Трудный подросток

      Галина Николаевна проснулась на удивление рано. Сердце беспокойно стучало, а чувство приближающейся опасности не покидало с того момента, как только майор открыла глаза. Мозг лихорадочно пытался определить источник опасности, но в просторной комнате царили привычные тишина и полумрак. Немного успокоившись, Галина Николаевна отправилась на кухню, понимая, что уже не сможет заснуть.       После завтрака майор задумалась. Она размышляла, стоит ли так рано идти к Тане. С одной стороны, девочка могла еще крепко спать, а с другой, Таня не раз сбегала из дома еще до рассвета. Тогда идти туда вообще бесполезно. Еще немного подумав, майор решила проверить камеры и узнать, не выходила ли Таня из дома.       Для начала Галина включила прямую трансляцию, чтобы убедиться, что на улице все спокойно. Увиденное заставило Галину Николаевну пулей вылететь из квартиры, даже не заперев, а просто захлопнув входную дверь. В руках она сжимала свой пистолет, который схватила, как только увидела картинку на экране.       «Таня. ЕЁ Таня. Прижата к стене этим уродом. Как он посмел? Только бы успеть» - такие мысли крутились в голове майора, пока она бежала к дому своей подопечной.       Вылетев из-за угла, Рогозина увидела ужасающую картину: Устрицын, похабно улыбаясь, расстёгивает ширинку Таниных джинс. Рыдающая девочка в его руках из последних сил пытается вырваться.       - Никто тебе не поможет!       Пистолет был направлен в сторону Устрицина в мгновенье ока. Щелкнул взводимый курок:       - Немедленно отойдите от Тани, или я вас пристрелю!

***

      Устрицын был не готов к такому повороту событий, поэтому обернувшись, отпустил девочку. Та, получив свободу, очень быстро потеряла сознание, успев прошептать только имя майора.       - Галина Николаевна, доброе утро! Что заставило вас прийти к нам в столь ранний час? – слащаво улыбаясь и поигрывая ножом сказал отчим Тани.       - Брось нож, ублюдок. Я не Минздрав, предупреждать не буду – просто пристрелю, - Рогозина мечтала убить этого урода в то же мгновение, но выдержка, выработанная за годы работы в полиции, удерживала ее от этого импульсивного поступка.       - Не получится, товарищ майор, - издевательски протянул Устрицын, не выпуская ножа. – Вас посадят       - Не посадят. Преступник оказал сопротивление при задержании, пришлось пойти на крайние меры. Обычное дело.       - Какой же я преступник? Что я такого сделал?       - Вы чуть не изнасиловали свою несовершеннолетнюю падчерицу. Это тяжкое преступление, гражданин Устрицын. Вы разве не знали?       - Какое изнасилование? Боже упаси! Я честный гражданин. У Вас есть доказательства, госпожа полицейская?       - Взгляните туда, - Галина Николаевна кивком головы указала на крышу соседнего дома, - или туда, - кивок головы в противоположном направлении. – Тут везде камеры, которые фиксировали ваши преступные действия. Это является неопровержимым доказательством в суде. Так что если вы, господин Устрицын, не хотите оказаться в тюрьме , делайте все, что я вам говорю. Немедленно бросьте нож!       - Тварь, - прорычал взбешенный своей беспомощностью Устрицын. Ему ничего не оставалось, кроме как медленно опустить нож на землю и пнуть его ногой в сторону майора.       - Отлично, а теперь отойдите от Тани, - все еще держа врага на прицеле (кто ж знает, что у него на уме?), приказала Галина Николаевна.       Подняв руки, мужчина отошел от падчерицы.       - А теперь, слушай меня внимательно. Я сейчас забираю Таню к себе, а с тобой мы поговорим позже. В семь вечера встречаемся в кафе «Бригантина». И даже не думай сбегать или нападать на нас. Вся информация с камер дублируется не только на мой сервер, но и на компьютер моего начальника, который в случае чего, сразу же отправит дело в суд. Будешь делать то, что я говорю и, возможно, избежишь срока. Понял?       Мужчина, не произнося ни слова, кивнул, развернулся и, насвистывая какую-то мелодию себе под нос, скрылся в подъезде.       Галина Николаевна тут же убрала пистолет и подлетела к своей подопечной. Таня все еще прибывала в бессознательном состоянии, но сердце билось исправно. Майор подняла хрупкую и, на удивление, легкую девочку на руки и понесла к себе домой.       - Все уже почти закончилось милая, держись. Я рядом…       Таня слабо улыбнулась и, не приходя в сознание, сильнее прильнула к ставшей такой родной женщине.