Связи

Реборн был зол на Еши. Что этот мальчишка о себе возомнил? Неужели решил, что раз пламенем пользоваться научился, то теперь всесилен? С этом надо будет разобраться как можно быстрее, но сначала надо поговорить с Арией. И не потому, что этот чертов ребенок ему так сказал, а потому что от Реборна не укрылось как она смотрела на Тсуну, едва ли скрывая презрение, и как тепло она смотрела на Иетсуну. Что-то тут было не так, и Реборн справедливо полагал, что Ария знает чуть больше. Теперь, когда они не Аркобалено, ей тоже можно было выдохнуть — умирать в ближайшем будущем не придется ни ей, ни её милой дочке. Кстати, нужно сказать спасибо Еши, да и дать ему выходной-два в благодарность за снятие проклятия. Но мальчишка всё равно бесил его своим спокойствием на данный момент. Реборн остановился. Он же с собой покончить пытался. Почему? Он сам знает, как сказал Еши. А знает ли, или тот просто пытается его запутать? Но зачем Еши водить его за нос? На самом деле, кто знает, ведь тот уже молчал про то, что пламенем пользоваться умеет, да еще и притворялся, что не может его зажечь! Но причина была дельная, да и прознай кто про снятие проклятья, могли и помешать. Но что он имел в виду, когда спросил про его тягу к Тсуне. Тсуна просто светлый и добрый мальчик, и находится с ним рядом вызывает чуть ли не эйфорию. Стоп. Во-первых, какая, к черту эйфория? Реборн знал наверняка, что у Тсуны нет пламени, значит, и Небом его он быть не мог. Конечно, мальчик мог Пламя ещё не пробудить, но истинная связь Хранителей не вызывает таких ощущений. Он что-то подмешивает кому-то? Тоже нет, на Реборна наркотики не влияют. Просто ужасно харизматичный? Но это тоже не должно вызывать эйфорию. Он слышал, что только Истинные Небеса могли так воздействовать на атрибутников, но… Если Тсуна чёртовы Истинные Небеса, то он Мать Тереза. Связь бы он всё равно почувствовал, пусть и не сразу. Как по щелчку, собственная связь с мальчиком начала ощущаться, да еще и была довольно прочной, пусть и незаметной ранее. Слепой дурак! Реборн еле сдержался от того, чтобы хлопнуть себя по лбу и поспешил в гостиную, сначала надо выгнать оттуда Тсуну и его компанию, а затем поговорить с остальными Аркобалено, потому как если он прав, то ситуация была патовой.

***

— Тсуна, выйди. — Сразу же говорит Реборн, стараясь даже не смотреть в сторону парня, чтобы лишний раз не быть одурманенным. Тсуна же смотрит немного удивлённо, также как и Аркобалено, с которыми парень мирно ведет беседу. — Сейчас же! Тсуна подскакивает испуганно и покидает комнату, за ним плетутся Хранители, предназначенные Еши, смотря на киллера обвинительно. Конечно, сказать ему они ничего не решились, видя, что мужчина, мягко говоря, не в себе. Когда за мальчишками закрылась дверь, Реборн вздохнул, нарочито медленно садясь в кресло. — Истинное Небо, — сказал он, едва сдерживаясь от того, чтобы прямо сейчас начать разрывать их связь. — Этот паразит — Истинные Небеса. Колонелло смотрит на него как на идиота, также как и Скалл — кто позвал этого придурка сюда? — а вот Фонг и Лар Милч, кажется, задумываются о собственном поведении вокруг Тсуны и понимают. Верде фыркает неверяще, но тут же ощутимо напрягается. Ария только вздыхает и начинает говорить. — Значит, и ты понял. — Ария делает паузу, словно собирается с мыслями. Теперь Аркобалено смотрят на неё. — Я и сама это только недавно поняла. Но, думаю, сам Тсуна пользуется этим своим пламенем уже давно и очень даже успешно. Как вы сами понимаете, связи эти очень, — она поморщилась, — Неудобные, мягко говоря. Реборн хмыкает. Связи такие не просто неудобные — они сулят пиздец какими проблемами и последствиями. Не зря таких, как Тсуна убивают в детстве, пока мелкие ублюдки еще не научились ловко пользоваться своими особенностями. — Его следует, как минимум, изолировать от людей с атрибутами, — Продолжает Ария, устало приложив пальцы к прикрытым глазам. — Пока он не… — Убить его надо, — не выдерживает Реборн, злясь как на себя, так и на парня. — Убить, Ария. Этот ублюдок и меня с собой связал, а я даже и не заметил. — Реборн, успокойся. Сам знаешь, чем это сулит тем, кого он сам с собой связал, тут нужно действовать очень осторожно, так как никто не знает, сколько их и кто они. Только сам Тсуна, да и то, не думаю, что он особо следит за количеством. — Фонг