Кометы

And all the people say, "You can't wake up, this is not a dream, You're part of a machine, you are not a human being, With your face all made up, living on a screen, Low on self esteem, so you run on gasoline." Halsey

***

Эрза понимала, что даже оставь она большую часть своих вещей на видном месте, это даст им лишь короткую передышку перед тем, как всю гору поднимут на уши. Поэтому она искала свои документы: айди-карточку, в которую также был встроен чип ее банковского счета. Единственное, что ей по факту нужно было, чтобы спокойно добраться до столицы. Из папки, упавшей со стола вслед за книгами с техниками, выпали ее школьные планшетки. В руках у Эрзы оказался ее «фундаментальный труд». Падение династии при Лорде Зуко — Скоро ты? Твой полукровный дружок уже обивает порог перед лестницей, — не утруждая себя такими незначительными для духа жестами, как стук в дверь, показалась в комнате Азула. — Расскажи мне о нем, — решительно поднялась Такада. Протянув ей черным по белому расписанное заглавие. На лице опальной принцессы едва ли угадывались какие-то, окромя злости, эмоции. — Ты же в курсе, что у духов с этими вашими технологиями современности натянутые отношения? — ядовито поинтересовалась та. Очевидно, осознание собственной смерти раздражало ее сильнее, чем казалось девушке прежде. Эрза закатила глаза, отложив планшетку на место. Понятно, что лишней информации из этой женщины не вытянуть: Такада, ребенок спокойного, относительно мирного времени, не могла тягаться с выросшей в мире вечной войны наследной принцессой. Азула скажет или сделает что-либо, если на то будет ее желание. — Что ты вообще хочешь от меня услышать? — Не знаю даже, — в тон прабабке отозвалась Эрза. — Каким он был вне свитков по истории? Лорд Зуко? — Ло-о-орд, — протянул призрак. — Может быть, для тебя, дочери своей маменьки, он и Лорд. Я же помню его слабаком Зу-зу. — Да хотя бы так, — легко согласилась Такада, опустив все инсинуации в сторону своей матери. Она пока не хотела узнавать, насколько это бесполезно — переубеждать Азулу относительно способностей Ирэн. — Я хочу услышать твою точку зрения. Субъективную, эмоциональную, но твою. То, чего не будет в справочнике по истории. — Зачем? — Азула смотрела на нее откровенно насторожено. Не понимая. Уже собираясь объяснять той едва ли не на пальцах, Такада остановилась, прикрыв глаза: конечно. Кто будет интересоваться ее мнением после того, как война окончилась? Что можно услышать от женщины с клеймом сумасшедшей? — Потому что я могу оказаться не права. Заявляя, что герой Великой войны — и предатель? Что же, она дочь своего отца. Но в этой семье, похоже, такой подход совершенно обыден. — Не самый надежный источник ты нашла, — хмыкнула Азула. Девушка только покачала головой: угольные пряди мягко следовали ее движениям. Такада прибрала вещи по местам, задвигая вывернутые ящики, как придется. Под веером, оставленным раскрытым, обнаружилось искомое. Поневоле она скосила глаза на духа: сама Эрза так вещи не оставляла. Уже в коридоре, который не был заклеен по всему периметру сдерживающими амулетами, она услышала: — Как доберетесь с мелким Харимэ — посмотрим. Силуэт ее тут же истаял. Эрза не дала своей улыбке быть откровенно торжествующей. Но, можно считать, что переговоры прошли успешно?

***

Вечером ранее

— Что значит — «сбегаем»? — Эрза медленно повернулась к Ноэну, усевшемуся на край ее кровати с самым мрачным и решительным выражением на лице, которое прежде появлялось в основном, когда младший Харимэ выяснял отношения с отцом на почтительном расстоянии от тренировочной площадки. — Сбегаем, Эрза. Исчезаем, улепетываем, смываемся — в общем, делаем все возможное, чтобы более здесь не находиться, — ядовито пояснил Ноэн, скрестив руки. