Не беси меня!

Все хорошее имеет привычку заканчивается, но Уруми никогда не унывала. Тем более это значило, что она вновь вернётся в школу к своим друзьям и Бакуго. По последнему девочка скучала уж слишком сильно. Она даже отважилась взять его номер телефона у Изуку, но так ни разу не написала ему. Стажировка в агентстве, можно сказать, не прошла, а пролетела. Минами только успела привыкнуть, как уже пришло время прощаться со всеми. Ей очень понравилось. Сейсмолог оказался добродушным старичком, который всегда старчески нахваливал ее и хлопал по плечу. Он также сказал, что после окончания школы будет ждать ее в своём агентстве на постоянную работу. Уруми были приятны его слова и она бы тоже хотела в будущем вернуться туда снова. — Привет, Уруми-чан, — поздоровались с ней со спины и она вздрогнула от испуга. Девочка рассмеялась, когда развернулась и наткнулась на нового друга. Блондин поправил прямую челку и усмехнулся. Уруми отчего-то казался итересным его разрез глаз — она таких еще не видела. — Привет, Монома-кун, — улыбается и легко бьет того в плечо. — Не поддкрадывайся так! — Больше не буду, — заверил ее и поднял руки. — Как прошла твоя стажировка? Нейто облокотился рядом на шкафчики и ждал, пока девочка переобуется. Тем временем она начала рассказ о своих приключениях в агентстве. Щеки у неё зарделись от гордости, что ей удалось спасти нескольких человек из-под завала и так же одну кошку из горящего дома. Она легко улыбалась, довольная собой, и поправила сумку на плече, готовая идти к классам. — А ты как? — поинтересовалась она, но не успел Монома ответить, как его вдруг перебил мужской голос. — Эй, урод, — напротив них появился Бакуго. Уруми невольно восхитилась его новым образом, — разве я не говорил не приближаться к ней? — Бакуго начал разминать кулаки. На лице его возник кровожадный оскал. Сердечко Уруми трепетно забилось от долгожданной встречи. Как давно она не слышала этого с хрипотцой голоса, такого чарующего и приятного для ушей. А эта улыбка! — Че с твоей прической, крутой? — язвительно спросил Нейто, не сдержав смешка. Прямая укладка Бакуго после его слов тут же вернулась в свое привычное состояние хаоса. И тогда Монома уже не выдержал и рассмеялся в голос. — Что, твоя новая способ… — возле его головы в шкафчик впечатался раскалённый кулак. — Бакуго! — испугалась Уруми. Ее новый друг больше не смеялся: голубоглазый блондин медленно перевел взгляд на вмятину, что проделал Кацуки, и по его виску скатилась капелька пота. Он нервно сглотнул. — Свалил, — отдал приказ и Монома тут же скрылся с глаз. Кажется, он еще кричал, что Кацуки поплатится за это. Минами возмущённо заметила, что не стоило быть таким грубым и красные взбешенные глаза переключились на нее. — А мне понравилась новая прическа, — переведя тему, она пригладила волосы парня, и улыбнулась, когда ее ударили по рукам. На ощупь они оказались мягкими, но все же кончики были колючие, как иголки. — Какого хрена ты общаешься с этим ублюдком? — спрашивает сквозь зубы. Девочка быстро оглядела его с головы до ног. Кажется, он даже подрос на пару сантиметров за время их разлуки. Взгляд упал на привязанный к сумке омамори. В животе словно запорхали бабочки, а голова неожиданно стала совсем лёгкой. Она прижала руки к щекам и не могла подобрать слов. Было невероятно приятно, что Каччан до сих пор ходил с ее амулетом. — Ты хоть в космос улети, все равно не скроешься, психопатка, — поймал ее за локоть. Манами за своими мыслями даже не заметила, что взлетела от нахлынувших чувств. — Ой! — смутилась девочка и мягко опустилась на ноги. Она неловко рассмеялась. — Не знаю, что на меня нашло! — Чтоб я больше не видел, что ты ошиваешься с этим отбросом из В-класса, — прошипел ей в лицо. — Уяснила? — Но как же! — ахнула. — А что я ему скажу? — Уяснила, я спрашиваю? — уже повысив голос. — Уяснила, — обижено поджала губы. И почему это ей теперь нельзя общаться с Монома? Он же ничего такого не сделал. Так нечестно! Кацуки отпустил ее руку и двинулся к