Свидетельница

Кажется, ей следовало уже давно ответить на его слова, но язык будто онемел, а в груди похолодело. Сначала она подумала, что вообще не может двигаться, пока не попыталась на автомате отступить ещё дальше от Кристофера. - Ты удивлена, я понимаю, - как ни в чём не бывало заметил глава мракоборцев, всё так же не выпуская когтевранку из-под прицела волшебной палочки. Ева захотела выдохнуть, но получился какой-то непонятный хрип. Воздух не желал проходить в лёгкие, и ощущать комфорт и ценный кислород внутри не выходило. Что-то мешало в самый подходящий момент. И этим что-то был Кристофер Хейтон. Что происходит? Это ведь сон, правда?.. Или, возможно, на фоне размышлений о предстоящей войне, убийствах, школьных проблемах, ей сейчас видится не реальность, а простые галлюцинации? Сколько раз Франк убеждала себя в том, какой Кристофер отвратительный, сколько раз она тревожилась из-за принуждения Тома к близкому общению с этим чёртовым странным типом, что пленил практически всех девушек Хогвартса без труда, славясь своей привлекательной внешностью харизмой. - Ева? – её мягко позвали, и та неохотно сфокусировала взгляд на объекте её размышлений. Хейтон не испаряется, а выглядит вполне себе живым, как если бы это было действительно так. Но не может, не может этого быть… Пожалуйста, пусть она сейчас проснётся в своей спальне и, облегчённо переведя дух, поделится кошмаром с Натали утром. - Да? – нервно улыбнувшись, девушка потупила взгляд. Всё, что ей сейчас хотелось – это остаться одной хотя бы на несколько минут и смириться со случившимся. Предполагала ли она такой исход открытия правды? В голове было тысяча подозрений, но все они выглядели такими безобидными, наивными и детскими, по сравнению с фактом причастности Кристофера к делам Грин-де-Вальда. А что если слух подвёл её, и на самом деле он является правой рукой кого-то другого? - Я не понимаю, что ты чувствуешь, - нахмурившись сказанному, Хейтон сделал несколько неспешных шагов к ней, тем самым заставив когтевранку сильнее занервничать. Приподняв брови, мужчина окинул её задумчивым взглядом и, коротко посмотрев на палочку, внезапно опустил её вниз, но не убрал. Словно решил оставить небольшое предупреждение, чтобы та знала, какие могут быть последствия в случае сопротивления. – Ты не боишься меня, надеюсь. Но твоё молчание и бледное лицо свидетельствует о другом. В чём же причина, Ева? Резко замолчав в ожидании ответа, Кристофер наклонил голову чуть в сторону. - Я в порядке, - ничего более умного не нашлось в мыслях, но зато вышло не так тихо, а даже весьма твёрдо. Если бы только голос не задрожал в самом конце… - Правда? – он ей не верил. – Что ж, я подыграю тебе и дам время на приход в себя, пока расскажу тебе подробнее обо всём. Как тебе такой вариант? - Я согласна, - ей наконец удалось вдохнуть полной грудью, и заметное облегчения отразилось на лице. Кажется, первая стадия шока прошла, следует попытаться впредь действовать осторожнее. Например, не идти на ночь глядя к учителю, не вызывающего доверия, пусть даже это по приказу некоторых. Реддл. Ох, она бы посмотрела на его лицо, когда он услышит о её смерти. Ведь её ждёт именно это? Темнота наступала со стремительной скоростью, поглощая абсолютно всё: от былых остатков очертаний кабинета до лица Кристофера. Её не радовала перспектива гадать, смотрит ли на неё в этот момент парень, или же рассеянно наблюдает за окном восходящую луну. Совсем скоро ночь даст начало, и почти не останется вероятности на то, что её кто-нибудь будет искать. Наверняка, не обнаружив однокурсницу в гостиной, Натали, Сара, Джанетт и другие подумают о библиотеке, где Ева всё чаще могла заниматься до самого комендантского часа. Пару раз бывало так, что мадам Минлет не сразу замечала в самом углу одиноко сидящую за горой книг ученицу. Лишь позже женщина недовольно выговаривала когтевранке, но, принимая частично вину на себя, вследствие невнимательности, писала специальную записку и отдавала той на случай, если кто-то из старост или преподавателей решит снять с Евы баллы. Никто в ближайший час не будет пытаться искать её. Она полностью во власти Кристофера, взаперти. В его кабинете. Разве не чудесное время для того, чтобы трагично погибнуть от руки самого прекрасного учителя – предметов воздыханий глупых девиц, до сих пор купающихся в неосуществимых мечтах? Ей с трудом удалось сдержать истерический смешок. Мысль о своём убийстве не страшила, а, скорее, забавляла. И что с ней творится? - Тогда постарайся слушать и не перебивать меня, - его тон по-прежнему был мягок и снисходителен, совсем как у врача, говорившего с тяжело больным. – Хотя в твоём состоянии тебе вряд ли захочется лишний раз говорить. В его словах не было усмешки, но Еве почудилось на мгновение совсем иное. Хейтон чересчур удачно угадывает её… беглые мысли? Ведь именно об этом она и подумала, когда учитель попросил молчать. Неужели у неё появился новый знакомый, владеющий легилименцией? Это кажется бредом, но Франк готова была поверить в этот момент многому. - Я… не тот, за кого себя выдаю. – Прищурившись, Франк всё-таки удалось заметить, как тот хмурится, а затем, уже подойдя ближе к окну, на Кристофера упал слабый, едва уловимый свет ушедшего солнца. Это было только в пользу. Теперь в ближайшие пару минут можно не волноваться и наблюдать все эмоции и жесты непосредственно на самом учителе. – Точнее сказать, все знают лишь то, что должны знать. Я правда создал организацию мракоборцев и возглавляю её. Пару лет всё шло довольно неплохо, пока, как я считал раньше, тёмные силы не набрали неимоверную силу. Грин-де-Вальд умел заставать людей врасплох. Ему легко удавалось переманить многих на свою сторону. Кого-то он убеждал богатством, а кого-то своими идеями и стремлениями. Были и те люди, которые мечтали о могуществе и власти. Разумеется, им бы не удалось превзойти Геллерта, но вот над магглами и магглорождёнными распоряжаться без страха быть наказанными имелась возможность. Подобных жалких типов я не одобрял даже в то время. Тот, кто не умеет добиться чего-либо без покровителей, никогда не станет настоящим лидером. Человек должен, в первую очередь, опираться лишь на свои силы, не считаешь? - Гм… Да, - больше для его угождения сказала Ева. Ей хотелось поскорее узнать самое главное и сбежать отсюда. Пока он продолжал свой рассказ, когтевранка осторожно оглядывалась по сторонам, ища любой другой выход, а затем из поблизости лежащих предметов тот, что способен поранить или оглушить Хейтона. Но перьями в чернильницах, кипой бумаг и тетрадями вряд ли возможно защититься от прислужника самого опасного тёмного волшебника этого времени, а может, и за многие века. Очевидно же, что Кристофер не глуп и её бессмысленные попытки к побегу может с лёгкостью прервать. Чёрт, уж лучше бы он был недалёким простофилей! Ей не стоило недооценивать его раньше. Сейчас бы, может, всё обернулось иначе. - Непосредственно с ним самим я столкнулся лишь около полугода назад. Отправлять в одиночку своих людей было уже слишком рискованно – каждый пятый больше не возвращался обратно. Я полагал, что все они убиты, но… Кое-кто жив. Просто изменили своё видение на мир точно так же, как и я. Правда, тогда Грин-де-Вальд виделся мне, как безумный монстр, которому место лишь в Азкабане. Но я многого не понимал. Сейчас ты испытываешь похожие чувства ко мне, душа моя. Я знаю, каково это: метаться между двух сторон, засомневаться и путаться в людях, не желая поначалу принимать свои промахи и ошибки. Но скоро это пройдёт. Ты прозреешь, как это сделал я, Ева. Девушка с презрением поморщилась, не особо беспокоясь, увидел это Кристофер в густых сумерках или нет. Хейтон почти в каждом предложении приводит в пример себя, и это жутко раздражало. Как будто он был эталоном, и она должна пытаться брать его в пример. Правда, на озере именно в этом Ева и пыталась убедить Кистофера. Но кто мог ожидать такого сильного эффекта от этого слишком одарённого парня, умудряющегося учить студентов и командовать мракоборцами одновременно? Так теперь ещё оказалось, что к его деятельности прибавилось прислуживание преступнику. После такого резкого контраста для Евы не будет новостью, если он и в других школах для волшебников так же одурачивает людей. А никто так и не раскрыл его… Даже Дамблдор – ещё тот умелец видеть людей насквозь – всегда с уважением относился к учителю по защите от тёмных сил, будто бы Кристофер был не молодым парнем, который вот-вот перешёл ступень взросления, а зрелым мужчиной, повидавшем на своём веку невообразимые вещи и накопившем большую порцию мудрости. Хотя, судя по его занятиям, он сделал больше, чем люди старше. Нелепо. - Если ты хочешь быть мракоборцем, то тебе нужно знать, против чего именно стоит бороться. Большинство моих людей наивно слушают приказы от министерства. Я уже успел пожалеть о том, что решил сотрудничать с министром. Боюсь, если не предпринять меры, в скором времени всё будет уже зависеть не от меня, а от этих глупых работников. - Зачем вы… ты рассказываешь это именно мне? В Хогвартсе наверняка есть студенты куда лучше меня, - что она хотела этим добиться? Рассчитывать на то, что сейчас Кристофер задумается над её словами и убедится в никчёмности когтевранки, после чего с радостью отпустит ту и пойдёт искать кого-нибудь ещё, не следовало. Но кто сказал, что не будет лишним хотя бы попытаться? – То есть… Почему бы тебе не поговорить об этом со… слизеринцами? Многие из них в открытую презирают магглов и уже сейчас готовы сделать многое ради их уничтожения. Может, я лучше пойду?.. Поищу подходящую кандидатуру. Но, видимо, сегодня удача была не на её стороне. Мужчина, пусть и внимательно слушал её, но с каждым словом выражение его лица менялось, и вскоре можно было догадаться, что он понял её задумку. - Ева, не будь глупой. Я не причиню тебе вреда… - замолчав на пару секунд, преподаватель словно о чём-то раздумывал, а затем едва слышно добавил: - Если ты, конечно, сама меня не вынудишь. – Стоило в этот момент увидеть расширившиеся от ужаса глаза Евы. Наверное, и сам Кристофер понял, что переборщил, потому что в следующий момент к нему вернулся прежний мягкий успокаивающий голос: - Но ты ведь и сама понимаешь, где границы моего терпения? И да, раз ты уже начинаешь сама осмеливаться задавать мне вопросы, то я смею предположить, что к тебе постепенно возвращается спокойствие. В таком случае, перейду к самому интересному. Но ей вовсе не хотелось знать ещё что-то. И сказанного ранее хватило по горло. Чем больше правды она знает, тем меньше вероятности уйти с миром. Ну почему, почему именно с ней всегда происходит чертовщина, причём в самый, казалось бы, безобидный момент? - Мне станет спокойнее, если дверь не будет заперта, - выпрямившись, девушка как можно увереннее посмотрела на Хейтона, а затем на единственный отсюда выход. Когтевранке так и не удалось отыскать что-то более подходящее, чем запертое окно и дверь. Второй вариант Кристофер наверняка может предвидеть сильнее. Вряд ли он поверит, что Ева способна прыгнуть вниз с пятого этажа на острые камни. Да и сама она вздрагивает при мысли о такой глупой кончине. - О, будь уверенна: когда я пойму, что ты готова, я сниму заклятие и подавляющие звук чары в том числе. А сейчас, - притворно вздохнув, будто сам не желал возвращаться к главному, парень медленно протянул к ней руку, повергнув Еву в замешательство, - присядь рядом. Я хочу видеть твои глаза. Без зрительного контакта мне будет крайне сложно понять, приняла ли ты мои тайны или нет. Да он всё предусмотрел! А ведь так было уютно стоять подальше от него, скрываясь в столь сейчас долгожданной тени. Мысль о том, чтобы напрямую глядеть в его болотные глаза, нисколько не радовала, а только заставляла девушку чувствовать к нему ещё больше неприязни. - Конечно. - Странно, но Еве удалось без труда ответить ему легко и, возможно, беззаботно. Коротко улыбнувшись, поспешила вложить свою руку в его, и Кристофер тут же с силой её сжал, а затем так же стремительно ослабил хватку, не забыв окинуть её самым