Катастрофа

      Когда Кассандра вошла в кабинет, Лорд-Искатель расцвел, словно встретил давно утерянную родственницу. Это было особенно странно, учитывая, что в Вал Руайо он обошелся с ней, словно с пустым местом. Если у него так стремительно меняются взгляды, то как вообще с ним о чем-то договариваться?       — Садитесь, — сказал Люциус. — Кассандра Аллегра Порция…       — Прошу вас, не надо.       Кассандра опустилась на стул напротив. Перебивать, конечно, нехорошо, но она не относилась к числу чванливых болванов, которым доставляет удовольствие звучание собственного полного имени.       — Вам вовсе не идет ложная скромность, моя дорогая.       Она вытаращила глаза. Что за нелепость?       А в следующий момент случилась еще одна нелепость: Люциус резко перегнулся через стол, схватил ее за руку. И все исчезло.       Когда темнота перед глазами развеялась, Кассандра обнаружила перед собой круг света, в котором была… Она сама. По крайней мере, именно это лицо она видела, заглядывая в зеркало или в отражении водной глади. Ее доспех, ее меч на поясе. Та, напротив, очень неприятно улыбнулась.       — Посмотрим, каково быть героиней.       Голос развеял наваждение: не его она слышала, когда говорила сама.       — Я не героиня, — буркнула Кассандра. — А ты что за хрень?       — Я — это ты, — серьезно сказала вторая. — Буду тобой.       Вокруг соткались стены ее дома в Убежище. Кассандра мотнула головой — ничего не исчезло. Тень? Но как? Или демон? Но она не может быть одержимой! Демон бы объяснил странное поведение Люциуса — но он тоже не мог одержаться.       Она потрогала столешницу — теплое плотное дерево, такое, как и должно быть. Покрутила головой по сторонам. Все осталось на месте, вот, разве что, какое-то странное ощущение, будто на краю зрения предметы расплываются, ускользают — но стоило взглянуть на них в упор, все оказывалось на своих местах.       Кассандра решительно шагнула к двери.       — Что тебе дорого, Искательница? — промурлыкал не-ее голос.       Убежище пылало. Выл огонь, трещало горящее дерево, визжали люди. Едва Кассандра сделала шаг, за спиной полыхнуло, опаляя жаром. Она инстинктивно шарахнулась.       Арайя, мелькнуло в голове. Искательница что есть мочи припустила к домику, где жила девочка. В небе заложил вираж дракон. дракон — это понятно и просто, нужно только собрать людей, которые не струсят. Но это подождет, пока... Чудовище пронеслось мимо, поливая огнем оставшиеся до сей поры целыми крыши — и дом, до которого оставалось едва ли больше дюжины ярдов, занялся точно лучина, от крыши до самого основания. Кассандра закричала не своим голосом, рванулась к двери, прикрившись щитом, но невыносимый жар заставил отшатнуться. Она попробовала еще раз — тщетно. Перекрывая гул огня и шум вокруг зазвенел детский крик, взлетел, превращаясь в вой, тот нечленораздельный вой, что издает уже потерявшее рассудок тело перед тем, как перестать быть живым. Загрохотала, проваливаясь крыша. Кассандра застыла, глядя на догорающие руины.       — Кто там был? – снова спросила та, другая. — Кто был настолько тебе дорог, чтобы рискнуть сгореть самой в безуспешной попытке спасти? Стоит ли хоть одно существо в этом мире такого риска?       Кассандра рухнула на колени, прижимая пальцы к вискам:       — Убирайся из моей головы!       Это все неправда. Бред. Видения. Морок. Этого ничего нет.       — Там нет никого, кроме тебя самой, — рассмеялся не-ее голос. — Я просто зрительница. Не понимающая, к чему столько переживаний. Всего лишь эльфийская девчонка. Обуза, не более.       — Заткнись!       — Ты снова коришь себя, что не успела спасти того, кого должна была. Но зачем тебе их спасать? Зачем умной и сильной женщине тратить ум и силы на тех, кто не в состоянии сам о себе позаботиться? Неужели у тебя нет своих желаний? Собственных целей?       Медленно, точно на спину навьючили десяток стоунов, Кассандра поднялась на ноги.       — Тебя нет! Ничего этого нет!       Снова тихий, злорадный смех.       — Я-то точно есть. А все это… Раз оно существует в твоем разуме, то существует и в Тени. Значит, и это все есть. Пока ты веришь в это.       — Я не верю!       — Правда? Тогда попробуй не обращать на меня внимания.       Звон клинков у ворот. Крики — нет, рев — убивай, пока не убили тебя. Громкий, уверенный голос, отдающий команды. Кассандра дернулась туда, усилием воли заставила себя застыть. Зажмурилась, закрыла уши. Не помогло. Звуки битвы становились все громче. Голос Каллена — все напряженней, словно ситуация выходила из-под контроля. Загремело: то ли обрушился участок стены, то ли рухнули сами ворота. Забыв обо всем, она побежала туда.       