карбонитовой заморозке. Тех, для кого они предназначались, привезли на Батуу и в строжайшей секретности переправили в дома дарши. Император уловил их внезапный страх, когда они поняли, что их ждет. То самое возмущение в Силе. — Умолкнув, он сам обратился к энергетическому полю. — Но вы ведь уже догадались, что они чувствительны к Силе, правда? За тот короткий срок, который Вейдер провел бок о бок с гранд-адмиралом, он пришел к выводу, что эмоции чисса похожи на крохотные быстрые вспышки за частоколом рациональных рассуждений. Вот и на этот раз он уловил точно такую же — однако она была отчетливой. — Я подозревал, но наверняка не был уверен, — проговорил Траун. — Развивать тему не будем. Вейдер дернул пальцами, уставившись на горло инородца. У слуги Императора не может быть секретов, тем более от единственного ученика их Повелителя. Вероятно, пришла пора напомнить чиссу его место в имперской иерархии. Невидимые тиски на горле всегда в корне меняют мировоззрение. Но повелитель ситхов отбросил искушение. Император явно считал Трауна ценной фигурой в своей игре, и, что еще важнее, чисс обладал знанием, которое было нужно Вейдеру. Пускай забавляется, думая, что его спутник — глупец, главное — найти источник возмущения в Силе и успешно завершить поход. Но все же не помешало бы дать понять, что Вейдер не так уж сильно отстает от Трауна в тактическом мышлении, как тот возомнил. — В надлежащее время мы вернемся к этой теме, — постановил он, — а пока что продолжим старую. Дарши планировали вывезти цилиндры с пленниками на одном из двух грузовиков, но ни тот, ни другой не смогли приземлиться из-за нашего корабля. Поэтому они оперативно снесли дома, чтобы освободить площадку. Потом они увезли пленников. — И поместили их в гибернационные камеры на корабле, — добавил Траун. — Да. Именно это — страх или отвращение к происходящему — Вейдер и Император почувствовали тогда. — А грузовой отсек корабля? — спросил чисс. — Те цилиндры, которые гриски так торопились уничтожить? — Этот вопрос ещё нужно изучить. — Ситх пригляделся к собеседнику. — Или вы уже знаете ответ? — Только догадываюсь, — признался Траун. — Как вы и сказали, вопрос нужно изучить. — Наклонившись вперед, он нажал на кнопку коммуникатора. — Капитан Хакс. — Слушаю, адмирал, — тут же отозвался он. — Захваченный грузовик уже прибыл? — Да, сэр. Инженеры его бегло осмотрели, а сейчас готовят инструменты и оборудование для тщательного изучения. — А СИД-защитники? — Они тоже вернулись, сэр. Капитан Скеррис готовит сводный доклад о действиях каждого пилота во время боя. — Превосходно, — обронил Траун. — Рассчитайте самый быстрый курс к той точке гипертрассы, где мы свернули к Мокивжу. — Слушаюсь, сэр. — Если приказ удивил Хакса, виду он не подал. Вейдеру пришло в голову, что странные приказы, скорее всего, обычное дело для подчиненных гранд-адмирала. — Отправляемся, как только наш грузовик прибудет на борт, — продолжил чисс. — Предупредите коммандера Кимменда и капитана Скерриса, что мы выслушаем их доклады через два часа после того, как «Химера» прыгнет в гиперпространство. — Слушаюсь, сэр. Он отключил коммуникатор. — Через два часа? — с нажимом спросил Вейдер. — Доклады должны готовиться за час. — Не сомневаюсь, что так и будет, — кивнул Траун. — Но сначала я хочу осмотреть то, что осталось от груза грисков. Вейдер обдумал сказанное. Итак, Траун хочет вернуться на гипертрассу к Батуу? Но не к той точке, в которой «Химеру» впервые выбросило из гиперпространства, хотя её найти легче и быстрее. Неужели он рассчитывает обнаружить что-то в том месте, где он наконец сдался и махнул на все рукой? Или намечается что-то совсем другое? Вдруг он отдал этот нелепый приказ, чтобы потянуть время? Но если так, то зачем? Что он от этого выиграет? — Вы полагаете, что гипертрасса к Батуу теперь будет открыта? — спросил Вейдер. — Ни в коем случае, — покачал головой Траун. — Но теперь понятно, что её перекрыло. — Гриски и их чувствительные к Силе пленники? — Это и другие факторы, — помрачнел чисс. — Если мои догадки верны, то скоро всё встанет на свои места.***