лестнице. Минами молча последовала за ним. Дурак, — хочется плакать от несправедливости, но через пару секунд, белоснежная улыбка вновь сияет на ее лице: — он что это, ревнует? Она вприпрыжку побежала за одноклассником. Недалеко находился Киришима, который стал невольным свидетелем этой сцены. И он не мог ни заметить симпатию друга к их однокласснице. Бакуго впервые на его памяти проявлял какие-никакие чувства к противоположному полу. И хорош он в этом явно не был. Бунтарь слегка улыбнулся про себя и решил подсобить лучшему другу, хоть его об этом и не просили. Ему было и больно и горестно наблюдать за неловкими потугами этих двоих. Поэтому через пару дней, он с собрался с духом и во время перемены подошёл к парте Минами. Она, как обычно, выполняла письменные домашние задания, чтобы не пришлось заниматься этим дома и можно было отдохнуть. Красноволосый кинул быстрый взгляд за спину и нарочно громко сказал: — Уруми-чан, — она подняла голову и наткнулась на смущённую улыбочку Красного Бунтаря. Парнишка закинул руку за голову, ему явно было неловко просить: — я хотел спросить, не хочешь сходить со мной в кино? У меня есть два бесплатных билета… — Что? Я? — она удивилась, но тут же зарделась: ей это сильно польстило. Каждый в классе обратил на них внимание, а Мина даже подшутила над новой «парочкой». — Почему нет, — недолго думая, согласилась, — да, я не против, — на лице парня расплылась облегчённая и блаженная улыбка. И хоть все в классе знали, что Уруми безотказная, отчего-то казалось, что она отклонит его предложение. — Здорово, — выдохнул красноволосый и в этот же миг на его плечо опустилась мужская ладонь. На него обрушилась давящая, мрачная атмосфера и Киришима, словно он в фильме ужасов, медленно обернулся. — Пошли выйдем, рогатый, — утробным голосом попросил Бакуго и так зыркнул на Бунтаря, что даже Уруми не по себе стало. Парни в молчании направились на выход. Девочка осталась сидеть на месте, провожая их недоуменным взглядом. Когда дверь за ними захлопнулась, сразу же послышались звуки взрывов, неразборчивая ругань и какие-то глухие хлопки. На несколько секунд наступила тишина и после они зашли в класс, как ни в чем не бывало. Аккуратные бровки Минами все ещё находились в приподнятом состоянии, когда одноклассники вернулись к ее парте. — Все нормально? — решила осведомиться, оглядывая взглядом Кацуки. Блондин стоял к ней боком со сложенными на груди руками и нервно постукивал себя большим пальцем по локтю. — Да-да, — быстро отмахнулся Киришима, — не против, если Бакуго присоединится к нам? — он сострил жалостливую моську, в глазах его была немая мольба. Ему не хватало только сложить руки вместе. Она не могла отказать, а если и хотела, то Каччан ее бы живьем сожрал. И его грозный взгляд только подтверждал ее домыслы. — Да, конечно, — выдохнула. В воздухе висела напряженная атмосфера и чтобы ее развеять, она улыбнулась. — Вместе веселее! — попыталась найти плюс, и они дружно с красноволосым скосились на молчаливого Кацуки. У того задергался глаз. Уруми с Эйджиро понимающе устало переглянулись. — Супер! Тогда после уроков сразу же пойдём, — улыбнулся он и пошёл на свое место, где его уже поджидали друзья с вопросами. Бакуго недовольно стоял возле ее парты. Минами не могла перестать улыбаться. Уже сегодня она пойдёт на свидание с Кацуки! Стоп. А как же Киришима? Вдруг он тоже пригласил ее на свидание? Это же катастрофа! Минами не хотела давать кому-либо ложных надежд. Она прикусила губу и надеялась, что все обойдётся. После школы, трио сразу же направилось в кинотеатр. Они закупались попкорном, немного посидели в зоне ожидания и после отправились в зал. Минами собиралась сесть по середине парней, но Бакуго грубо оттолкнул ее, когда она собиралась пойти в след за Эйджиро, и пошёл сам. Он уселся между ними с большим ведром попкорна, купленного одного на троих, хотя Уруми предпочитала больше свои злаковые батончики, коими оказалась забита вся сумка. Киришима и Минами переглянулись, затем свели взгляд на Кацуки, который