На коттах нападавших — пылающий меч. Защитников медленно, но уверенно оттесняли от ворот. Наконец, строй прорвался. Кассандра сама не поняла, как оказалась рядом с Калленом: меч наголо, щит на руке.       — Пробиваемся в церковь, — выдохнул он. — И попробуем провести туда, кого сможем.       — Что толку? Церковь — ловушка.       — Там мы продержимся дольше.       — Ты ждешь подмогу? — удар щитом, чтобы отбить щит противника, клинок врезается в открывшийся бок.       — Нет.       — Тогда нам остается только забрать с собой побольше.       — А я еще думал, что это я мрачный тип, — хмыкнул Каллен. — Тогда попробуем отбить, кого сможем, из гражданских. Возможно, у них получится сбежать.       Пешком, через заснеженные горы, только в том, что на них… Пожалуй, сама Кассандра предпочла бы смерть от клинка. Но грешно отнимать надежду у тех, в ком она еще теплится. И они прорубались по улицам деревни, отбивая тех, кто не побежал и остался сражаться и давая время бежать тем, кто сражаться не мог. Измочаленный щит становился все тяжелее, движения — все медленнее, ран – все больше. Пока, наконец, Каллен не рухнул, пропустив удар.       Все застыло.       — А кто он для тебя? — спросила не-она. — Друг? Или что-то больше? Почему ты готова была умереть рядом с ним?       Кассандра с трудом отвела глаза от залитого кровью неподвижного лица.       — Умереть, сражаясь — самое гордое свойство человека.       — Я бы сказала — самое глупое. Стоит ли он смерти, когда можно уйти и остаться жить? Стоит ли этого хоть один мужчина в мире?       — Он мой друг!       — Правда? — рассмеялась та, другая. — Тем хуже для него. Ты красива, Кассандра. Ты могла быть стать счастьем для многих.       — Рюшечки, корсеты, пяльцы, — фыркнула Искательница. — Нет, спасибо.       — Серенада под балконом. Цветы. Поцелуи и…       — Заткнись!       — А, так вот чему ты завидуешь. Ты запретила себе быть женщиной, но не можешь не думать: что, если…       — Покажись, тварь! — Кассандра снова выхватила меч. — Покажись, и кем бы ты ни была, ты сдохнешь!       — Демон зависти, — раздалось за спиной.       Кассандра стремительно развернулась.       Исчезли залитые кровью улицы Убежища, она снова оказалась в своем доме. Напротив — худой парень, неопрятные светлые пряди падают на глаза. Она подняла меч — парень, вроде бы, не шевельнувшись, мигом оказался у стены.       — Я Коул. Я хочу помочь.       — Кто ты?       — Коул, — повторил он, как будто это все объясняло.       — Вон отсюда, дрянь! — взревел не-ее голос.       — А это — демон зависти, — сказал Коул. — Он хочет стать тобой. Твой разум в тени, и он его изучает. Когда решит, что понял достаточно...       — Меня нельзя сделать одержимой!       — Не станет. Убьет и примет облик.       Как уже принял облик Лорда-Искателя, поняла она. Что ж, по крайней мере, поведение Люциуса становилось понятным. Но...       — Что мне делать? — спросила Кассандра.       — Уйти отсюда. Сперва за ворота, потом так далеко, как получится. Он один, он слабеет, создавая образы для тебя. Силы иссякнут, ты вернешься.       — Вот так, просто?       — Не просто.       Дверь распахнулась, на пороге появился Каллен. Глаза блестят, щеки пылают, словно перебрал крепкого вина.       — Кассандра, я только сейчас понял. Ты потрясающая.       Она стиснула зубы и всадила ему в живот меч по рукоять. Так и не смогла отвести взгляда от изумленного лица и стекленеющих глаз, пока тело не рухнуло у ног.       — Иди, — сказал Коул.       Кассандра перешагнула через труп.       На улицах Убежища снова сновали люди, ни следа побоища. Едва она оказалась за порогом, откуда ни возьмись появился Варрик и с ним — незнакомый бородатый мужик.       — Я привел Хоука. И он справится там, где вы облажались.       Голова гнома слетела с плеч, Хоук потянулся за посохом, взвыл, схватившись за культю. Кассандра обошла его и двинулась к воротам. Лелиана упала с разрубленной ключицей, Жози согнулась, схватившись за живот. Солас. Бык. Блэкволл… все они что-то пытались сказать, сулили: золотые горы, медные трубы — смешно, вот уж этого она наелась вдосталь; все царства земные и славу их. Она не слушала. У самых ворот перед ней выросла Арайя. Кассандра взмахнула мечом — рука медленно опустилась, клинок не коснулся девочки. Та торжествующе улыбнулась, но Искательница просто задвинула ее за спину — и толкнула ворота. Арайя завопила голосом той, не-ее. А потом снова стало темно.