доброжелательным взглядом. - Я рад, что ты понимаешь мои намёки, Ева. Что? Намёки?? О чём он? Франк убеждена на все сто процентов, что Хейтон говорил ей всё прямо, несмотря на обманчивое дружелюбие. - Так… Теперь ты с Грин-де-Вальдом? – прямо напротив окна, где стоял Кристофер, находилось кресло, и ей пришлось сесть на его краешек. Стало только хуже, как по мнению Евы. Теперь подвергнуться неожиданной атаке или попытке убийства будет гораздо легче. - А как же иначе? Я с самого прибытия сюда сказал тебе об этом. Надежда закончить всё раньше никак не желала покидать её, и Ева, не удержавшись, опять принялась уговаривать его, давить на жалость – всё, чтобы только он отпёр дверь, и тогда ей предоставился бы шанс попробовать сбежать. - Но мне не очень хочется сидеть здесь против своей воли, и… - Кажется, ты сама дала согласие на моё приглашение, - похоже, и у мужчины начинали сдавать нервы. – Я привёл тебя сюда не насильно, ты сделала свой выбор сама. О том, что будет конкретно здесь и на сколько, мы не обговаривали. Именно поэтому… ничьей вины здесь нет. Где её волшебная палочка? Кажется, в кармане мантии, самом глубоком, как назло. Просто так нельзя перед его носом взять и рыться в поисках палочки. Буде очевидней очевидного, что у неё на уме. Тогда как же… Если отвлечь его, то может что-то выйти. Затем попытаться оглушить и снять все его защитные заклинания. Или лучше изменить порядок действий? Всё кажется невозможным в любом случае. - Но почему ты встал на его путь? – нервно забарабанив пальцами по ручке кресла, Ева сосредоточенно уставилась в одну точку поверх плеча Хейтона. Разбить окно и вышвырнуть его – тоже заманчивый вариант, но хватит ли у неё на это волшебных сил? Нет, помня то, как девушка в начале урока в паре с Томом растерялась, лучше подыскать другой выход. – Я имею в виду… Разве убийство множества ни в чём невиновных людей для тебя ничего не значит? - Невиновных? – не скрывая своего презрения, он сузил глаза и перешёл на полушёпот, точно сдерживая так своё негодование. – Ты полагаешь, они заслуживают жизнь, которую имеют сейчас? Все они – будь то дети или взрослые – заставляют волшебников скрываться, прятаться, ограничивать себя в магии во многих местах. – Ева на мгновение позабыла о своих планах побега и с осторожностью подалась вперёд, пытаясь понять, что чувствует Хейтон. Глаза его во тьме казались и вовсе отталкивающими. Он походил на одного из тех фанатиков, что прислуживали Тому. Только в данном случае Кристофер был более расчётливым, опасным и немного… безумным? Что на самом деле скрывалось за маской очаровательного учителя и борца за справедливость? - Почему слабые должны царствовать над сильными? Разве в законах природы это является нормой? Разве стоило допускать, как в средневековье люди убивали всех наших, если встречали на своём пути? Магглы – это неверующие ни во что трусы, возомнившие себя владыками этого мира. Почти никто из них не подозревает, что существует магия и что её сила куда эффективнее, чем их все вместе взятые изобретения! Речь его становилась громче, и Ева начинала беспокоиться по поводу его благоразумия. В Кристофере слишком много злости, ненависти и презрения. Сомнений не было – всё это время ему приходилось притворяться, но сейчас он мог наконец говорить искренне. И пользовался этим от души. - Ты многое знаешь о магглах? – удивлённо вскинув брови, когтевранка расслабленно откинулась на спинку. Ну, или сделала только вид. Порой лучше втереться в доверие. Правда, она предпочла бы стоять – так больше шансов откопать хотя бы невинно лежащую склянку с ядом. – Для человека, что так их ненавидит, ты немного… - Осведомлённый? – эмоции Хейтона ушли невероятно быстро, и его губы уже исказила усмешка. – Ева, после ухода с министерства я побывал во многих местах. Сейчас знание о мелочах жизни магглов является одним из самых ценных. Видишь ли, многие считают, что для победы можно и не знать слабости врага. А вот я с Геллертом придерживаюсь иной позиции. - Правда? – изобразив удивление, Ева мысленно подумала о том, что узнаёт больше интересной информации и меньше пустой болтовни, когда сама задаёт ему вопросы. Можно сделать так же, как сделал Кристофер: узнать о нём самое нужное, а затем найти для этого применение. – Ты ведь не просто его сторонник… Правая рука. Да, точно. Значит, вы с ним нашли много общих целей? - Достаточно и одной глобальной, милая. – Довольно ответил Хейтон, от которого не ускользнула от глаз её разговорчивость. Знал бы он, с каким трудом ей даётся это. - Поверь, у тебя уже будут преимущества. Вздохнула и, поправив волосы, выдавила из себя милую улыбку. Только бы получилось… Пожалуйста. - И поэтому ты в Хогвартсе? Чтобы завербовать новых людей? - Можно сказать и так, - опустив взгляд, Хейтон скрестил руки на груди. – Но не только. Ты даже не представляешь, сколько интересного можно узнать, работая простым учителем. Ладно. Пора признать, что Том не ошибся, увидев в нём совершенно другого человека. Это, конечно, с его стороны блестяще, но отдуваться приходиться не ему, а Еве! Они не договаривались о таком. Был лишь уговор о простом притворстве и «симпатии», в результате которой тайное наконец станет явным. Так и случилось, если не считать образовавшуюся неопределённость в будущем. - Ты шпион. - Утвердительно произнесла Ева. Практически всё прояснилось, и пора было переходить ко второму пункту в плане. Главное – не выдать себя. – Рассказав мне об этом, ты чего-то ожидал в ответ? Я и есть тот кандидат на… вербование? Вербование. Глупое слово. Представить себя чей-то прислужницей по доброй воле было немыслимо. Если он действительно надеется видеть её в качестве сторонницы того убийцы, то этого никогда не случится. Ну не принудят же её к этому? Хотя Том именно это и делал раньше… Используя шантаж. - Не буду скрывать, с первой нашей встречи ты запомнилась. Меня позабавила твоя грубость в ответ на мои язвительные шутки. Знаешь, не каждый посмеет оскорблять гостей Слизнорта, ведь почти все из них очень влиятельные люди, способные испортить всю жизнь тому несчастному самоуверенному студенту. Но я, разумеется, хочу не разрушить твою жизнь, а помочь построить. – Раскинув руки в стороны, он с выжиданием поглядел на неё, но когтевранка молчала, тайком пытаясь закончить второй пункт плана. - Ты ещё не догадываешься, но в тебе есть огромный потенциал. Если тебя… подтолкнуть в нужном направлении, ты добьёшься многого. И несмотря на твою скромность с помесью грубости и бестактности я вижу кое-что в твоём очаровательном лице. - И что же это? – она стиснула зубы, предчувствуя неладное. - Вы называете это тьмой. Я же – силой. – Кристофер поднял свою волшебную палочку, и Ева тут же напряглась и приостановила свои попытки спастись, но никаких оглушающих заклинаний не было: Хейтон всего лишь направил кончик дерева куда-то в сторону, и на рабочем столе зажглась небольшая свечка. Особого света она не давала, но кабинет показался куда более безобидным. Если бы здесь не было его обладателя, то всё было бы прекрасно. - Не нужно на меня так смотреть, будто я говорю тебе нереальные вещи. О нет, именно в тебе полно силы. К сожалению, ей не предоставлялось ещё шанса раскрыться полностью. Однако даже сейчас она живёт в тебе. Иначе бы ты не пыталась отвлечь меня, чтобы достать палочку, дорогая. Она резко выдохнула и прикусила губу. Как… Как он узнал? Всё же было под контролем! Её рука, что уже медленно вытаскивала атрибут, резко замерла. По телу пробежала дрожь, как это обычно бывает, когда тебя застигнут врасплох. Но особенно сложно прийти в себя после внезапной смены темы: только пару секунд назад Кристофер толкал речь о якобы живущей в ней тьме, а затем беспечно и то же время угрожающе перейдя к самому нежеланному. - О… О чём ты? – захлопав ресницами, Франк по-прежнему стискивала палочку – не зря же так старалась её отыскать, чтобы столь быстро сдаться и смириться. Свет свечи то усиливался, то ослабевал и дрожал, норовя вот-вот потухнуть. В отличие от неподвижно сидевшей Евы, Кристофер то и дело делал какие-то мелочи: поправил волосы, упавшую с одного плеча мантию натянул обратно, а затем переступил с ноги на ногу, пока и вовсе резко не встал напротив девушки. Совсем рядом. Мучительно поддерживать притворство под взглядом того, кто может легко увидеть тебя насквозь. Том бы давно увидел фальшь в её лице. С Кристофером же – вопрос времени. - Ты прекрасно знаешь, к чему я клоню, - неторопливо сказал Хейтон, практически уничтожив для неё возможность встать – облокотился руками о подлокотники и тяжело вздохнул. Их лица находились довольно близко друг к другу, и когтевранка, пытающаяся вжаться в кресло как можно сильнее, с отчаянием подумала о том, что парень сейчас наклонится ещё ближе, и тогда уже не будет спасения. – Что может студентка седьмого курса против основателя мракоборцев и учителя по защите от тёмных сил? Неожиданно он отстранился от неё, и Ева тихо облегчённо вздохнула. Если бы тот буравил её взглядом ещё пару секунд – и все истинные чувства полезли бы наружу. - Ученик может превзойти своего учителя, - сдержанно ответила и наконец быстро вытащила волшебную палочку. Кристофер даже и бровью не повёл, продолжая едко улыбаться. - Но ты не учла одну деталь. Ты, быть может, и знаешь пару-другую малоопасных заклинаний… Я же знаком с куда более мощными чарами. И не все из них разрешены нашим дорогим министерством. Забавно, - легко рассмеявшись, Хейтон прикоснулся пальцем к кончику её палочки, будто когтевранка угрожала ему какой-то игрушечной моделью. Неужели он так уверен, что Ева не посмеет причинить ему вреда? – Я учу вас, как защищаться от плохих магов, то есть от меня самого. Не находишь это необычным сочитанием? - Нет. - Не будь обиженной девочкой, Ева, - шире улыбнувшись, парень с мягкостью принудил изменить цель для нападения с него на пол. – Мы оба знаем, что я куда более опытен в магии. Но я не виню тебя. К сожалению, живя без родителей, некому было тебе больше помогать. На мгновение растерявшись, Еве удалось опомниться, стоило услышать его слова о её семье. Снова подняв волшебную палочку, при этом вскочив с места и едва не налетев на учителя, она требовательно спросила: - Откуда тебе известно, что я сирота? Для большей угрозы она с силой ткнула палочкой ему в грудь, от чего тому пришлось отступить. Кажется, раньше времени девушка захотела уйти отсюда. Самое интересное ещё не утратило свою силу. - Ну-ну, тише, милая, - притворно скорчив гримасу страха, Кристофер расставил руки в стороны. – Разумеется, я знаю о тебе многое. Мне не составило труда украсть нужные документы и расспросить между празднованием Рождества про тебя у других профессоров. - Ты… Если бы я не сказала, что хочу быть мракоборцем, ты бы всё равно поведал мне о своей тайне?? Ответ пришлось ждать долго. Время, когда воцарилась напряжённая тишина, казалось вечным. Только сердце порой напоминало о себе ритмичными стуками. - Мракоборцем? Ты серьёзно? – Глубоко выдохнув, Кристофер словно сдерживал себя, но через пару секунд всё-таки вновь засмеялся. Правда, теперь смех был не таким беспечным, а, скорее, после хорошо проделанной шалости. Ей ничего не оставалось, как ждать и томиться в тревожных подозрениях. Наконец, успокоившись, он принял серьёзный вид и медленно, смакуя каждое слово, проговорил: - Я прекрасно знаю о твоём плане с Томом Реддлом. У меня отличный талант следить и оставаться незамеченным. Даже твой драгоценный парень не почувствовал моё присутствие. Знаешь, у вас весьма специфические отношения… - Какого чёрта?! Какое ты имел право следить за нами… - на языке вертелось куча оскорблений, хотелось выплеснуть всё разом, а затем насквозь проткнуть его волшебной палочкой, чтобы тот пожалел о сказанном. – Когда? Когда ты следил?! Она фактически орала на него, но ей всё было не достаточно. Да любой бы почувствовал себя на её месте так же. Унижение, удивление, лёгкий стыд, а затем бешеная ярость и жажда отомстить. Месть. О, как же она прекрасна. - Удивительно, но именно в тот момент, когда я решил пойти в Большой зал, я услышал голоса. Поверь, обращение «Франк» ни с чем не перепутаешь. – Хейтон не грубо, но с силой оттолкнул от себя когтевранку, и та чуть не выронила палочку. Наблюдая за тем, как Ева, спотыкаясь, хватается за ближайший столик, продолжил говорить: - Мне оставалось только притаиться за поворотом и наслаждаться представлением. Я давно подозревал что-то подобное. Не только твоя резкая перемена в отношении ко мне, но и новость о расставании с Реддлом не казалась мне правдой. Я предпочитаю всё проверять. Не задумываясь, она сделала движение рукой и прокричала заветные слова за которыми мгновенно последовала красная вспышка. - Бесполезно, - не напрягаясь, Кристофер невербально отразил нападение, и девушка раздосадовано сжала кулаки и прикрыла глаза. – Глупая. Не трать силы на пустяки. - Выпусти меня! – рявкнула Франк, уже начиная дрожать от злости. Она дура. Причём полная. Поверила, что может различать искренность и маску в нём. Почему у неё вдруг появилась тогда такая уверенность в успешности своего вранья? Возможно, оно действительно было неплохо подано, но какой в этом смысл, если всё с самого начало было… подыгрыванием ей? - Ты не хочешь признавать, что мне удалось провести тебя. Ведь, если не ошибаюсь, то же самое хотела сделать со мной ты. Получилось немного… иначе. Я провернул всё куда интереснее, разве нет? О, как было сильно желание сейчас попытаться снова применить к нему заклятие. Любое. Лишь бы он заткнулся, стер со своего лица выражение превосходства и… - Выпусти. Меня. – По слогам отчеканила Ева. Пусть он послушает её, пусть заткнётся. Ей срочно нужно уйти отсюда. - Столь скоро? – осуждающе покачав головой, чёртов приспешник Грин-де-Вальда медленно ступил к ней, в то же время крутя в руках свою волшебную палочку. – Но ты же можешь узнать ещё много чего интересного. Скажем, расспроси меня о Томе. Дамблдор много интересного поведал мне о нём… про тебя, кстати, тоже. Оказывается, ты несчастная невинная жертва, которая каким-то образом поддалась влиянию коварного слизеринца. - Хватит! - Но Альбусу крайне сложно найти убедительные доказательства своих слов, - злостно усмехнувшись, Хейтон всем своим видом показывал, что ему в радость издеваться над девушкой. – Ох, а ведь он пытался помочь тебе, но ты так напугана, что ничего не рассказываешь ему. К счастью, я умею вызывать доверие у людей, и потому Дамблдор попросил меня присмотреть за тобой, оберегать тебя от напастей, ведь это моя работа… - Ты можешь заткнуться?! – не дожидаясь ответа, Франк стремительно подбежала к горящей свече, схватила её, нисколько не обращая внимание на случайный лёгкий ожог, и со всей силы швырнула в Кристофера, целясь ему прямо в лицо. Она уже успела мысленно представить, как парень горит. Горит за свои слова, за свой обман, за своё шпионство. Послышался лёгкий хлопок, и свеча, не долетев до цели, превратилась в пепел, рассеявшийся по комнате. Темнота поглотила их целиком, и теперь даже луна с непривычки не спасала положение. - Уже лучше, Ева. Но кидания предметов – это во вкусе магглов. Ты же не хочешь опуститься до их уровня, позабыв о своём главном оружие – магии? Щурясь, она пыталась разглядеть всё вокруг, но глаза не успели привыкнуть за столько короткий срок. Кристофер был лишь смутным силуэтом, но это не уменьшало исходившей от него опасности. - Люмос, - шепнула Ева и почувствовала облегчение, когда белый огонёк образовался на кончике волшебной палочки. - Ты всё-таки боишься меня, - вкрадчиво сказал Кристофер, и она вздрогнула, с досадой слушая его очередной бред. – Иначе бы ты не стеснялась открыться мне. Сейчас я вижу девчонку, желающую поскорее забраться в угол и остаться одной. Ты всегда одна, верно? - Что? – невольно отозвалась когтевранка, позабыв о своём решении молчать. – Что ты имеешь в виду? С каждой секундой пребывания здесь Ева теряла уверенность в том, что хорошо знает этого человека. Кристофер Хейтон оказался совершенно чужим, хранящим в себе ещё больше секретов и уловок, чем она предполагала ранее. - Ты привыкла быть одной, - бесстрастно продолжил парень и сделал движение рукой, как бы говоря, что в этом факте нет ничего удивительного. Он и не думал использовать заклинание света, как она. Почему-то создавалось ощущение, что, будь они снова в кромешечной темноте, его бы и это устроило. – С детства одна. Нет родителей, а вокруг только жалкие магглы с приюта. Никто никогда не заботился о тебе. Возможно, здесь у тебя и появились друзья, но они не могут понять всё, что чувствуешь ты. Ты же не раз хотела найти человека, что был бы с тобою? Чего он добивается? Пытается пожалеть её? Уж от него ей точно ничего не нужно! Может, несколько лет назад его хитрость и сработала бы, но сейчас только приводит в раздражение. А нервы и так на пределе. - Зачем ты говоришь мне это? Я всё прекрасно знаю и сама! - Конечно, - покладисто ответил тот и, расправив плечи, подошёл к девушке, с лёгким интересом изучая её. – Хочешь, чтобы я отпустил тебя? Но что ты можешь сделать мне, кроме как криков и детских заклинаний? - Ты плохо знаешь меня, - фыркнув, Франк оттолкнула от себя Хейтона, стоило тому попытаться ещё сделать к ней шаг. - Правда? Так докажи это. Убеди меня в обратном. Он с готовностью замолчал, вероятно, ожидая от неё демонстрации своих способностей, но для Евы это виделось в ином свете. Словно она попала в дешёвый театр с плохим спектаклем. В обоих случаях – реальном и вымышленном – девушка не хотела ничего другого, кроме как поскорее покинуть это ужасное место. - Я не собираюсь ничего тебе доказывать, - сквозь зубы процедила Ева и поспешно развернулась, решив игнорировать Кристофера, зашагала к запертой двери. Уж если он не собирается её отпускать, то она сама возьмёт дело в свои руки. - Куда же ты пошла, душа моя? – тихо прошелестел этот безумец и схватил её за руку, потянув на себя. – Я ещё не закончил. - А я закончила! Бессмысленно было с ним возиться, поэтому Франк, воспользовавшись своей храбростью во время гнева, наступила ему на ногу, искренне надеясь, что что-нибудь сломала ему, и ловко вырвалась из его цепких пальцев. Уже подбежав к двери, злорадно улыбнулась, когда услышала тихие ругательства парня. - Тебе не удастся отсюда выйти, - сказал он спустя несколько секунд. – Только я знаю, как снять одно тёмное заклинание. Ты-то в том ничего не смыслишь. - Да ну? Нахмурившись, Ева пару раз подёргала за ручку, но, убедившись в пустоте своего действия, поближе наклонилась к замку и принялась наугад шептать заклинания, приходящие ей на ум. За спиной уже слышны были шаги, и срочно нужно было поторапливаться. Однако, сколько бы Ева не сосредотачивалась на магии, результат получался жалким: редкие искры вылетали из палочки, а дверь оставалась всё такой же неприступной. - Если у тебя до сих пор ничего не вышло, то что можно говорить о более тёмном и запрещённом волшебстве, Ева? Он стоял в двух шагах от неё, когда когтевранка повернула к нему голову и прошипела: - Не волнуйся, убить тебя будет не так уж и трудно. - Слова, слова… - хмыкнув, Хейтон погладил её по волосам и довольно улыбнулся, когда та поморщилась и попыталась увернуться. – Каждый может такое сказать. Раздражённо вскрикнув, Франк чувствовала, как от безысходности всё у неё внутри разгорается пламенем. Бороться, бороться до конца. - Да, но не каждый уже убивал! – с бешеным блеском в глазах воскликнула когтевранка и наставила на него дрожащей рукой палочку. Смысл слов дошёл не сразу, и только заметив триумф в глазах Кристофера, Ева побледнела. Что она наделала? Замешкавшись, в ужасе посмотрела сначала на парня, а потом на палочку, из которой уже вылетело несколько красных искр, хотя она и не пыталась пока колдовать. Поморщившись, когтевранка залепетала: - Я не так выразилась, я… - Зачем же пытаться скрыть правду, уже вылезшую наружу? Ведь именно это мне было и нужно. - он буквально светился от переполняющего его счастья и… гордости? Что происходит? Не понимая, как себя вести, Ева пробормотала что-то неразборчивое. Сердце готова было выскочить из груди, но по неизвестной причине всё же находилось на прежнем месте. - Что нужно? Я же сказала, я не имела в виду тогда себя! - Да, разумеется, - не выражая протеста, Кристофер снисходительно продолжил: - Порой достаточно вывести человека, и только тогда получится узнать о нём истину. Ты убивала, сколько бы не пыталась отрицать сейчас мне. Но я знал это. Чувствовал. - Я не убивала! – стиснув в руках волшебную палочку, Франк со злостью опрокинула ближь лежащую вазу. На самом деле, она подвернулась девушке совершенно случайно, но какая теперь уже разница, когда тысяча осколков разлетелись по всей поверхности пола? Быстро отбежав в сторону и чуть не споткнувшись об особенно крупный остаток вазы, Ева в шоке глядела, как огонёк на конце палочки на миг заморгал. - Ну, Ева, это уже не хорошо. Ваза-то была антиквариат, - недовольно цокнув языком, преподаватель носком обуви передвинул часть осколков в сторону и направился к ошеломлённой студентке. Под ногами его часто хрустел фарфор, и это придавало только больше мрачности ситуации. Вот кто её только за язык тянул?.. Мало того, что Хейтон может легко шантажировать её этим и угрожать всем рассказать, а во-вторых, он с каждой секундой пугает её всё больше и больше. Кем она считала его раньше? Простым приставучим идиотом? О, сейчас идиотом его точно не назовёшь. - Не подходи ко мне! – всерьёз забеспокоившись, как можно быстрее старалась отступать от него прежде, чем он успеет настигнуть её. Крича одну и ту же фразу и иногда угрожая палочкой, Ева внезапно притихла, стоило почувствовать позади себя гладкую поверхность стены. Западня. - Ты способна на куда более изощрённые вещи, нежели эти раздражающие выкрики, правда? – совсем тихо сказал Кристофер, остановился и наклонил к ней голову. «Если я способна, то почему ничего не предпринимаю?» - в отчаянье подумала когтевранка и резко отвернулась от него, прикрыв глаза. Вот сейчас пусть он исчезнет. Растворится, просто уйдёт – не важно. Уж лучше бы Ева вообще не ходила гулять к озеру. И какого чёрта ей взбрела такая бредовая мысль? Пожалуйста. Уйди. Уйди. Она не решалась ничего ему говорить, лишь про себя повторяла одно и то же. Если бы только Том был рядом… Том. Это из-за него всё произошло. Тёплое чувство, возникшее ненадолго в груди, неожиданно сменилось на злость по отношению к слизеринцу. Будь он действительно тут – девушка наверняка не сдержалась и высказала бы ему всё, что копилось столь долгое время у неё в голове. - Тебе будет легче, - наконец шепнул прямо ей на ухо Кристофер и тяжело вздохнул. Грудью он задел её, и она могла почувствовать его мерное сердцебиение. – Трудно убивать только в первый раз. Поверь мне. - Поверю, если отойдёшь от… меня, - осторожно приоткрыв глаза, Ева встретилась с его тяжёлым взглядом, но стойко выдержала его. Хейтон приблизил руку к её волосам и захотел было снова их погладить, но в последний момент словно передумал и, на удивление, исполнил просьбу когтевранки. Она могла с облегчением вздохнуть, почувствовав себя раскованно, но образовавшийся всего за один вечер опыт не позволил ей сделать это. -Я сниму заклятия с двери. Ты готова к новому этапу. - Этапу? Притворившись, что он не расслышал, Кристофер развернулся к ней спиной и с лёгкостью снимал все чары. Лёгкая вибрация прошлась по комнате – это оставила след после себя тёмная магия. - Я направлюсь к Геллерту. И ты пойдёшь со мной, - взглянув на неё, учитель ласково, как раньше, улыбнулся. Безумного огня в его глазах уже не было – только прежнее ощущение пучины. – Это ради твоего блага, ради блага всех. Скоро ты примешь наши цели, и будешь искренне благодарить меня за мою заботу о тебе. Верь мне. Не успела она и слова сказать, как Кристофер, одарив её очаровательной улыбкой, выбил из рук волшебную палочку и потащил сопротивляющуюся Еву к выходу, на пороге достав непонятно откуда нож и приставив к её шее. - Ради нашего блага. Помни это и не пытайся звать на помощь. Не думаю, что с перерезанным горлом тебе будет удобнее разговаривать с ним.

