Хулиганка

      Мы вовсе не разговаривали. Иногда я косилась на Фила, но он с безразличием листал ленту в телефоне. Кажется, ему плевать было, с кем идти в кино, если Лена ему отказала, и мне даже стало как-то обидно. Не потому, что он нравится мне, как парень, а потому, что это бьёт по моему самолюбию. Не очень приятно, когда тебя зовут куда-то в последний момент, или потому что другие не могут, согласитесь. Я не начинала разговор, продолжая смотреть развернувшуюся драму на экране со счастливым концом. На улице слегка похолодало, и я не взяла с собой ни куртку, ни кофту. Я лишь обняла себя руками, продолжая медленно идти. — И всё-таки, я тебя провожу, — наконец подал голос Фил. Надо же, я подумала было, что он разучился разговаривать за это время. — Мало ли, пристанет кто. Хватает мудаков. — Мне вообще-то безразлично, но буду благодарна за столь широкий жест, — отвечаю, пожав плечами. — Ты и с парнем своим такая холодная? — спрашивает Фил. Я смотрю на усмешку на его губах, и меня бесит, но вестись на провокации не намерена. — А ты всегда такой похуистичный к тем, кто не Лена? — отвечаю вопросом на вопрос, скривив губы в ухмылке. — Кто тебе сказал, что я похуистичный? — отвечает недовольно. — Ну, — я направляю взгляд вверх, а затем опускаю глаза, картинно при этом вздыхая. — Если ты о кино, то я просто сегодня в плохом настроении, — догадался парень. А он сообразительный. — Ясненько, — отвечаю так, словно мне не интересно. Он молчит, и спустя минуту я чувствую, как кто-то тянет за лямки моего рюкзака. — Что ты творишь? — начинаю возмущаться, когда на плечи ложится ткань, пахнущая мужским одеколоном. Не дорогим, но очень приятным. Я натягиваю на себя черную кофту парня, и застегиваю змейку. Фил же закидывает мой рюкзак себе на плечо, и продолжает идти, как ни в чем не бывало. Он слишком наглый и уверенный в себе. Но, черт возьми, меня это не столь возмущает. Даже, наверное, нравится. — Спасибо, — отвечаю, не отрывая взгляд от дороги перед собой. Вечер выдался тихим. — Как тебе фильм? — спрашивает Белов, продолжая идти в развалочку. — В целом, неплохо. Только всё по шаблону. Ну, счастливый конец, все дела, — я развожу руками, — сказка, далёкая от жизни. — То есть, тебе больше нравится реализм? — Ну, я бы сказала так: сама я реалист, но изредка охота отвлечься. И кино — не самый частый способ сделать это. — А какой частый? Парень? — Белов усмехается. — Что-то ты слишком часто начал интересоваться моим парнем, — я смотрю на Фила и шуточно хмурю лоб, — или тебе он приглянулся, а? — А может, ты приглянулась? — я останавливаюсь. Он смотрит в упор, покачиваясь с пятки на носок, с насмешкой в глазах. — Да иди ты, — отвечаю и ускоряю шаг. — Насть, ты чего? Да я пошутил вообще, — Фил смеётся, быстро поравнявшись со мной. — Вовсе ты мне не нравишься, успокойся. — А, ещё лучше, — я фыркаю, быстро шагая к своему двору. — Боже, какие же вы, девушки, сложные, — Белов закатывает глаза, засунув руки в карманы, и шагая по бардюру.       На моём языке уже завертелась колкая ответная фразочка, но я замерла, как вкопанная, не в силах пошевелиться. Возле подъезда я вижу знакомую машину. — Что-то случилось? — спрашивает Фил, проследивший за направлением моего взгляда, вернув свой на моё хмурое лицо. — Спасибо, что проводил. Дальше я сама, — говорю я, — дай рюкзак. — Кто это? Может, тебе не стоит идти одной? — Фил внимательно посмотрел на машину, а затем снова на меня. — Всё нормально. Это мой парень, — отвечаю, нервно сглатывая. Белов отдает мне рюкзак. — Кофту завтра вернёшь. Точно помощь не нужна? — Точно. Спасибо. Пока. — До завтра, — он, улыбаясь, машет мне рукой, а затем исчезает за углом дома.       Я же медленно иду к подъезду по тротуару, понятия не имея как буду объясняться перед Кириллом. А он, тем временем, уже вышел из тачки и встречает меня у двери. — Ничего не хочешь мне сказать? — звучит резко и как-то отчужденно. От его тона у меня по спине пробегают мурашки, а сердце пропускает один резкий, болезненный удар. — Что сказать? Меня просто проводил одноклассник. В чём дело? — я сложила руки на уровне груди, смело глядя в родные глаза напротив. Не собираюсь че-то мямлить и смотреть в пол. — Откуда проводил? Из ванной в постель? — Кирилл усмехается, и я понимаю, в чем дело. — С чего такая ревность, я не понимаю? Я же не ревную тебя к каждому столбу. С каких пор ты мне не доверяешь? — я смотрю на парня в упор, не веря своим ушам. — С тех самых, как ты по ночам гуляешь с неизвестными мне штрихами, а пишешь, что дома спать собираешься, — с обидой выплёвывает Кирилл. — Я случайно встретилась с Филом. Он меня проводил. Это всё. Любой нормальный парень бы сделал так. — Почему мне не позвонила? Я уже не нормальный парень? — Я уже написала, что буду спать. Ты бы сорвался и приехал? — Представь себе! — съязвил Кирилл, и мне стало жутко неприятно видеть его таким. — Послушай, мне неприятно, когда ты со мной говоришь в таком тоне, словно бы я в чём-то виновата. Я понимаю, что ты себе надумал и тебе обидно, но давай ты остынешь, и мы поговорим завтра? — Завтра? До того, или после того, как он тебя трахнет?! -прозвучало в ответ. Я едва удержалась на ногах. Пошатнувшись так, словно мне дали физическую пощечину. Не в силах поверить своим ушам, я подняла глаза на его красивое разъяренное лицо, которое портит эта гримаса. — Как ты… — я запнулась, подавившись воздухом, — как ты можешь такое говорить? Не ты ли первым стал у меня? Не тебе ли я доверилась? Может быть, зря тогда я это сделала? — я не жалею, но мне хочется ударить его в ответ. Чтобы ему стало так же больно от моих слов. — А может, зря я поверил шлюхе? — прозвучало в ответ. Мои веки содрогнулись, и по щекам тут же покатилась слезы. Лицо моего парня помутнело в глазах, став размытой картинкой. Такой же размытой, как наши истинные отношения. Чего я не видела раньше? — Уходи, — тихо сказала я, обходя его и шагая к двери. — Настя! — слышу громко в ответ. Не оборачиваясь, я захлопываю тяжёлую дверь за собой, а затем спускаюсь по сто лет не крашенной стене на пол, рыдая. Я больше не могу сдерживать слёзы и просто плачу в голос, не сдерживая всхлипы и крики. Мне плевать, что уже ночь, и что в подъезде уже треклятая тишина. Дверь на первом этаже распахивается и лестничную клетку озаряет свет. На меня смотрит престарелая жаба, которая изредка общается с моей матерью. — Чего разоралась? — без жалости в голосе орет она. Не тише меня, между прочим. — У меня внук уже десятый сон видит. Опять нанюхалась чего? Бедная Верка…- женщина закачала головой, подобно массовке из любой передачи для имбицилов. Подорвавшись на ноги, я взлетаю по лестнице, толкая жабу, и бегу, не чувствуя ног. Агрессия закипает в моей крови, и я просто боюсь не сдержаться. А приводы в полицию мне сейчас не нужны. Меня и так спихнули в центр для безнадёжных детей несчастных родителей, которые устали.       