в наглую игнорировал их и горстями закидывал воздушную кукурузу прямо в рот. Бунтарь пошутил, что таким образом к концу рекламы, ведро опустеет совсем, и был удостоен убивающего красноглазого взгляда. Начало фильма было довольно позитивным: молодая семья переехала в новый дом. Жена ждала ребёнка, муж устроился на высокооплачиваемую работу и все было хорошо, пока в детской комнате не началась твориться какая-то чертовщина. Уруми сидела, как на иголках, и на особо страшных моментах подпрыгивала, закрывала глаза руками, либо хваталась за Бакуго. Она всегда была впечатлительной девочкой. Кацуки сначала подстёгивал ее, но когда она обернулась к нему с мокрыми глазами, он, к ее удивлению, ничего не сказал. Блондин даже чуть вытянул к ней локоть, чтобы она смогла удобнее схватиться за него. И Уруми воспользовалась этим, да положила свою голову ему на плечо. Выходили они из кинотеатра каждый со своим мнением. Уруми упорно доказывала, что ничего страшнее она в жизни не смотрела. Бакуго ржал над тупостью фильма и говорил, какой это был полный бред, а ее саму называл трусихой. Киришиме кино показалось не страшным, но в целом фильм ему понравился. — Ой, — воскликнул Эйджиро, будто кое-что вспомнил. Он нарочито ударил себя по лбу и виновато извинился: — простите, я вспомнил, что у меня планы, — быстро протараторил он, посмотрев на часы. — Я побегу, — он уже начал отдаляться, и с расстояния бросил им: — а ты, Бакуго, проводи Уруми до дома, как мужчина! — Сдохни! — закричал Кацуки, запульнув в друга камень с земли, но Бунтарь ловко увернулся. — Урод, — прошипел он. Кацуки наконец-то понял, что к чему и ему это совсем не понравилось. Он перевёл взгляд на одноклассницу. Уруми разглядывала витрину какого-то магазина, будто не слышала разговора парней. — Пошли давай, провожу, — устало выдохнул блондин, и Минами тут же счастливая развернулась к нему. — Спасибо, Бакуго, — она мгновенно подскочила к нему и умоляюще посмотрела на него исподлобья, — — я ещё под действием фильма, и мне было бы страшно идти одной домой, — ярко улыбнулась. И не поймёшь же: то ли нагло врет, то ли просто дура. Они пришли в движение. Бакуго знал, что они живут в одном районе, но прежде они там никогда не встречались. Он скосился на на неё: девочка шла чуть подпрыгивая с извечной улыбкой на лице. Всегда такая вежливая, наивная и дотошно милая. Глупая, — думает он, но если хоть что-то или кто-то заставит уголки ее губ опуститься, он ни за что этого не простит. Светлая, добрая, заботливая. Лучик света во тьме. Смотря на эту дуреху; каждый раз дотрагиваясь до амулета на сумке; всегда при виде этой нежной улыбки, у него впервые возникает это особое геройское чувство — защитить любой ценой. — Бакуго, — пискнула она, отчаянно краснея, — ты взял меня за руку, — предупредила его и наткнулась на недовольный взгляд красных глаз. Он сильнее сжал ладонь, невольно причиняя тем самым боль. — Я знаю, — ответил он, сквозь зубы. Он так сильно свёл брови к переносице и сжал челюсти, что его лицо слегка покраснело. — Захотел и взял, понятно? — объяснился довольно просто. — Что-то имеешь против?! — Только если ты не хочешь сломать мне руку, — прикусила губу, и парень ослабил хватку. Несмотря на то, что лицо его уже расслабилось и он больше не сводил брови к переносице, щеки его все ещё были красными. Минами не стала придавать этому значения. Чтобы Бакуго смутился? Да не может такого быть. Все попытки завести с ним беседу, Кацуки сводил на нет, но Уруми была рада идти с ним и в полной тишине. Ладони у него горячие и чуть влажные в силу его причуды. Наверняка объятья куда приятнее, чем просто держаться за руки, но она не стала проверять это, когда парень проводил ее до дома. Девочка предложила ему зайти на чай, но блондин отказался. Она быстро чмокнула его, но теперь уже не в щеку, как до этого, а в уголочек губ, после чего краснеющая скрылась за высокой калиткой. Парень приложил пальцы к губам. Поцелуй солнца все так же приятно обжигал кожу и раздавался тёплом по всему телу.