***

Замок словно специально оказался сегодня пустым. Возможно, старосты и учителя дежурили где-то, но точно не в том пути, какой выбрал Кристофер. Он был прекрасно осведомлён в тайных ходах даже лучше, чем сама Ева. Конечно, стоит предположить, что парень за время своей учёбы здесь уже успел как следует изучить все скрытые места, но теперь это было ей во вред. - Я не хочу с тобой идти! – прохрипела девушка, когда они выходили из очередной спящей картины. Люди на портретах не обращали внимания на этих двоих, а продолжали сладко спать. - Но ты уже идёшь, - счастливо отозвался Хейтон и подтолкнул её к ступеням, ведущим на первый этаж. Нож был наставлен ей в спину, и если девушка чуть медлила, то сразу чувствовала колющую боль острия, которое норовило в любой момент проткнуть её насквозь. Ева не сомневалась, что Кристофер может с лёгкостью убить её. Всё слишком быстро. Она не готова. Сначала новость о шпионстве Хейтона, затем узнала об ответном обмане и по собственной воле выдала тайну, которую вот уже несколько месяцев хранила. И вот, стоило ей подумать о том, что хуже быть не может, как ему взбрело в голову потащить её к этому безумцу, такому же, как и сам Кристофер. Неужели это происходит с ней?.. Есть же способ сбежать! Привлечь кого-то криком под риском своего убийства не получилось бы. Кто здесь откликнется, кроме, разве что, случайно проплывающих мимо призраков? На середине пути ей удалось приметить улетающего в противоположный конец коридора Кровавого Барона, но от похитителя это тоже не ускользнуло из глаз, и парень грубо схватил её за предплечье и дёрнул за поворот. Её ругательства и попытки зова призрака закончились глубоким порезом на шее. Горячая кровь хлынула незамедлительно. Мантия была безнадёжно испорчена. - Пожалуйста… Кристофер, - ей было тяжело говорить. Каждое слово причиняло боль в горле, как если бы она сильно простудилась. Если бы это было так… Однако никакие мольбы на него не действовали. Глава мракоборцев продолжал бесцеремонно толкать её вперёд ножом, наверняка уже сделав пару дыр в одежде. Пока что кожа спины не пострадала, но ждать не нужно было. Ева решила попробовать последний шанс на спасение, использовав указания Кристофера. Он ведь сказал идти ей быстрее? Ну, в какой степени быстро, не было уточнено. - Ничего не выйдет, - лениво прокричал ей вслед тот, когда Ева внезапно побежала от него. Она знала, что то может стоить ей жизни, но разве смерть может быть страшнее, чем встреча с Грин-де-Вальдом? Быть ли заложницей, новой ли сторонницей – одно хуже другого. Перепрыгивая через две ступеньки, девушка рванула к дубовым дверям, столкнулась с ними и с трудом открыла одну из них – руки не желали слушаться и всё время дрожали. Холодный воздух ночи проник внутрь и заставил её вздрогнуть. Поспешно вытерев тыльной стороной ладони остатки крови на шее, поморщилась от новой порции боли. Что-то мешало ей бежать. Путь к свободе был совсем рядом, буквально в нескольких шагах. Она могла выскочить на улицу и отыскать ещё один проход в замок, но, только когтевранка сделала резкое движение вперёд, как почувствовала тянущее ощущение, словно кто-то сильный не пускает её. - Перестань заниматься самодеятельностью. Намереваясь развернуться и хорошенько врезать ему, Франк замерла с вытянутой рукой. Кристофер не держал её, он так и стоял на середине лестницы, выставив перед собой палочку. Он даже и не думал бежать за ней следом. Всё оказалось гораздо проще. - Что… Что ты со мной сделал? – предприняв новую попытку переступить границу замка, девушка вскрикнула от неожиданности: её тело отбросило назад на пол. От боли в глазах потемнело, и Ева не сразу заметила, что парень спустился и подошёл к ней. Опиравшись руками, с ненавистью посмотрела на Хейтона, стараясь в одном взгляде уместить все бурлящие в ней эмоции, надеясь, что они наконец выплеснутся из неё и обрушатся разом на него. - Простое заклинание, которому я научу тебя, если будешь хорошо себя вести, - без жалости протянув ей руку, он присел. – Вставай. Не дожидаясь её ответа, содержащего проклятья и пожелания мук со смертью, Кристофер сам взял её ладонь и ловко поднял студентку на ноги. Пламя факела отразилось в его глазах, сделав его похожим на демона. - Тебе понравится наше путешествие, обещаю, - с этими словами он вновь швырнул её вперёд, предварительно сняв заклинание. Оглянувшись, Франк увидела, как Хейтон прячет нож во внутренний карман. Похоже, ему больше не нужно использовать крайние меры. Он сделал всё, чтобы Ева поняла: бежать бессмысленно. Пересекая двор, когтевранка сфокусировала взгляд на каменной плите под ногами. Снег успел выпасть достаточно, чтобы образовались небольшие сугробы. Она шла и понимала, что грядёт то, с чем ранее не приходилось сталкиваться. Нужно оставаться сильной и не сдаваться. Верить. И даже упавшие капли алой жидкости на снег с её мантии не должны служить причиной страха. Том бы ни за что не выдал своих чувств в такой ситуации. Хладнокровие – вот что сейчас ей требуется. - Не забудь поздороваться, - сказал Кристофер в момент, когда они спустились к озеру, не видному ныне при отсутствии факелов. До ворот оставалось совсем немного, и это означало лишь одно: скоро никакая защита не будет мешать им трансгрессировать. Мучительно и больно осознавать, что больше некому защитить её. Да никто даже не знает о подстерегающей её опасности. И Ева не может противиться ради своей же безопасности. - Наконец-то, - с предвкушением прошептал совсем рядом мужчина. Ему было всласть переступать на незащищённую территорию, уже не принадлежавшую Хогвартсу. В этом состояние Франк различалось. – Возьми меня за руку, милая. Они прошли ещё немного по скрипучему снегу, чуть отдалившись от ворот, а затем остановились. Температура всё понижалась, а изо рта уже шёл при выдохе пар, но Ева не дрожала. Она с тоской взглянула в последний раз на замок, полный жизни и тепла. Не известно, удастся ли ей вернуться целой сюда снова… - Только без глупостей. Ты знаешь, я имею больший опыт в убийствах. – Несмотря на зловещий смысл слов, Кристофер говорил всё бодро и счастливо. Будто убивать людей для него – это как придавить муравья. Ева с явной неохотой подала ему руку, борясь с презрением и отвращением. После всего, что он ей рассказал, ей было противно даже прикасаться к нему. Прикасаться к убийце. В тот момент у неё не возникало подобных мыслей о Томе. Напротив, когтевранка впервые в жизни, по сравнению с Хейтоном, считала юношу ангелом. Ей предстояло узнать кое-что похуже позже. - В путь, - весело произнёс напоследок преподаватель, и оба погрузились в нечто вроде воронки, переносящей их в далёкое от Хогвартса место, о местоположении которого знал лишь сам Кристофер.

