Намагничивание

      Выбегая из редакции, Меган позвонила Лоре Мартинес, своей лучшей и единственной подруге. Лора работала в баре официанткой. Милая, общительная, работящая и честная. Ее ценили и любили как коллеги, так и руководство, особенно ей были благодарны другие официанты, которых она часто подменяла.       Когда Меган позвонила, Лора без колебаний согласилась помочь. Ей легко удалось отпроситься с работы, поскольку замену на оставшуюся часть дня она нашла за считанные минуты.       Подруги встретились в магазине вечерних туалетов, куда Меган приехала, чтобы выбрать себе платье. Здесь были представлены недорогие модели, магазин сделал ставку на количество и оборот, так что выбирать было из чего.       — Итак, какое платье тебе нужно? Куда ты вообще идешь? — спросила Лора, рассматривая висящие на вешалках наряды.       — На вечеринку. — Мрачно ответила Меган. — К Майклу Джонасу. Подруга повернулась на сто восемьдесят градусов и уставилась на нее с диким восторгом в глазах.       — Повтори, что ты сказала, Мег? К Майклу Джонасу? Я не ослышалась?! — воскликнула она. — Что ты раньше молчала? Я бы о такой новости попыталась рассказать всему миру!       — Мне надо взять у него интервью, — еще более подавленным тоном выдавила из себя Меган. — А я вообще не представляю, как заговорить с ним. Кто я и кто он?       — Так! Сейчас же возьми себя в руки! Не раскисай! — строго ответила Лора. — Ты умница, и у тебя все получится! Сейчас подберем тебе платье, черное, красивое и элегантное. Будешь выглядеть сексуально и в меру строго, как и подобает журналистке на приеме у богатея.       Меган понуро следовала за подругой, лишь изредка кивая, скорее машинально, чем осознанно. А та не переставала рассматривать платья, снимать вешалки со стоек, прикладывать наряды на Меган, чтобы придирчиво покачать головой или довольно хмыкнуть.       Спустя полчаса блужданий по извилистым рядам среди стоек с платьями у Лоры на руке скопилось штук пять плечиков с черными приталенными платьями, и она повела подругу к примерочным.       Для Меган это казалось пересечением какого-то последнего рубежа, за которым обратной дороги уже не будет, и перед тем, как зайти за ширму, она взяла Лору за рукав.       — Слушай, а давай ты вместо меня поедешь? — судорожно спросила она, будто хватаясь за последнюю спасительную соломинку. — Ты легко общаешься с людьми, тебе просто, ты там послушаешь все, задашь Майклу пару вопросов и спокойно уйдешь. А потом все мне передашь, и я статью напишу. Хочешь, я тебе диктофон дам?       Лора посмотрела на нее как на полоумную.       — Дурочка, что ли? Мег, успокойся сейчас же! — добродушно, но серьезно ответила она. — Во-первых, это твоя работа, а во-вторых, тебе давно пора повзрослеть и научиться нести ответственность за свои поступки! — девушка помолчала. — Выше нос, Мег! А представь, он в тебя влюбится?       Меган почти затошнило от волнения. Даже при том, что она уже рассматривала такой вариант истории в своих мечтах, комплексы, сидевшие внутри, заставили ее снова усомниться в своих способностях.       — В простушку вроде меня? Не смеши меня, Лора. — Меган вздохнула. — Но ты права, это работа, и ее надо выполнить. Давай мне платья.

***

      Примерка платьев заняла еще полчаса, и в результате девушки сошлись на мнении, что платье на узких бретельках, полностью облегающее фигуру от груди до коленей, подойдет идеально. У Меган фигура была вполне себе неплохая, и платье ее выгодно подчеркивало.       Заплатив за него деньгами Джозефа, подруги поехали к Меган домой подготовить ее к вечеринке. Меган могла бы и сама накраситься, подобрать туфли к платью да вызвать такси, но поддержка Лоры прибавляла уверенности, с ней было не так страшно.       К половине седьмого вечера все было готово. Красиво и изысканно накрашенная Меган села в такси, которое повезло ее в особняк Майкла Джонаса. Дорога должна была занять около сорока минут, поскольку особняк находился в центре, где могли позволить себе жить только очень богатые люди.       Такси везло Меган по городу, с окраины в центр, и ей это казалось путешествием в другой мир, к которому она никогда не имела отношения. Ее родители могли причислить себя к представителям среднего класса с очень большой натяжкой, а после их смерти ей достался лишь небольшой домик в частном секторе на окраине и счета по закладной. Девушка постаралась морально подготовиться к лоску, который ждет ее на приеме у Майкла Джонаса, наверное, там будут сновать официанты, играть живая музыка, все будет чинно и помпезно…       Где-то в середине пути она смирилась с тем, что определенно приедет на этот прием, и ей придется выполнить свою работу. Отвертеться уже точно не удастся, Джозеф с нее живой не слезет, если она не доедет до вечеринки, и уж точно потребует вернуть все до последнего цента за платье, которое она купила, кажется, только для этого конкретного случая. Остается лишь попытаться соответствовать тамошней атмосфере, чтобы не слишком сильно выделяться.