Не раздеваясь, я падаю лицом в подушку и начинаю плакать. Выть, бить кулаками простынь. Я начинаю задыхаться, и мне кажется, что я не смогу до конца выкричать эту боль, которую ощущаю. Я хочу убежать от этой реальности. Я хочу умереть. Включаю телефон и свет от экрана тут же больно врезается в мокрые, красные глаза. Я быстро печатаю запрос в Гугле о смерти от передозировки опиатами. Я читаю, и мои веки начинают закрываться. Я просыпаюсь от того, что меня трясут. Открыв глаза с трудом, я смотрю на свою мать. — С бодуна что ли опухла? Вставай давай! Это тебе не школа, где всё было! За пропуски родителей не вызывают! Сразу в колонию! — кричит злобная женщина. — Уйди, я переодеться хочу. Хватит орать тут, — я морщусь от боли в висках. — Спит одетая, как бомжиха! — слышу удаляющийся возглас из коридора. Я иду в ванную и смотрю на себя не без отвращения. Опухшее лицо, красные белки глаз. Даже небольшие мешки под ними. Спутанные волосы, которые хотелось выдрать ночью, напоминают гнездо. Я включаю воду в душе и раздеваюсь. За полчаса кое-как успеваю привести себя в божеский вид. Замазываю мешки тональником и подкрашиваю ресницы тушью, которая уже образует комки. Сука. Как же достало всё. Хватаю рюкзак и бегу по лестнице.       В центре всё как обычно. На манеже всё те же. Я переоделась в свою майку и черные лосины, и не забыла захватить кофту Фила. Зачем и подошла к парням, которые тусили на крыльце в сопровождении девушек. — Хей, — коротко приветствую я всех. — Фила не видели? — А зачем он тебе? — тут же спрашивает Лена. Все затихли, наблюдая за нами. — Засосать его хочу, — огрызаюсь я. Блондинка хмурится и ставит руки на пояс, парни смеются. Женя тоже улыбается, а вот Яне не смешно. Рыжая смотрит с осуждением. Когда-нибудь она вообще имеет своё мнение, а не мнение Лены? — Кто кого там хочет? — раздается сбоку от нас. В поле зрения появляется Фил. — Я тут тебе вернуть решила твоё, — я протягиваю ему кофту. — Чуть не забыла. Скажи спасибо, — я усмехаюсь. Зачем я такая сука? А зачем вокруг твари? Нужно же как-то выживать среди них. — За что? Так бы я наведался вечерком, был бы повод, — Белов хихикнул. — Ууу, — протянул Макс, наблюдая за нами светлыми глазами, и посмеиваясь. — Ленка, кажись, тебя подвинули, — прокомментировал Никита. — Не дождетесь, — блондинка фыркнула, и, забрав Яну с собой, ушла. — В общем, спасибо, — я отдаю кофту Филу, и тот берет ее в руки. Я вижу, что он хочет что-то спросить, но все же не решается. И тогда молча отхожу. — Платон, есть покурить? — я подхожу к ушастому парню с всегда довольным лицом и узкими глазами. — Всегда найду для дамы, — он улыбается и спрыгивает с крыльца, направляясь ко мне. — Отойдём? — я вижу, что Фил внимательно за нами наблюдает. — Не вопрос, — отвечает парень. Мы отходим в парк. — Что там? — спрашиваю, волнуясь. — Клиенты довольны. Так что деньги по праву твои, — парень широко улыбается, а затем лезет рукой в карман мастерки, — вот, держи. Я беру в руки две тысячи рублей, и, не веря своим глазам, прячу в карман. — Там тебе накинули за риск. И это, если что, ну, работа нужна, обращайся. — Спасибо, — я смеюсь с комичности ситуации. Говорим так, словно это листовки разносить, или пенсии.       