***

В ушах звенело, а голову была тяжелее свинца. Повсюду были слышны голоса, половину из которых она не могла понять. Немецкий?.. Кажется, да. Несмотря на свои немецкие корни, девушку никто не учил этому языку, а после смерти родителей до неё никому не было дело вовсе. - Ты задержался. Ева лежала на чём-то мягком, но не холодном. Тихо простонав от слабости и головокружения, провела рукой по ковру, судя по материалу, очень дорогому. Веки были прикрыты, и не было сил вот так сразу встать и справиться с последствиями после трансгрессии. Неподалёку были слышны шаги. - Бери девчонку, он ждать не будет, - грубый женский голос прозвучал совсем рядом. Кто-то прикоснулся к её руке и начал было тянуть, но внезапно передумал. Она не понимала половину из их слов – смешанный английский с немецким. Но, чёрт, как же паршиво… Приложив немалые усилия, когтевранка всё-таки приоткрыла глаза, но тут же зажмурилась от яркого света… откуда? На самом деле, создавалось впечатление, будто они в каком-то приёмном зале – именно в таких местах всегда чересчур много свечей в потолке и факелов. - Давай, вставай, - недовольно морщась, девушка увидела перед собой Кристофера. Он обхватил её обеими руками за талию и осторожно поднял, ещё не отпуская несколько секунд, что было верным решением. Шатало не на шутку. Схватившись за его плечо, Ева постаралась как можно глубже вдыхать и выдахать. Это помогало быстрее восстановиться. И почему ей не пришло в голову ходить на все курсы по подготовке к трансгрессии? Она мысленно добавила в список желаний обязательно научиться этому. Если ещё будет жива. - Пойдём, - по-прежнему придерживая её, Кристофер повёл её в соседнюю комнату. По пути когтевранка могла получше разглядеть всех здесь присутствующих и саму обстановку в целом. Вроде, ничего особенного – типичный богатый особняк, если не считать развешанные на каждой стене разного вида оружия, маггловские. Ей даже почудилось, что один из мечей покрыт запёкшейся кровью. Что касалось самих людей, то они не вызывали никого доверия. Встречаясь с ними взглядами, Франк чувствовала исходящее от них зверское презрение и превосходство, словно она является ничтожеством. Все они не доверяли ей, и поэтому каждый держал при себе палочку. Одежда тоже не служила показателем доброты – тёмная и мрачная, у кого-то имелись необъятные чёрные плащи с большим капюшоном. Впрочем, встреть эти люди её с чаем и тортом, она бы всё равно не изменила осторожности. Эти типы были преступниками, и, кто знает, может, убийцы тех несчастных сорока семи людей находятся здесь и не ощущают ни капли своей вины. - Не противься прекрасному шансу добиться многого, Ева, - шепнул Хейтон, очевидно, не желая быть услышанными другими. Комнату, куда они вошли, была гораздо темнее, но с первого раза ей удалось понять, что в этот раз их окружали голые стены и стол, во конце которого восседал мужчина, лицо которого было скрыто в тени. Ева, прошипев Хейтону отменные ругательства, вырвалась из его рук и отряхнулась, демонстративно не смотря на хозяина этого поместья. - Ева Франк… - тем нем менее сказал мужчина, словно пробуя её имя на вкус. Его голос был мощен и довольно приятен, и потому, даже если он говорил тихо, когтевранка слышала каждое его слово. – Кристофер обещал привезти тебя сюда ровно полчаса назад. Но вы опоздали. Почему же? Хейтон стоял позади девушки и не проронил ни слова. Настораживало то, что никто не осмеливался заходить сюда из остальных. Хотя, если учесть кое-что, то это даже лучше. Больше преимуществ на спасение. Помнится, она твёрдо для себя решила ещё при уходе из школы, что просто так не сдастся. - Стоит учесть, что Еве труднее адаптироваться к нашим обычаям, - наконец начал глава мракоборцев, убедившись, что девушка намерена молчать. – На это требуется время. Конечно, были небольшие попытки уйти от своего предназначения, но мне удалось удержать её и убедить прийти к тебе, Геллерт. Неподалёку виднелся камин, но пламя давно потухло, и только угольки ещё источали слабые оранжевый свет. Но теплее от этого не стало. Франк чувствовала сырость, как если бы находилась в подземельях школы. Это казалось странным, однако от высказывания своих мыслей вслух когтевранка воздержалась. Вместо этого она всё-таки удостоила своего внимания сидящего. Геллерт Грин-де-Вальд медленно встал из-за стола и, не отрывая изучающего взгляда от Евы, бесстрастно произнёс: - Она не выглядит потенциальной противницей борьбы с видом магглов. Ты уверен, что мисс Франк переняла наши взгляды, а не пришла сюда из-за твоего шантажа и насильственных угроз? Кажется, её порез на шее не остался незамеченным. Несмотря на свой возраст – он был примерно ровесником Дамблдора, судя по газетам – Геллерт выглядел моложе своих лет. Белокурые волосы до плеч почти не тронула седина, и, если бы не морщины между бровей, ему можно было дать лет сорок. Серо-голубые глаза в обрамлении бесцветных ресниц обладали удивительным даром заставлять людей испытывать дискомфорт. Ева это сразу поняла, когда случайно встретилась с ними взглядом. Странное ощущение – словно тебя насквозь видят, но без всякой легелименции. Пожалуй, Дамблдор имеет меньше опыта в этом. - Ну, а что бы ты делал на моём месте? – обойдя Франк, Кристофер виновато пожал плечами. Они разговаривали, несмотря на разницу в возрасте, на равных, точно были старыми друзьями с детства. Правда, в детстве Кристофера ещё и в помине не было. - Ты знаешь, что я на твоём месте бы вообще не впутывал в наше дело эту девчонку, - речь Гри-де-Вальда была всегда неторопливой и уверенной. Возможно, ему бы пошла работа оратором – и без лишних криков каждое его слово несло в себе особую интонацию и производило впечатление. – Однако поздно судить твой промах. Я бы хотел поговорить непосредственно с самой виновницей стольких хлопот. – Мужчина улыбнулся одними губами. – Ева… Полукровка. Маггловский приют. Нравится тебе там? - Есть места и похуже, - понимая, что молчать вечно не получится, Ева заговорила, пусть и с холодом. - Похуже… Да, ещё одно место с магглами может быть хуже. – Геллерт был довольно высок, возможно, даже выше Тома, и поэтому, когда он подошёл к когтевранке вплотную, то опустил голову, и часть его волос упала с плеч. Представляла ли она известного преступника за последние сто лет именно таким? В её воображении он был куда безумнее и кровожаднее. В реальности же великий и ужасный Грин-де-Вальд отличался. Он совершает все деяния осознанно, прекрасно понимая, каковы могут быть последствия. В его поведении девушка не увидела ничего, что характеризовало бы маньяка, получающего удовольствия от убийств и войн. Возможно, не знав, кто он, Ева бы захотела пообщаться с ним и послушать о его жизненном опыте. - Я не ошибся. Она уже убила человека, - её мысли прервал Хейтон, так внезапно прервавший зрительный контакт с Грин-де-Вальдом. Франк и сама не поняла, что происходило, пока всё не закончилось. Создавалось ощущение, что Геллерт изучал её точно так же, как и она его. - Это ничего не даёт, Кристофер, - скучно ответил мужчина и прошествовал к камину, скользя по полу тёмно-синей мантией, украшенной тонкими белыми узорами, больно напоминающими острые ветви. – Любой человек может убить другого. Законы природы никто не отменял. Но меня интересует другое, - он вынул волшебную палочку и без слов зажёг волшебством камин, который уже было потух. Ева с любопытством проследила за движущейся палочкой - длиннее обычного и цвет… не такой. Напоминает пепел. За всю жизнь ей не доводилось видеть похожего дерева. – Сильный убивает слабого. Но всегда ли наша гостья будет сильной? Не поддастся ли она влиянию чувств к нашему врагу? Я не верю в её превосходство над этим. Её внимание было приковано к странной волшебной палочке, и смысл его слов не сразу стал ясен. Быстро заморгав, она кашлянула. Геллерт терпеливо ждал от неё ответа, но в один момент он выглядел так, словно понял, что заставило когтевранку забыться. Демонстративно или нет, но мужчина перекручивал в длинных пальцах палочку и будто проверял Еву. - Эм-м… - Франк совершенно не представляла, что можно ответить. Если опровергнуть его слова – это значит подыграть Хейтону. А помогать ему она ни за что не будет. Тогда девушка приняла другое решение и, натянув на себя улыбку, решительно произнесла: - Я не хочу быть с вами. Одна мысль об этом приводит меня в ужас и омерзение. Особенно после того, как ваш… приятель Кристофер Хейтон запер меня в кабинете, угрожал мне, а затем едва не перерезал горло. Это так вы вербуете всех людей? Злостно усмехнувшись, Франк машинально прикоснулась к своей ране и увидела на ладони свежую кровь. Сколько ещё у неё будет продолжаться кровотечение? Пока она не умрёт? - Нет, мисс Франк, не в моих принципах применять насилие, когда этого можно избежать, - внимательно послушав её речь, Геллерт исподлобья посмотрел на Кристофера. – Но наш мракоборец, как видно, не сдержал в себе собственника и решил привести тебя сюда любыми способами. - Я не его собственность! – чрезмерно громко воскликнула когтевранка, и в зале послышалось копошения и шаги. Может, все те люди стоят там и… караулят на случай критической ситуации? Но что может сделать Ева? Разгромить дом? Убить Грин-де-Вальда? Да это же смешно! - Ева, замолчи! – агрессивно отозвался Хейтон, уже по-настоящему разозлившись. Если он действительно думает, что она будет его слушаться, то тогда Кристофер полный идиот. Сейчас девушка чувствовала себя легче, хотя в самом начале из-за неизвестности и созданных фантазией страхов у неё развилось усиленная осторожность. - Лучше заткнись сам! – грубо прокричала Ева и стремительно направилась к выходу. Как и следовало ожидать, Хейтон находился рядом и успел преградить ей путь, отрицательно покачав головой и недобро улыбнувшись: - Так скоро? - Простите, профессор, - притворно вздохнув, Ева смаковала момент, а затем сделала то, что нужно было давно сделать. Врезать кулаком ему прямо в лицо. Удар получился, на удивление, сильным, учитывая её неопытность в драках. Ева довольно проследила за тем, как Хейтон, не сразу поняв произошедшее, прикоснулся к носу и вытер алую струйку крови. - Вот теперь я открыла вам свою тайну, как вы и хотели. Я вас ненавижу, мистер Хейтон, - быстро проговорила девушка и оттолкнула поморщившегося Кристофера в сторону. Оборачиваться к Геллерту она не стала, решив не тратить время зря. Но у неё не было при себе волшебной палочки, и пробраться сквозь множество преступников была крайне трудно. - А ну-ка, дай сюда, - подбежала обратно к главе мракоборцев и принялась торопливо глазами искать нужную вещь, но та никак не желала быть найденной. Кристофер посмотрел куда-то поверх её плеча и улыбнулся кровавой улыбкой. – Где палочка?? - У меня. Ева резко обернулась и нахмурилась. Грин-де-Вальд со скучающим видом наблюдал за развернувшейся картиной и, действительно, покрутил атрибутом перед девушкой. - Вы оба ещё слишком глупы. Вспышка зелёного света охватила Еву, а через секунду она, вскрикнув, обессиленно упала на пол от боли. Снова. Снова на ней используют запрещённое заклинание. А ведь так искренне хотелось верить, что после Беллатрисы никто не осмелится причинить ей муки.