— Сначала мы подумали, что это негласный эскорт грузовика, — пояснил капитан Скеррис, выводя на экран изображения, которые пилоты записали по время погони за кораблями грисков. — Но оказалось, что у них не так уж много вооружения, — по крайней мере, они его не продемонстрировали. К тому же они были весьма неторопливы. — Он мельком покосился на Хакса. — Если бы нам не приказали содействовать абордажной команде, по меньшей мере, один из них я бы подбил. Молодой капитан, с нравом под стать своим огненным волосам, едва сдержался, чтобы не скривиться: камень в его огород. Это же он приказал пилотам в первую очередь помогать «Темному ястребу». И все эти склоки при Вейдере. Шлем с черными глазницами, как по заказу, повернулся к нему. Во флоте ходили слухи о том, что случается с офицерами, которые подвели тёмного повелителя. Никто не вышел сухим из воды. Кимменд стоял тут же — как видно, Вейдер уже решил для себя, что Первый легион не в чем упрекнуть. У Хакса же такого иммунитета перед его недовольством не было. — Главной целью был грузовик, — вкрадчиво произнес Траун. — Вы согласны, повелитель Вейдер? — Согласен, — прогремел тот. Ещё секунду его непроницаемая маска маячила перед взором Хакса, а затем он повернулся к Скеррису. — Летные качества? — Не особенно впечатляющие, повелитель, — доложил капитан. — Они были похожи на маленькие, но сильно нагруженные транспортники и с этой точки зрения отлично справлялись. — Он прикоснулся к одному из изображений. — Мы заметили на каждом только один грузовой люк, достаточно большой, чтобы в него прошел цилиндр, который видел коммандер Кимменд. Он глянул на штурмовика, и Хаксу показалось, что пилот сейчас добавит: «Пока гриски все там не взорвали». К счастью, Скеррис, при всей своей наглости и непочтительности к офицерам, ниже пояса не бил. Как, по всей видимости, и Кимменд. — Я согласен с капитаном Скеррисом в оценке боя, — произнес штурмовик. — Кроме того, подтверждаю, что малые корабли были слабо вооружены. Очевидно, они прилетели на Батуу за грузом и не ожидали погони. — Учитывая, какой страх дарши и гриски вызывали у жителей негласной столицы Батуу, — вставил Траун, — я уверен, что они не ожидали никакого сопротивления. — Может, и не ожидали, — расстроенно вздохнул Кимменд. — Но все равно на всякий случай подготовились. К тому моменту, как мы ворвались в рубку, вся компьютерная система была очищена от данных, а электроника подчистую спалена. Некоторые закоулки отсеков выглядели так, будто в них в буквальном смысле что-то жгли. — Да, я видел, — кивнул гранд-адмирал. — Вне сомнения, они пытались уничтожить улики, указывающие на происхождение их народа. — Включая собственный генофонд, — подтвердил коммандер. — Они набрасывались на нас как одержимые — не думаю, что единственной целью было замедлить нас. Скорее всего, они хотели умереть в бою, чтобы никого не осталось для допроса. Нам удалось захватить пленных лишь благодаря тому, что они всё ещё вырубали электронику и не успели выхватить оружие, когда мы подошли на расстояние оглушающего выстрела. Кстати, у них самих были DL 18 и старые бластеры DC 18, — добавил он. — Возможно, купили по случаю в этих местах. — Что такого ценного они должны были забрать с Батуу? — спросил Скеррис. — Это известно? — Полагаю, известно, — сказал Траун. — Впрочем, позвольте прояснить: полагаю, они прибыли на Батуу не только для того, чтобы забрать груз, но и для того, чтобы оставить другой. Вспомните, что мелкие транспортники уже стояли на площадках вокруг того селения. Скорее всего, первый грузовик, который захватил коммандер Кимменд, должен был оставаться на орбите и передать каждому из прибывших кораблей поменьше по одному цилиндру. — Да, было похоже на то, что они стягиваются к грузовику, но потом они заметили нас и разлетелись, — подтвердил Скеррис. — Верно, — обронил Траун. — Первым полагалось загрузиться тем, что на орбите, а потом — тем, что на земле. Они должны были подняться в космос по заранее составленному расписанию. Второй грузовик должен был приземлиться и забрать… — Он глянул на Вейдера. — Пленников грисков, чтобы точно так же передать их на мелкие транспорты. — Хотели всё провернуть в космосе, подальше от глаз аборигенов, — заметил Хакс и скрестил руки на своей груди. — А кто такие эти гриски? — спросил Кимменд. — Нам о них известно очень мало, — пояснил Траун. — Но некоторые выводы напрашиваются сами. — Он нажал на кнопку, и голопроектор на столе конференц-зала выдал несколько изображений. — Это произведения искусства, можно даже сказать — мемориалы, созданные существами, выжившими после нападений грисков. Сделаем поправку на предубеждения и культурные ограничения создателей, и станет ясно, что рассказы о бесчисленных