Я всё-таки затягиваюсь сигаретой и меня слегка ведёт в сторону от слабости. Я не помню как я уснула ночью. Видимо, моя нервная система сильно измоталась. Я вспомнила Кирилла и его слова. На душе стало гадко, но я мотнула головой, стараясь прогнать тревожные мысли. Мы сидели на уроке математики, когда мне пришло сообщение. Незаметно для учителя я достаю телефон. Кирилл: поговорим? Я: нет. Кирилл: почему? Я: ты мне всё сказал вчера. Прошу, не появляйся в моей жизни. Кирилл: ты должна меня понять, я был зол. Ты гуляла с каким-то типом, что я должен был подумать? Я: ну, что я шлюха последняя, что же ещё!       Я заблокировала его контакт, и убрала телефон, пока не разревелась прямо в классе. Этого мне ещё не хватало. Спасибо. Следующим уроком началась физра. Я вошла в раздевалку, и сняла лосины, оставшись в трусах, когда внезапно вошла Лена. — Девочки, выйдите. Нам с Настей нужно поговорить, — приказным тоном сказала блонди. — Что, прости? — вскинулась Женя. — Тебе что-то непонятно? Я говорю, покиньте раздевалку, — жёстко сказала Лена. Яна вывела Женю и закрыла дверь. Едва мы остались вдвоем, как Фокина подошла ко мне. — Что у вас с Филом? — Тебя это касается? — я наигранно удивилась, приподнимая брови. — Это тебя он никак не касается, — огрызнулась Лена. — А не кажется ли тебе, что ты не можешь здесь командовать всеми? Фил взрослый мальчик, и сам решать может. Так же, как и ты, когда зажимаешься с мужиками, годящимися нам в отцы, — я подмигнула девушке. — Слышь, ты! — блондинка толкает меня, и я лечу, врезаясь спиной в шкафчик. Мне больно, а ещё я невероятно зла. Оттолкнувшись, я собираюсь её хорошенько отпиздить и поставить на место, но тут, как назло, дверь в раздевалку распахивается, и влетает наш Ковалёв. — Почему вы всё ещё не на уроке? Что здесь происходит?! Фролова, Фокина? — Ничего, что вы ворвались в женскую раздевалку? — спрашиваю я, прикрываясь штанами. — Да чего я там не видел, Господи, — Антон махнул рукой, — в общем, чтобы через две минуты были на поле! — и он захлопнул дверь обратно. — Я тебя предупредила, — раздалось от стервы. Она вышла, закрыв за собой дверь. — Сука, твоё счастье, что Ковалёв вошёл, — прошипела я злобно, натягивая спортивки, — как всегда, он не вовремя. Когда я вышла, все уже были заняты. Кто бегом, кто прессом. Я побежала и поравнялись с Женей. Это было не трудно. Она бегает медленно. — Прикинь, Пиписькович ворвался прямо к нам, — говорю я на эмоциях. — Это я ему сказала, — признаётся Женя, и тут я удивляюсь ещё больше. Хотя, казалось бы, куда уже! — Чего? — Ну, я знаю, на что способна Лена. Я подумала, она замышляет что-то, — ответила розоволосая. — Слушай, мне приятно, что ты решила мне помочь, но я, если надо, сама ей леща дам. Мне, честно говоря, плевать, что она ваша королева класса. Женя улыбнулась, и я дала ей пять. Я выдохлась после бега. Сил не осталось ни на что. Лена и Яна разминались, пока я сидела на трибуне, пытаясь отдышаться. Фокина выгибалась и так, и эдак, следя за Беловым, который о чем-то беседовал с Ковалёвым. Я засмеялась с этой картины. Мне правда стало забавно. Хоть что-то отвлекает от мыслей о Кирилле. Интересно, почему он так поступил со мной? Может, и правда поговорить с ним? Хотя бы узнать причину такого отношения ко мне…       Правду говорят, видимо: вспомнишь