***

Она проснулась внезапно от кошмара. Тяжело дыша, огляделась по сторонам, но ни намёка на утро не присутствовало. Придётся снова пытаться заснуть, хотя воспоминания о сне так и стоят перед глазами. Глядя в потолок, девушка постепенно успокаивалась: дыхание уже было не таким сбивчивым, и сердце умерило свои стуки. Правда, у неё было ощущение, что оставшуюся часть ночи ей придётся мучиться бессонницей. Тяжело вздохнув, перевернулась на правый бок, но и тут глаза не желали закрываться. Тогда Натали решилась привстать и осмотреться. Сомнений не было: из всех девушек не спала только она одна. Их дыхание было спокойным, и порой приглушалось ветром с улицы, нещадно пытавшемся прорваться сквозь мельчайшие щели в замок. Это такая же зимняя ночь, как и все остальные. Остин не стала обратно ложиться в постель, а ступила босыми ногами на холодный пол и тихо прошла в сторону кровати подруги. Издалека ей показалось, что… Евы нет. Да её действительно здесь нет! Не понимая, почему та отсутствует в столь поздний час, Натали огляделась, но так и не нашла её. На ум пришло лишь одно объяснение. Похоже, Еве тоже не спится, и она, скорее всего, спустилась вниз, в гостиную. Поддаваясь минутному порыву, Натали быстро схватила тёплый жакет, накинула его на плечи и направилась к выходу. Открыть дверь так, чтобы не побеспокоить спящих, была задача довольно сложная, но ей всё-таки удалось после нескольких осторожных попыток сделать это. За пределами спальни было холоднее – в самой гостиной имелся только камин, но ночью пламя ослабевает и потухает. Всё-таки хорошо, что она пошла сюда не в одной ночной одежде. - Ева? – тихо шепнула Остин, громче не решалась, опасаясь кого-нибудь разбудить. Но никто не окликался, и тогда девушка, нахмурившись, ступила на середину гостиной, пытаясь разглядеть знакомые очертания подруги. Все факелы светили очень слабо, их пламя было специально приглушено на ночь. - Ева? Ты здесь? Но было яснее ясного, что в гостиной находится только сама Натали. За окнами нельзя было ничего разглядеть, кроме собственного отражения. С тоской осмотревшись, она обошла пару раз по кругу комнату, примечая оставленные студентами несколько газет, открытые на одной и той же странице – убийство сорока семи. Сотрудники умеют быстро подготавливать информацию для напечатания. Пробежавшись бегло по большому тексту, Натали усмехнулась: куча ненужной информации, которая приукрашивала действительность. Да, оказывается, по мнению министерства, не стоит сильно волноваться, ведь всё могло быть… случайностью. Что? Это шутка такая? - Бред, - с раздражением сказала Остин и перелистнула страницу газеты, но там была уже сводка о погоде и ближайших матчах по квиддичу в разных странах. Ничего, что могло бы задержать её здесь. Однако где может быть Ева, если не в положенном месте? Она никогда не задерживалась в библиотеке до - Натали глянула на висящие над камином часы – двух часов ночи. Это уже слишком. Если и помнить о забывчивости мадам Минлет и её любви к книгам, то всё равно та должна была уже давно отправить когтевранку вон. - Ева? Остин не ожидала ответа, но зачем-то ещё раз попыталась позвать подругу. В ней роились подозрения, особенно, если вспомнить её странное поведение… Конечно, нельзя было ни в чём обвинять девушку. Кто знает, что могло произойти? Да что угодно! Она ещё пару секунд потопталась на одном месте у стола с забытыми вещами однокурсников, а затем, поразмышляв о чём-то, решительно зашагала к входной двери. Выходить за пределы своих гостиных ученикам нельзя ночью, но ведь если сделать всего пару шагов, то за это вряд ли будут наказывать. - Ева? – выглянув в коридор, Натали с опаской всматривалась в силуэт неподалёку. Староста? Ох, только этого ей не хватало… Сегодня не была её очередь дежурить ночью, но это не говорило о том, что ей разрешено нарушать правила. - Мисс Остин? – знакомый мужской голос заставил её похолодеть. - Я только… Профессор, я лишь искала Еву, и… Она никак не ожидала увидеть перед собой Альбуса Дамблдора. Да и, судя по его одежде, он и не думал ложиться спать. Ей пришлось переступить порог гостиной и прикрыть за собой дверь, чтобы не пускать сквозняк внутрь. Смущённо ёрзая, она не находила нужных слов, способных объяснить её внезапный выход. - Еву? – глаза его блеснули в очках-половинках. – Она не в спальне? - Нет… И в гостиной её тоже нет, - после каждого слова Альбус мрачнел всё больше и больше. Натали испуганно добавила: - Но я уверена, что всё в порядке, возможно, она в библиотеке задержалась, а я решила попробовать найти её… - Нет-нет, мисс Остин, - мягко перебил её учитель. – Сегодня пропала не только ваша однокурсница. - Она не пропала, она… - резко запнувшись, Натали с удивлением взглянула на мужчину. Что он имеет в виду? – Не только? Ей всё казалось, что вот сейчас Дамблдор вспомнит о том, что девушка нарушила правило, и захочет снять с неё добрый десяток баллов, а плюс назначит отрабатывать наказание. Или это уже она сама так давно следовала всем правилам, что малейший промах кажется неимоверно катастрофическим? - Да, - кивнув, Дамблдор беспокойно оглянулся по сторонам, словно проверяя на наличие посторонних. Однако коридор был пуст. – Видишь ли, я как раз хотел разбудить всех старост, поскольку меня тревожит факт того, что наш профессор Хейтон тоже исчез неизвестно куда. - Исчез? В каком смысле? - Полагаю, что в прямом, Натали. Конечно, его могли вызвать на службу, но, как я считаю, он должен был в любом случае предупредить директора. Какая-то неразбериха… Ева… Хейтон… Как они могут быть взаимосвязаны? - Подождите, - быстро заморгав, Остин тяжело выдохнула. Слишком много новостей. – Но с чего вы взяли, что профессор Хейтон именно пропал? Он мог… прогуляться перед сном. Да и Ева тоже. Раньше она могла задерживаться в библиотеке, потому что… Ну… Готовилась к экзаменам. - В любом случае, я прошу тебя сейчас только об одном, - Дамблдор, хоть и старался выглядеть спокойным, но девушка заметила в его голосе нотки волнения. Кажется, дело обстоит куда серьёзнее. – Переоденься и пройди в кабинет директора. А я пока пойду и разбужу других старост. Нам следует вместе поискать обоих пропащих, в том числе и Еву.

***

Свет. Тьма. А затем снова свет, но только… Уже другой цвет. Что происходит? Почему так чертовски больно, словно тысяча острых предметов впились в твою кожу, в твои органы, в твоё сердце?.. - Из-за твоей глупости девчонка могла сбежать, - сквозь туман, ещё не совсем чётко, до неё донёсся голос Грин-де-Вальда. Если бы она сейчас не ощущала себя так отвратительно, то, возможно, сумела бы в его спокойном тоне уловить недовольство сложившейся ситуации. Или, быть может, причина была в другом? Послышались неторопливые шаги, а через мгновение человек остановился совсем близко от Евы. Ничего не говоря, неизвестный мягко прикоснулся к её волосам и убрал их с лица, позволяя ей получше разглядеть происходящее. - Но ты ведь не можешь отрицать, что в ней присутствуют нужные нам качества? – Кристофер напряжённо вглядывался в когтевранку, морщившуюся от ещё не ушедшей боли. – Она не из трусливых. Несмотря на её… стремление к добру, Ева имеет неплохой потенциал на будущее. - Не стану переубеждать, мой друг. У мисс Франк есть смекалка, есть храбрость. Но есть ли у неё сила воли для того, чтобы за короткое мгновение позабыть о старых принципах и безоговорочно сделать шаг далеко вперёд, чтобы более не возвращаться? О чём они?.. В голове всё перемешалось – мысли не желали показывать ей чёткие картины случившегося. Что же произошло? Заклинание… Боль из-за… Круцио. Да. Наконец ей удалось понять многие вещи. Вздрогнув, Ева тихо простонала, не сдержавшись. Невозможно было сразу подняться, будто ничего и не было. Слишком тяжело. - Вот сейчас мы и выясним это, - похоже, от глаз Геллерта не ускользнул факт пробуждения девушки. И что они собираются с ней делать? Будут снова пытать, пока она не будет умолять их прекратить и будет готова согласиться на все их условия? Уж лучше смерть, чем это. Одна мысль о том, что ей придётся видеть лицо Кристофера Хейтона чаще, чем положено, вызывало у неё дрожь по всему телу и желание ударить его ещё раз, но сильнее. К самому, казалось бы, главарю всей этой шайки безумцев и убийц она не испытывала такого же отвращения и ненависти. Нет, возможно, слушая страшные рассказы о деяниях Геллерта Ева и могла поражаться его зверству, надеялась бы на скорейшую его поимку, но сейчас… Встретившись с ним лицом к лицу, подобные мысли таинственным образом больше не хотели возникать в её голове. Геллерт Грин-де-Вальд был не таким, каким она его себе представляла. То был умеющий держать себя в руках мужчина, повидавший на своём пути множество всего, а теперь умело использующий приобретённые знания с пользой. Он не был ни капли похож на неадекватного психопата. Возможно, именно благодаря столь значительному различию с вымышленным злодеем, Ева и не могла ненавидеть этого человека. В глубине души в ней проснулся интерес, но когтевранка быстро подавляла его. Разум ещё не покинул её и напоминал, что Геллерт, каким бы ни был интересным и необычным, являлся убийцей тысяч невинных магглов. Это нельзя оправдать. - Понравилось чувствовать вкус крови? – желчно спросила Франк, дрожащими руками опираясь о пол, чтобы привстать. Из носа Хейтона так и продолжала идти алая жидкость. Злобно стерев её, нагнулся над Евой и грубо схватил её за ворот мантии, прошипев: - Я могу перерезать тебе горло уже так, чтобы это было последним, что произойдёт в твоей жизни. - О… Я не боюсь тебя. – Она старалась не подавать виду, что её вот-вот вывернет наизнанку. Организм был истощён от моральных и физических нагрузок, и всё, что ей сейчас хотелось – это лечь в свою постель в гостиной Когтеврана. - Ты мне противен, Крис. Кристофер удивлённо выгнул бровь, вероятно, удивившись сокращению своего имени. До этого Ева ни разу не называла его как-то сокращённо. Что уж тут говорить, если ей приходилось пересилить себя, чтобы убрать в общении с ним все формальности. Но сейчас её уже ничто не страшило и не смущало, а простое прозвище – тем более. Был ли это побочный эффект от круцио? В прошлый, первый раз... Подождите-ка. Ева решилась на убийство именно после того, как перенесла заклинание пыток. Что если все несчастия именно из-за него? Что если и сегодня из её уст сорвётся что-то запрещённое, после чего всю жизнь придётся карать себя? - От любви до ненависти один шаг, моя Ева, - с силой дёрнул когтевранку на себя, от чего та поднялась на ноги. Приблизившись к ней, он как-то плотоядно посмотрел на неё, а затем улыбнулся чему-то своему и так же неожиданно отпустил Франк. - Я не твоя, спешу напомнить! – если он решил так отомстить девушке за её сокращение над его именем, то это не самый лучший способ. Хмурясь, Ева на всякий случай сразу сделала пару шагов назад, чтобы Хейтону было сложнее добраться до неё. Борясь с усталостью, она с особой злостью принялась отряхивать свою одежду, в некоторых частях которых по-прежнему оставались нерастаявшие снежинки – до чего же сыро было в этой комнате. Ладонью невольно коснулась глубокого пореза на шее и прикрыла глаза. Ненависть к Хейтону только усилилась. Он не имел никакого права угрожать ей. Его место в Азкабане, и уж Ева, если представится шанс выбраться отсюда, сделает всё, чтобы дементоры высосали из него самое важное в человеке – его душу. Грин-де-Вальд смотрел на это без особого интереса. Точнее, он и вовсе не смотрел, а успел через порог переброситься парой фраз с той самой женщиной, что так бросилась в глаза когтевранке при самом приходе сюда. Та не