***

      Такси остановилось напротив шикарно оформленной лужайки перед домом у высоких кованных ворот. Они были открыты, а за ними симметричными полукольцами простирались мощеные дорожки, ведущие к главному входу в особняк. По центру располагался фонтан. Фонтан на частной территории прямо в центре города! Меган была впечатлена — до этого она была уверена, что фонтаны устанавливает администрация в парках и всяких памятных местах.       Девушка вышла из машины и направилась к дому. На лестнице, ведущей к парадной двери, ее встретил слуга, одетый в дорогой фрак с галстуком-бабочкой. Он держал в руках планшет и вежливо поинтересовался, как к ней обращаться.       — Мисс Меган Линдски, Сан-Анджелес Пойнт. — Ответила Меган.       — Проходите, пожалуйста, мисс Линдски. Мы рады Вашему визиту!       Девушка продолжила путь по лестнице, и дверь сама отворилась перед ней, как по мановению волшебной палочки. Меган вошла в особняк. Интерьер просторного хорошо освещенного холла, ведущего в главную залу дома, дико контрастировал с ее ожиданиями, ровно как совсем не соответствовал экстерьеру здания — на фасаде дома красовались колонны, пилястры, барельефы, орнаменты, а внутри все было стерильно в стиле хай-тек, исключительно технократично и функционально. Это был настолько резкий контраст, что Меган показалось, будто она попала в параллельное измерение или переместилась во времени в будущее. И только идущий ей навстречу человек, одетый как и предыдущий, вернул ей ощущение прежней реальности.       Приблизившись, он произнес тоном, какой Меган предполагала услышать от светского мажордома:       —Здравствуйте, мисс Линдски! Пожалуйста, проходите, располагайтесь. Большая часть гостей соберется ближе к восьми вечера, а пока Вы можете насладиться музыкой и угощениями. Прошу! Он сделал приглашающий жест и повел Меган за собой вглубь дома.

***

      В главной зале уже расположилось несколько гостей, одетых, как показалось Меган, так же просто, как и она сама. Наверное, тоже аккредитованные репортеры и журналисты. Она присела за один из столиков, где не было именных табличек, и попыталась расслабиться.       Это было крайне сложно — незнакомая среда, поражающий лоском и одновременно какой-то простотой, минимализмом интерьер, явно указывающий на нестандартность мышления хозяина, плещущее через край великолепие закусок, завораживающая «живая» музыка… Музыка действительно была восхитительной, Меган и не представляла, что на синтезаторе и нескольких ноутбуках можно создавать подобные шедевры.       Время тянулось медленно, юркие официанты регулярно предлагали девушке шампанское, и всякий раз она отказывалась, чтобы не напиться раньше времени. Впрочем, она предпочитала работать на работе, даже если ситуация располагала к употреблению спиртного. А ситуация на этом приеме не просто располагала, а светила красным прожектором, выла сиреной, прямо вынуждая выпить для храбрости. Меган решила, что сделает это, если поймет, что в трезвом виде интервью у Майкла ей не получить. Это будет сделка с совестью, но во имя благой цели.