вопросительно посмотрел на Арию. — Да, Фонг, у нас с ним тоже была связь, но я её сама разорвала. Он, видимо, даже не заметил, а если и заметил, то значения не придал. — Колонелло дернулся, и скривился. Скалл, видимо, решил в первый раз за всю свою жизнь подумать о том, что же происходит. — Значит, именно поэтому Хранители предназначенные для Иетсуны так вьются вокруг младшего брата. — Фонг говорит спокойно, откинувшись на спинку дивана. Тсуна и к нему начал тянуть свои нити, но, к счастью, информация всплыла раньше, чем связь сформировалась. — Это очень проблематично. Вообще, Фонга действительно заинтересовал старший из братьев. То, как его описывал Реборн, разнилось с тем каким парень предстал. Тот, кто представлялся куклой в руках отца, оказался довольно спокойным и уверенным парнем. Сила шла от него волнами, мягко и легко, как если бы он действительно прошел через многое и постоять за себя умел и знал это. Так же этот интересный парень медитировал, что было огромным плюсом, и даже знал поболее Фонга самого. — А что такого плохого в этом самом Истинном Небе? — Голос Скалла вывел Аркобалено Урагана из задумчивого состояния. — У тебя, что, мозгов вообще нет, идиот? — Реборн чувствовал, как злость и раздражение тугим комком оседают внутри, и как ненависть расползается по всему телу. Скалл обиженно уставился на киллера, готовясь возразить. Но Реборну было плевать на то, что ему кто-то хотел сказать. Тем более эта ошибка природы. — Истинные Небеса формируют связи если не со всеми подряд, то с теми, кто им может хоть как-то пригодиться. Да, они паразитируют на своем пламени и переманивают на свою стороны всех и сразу. Надеюсь, сам догадаешься, почему таких не любят. Скалл снова открыл рот, чтобы хоть что-то сказать, но сразу же его и закрыл, видимо, всё же хоть что-то понимая. Реборн таких не любил, громких, шумных, которые сначала говорят и делают, а потом думают. Связь с братом Иетсуны все ещё чувствовалась и надо бы её разорвать. — Советую тебе найти своё Небо прежде, чем делать что-то, — внимательно смотрит на него Ария, — Будет больно, очень. А вы, — она перевела взгляд на задумчивых Аркобалено Дождя, — Повремените с тем, чтобы об этом говорить Емицу или Девятому. Кто знает, что они выкинут, прознай об этом. — Понял, кора! — Реборн почему-то подумал, что, когда Колонелло надо, он может быть и умным. — Только вот попал ли Иетсуна под влияние своего брата? Реборн напрягся. Он, конечно, мог бы и попасть, но зачем ему тогда было намекать Реборну? — Нет, — Верде, до этого стоявший статуей, вмешался в разговор, — Тсуна ненавидит брата, и, скорее всего, даже и не думал о том, чтобы на него хоть как-то влиять. Но я могу ошибаться. Сам попал под влияние этого самого Неба. — Реборн всё-таки не удержался и хлопнул рукой по креслу. — Это очень интересный феномен, и я хотел бы его изучить, как только сам избавлюсь от связи. — Ученый задумчиво уставился в окно. — Вот только как Иетсуна может вернуть своих Хранителей? Насколько я понимаю, они должны сами хотеть этого. — Есть способ, — только что упомянутый парень зашел в зал, за ним, хвостом, следовал Мукуро, выглядя как-то побито, но и благодарно. Реборн хмыкнул, ведь только недавно Рокудо вместе с ним и Тсуной говорили о преимуществах последнего и каким хорошим боссом тот мог бы стать. Идиоты! — Прямое и очень сильное взаимодействие подлинного Неба на Атрибут. — К примеру? — Верде повернулся, смотря на Еши. В глазах ученного загорелся интерес. А ведь он тоже считал, что парень никчёмен и пламенем ему не овладеть. — В моем случае, техника Примо сработала, — Он выразительно посмотрел на Мукуро, который лишь ку-фу-фу-кнул, покрепче сжимая трезубец. — Вообще, техника эта, вроде как, была связана с Истинными Небесами. Примо ими не был, не смотрите так, но кто-то из его окружения был. История эта либо утеряна, либо особо никогда и не освещалась, так что многого не знаю. Реборн смотрел на своего ученика — он, черт возьми, забыл об этом! — и не переставал удивляться. Парень, оказывается, смышленый. Хотя, какая разница, если им крутит его отец. — Ты освоил технику Примо? — Верде как-то странно уставился на парня. В своё время, когда они только встретились с Тсуной, вместе взламывая сервера Вонголы, тот постарался сделать все, чтобы об этой технике не осталось упоминаний, — Но, насколько