была одарена особой красотой, но голос и взгляд был наполнен жесткостью и какой-то необъяснимой силой – такая бывает у тех, кто абсолютно уверен в победе. - Кхм… Извините, - демонстративно кашлянула, обращаясь к Геллерту. Правда, тем самым привлекая внимание этой женщины, которая одарила Еву взглядом, полным надменности и недоверия одновременно. Так могла смотреть на когтевранку разве что Беллатриса, но и той было ещё далеко до точной копии. – Так вы объясните мне, что от меня хотите, чтобы я могла наконец покинуть ваш… уютный дом? Назвать его уютным нельзя было, однако никакого другого определения тому, что Ева видела, не нашлось. Наверное, из её уст это прозвучало несколько иронически. - Покинуть? – Грин-де-Вальд ещё некоторое время стоял к Еве спиной, хотя и некому было отдавать приказания – женщина уже скрылась за углом. – Ты полагаешь, что я разрешу тебе уйти после всего, что ты видела? - Но я… ничего и не видела, - искренне ответила и с беспокойством огляделась. – Я не знаю ваши конкретные планы, я не знаю точное местонахождение этого поместья, ведь переместилась я вместе с… - косо глянув на главу мракоборцев, что сразу озарился самодовольной улыбкой, Ева решила не испытывать судьбу, - …мистером Хейтоном. И к тому же после вашего заклятия я чувствую себя не для того, кто готов вести переговоры. Может быть, вы всё-таки позволите мне уйти? – она замолчала, дожидаясь реакции мужчины. Однако Геллерт в свою очередь лишь соизволил повернуться к ней лицом, но с первого раза можно было понять, что тот не был впечатлён. Тогда девушка решила попытаться ещё раз: - Я… Я могу даже пообещать вам, что не расскажу никому о том, что встречалась с вами. Перспектива стать вашей союзницей очень… заманчива, однако, поймите и вы, я всего лишь простая школьница седьмого курса. Я ничего полезного не умею… Да зачем я вам? Мистер Хейтон ошибся, когда увидел во мне потенциал. Всё не так, как он обо мне рассказывает. И поэтому всем будет лучше, если мы разойдёмся и забудем про этот… инцидент. Ведь так? - Умение признавать в себе недостатки – есть прогресс к совершенству. Грин-де-Вальд поднял на неё свои глаза и снисходительно улыбнулся. Ева тут же подумала, что и здесь ошиблась. Несмотря на его внушительный вид, у неё возникало пару раз странные предчувствия, что именно в улыбке она наконец увидит в нём того сумасшедшего преступника, о котором пишут все газеты магического общества. Но ожидания не оправдались. - Правда, я бы не сказал, что ты не представляешь никакой ценности, - мягко продолжил он, и Ева слушала каждое его слово, боясь упустить самое важное. По мере разговора Геллерт медленно приближался к ней, а Хейтону ничего не оставалось, как молча стоять в стороне. От этой мысли на душе у неё потеплело. Ева была бы не прочь, если бы и его попытали так же, как и её несколькими минутами ранее. – Ты предлагаешь мне отпустить тебя. Но как я могу это сделать после того, что только что услышал? Разве не то есть обман – когда молчишь о самом главном в обществе друзей? У тебя неплохо развит этот навык, Ева. Возможно, ты об этом даже и не знала, но во время действия круцио я позволил себе заглянуть в твой разум. Думаю, не стоит тебе объяснять, как я это сделал, ведь ты и так прекрасно обо всё осведомлена благодаря мистеру Реддлу. Я не слышал об этом юноше, однако его влияние помогло тебе сдвинуться с мёртвой точки. – Словно не замечая изменившиеся лицо Евы, Геллерт остановился подле неё и осторожно прикоснулся к её щеке, сосредоточенно вглядываясь в девушку, как если бы изучал диковинный предмет. Та даже не вздрогнула. – Именно поэтому Кристофер не ошибся, решив всеми силами переправить тебя ко мне. Конечно, я хочу просить извинить его за чересчур грубые приёмы, хотя я и сам бываю жесток, но, в моём случае, это бывает реже. - Вы использовали на мне запрещённое заклинание только потому, что я хотела сбежать, - немного дрожащим то ли от потерянности, то ли от слабости голосом произнесла Ева, а затем тяжело выдохнула и мягко убрала его руку. В ней просыпались догадки дальнейших действий Грин-де-Вальда. И она не желала их. Нужно было любым способом предотвратить это. – Что бы вы не увидели в моих мыслях – это ни о чём не говорит. То было другое, а сейчас… Всё слишком серьёзно и глобально. - Рано или поздно тебе придётся погрузиться в настоящую жизнь. Оценивающе пронаблюдав за тем, как она потупилась к полоске света – выходу, мужчина едва заметно кивнул Кристоферу. - Почему бы тебе не присесть, друг мой, у камина? Уверен, у тебя достаточно есть посланий для наших людей, - что-то подсказывало Еве, что Геллерт попросил об этом Кристофера не просто так. Неужели почувствовал, как девушке трудно продолжать разговор, то и дело натыкаясь на тяжёлый взгляд главы мракоборцев? - Разумеется, - несмотря на мгновенный отклик, парень не стремился столь быстро выполнять поручение. Пару секунд он стоял на том же месте, а после сделал несколько медленных шагов, снова остановился, и только потом приблизился к весело горевшему пламеню. Огню, в отличие от людей в этой комнате, всё было нипочём. Иногда до Евы доносились тёплые порывы, однако сырость не желала уходить во что бы то ни стало. Когтевранка задавалась вопросом, а не создавал ли такие условия здесь сам Грин-де-Вальд. О приоткрытом окне в другом конце помещения она не догадалась подумать. - Хорошо, - уставившись в пол и поморщившись, словно проглотила лимон, Франк неохотно произнесла: - Что вы конкретно хотите от меня? Вы же прекрасно знаете, что я не соглашусь вступить в вашу организацию, ведь цель её – уничтожить магглов. А у меня они не вызывают столь колоссальную злость и ненависть, чтобы я жаждала их всех истребить или подчинить волшебникам. Так чего ещё можно добиться от такой, как я? Я не вижу никакой выгоды. Именно поэтому прошу снова: отпустите меня. - Ты ещё наивна. Но это пока. Совсем скоро правда предстанет и перед тобой, без мишуры и декораций. Ему будто было и не особо интересно выслушивать её слова. Ева подумала на миг, что и Грин-де-Вальд имеет свой предел терпения, а с таким успехом она с минуту на минуту перейдёт его. Возможно, он всего лишь ожидал от неё иной реакции, не настолько типичной. После того, как в её мыслях покопались, ей следовало не скрывать всего, что было. Правда, а как Ева должна себя вести? И попала девушка сюда из-за своего признания в порыве чувств. Убийство. Она убийца. Чистая случайность, но такая важная в её жизни, меняющая всё, абсолютно. - Хорошо, - с трудом подавив в себе приступ отчаяния, когтевранка вздохнула. Похоже, жалобный вид и мольба не сработала. – Но сейчас у меня правда не та характеристика для вашего отряда. Я ещё не умею толком сражаться. В настоящей войне. Я могу попросить у вас время для… обдумывания? Ох, как же всё глупо. Всё уже серьёзно, как никогда раньше, а она по-прежнему надеется, что ей удастся выбраться сухой из воды. А ведь с самого начала ей не понравилась идея сближений с Кристофером. Но Ева сделала это, пересилила себя ради Тома. Шла на жертвы, терпела, тешила себя надеждами на скорое завершение этого кошмара. А сейчас кошмар превратился в настоящий ад, полный страхов и неизвестности. - Время… - Грин-де-Вальд усмехнулся, припоминая что-то в уме. Он делал вид, что не замечал беглых взглядов девушки в соседний зал. Там, на удивление, уже было не так много народа. Лишь пара человек стояли возле карты какой-то местности и тихо переговаривались. Но больше всего Ева обрадовалась, когда осознала, что и та женщина тоже скрылась из виду. – Время сейчас очень ценно. Оно быстро утекает сквозь пальцы, как песок. Его уже не вернуть обратно. Ты понимаешь это? Франк с лёгкой растерянностью посмотрела на мужчину, но покорно кивнула и сказала: - Понимаю, - хотя и не до конца осознавала, к чему именно тот клонит. Мысли были заняты другим. Стоило ли говорить что-нибудь ещё? Ева с любопытством окинула Грин-де-Вальда взглядом и испытала странное щемящее чувство внутри. Этот человек встретился ей впервые, но он заставлял её вспоминать другого, того, кто сейчас, возможно, и не подозревает об её исчезновении из школы. Том Реддл, несмотря на все её прошлые сомнения, имел множество сходств с Геллертом. И почему она раньше об этом не задумывалась? Несколько секунд, а может, минут, была тишина, насыщенная лишь треском огня. Не всё вокруг способно подчиняться всеобщему молчанию. Ева сначала раздумывала, а затем всё-таки медленно приблизилась к Грин-де-Вальду. Перед глазами встали образы дюжины мёртвых людей, и девушка вздрогнула, представив, что сейчас она может стать одной из них. - Может быть… Я пока вернусь в школу? – после озвучивания вопроса Франк почувствовала себя глупее, чем до этого – так странно просить разрешение у преступника. Да и вообще раньше ей не доводилось встречаться лицом к лицу с теми, кого чуть ли не всё магическое общество разыскивает. – У меня экзамены совсем скоро… - Экзамены? – приподняв брови, словно та напомнила ему о чём-то важном, Геллерт сухо проговорил: - Это, конечно, уважительная причина для студентки, но не настолько, чтобы я позволил себе рисковать и отправил тебя прямиком к Альбусу Дамблдору. - Что? Но Дамблдор… Причём тут он? – непонимающе захлопав глазами, когтевранка развела руки в стороны. – Директор у нас Диппет, но… - Не важно, - как-то резко прервал её мужчина, заметно нахмурившись. Кажется, он пожалел о том, что упомянул о профессоре трансфигурации и сейчас корил себя за это. Вот только как это всё понимать? Ева никогда бы не стала обращаться за помощью к Дамблдору, если в школе были бы другие учителя, а уж тем более директор. Тем временем Грин-де-Вальд, всё так же хмурясь, кивком указал ей на ближайший стул. – Подожди здесь. Как я уже сказал, я не намерен отпускать тебя столь быстро. За это благодари Кристофера. А сейчас мне следует найти подходящую для тебя комнату. И… - он быстро пересёк помещение и уже перешагивал через дверной проём. – Постарайся не совершать глупостей. Ничего на это не ответив, Ева присела, как её и попросили. Она думала о том, что уже где-то слышала последнюю фразу, произнесённую Геллертом. Возможно, подобное ей говорили уже и не один раз. Но разве получалось когда-нибудь следовать этому совету? Сколько бы ни старалась – безуспешно. Сам ход событий идёт против неё. - Как тебе эта ночь? – с усмешкой спросил Хейтон. Ева упорно избегала смотреть на него, потому лишь краем глаза видела, как он развернулся к ней. – Насыщеннее, чем простой сон, не так ли? Ответа со стороны когтевранки не последовало, и тогда парень беспечно продолжил, будто и не ждал ответной реакции. С напряжением вглядываясь в полоску света на ковре, она мысленно прогоняла его прочь. - В твоём возрасте я всегда мечтал, чтобы в моей жизни случилось что-то необычное. Хотел каждый день провести с пользой, успеть сделать многие вещи, а затем быть настолько усталым и полным впечатлений, что погружаться в сон сразу, без предварительных размышлений. – Хейтон хмыкнул. Несмотря на его тон, Ева могла ощутить в нём боль, если бы ей было не всё равно. - Но ничего этого не было. Целыми сутками напролёт я только учил уроки, проводил время с людьми, которых раньше считал друзьями… Забавно. Всё казалось тогда бесполезным. Я не видел смысла своей жизни, хоть она была не так уж и ужасна. Ты чувствуешь то же самое, я знаю. Все подростки себя чувствуют ненужными, ничтожными в этом большом мире. По правде говоря, этот мир действительно не бывает ласков даже со взрослыми. Края мантии Франк были немного мокрыми от снега, и она сомкнула обе руки вместе и попыталась согреть себя своим дыханием. Его слова