***

      Вскоре гости начали прибывать, и ровно в восемь почти все именованные места за столиками оказались заняты. Людей набралось порядка сотни, и все это были богатейшие и известнейшие люди города. Меган чувствовала себя среди них червяком, настолько же ничтожным, насколько и беспомощным, но старалась не поддаваться комплексам. Она искренне пыталась держать себя в руках и не раскиснуть, чтобы выполнить работу и, наконец, может, вырасти в глазах босса.        В начале девятого на сцене, смонтированной тут же, в этом зале, на небольшом отдалении от передних именованных столиков, появился сам зачинщик торжества — Майкл Джонас. Щеголеватый, модный светло-серый с приглушенным глянцем костюм, дорогие ремень и часы, стильная стрижка, гладко выбритое лицо и полный энтузиазма взгляд. Майкла нельзя было назвать по-настоящему красивым, но харизма этого человека никого не оставляла равнодушным. У Меган перехватило дыхание. Нет, она и раньше видела его фотографии в глянцевых журналах, в интернете — про него много говорили и писали, он практически не покидал передовиц новостей. Но вот встреча с ним вживую оказала в разы более сильное впечатление на девушку. Она смотрела на него во все глаза и не могла отвести взгляд. Он был великолепен, совершенен, красив и успешен, но ее больше всего поражали его глаза, выдававшие в нем по-настоящему увлеченного своим делом человека.       Майкл вышел на сцену, поздоровался с присутствующими и элегантно пошутил, без панибратства и зазнайства — он был демократичен, шутил тонко, тактично. Зал ответил ему аплодисментами. Меган тоже похлопала, машинально, вместе со всеми, хотя для нее было в новинку хлопать человеку только за его приветствие. А затем Майкл сделал знак неизвестно где прячущемуся оператору, и за его спиной на громадной площади стены начало проецироваться изображение.       — Представляю вашему вниманию новую разработку Джонас КиберХим — киберкожу, иными словами, искусственный заменитель человеческих тканей. — Начал пояснять видеоряд Майкл. — Это новейшая разработка, которая спасет множество жизней. Микроскопические частицы, из которых состоит киберкожа, определяют тип клеток поврежденной ткани, перепрограммируются прямо на месте и полностью восстанавливают поврежденный участок. — Он сделал паузу, чтобы дать время прогреметь новой волне аплодисментов. — Поврежденные кровянносные сосуды, костная ткань, соединительная, мышечная — все эти виды тканей могут быть заменены киберкожей. Это универсальный заменитель тканей, который, конечно, пока имеет ряд ограничений…       Меган дальше не слушала. Ее спина предательски покрылась холодным потом — скоро презентация закончится, и он начнет отвечать на вопросы журналистов. И ей придется встать в один ряд с другими, поднимать руку и задавать вопросы, как и все остальные. Она уже сейчас чувствовала, как дрожат ее пальцы при одной лишь мысли об этом… Что будет, когда это произойдет?       Девушка взяла стакан шампанского у проходящего мимо официанта и почти залпом выпила. Была не была, работу надо выполнить любой ценой. Найдя глазами еще одного официанта с шампанским, добралась и до него, выпила еще один стакан. Презентация подходила к концу, волнение Меган усилилось и стало критическим. Она не хотела себе признаваться, но всеми силами избегала встречаться лицом к лицу с Майклом Джонасом, так что придумала себе формальный повод уйти из зала — найти уборную, чтобы поправить макияж.       Девушка спросила у очередного официанта, как найти дамскую комнату, и отправилась на ее поиски. Кажется, официант сказал, по коридору четвертая дверь налево, но едва выйдя из главной залы, девушка поняла, что не уверена точно. Впрочем, тут же должны быть какие-то указатели для гостей, разве нет? Меган решила не переспрашивать, чтобы не казаться совсем идиоткой, и направилась наугад. Она настолько волновалась, что коридоры показались ей бесконечным лабиринтом, а все двери — одинаковыми. Минут через десять безуспешных поисков она констатировала, что заблудилась.       Новый приступ страха и тревоги прервал звук открывающейся впереди по коридору двери. Меган притаилась за углом — сейчас она была уже почти уверена, что находится там, где ей быть не следует, так что продолжила иррационально прятаться. Впереди из комнаты с такой же, как и все прочие, дверью вышел человек в халате и зашагал куда-то дальше по коридору.       В голове девушки сформировался дьявольски авантюрный план. Человек в халате вряд ли врач, скорее, лаборант или химик, и раз так, он мог выходить из лаборатории, а там можно найти много чего интересного…       Может, всему виной было шампанское, притупившее критическое мышление Меган, но ее глаза заблестели в предвкушении быстрой и легкой славы — если она выяснит какую-то новую внутреннюю информацию или расскажет о грядущих проектах Майкла, ее статья сорвет банк! Любое интервью будет смотреться блекло на фоне такого репортажа! Она тихими быстрыми шагами направилась туда.       Предположения Меган полностью подтвердились, она попала в лабораторию. Вряд ли единственную, но тем не менее, здесь было на что посмотреть. Меган недолго поколебалась, стоит ли продолжать вести это рискованное расследование, но не справилась со своим любопытством. Она прикрыла за собой дверь и осмотрелась. Это была освещенная странным голубым светом просторная комната, вдоль стен располагались длинные столы с химическим оборудованием, по центру стояло несколько высоких стоек с клетками, как для лабораторных мышей. За ними виднелся высокий открытый подсвеченный голубым светом стеллаж с всевозможными склянками.       