мы знаем, эта техника считается утерянной. — Да, отец мне про неё рассказывал. Но это была лишь теория. — Еши присел на подлокотник дивана, кивая сидящему рядом Фонгу. — Конечно, это меч о двух концах, так как при таких связях, которые формирует мой брат, подлинные едва ли чувствуются, и это большой риск. Верде кивнул. Ситуация была интересной. А Иетсуна, которого его брат описывал в крайне негативном свете, в действительности отказался не таким уж и мерзавцем. Хотя бы исходя из этого короткого разговора. — Емицу знает о том, как ты владеешь пламенем? — Реборн уставился на Лар, которая пристально смотрела на парня. Что за глупый вопрос? — О, поверьте мне, он многого не знает. — Еши улыбнулся, Лар удовлетворенно кивнула. — Надеюсь, этот разговор тоже останется только между нами, — он посмотрел на Колонелло, который тоже кивнул. Реборн застыл. То есть, Еши не слепо следует за отцом? С чего они вообще решили, что старший брат был настолько глуп, чтобы не заметить манипуляций своего отца? Вряд ли после всех оставленных Емицу шрамов, Еши его будет любить. Стоп. В голове возникла картинка раздетого парня, покрытого шрамами. Некоторые были свежими, от Мукуро. Черт, он же был совсем один, а там, в Кокуе его еще сильнее унизили, буквально доказывая, какое он ничтожество, не то, что его брат. Реборн, кажется, начал понимать, что сподвигло Еши на суицид, так же понимая, что и сам сыграл этом немаловажную роль. — Еши, нам надо поговорить. — Реборн никогда не был робким, черт, его имя могло с лёгкостью быть антонимом к слову «робкость», но сейчас слова давались не так легко, а в горле комом стояло такое редкое «извини». Савада дернулся, но, быстро взяв себя в руки, кивнул, вставая и направляясь в свою комнату. Если бы Реборн мог, он бы закричал, да и попросил кого-нибудь его ударить. Ну вот какой же он идиот, а ещё на Скалла что-то говорил. Нет, ну как он мог не заметить, что, пока все носились с младшим братом Савады, старший был совершенно один. Люди, которые должны были стать его семьей — и мафиозной, и обычной — в открытую над ним смеялись, и были рядом с кем-то другим, когда Еши действительна была нужна помощь. И Реборн был с этим кем-то тоже, пока его ученика избивал его же подлинный хранитель. Злость и на Тсуну и на самого себя застилала глаза желанием убивать, но ему нужно было поговорить с Еши, быть рядом с ним. Но почему парень так спокоен? Почему он принял Мукуро, хотя тот и втоптал его в грязь не так давно? Как Еши удалось так быстро взять в себя в руки, после попытки самоубийства? Хотя он и сказал, что пламя его выдернуло обратно? Значит, попытка была удачной? У Реборна похолодело внутри — а где, черт возьми, был он, когда его ученик резал себе вены? Веселился с его братом? Да, Реборн был с его братом, чуть ли не с благоговением наблюдая, как тут шутливо ругается с друзьями. Да, Реборн тогда и думать забыл о парне, для обучения которого и прибыл в Японию. Желание убивать усилилось, но теперь было направлено на себя самого — как он мог допустить такую ошибку и как он мог позволить какому-то мальчишке крутить собой, как заблагорассудится? — Реборн? — Занимаясь самобичеванием, Реборн и не заметил, что Еши выжидательно смотрел на него, сидя на кровати. Обводя комнату глазами, и собирая мысли в кучу, чтобы сказать хоть что-то стоящее, Реборн отрешенно заметил, что комната тоже выглядит пустой и холодной. Ничего на стенах, абсолютно чистый стол, заправленная кровать со слегка помятым покрывалом. Плотно закрытый шкаф, в котором, как он знает, только однотонные рубашки, да строгие костюмы. Было ли у Иетсуны детство? У Тсуны оно было, судя по историям, которые рассказывала Нана. А про Еши она не разговаривала, будто его и не было. А он был. Только вот был он совсем один, без близких людей за плечом. — Еши… — Реборн знает, что ему надо начать говорить, иначе он и дальше будет думать обо всём, чего не замечал ранее, а не действовать. — То… Что случилось вчера… — Слова действительно давались ему очень тяжело, потому что Реборн не знал, что говорить в таких ситуациях. Специализировался он далеко не в психологии. — То там и останется, — Вздохнул Еши, стараясь не рассмеяться. Видеть своего репетитора таким было странно. А если учесть, что Реборн из его реальности был его Внешним Советником, кто мог одним взглядом заткнуть