казались несколько странными. После всего, что произошло, он вдруг принялся философствовать о трудностях жизни. Уж теперь ей не нужно притворяться, и поэтому девушка не выдержала и позволила себе высказаться: - Мне наплевать на то, что ты пережил в жизни. Мне наплевать на вас всех, на эту… организацию. Если ты думаешь, что прекрасно понимаешь меня, то глубоко ошибаешься. Иначе бы ты исполнил моё главное желание – больше не появлялся в моей жизни! - Видеть на твоём лице счастье – это прекрасно. Но теперь это, боюсь, невозможно, - почти сладко пропел Кристофер, как довольный кот после сливок. Она поднялась со стула и сузила глаза. –Не думай, что ты первая такая студентка, толком не закончившая учёбы и ничего не знающая. Иногда мы переманиваем на свою сторону учеников, но не первых попавшихся. О, нет, в других школах есть тоже шпионы, и они тщательно отбирают из всех самых лучших. Наверное, никто более не вызывал у неё столь сильных отрицательных эмоций. Если не считать Беллатрисы. - Значит, я и есть та лучшая? – медленно произнесла девушка, а сама разглядывала его пустые руки. У него не было палочки. Внезапное озарение возникло в ней, и когтевранка едва не вскрикнула от радости, от возрождения надежды. У неё ещё есть шанс спастись! - Я знал это с самого начала. Ты можешь стать ещё лучше, если останешься с нами. – На мгновение замолчав и сделав шаг ближе к ней, он с тем прежним странным чувством в глазах добавил: - Со мной. Будь у неё похуже настроение, она бы давно поморщилась от его слов. Но не в эту минуту. Тело охватило радостное возбуждение. Оставалось только сделать всё правильно. - И что тогда? – тщательно подбирая слова, когетвранка старалась отвлечь парня, пока выискивала обходные пути. Бежать напролом, мимо других сторонников не будет выгодно. Наверняка её оглушат прежде, чем она пересечёт и половину зала. Должен быть другой путь. – Если я соглашусь… Ты поможешь мне стать лучше. Это ведь не пустые слова? Для пущей убедительности Франк осторожно положила руку ему на плечо. Странно было делать это, ненавидя человека всем сердцем, всей душой… Всем. Она произвела нужное впечатление на него. Вымученно улыбнувшись, Ева опустила голову, а когда волосы прикрыли часть лица, взглянула на то, что находилось позади Хейтона. Ничего не представляло особенности: голая стена, очередная дорогая ваза и непримечательная закрытая дверь. - Не сомневайся в этом, Ева. – Мягко улыбнувшись ей в ответ, Кристофер наклонился к ней ближе и уже более серьёзно прошептал: - Сомневаться стоит мне в тебе. - Нет! Я готова остаться! – чересчур быстро проговорила Франк, а затем неосознанно дёрнулась. Когда же она научится притворяться?! Кристофер не удивился такому повороту событий. Вздохнув, он повернул голову к тому самой двери, а затем сказал: - Да, она не заперта и ведёт в коридор. Но тебе будет очень трудно отыскать выход. – В этот миг внутри неё всё похолодело, но вместе с тем появилось ещё одно чувство, название которому пока она не могла подобрать. - Это поместье не такое, как кажется на первый взгляд. Ева поджала губы, решив ничего более не говорить. Ей было досадно от того, что её план был настолько очевиден. Может, было дело в самом таланте Хейтона распознавать ложь, но не хотелось признавать его превосходство над ней. - Уже передумала сбегать? – хладнокровно продолжил мужчина, вновь оборачиваясь к ней. В оливковых глазах отразилось пламя камина, и когтевранке показалось, что он только внешне так спокоен. Необходимо было найти либо иной путь, либо пойти по прежнему, но с ещё большим риском. В обоих случаях она находила много минусов. Ну когда же всё будет идти так, как она задумала изначально?? Девушка неловко потупилась назад. Кристофер оставался на том же месте, тем самым преграждая ей дорогу к злополучной двери. Попробовать обежать его, а в крайнем случае оглушить? Как-то самой не верится в удачный исход. Конечно, стоит помнить главный факт – его волшебная палочка у Грин-де-Вальда, а значит, при Кристофере остаются только физические способности. И они наверняка лучше, чем у Евы… И как она об этом не подумала? Франк пугливо огляделась и сглотнула, представив картину расправы над ней. Порез на шее заставил очередной порцией боли вспомнить о себе. До этого рана не беспокоила её ещё и потому, что сознание было занято то разработкой плана, то притворством, то вслушиванием в слова Геллерта. - Я? Передумала? – выдавив из себя нервный смешок, когтевранка расслабленно пожала плечами и чуть не сбила при этом соседнюю вазу. – Ой… Видишь, как я волнуюсь рядом с тобой, Крис… - язык не слушался её, лепеча какой-то бред, Франк осторожно и медленно отдалялась от него к выходу в зал. Повернуться и проверить, находятся ли там ещё сторонники Геллерта – плохая идея. Совершив до этого кучу ошибок, хотелось хоть в этот раз не напортачить. Она вбежала в соседний зал и, стараясь не оглядываться, стремилась как можно быстрее пересечь его. Нет сомнений – эти преступники не покинули комнату. Тому в доказательство послужили их оклики, а затем дело подошло к использованию магии. - Девчонка! Стой! – громыхнул голос, но обладатель был уже позади Евы. Бежать из этого коридора. Бежать и не оглядываться. Иначе будет только хуже. Ей казалось, что до противоположного выхода в коридор, наверное, того самого, о котором говорил Кристофер, путь не сокращается, а только увеличивается. Она была слаба – это очевидно. Последний остаток сил не помог бы долго продержаться. Но нужно было даже под действием заклятий скрыться их вида. Пусть на неё хоть наложат ещё одно круцио, пусть заставят вернуться при помощи имерио, пусть угрожают смертью – Ева ни за что по своей воле не останется здесь, не предприняв ещё тысяча таких попыток сбежать. Это место не для неё. Не для простой полукровки. Они должны, должны понять это. - Держите её! Мысли роем посещали её сознание, но девушке удалось успешно вернуться непосредственно к самой реальности. Повсюду были разноцветные вспышки, больше напоминающие фейерверки, нежели самые страшные проклятья. Она спотыкалась на ровном месте, но всё равно бежала. В последний момент на её пути возник наколдованный кем-то стол. - Ева! – этот голос теперь навсегда отпечатался в её памяти. Кристофер, видимо, пошёл вслед за ней и добыл чью-то палочку. Франк лишь на секунду остановилась, чтобы посмотреть, насколько далеко от неё противники. Хейтон в свою очередь закричал: - Тебе не найти выхода отсюда. Здесь сотня дверей! Однако последние слова он говорил уже пустоте – Ева с внезапной ловкостью перепрыгнула через стол и завернула за угол. Мантия мешала бежать, утяжеляя ход своим весом, и когтевранка, пробегая мимо какой-то статуи, скрытой в полумраке, бросила неподалёку верхнее одеяние. Никакие последствия не беспокоили. Лучше вернуться домой без ценной вещи, чем быть пойманной из-за своей медлительности. Погоня не прекратится. Она чувствовала, как кто-то гонится за ней, но пока ещё достаточно далеко, чтобы беспокоиться. Труднее всего было успевать вовремя сориентироваться и не врезаться в стены, сворачивая в другие проходы. Волосы нередко при секундных остановках лезли в глаза и в рот, но Ева сосредотачивала своё внимание лишь на поиске выхода. Хейтон оказался прав – повсюду расположились множества дверей. Поначалу пыталась пробовать открыть их, но половина из них были заперты, другие вели в пугающую темноту, а третьи и вовсе являлись входом в простые опочивальни. Это только отнимало у неё драгоценные секунды времени. Всегда, останавливаясь хоть на миг, она позволяла сокращать расстояние между тем, кто бежал за ней. И очень скоро заместо адреналина начало проступать отчаяние. Хрипло дыша, когтевранка так и не нашла ни лестницы, ни намёка на парадную дверь. Создавалось ощущение, что она бегает по кругу. Или дом заколдован и не позволяет выйти из него чужим? - Ева! Нет, только не это, пожалуйста… Ева с широко распахнутыми глазами резко остановилась перед новым тупиком. Всё было очевиднее. Если она не найдёт другой путь решения, то её поймают очень скоро, а тогда уж вряд ли в ближайшее время у неё получится завоевать доверие. Вскрикнув от бессилия, Ева готова была уже отбиваться что есть сил, как вдруг заметила с правой стороны окно. За ним ничего не было видно, кроме собственного отражения, но надежда уже успела заполонить её разум. Подскочив к окну, Ева на мгновение замерла, а затем впервые в жизни предприняла попытку разбить его. Ударив ногой в стекло, когтевранка раздражённо вскрикнула: ничего практически не изменилось, но зато ей удалось привлечь того человека, и шаги с приближением становились всё чаще. Тяжело вдохнув, девушка чуть отступила, чтобы разбежаться. Удар. Нужен самый сильный удар, на который она только способна. - Ева, стой! – Хейтон был уже за ближайшим поворотом, когда стекло наконец исказилось крупной трещиной, что незамедлительно расходилась по всей поверхности. Лицо Франк осветила победная улыбка. Кулаком она пробила окончательно дыру. Несколько капелек крови упали на деревянный пол, но сейчас, наверное, даже если бы её пронзили мечом, когтевранка не отреагировала бы, а продолжала выламывать и выбивать острые осколки. Стремительно наклонившись вниз, Ева не увидела почти ничего, кроме блеска снега. Высоко, но если повезёт… Не раздумывая более, она перекинула ногу через окно, а затем села так, чтобы можно было лишь с помощью рук держаться. - Стой! - Отстань от меня! – злостно прошипела Ева и отпустила края рамы – больше ничто не могло удержать её здесь. Ничто, кроме Кристофера Хейтона. Его руки успели ухватиться за её запястья и копну волос. Голову пронзила боль, и Франк, бешено изворачиваясь, вскрикнула, чувствуя себя подвешенной над пропастью, как кукла на верёвках. - Отпусти! – взвизгнула девушка, не в состоянии поверить в свой провал. Нет. Спасение же совсем близко, там, внизу! - Не подумаю, - в отличие от неё, Хейтон говорил тихо и с придыханием. Ему было тяжело удерживать Еву в столь неудобной обстановке. Она понимала, что в любую минуту он может предпринять попытку перетащить её к себе, но что-то не давало ему это сделать. И Ева, не переставая вырываться, воскликнула, а изо рта вырвался пар: - Отпусти меня сейчас, или я уйду позже! Пожалуйста, Кристофер, отпусти. Я не хочу быть здесь, быть с тобой! Я… - тут она поморщилась, когда парень сильнее натянул её волосы на себя. Его дыхание было совсем рядом. Он слушал, и Ева заговорила с новой силой: - Моё место не здесь, пойми. Я никогда не хотела убивать, я никогда не хотела причинять людям зло просто из своей прихоти. Ты должен знать, что рано или поздно я всё равно найду выход, я уйду, сколько бы ты не старался удержать меня! Так отпусти сейчас! Потому будет тяжелее! Я… Я не смогу быть с тобой, потому что я всегда любила Тома! В тот момент ей и в голову не пришло, что она впервые открыто призналась в своих чувствах. Не подходящее время для размышлений и сожалений, когда тебя держит преступник. Ева не видела его лица и не могла знать, о чём тот думает. Однако за эти минуты её глаза привыкли к темноте, и всё вокруг уже не казалось таким страшным. На каком они этаже? - Кристофер? – молчание парня начинало тревожить, и плечо уже ныло от его сильной хватки. – Скажи что-нибудь… Стой!! Вскрикнув от страха и неожиданности, девушка поняла, что никто больше не удерживает её, и чувство невесомости вперемешку с паникой и нежеланием так скоро умереть заставили Еву размахивать руками, словно это помогло бы замедлить падение. Когда встреча с сугробами должна была наконец случится, когтевранка крепко зажмурилась, мечтая, чтобы всё закончилось быстро.