человека, он появляется на горизонте. Я успела только разинуть рот, пока Кирилл буквально вбегал на поле. Игнорируя меня, он подошёл к брюнету. Все тут же затихли и уставились в центр поля. — Ты — Фил? — спрашивает мой почти бывший парень, сплёвывая под ноги. — Ну, я, — отвечает тот расслабленно, и тут же сгибается от удара кулаком в живот. Придя в себя, Фил даёт кулаком по лицу Кириллу, и попадет по скуле. Вся группа тут же столпилась в одном месте, наблюдая за дракой. — Что ты устраиваешь, придурок? — ору я, подбегая. — Ты его защищаешь? — прорычал Кирилл, повернувшись ко мне. — А, так это и есть твой мачо? — догадался Фил, и тут же рассмеялся. Белов ударил рыжего в живот, и тот согнулся, а затем упал. Фил завалил его на землю и и сел сверху, нанося удары. И только тогда парни подбежали, чтобы их разнять. Ковалёв орал на всех матом, одноклассники растаскивали Кирилла и Фила в разные стороны. — Боже, какой же ты придурок, — выплюнула я, злобно глядя на своего парня. — Это ты дура! Поняла?! — закричал он, замахиваясь на меня. Я поняла, что он под веществами, и мне стало страшно. — Ещё раз её как-то тронешь, — Фил вырвался из рук Никиты, и подошёл к Кириллу, — я тебя найду там, где нам некому будет разнять, понял? — Ооо, всё ясно! — рыжий расхохотался. — Уже её трахал? Скажи, как она тебе? — Сука, — Белов толкнул его, и снова началась потасовка. — Я вызову ментов, — предупредил Ковалёв Кирилла, — если ты не свалишь через минуту, тебе понятно? — Шкура, — тихо выругался человек, которого я полюбила, и стал удаляться с поля. Я уселась на газон и закрыла лицо руками. Ко мне тут же подбежала Женя и подошли Макс с Платоном. Остальные, посмотрев шоу до конца, разошлись. — Ты скажи, если этот утырок подойдёт к тебе, — начал Платон, легонько тронув меня за плечо. — Мы его найдём, — пообещал Макс. — Так нельзя с девушками обращаться. Женя обняла меня. — Спасибо вам, — ответила я, вытирая слёзы. — Я видел из окна драку! Что произошло? — услыхали мы знакомый дрожащий голос. Так и есть, к нам приближался психолог, сжимая руки в кулаки, и устремив в нашу сторону серьезный взгляд. — Вам срочно нужна психологическая помощь! Я закатила глаза, а ребята рассмеялись. — Я проведу лекцию, как классный руководитель, — сказал Ковалёв, взяв Эдуарда за плечи, и заглянув ему в глаза, — я должен завоевать авторитет. Я понимаю, что ты профессионал, но и ты меня пойми, чисто по-мужски. И по-учительски. — Ладно. Тебе нужнее, действительно, — психолог кивнул с умным видом, — но, если что… — Конечно! Не сомневайся, — Антон похлопал препода по плечу, и тот так же решительно удалился. Я рассмеялась. Женя дала мне руку и помогла встать. Лена смотрела злорадно, но мне поебать. Меня подозвал к себе Антон, когда все стали расходиться. — Это был твой парень? — спросил он. — Уже, кажется, бывший, — отвечаю с деланным безразличием. Знал бы кто, что творится у меня внутри, он бы расплакался. Или повесился. — Если вдруг он тебя тронет, или будет оскорблять, ты не молчи. Я его быстро поставлю на место, — тихо сказал Ковалёв, улыбаясь мне. — Окей? Я понимаю, что ему и правда нужно заработать среди нас нормальный авторитет, а не хуевую славу, в том самом смысле, и просто киваю. Он протягивает мне руку и улыбается. Я пожимаю. Возможно, он и правда неплохой мужик. Время покажет. Пока что я нажила только больше проблем.