зарвавшихся боссов, то это было вообще что-то из ряда фантастики. Но Еши видел, что его учитель хотел помочь, но вряд ли знал как. — Я был один, совсем. Думаю, Кокуе мне это доказал, и тогда я сломался, отец — подонок, младший брат ненавидит, а мама даже не замечает. Те, кто должен был стать мне опорой, перекинулись к другому. Даже ты. — Реборн вздрогнул. — А мне ведь всего пятнадцать, как же тут не сломаться. Но пламя меня выдернуло, как я и говорил. Можно сказать, что мне дали второй шанс. Как объяснил дядюшка, Система любит меня, так что мне нужно решать, что и как делать, но никак не сдаваться, даже толком не пожив. Детства у меня не было, были тренировки, хотя, думаю, лучше подойдет слово «дрессировка», потому что то, что со мной отец творил, тяжело назвать чем-то другим. — Реборн напряженно молчал, слушая парня, что так отрешенно говорил, будто и не с ним это случилось. — Но сейчас у меня, как минимум, есть Мукуро, а это уже начало. — И у тебя есть я. — К Реборну, наконец, приходить осознание того, что нужно сказать. Еши как-то странно вздрагивает, но кивает. Реборн только сейчас понимает, что парню, скорее всего, нужна физическая поддержка, поэтому он встает со стула, подходя к парню. Тот сразу же подскакивает, видимо, ожидая подвоха. У Реборна перехватило дыхание и несильно защемило в сердце. Он подошел ближе, уже нарушая границы личного пространства. Еши стоял прямо, смотрел ему в глаза, без страха, но с опаской, и Реборн как-то неожиданно даже для себя заключает парня в объятия. Савада холодный, и Реборн отпускает свое пламя согреть, которое тоже ластится к парню. Пламя самого парня вылезло само, почуяв тепло. Реборна оглушило вспышкой боли, ноги подкосились, и, если бы Еши не поддержал его, то он бы так и упал.

***

Вот так номер. Реборн его Хранитель. Еши хмыкнул — ну что за реальность тут у них такая. Всё как-то криво, да косо. Ну вот как, извините меня, можно было такое выкинуть? Система тут, видимо, та ещё шутница, которой скучно идти по натоптанному пути нормальности. Нет, конечно, Еши был не против. Реборн и в прошлой жизни был отличным советником, да и другом, на которого можно было опереться в любой ситуации, вообще незаменимый человек. А тут ещё и Хранитель. Сильный, волевой, сам себе на уме, правда, но как минимум теперь Еши у него никто не закажет — всё же браться за убийство своего же Неба Реборн вряд ли захочет. Но вот с пламенем, оказывается, проблема есть. Вон так оно легко вырвалось, только уловив чужое. Значит, пламя нестабильно, да и куда же ему быть стабильным в такой ситуации и в таком измученном теле. Тем более, что пламя перешло на уровень Нео-Примо, а это значит, что всё те тренировки и года мучений сначала с Реборном, а там и с Фонгом повлияли на развитие пламени и в этом теле. Вот только телу-то всего пятнадцать, что значит, что оно к такому ещё вряд ли готово. Еши хмыкнул и решил для начала отъедаться, так как таким худым, хоть и поджарым, было опасно для здоровья. Нужно поговорить с Реборном насчёт тренировок, может, согласовать какие-то моменты, а ещё спросить насчёт Варии и конфликта колец. Вообще, дел у Еши было много, но, может, хоть тут от Вонголы отвертеться удастся. А, может, и нет, но умирать лицом в документах он во второй раз не собирается, уж простите. Эти два дня в новом теле были ужасно медленными, да и не сказать, чтобы очень наполненными событиями. Самым важным было, наверное, то, что он создал связь с двумя хранителями, осталось шесть, но тут уже было проблематичней, хотя Мукуро и обязался помочь, долго прося прощения и благодаря за такое чудесное спасение от Тсуны. Спасение чудесным точно не было, да и спасением, как таковым, не являлось. А вот от Вендиче отмазывать его Хранителя придётся точно. Но и это уже не в первый раз, хотя крови пососут как в первый. Очень странно, что они ещё в Кокуе его не забрали, но это сыграло на руку самому Еши, так что смотреть в зубы даренному коню он не будет. Савада лёг на свободную часть своей кровати, смотря на Реборна, что лежал на другой части. Он всё-таки потерял сознание, так как с Тсуной связь у него была крепче, чем у Мукуро, что объявился относительно недавно. Интересно, как сам Реборн отреагирует на такой неожиданный подарок судьбы? Еши хмыкнул — от этого человека ожидать можно всего, но хорошего лучше не ждать.