полчищах врагов преувеличены. Скорее всего, гриски поражают своих врагов при помощи необычного оружия и тактики, а не численного превосходства. Хакс согласно и глубокомысленно кивнул. В начале своей службы на «Химере» он нередко злился из-за того, что не понимает, какие идеи Траун черпает из созерцания произведений искусства, не говоря уже о далеко идущих выводах, которые основывались на этих идеях. Теперь же он просто любовался красотой чужой культуры, полностью полагаясь на суждения своего командира. — И я тем более не верю в миф о том, что они кочевники, — продолжил Траун. — Большинство разумных рас зародилось на небесных телах планетного типа, и разорвать эту связь не так-то просто. Кроме того, изображения и сами конструкции кораблей грисков говорят о культе солнца, неба и плодородной земли в противовес черноте космоса. Коммандер Кимменд, вы докладывали, что при первом взгляде на «Химеру» пленные выказали признаки удивления. — Да, сэр, именно так я интерпретировал их реакцию, — подтвердил штурмовик. — Возможно, мы получим уточненные данные после того, как медицинские дроиды проанализируют показания биодатчиков, присоединенных к их кандалам. Хакс снова постарался не кривиться. Химический анализ был его идеей, но когда он озвучил это Кимменду, тот категорически отверг замысел, заявив, что на «Темном ястребе» нет подходящего оборудования и что присоединение датчиков может всполошить пленных. Как видно, в какой-то момент он волшебным образом обрел и оборудование, и силу духа на такой рискованный шаг. Но поскольку это предложение было устным, причем высказанным во время шифрованного сеанса связи, а доклад коммандера составлен и сохранен в архивах, то заслугу припишут ему. В подразделениях под командованием гранд-адмирала Трауна это было бы лишь досадной мелочью, но повсюду на флоте, так же, как и на Корусанте, подобным деталям придавалось большое значение. Хакс был уверен, что даже Вейдер обращал на них внимание. — Это подтверждает вашу теорию о том, что гриски — оседлый народ, — сказал ситх. — Если бы они были кочевниками, корабль такого размера их бы не впечатлил. — Пожалуй, — согласно кивнул чисс. — Но прошу не питать иллюзий: грисков нельзя недооценивать. — Он оглядел всех присутствующих. — Сегодня они уклонились от битвы только потому, что предпочли ей более важное занятие. — В точности, как мы? — спросил Кимменд. Траун слегка прищурился: — Объяснитесь. — Сэр, я хотел сказать, что у нас тоже был выбор — добивать их или переключиться на другую задачу. — Голос коммандера не дрогнул. — Я хотел спросить, есть ли у вас намерение втянуть Империю в войну с этими грисками? Они воинственны, но нас напрямую не задевали. В конференц-зале повисла мертвая тишина. Траун и Кимменд сидели неподвижно, сверля друг друга взглядами. Хакс быстро переводил взгляд с коммандера на Вейдера, гадая, не взбредет ли тёмному повелителю в голову свернуть шею своему подчиненному за такое нарушение субординации. Но он даже и не помышлял о таком. Неужели он сам приказал коммандеру задать этот вопрос? — Когда меня впервые представили Императору, — бесстрастно произнес Траун, — я предупредил его об угрозах, которые затаились в Неизведанных регионах. Он мне поверил. В конечном итоге он возвысил меня до гранд-адмирала. Вы подвергаете сомнению его решение? Поморщившись, штурмовик метнул взгляд на Вейдера, затем снова уставился на чисса: — Нет, сэр. — Хорошо, — обронил тот. — В таком случае коммандер, смею вас уверить, что когда — не если, а когда, — подчеркнул он, скользнув взглядом по всем сидящим за столом, — мы вступим в схватку с грисками, не останется никаких сомнений, что они — враги Империи. — Он вперил взгляд в Кимменда. — У вас еще есть вопросы? Тот снова покосился на Вейдера: — Нет, сэр. Траун повернулся к Хаксу: — Капитан, сколько ещё лететь до точки назначения? — Двадцать три часа четырнадцать минут, сэр, — отчеканил он. — Хорошо. Инженерам хватит времени, чтобы закончить первичный анализ, а офицеры и экипаж успеют отдохнуть. Он выпрямился в кресле, и даже в сидячем положении его поза показалась внушительной. — Ровно через двадцать один час на «Химере» должна начаться проверка всех систем. Через два часа после этого корабль должен быть в полной боевой готовности. — Он взглянул на Вейдера, и Хаксу показалось, что он увидела мимолетную улыбку на губах адмирала. — Вскоре после этого мы получим ответы на все наши вопросы.