Меган не заострила внимания на клетках, прошла прямо к стеллажу и начала рассматривать пробирки, аккуратно расставленные на полках. Емкостей там оказалось довольно много, голубая подсветка делала стикеры на них легко читаемыми. Девушка полезла в клатч за телефоном, чтобы сфотографировать названия, но в этот момент сзади раздался агрессивный визг. Меган мгновенно обернулась и в ужасе отпрянула от клетки, что была за ее спиной — внутри бесновалась огромная белая крыса, кидаясь на прутья решетки и издавая пренеприятный злой визг.       Пожалуй, заходить в эту лабораторию было роковой ошибкой. Отшатнувшись от клетки с крысой, Меган задела стеллаж, он закачался, и на нее градом посыпались стеклянные емкости с реагентами, покоившиеся на верхних полках. На уровне ее тела каким-то непостижимым образом началась цепная реакция: пробирки, мензурки, пузырьки и прочие склянки попадали одна на другую, разбрызгивая содержащиеся внутри жидкости. В мгновение ока Меган оказалась обрызганной, облитой, перемазанной различными реагентами. Девушка застыла, не зная, что делать дальше, а на шум в лабораторию уже пришел охранник, судя по обыкновенному костюму-смокингу и ушной рации. Немая сцена — Меган, с которой буквально капали химикаты из склянок, и он, стоящий напротив. Впрочем, произошедшее нисколько не смутило мужчину в костюме, он невозмутимо передал по рации: «Четвертая лаборатория, код пятнадцать». К нарушительнице приближаться он не стал, но перегородил собой дверной проход, так что даже при желании девушка не смогла бы улизнуть.       К Меган постепенно пришло осознание, что, возможно, она только что уничтожила плоды работы химика-миллиардера, компенсацию за которые она будет выплачивать еще несколько следующих жизней. Кроме того, она оказалась обрызгана неизвестными реагентами — как знать, может, они токсичны или ядовиты? Хотя если завтра она умрет, ей по крайней мере не придется возмещать ущерб. Какая-то жидкость попала на ее платье, от чего легкий трикотаж начал буквально расплавляться и течь, как теплый воск, частично обнажая белую кожу живота. Сейчас от стыда Меган готова была провалиться под землю и лишь надеялась, что сюда не явится сам хозяин дома. Пусть, например, его охрана передаст ее в руки полиции. Она покорно признает вину и будет ждать законного наказания за свой проступок…       Мысли Меган были прерваны вошедшим в комнату Майклом Джонасом. Он отстранил охранника и подошел к Меган, подал ей руку, чтобы она смогла встать.       — Мисс, Вы не ранены? — участливо спросил он.       — Про-остите, мистер Джонас. Мне очень стыдно… — промычала Меган, поднимаясь на ноги, и предприняла безуспешную попытку прикрыть зияющую на платье дыру. — Я…       — О склянках можете не беспокоиться, ничего серьезного. Главное, что Вы не пострадали. — Продолжил Майкл. — Вам следует срочно принять душ. Я распоряжусь, чтобы Вас туда проводили и принесли другое платье взамен испорченному.       Хозяин дома вел себя настолько великодушно, что его доброта вызывала в душе Меган еще большее смятение и стыд. Она украдкой взглянула на дверь — в коридоре уже собралась небольшая группа зевак из гостей. В ее голове настойчиво вертелась только одна мысль — бежать. Это был иррациональный порыв, который она была не в состоянии контролировать. Скупо извинившись в очередной раз, она быстрыми шагами направилась в коридор. Охранник почему-то не преградил ей путь, а все гости расступались на ее пути, шарахаясь как от прокаженной. Видок, надо сказать, у нее был тот еще, так что подобная реакция была совсем неудивительной.       Меган никто не останавливал, но были те, кто сфотографировал ее, позорно убегающую с места своего преступления. И девушка заметила, что ее снимают, даже попыталась прикрыть рукой лицо, хотя, казалось, более постыдной ситуации, чем предстать измазанной реагентами в рваном платье перед Майклом Джонасом, уже быть не может.       Дорога на улицу нашлась сама собой, Меган благодарила судьбу, что ей удалось так просто покинуть злополучный особняк. Выбежав на проспект, девушка вскинула руку и уселась в первую подъехавшую машину такси. Вечер был безнадежно испорчен, нервы сдали, она расплакалась и не могла успокоиться вплоть до самого приезда домой.       Разумеется, по прибытии она сразу пошла в душ, где провела, по меньшей мере, пару часов. Как следует отмывшись, девушка рассмотрела себя в зеркало. Кожа осталась цела, где-то покраснели участки, на которые попали химикаты Джонаса, а вот с волосами все обстояло немного хуже: темная шевелюра Меган приобрела пятнистый окрас, обесцветившись в причудливом узоре капель и брызг.       На этом горе-журналистка отправилась спать, жалея и проклиная себя. Настроение было в глубоком минусе, так что сейчас у нее не было сил даже позвонить Лоре, хотя она и обещала рассказать подруге, как все прошло. К личным переживаниям по поводу позорной и, вероятно, подсудной ситуации в особняке Джонаса прибавилось тяжелое чувство тревоги о том, что будет завтра, когда Джозеф узнает, что она провалила задание. Скорее всего, ее уволят, но об этом Меган решила думать завтра. А сегодня — спать.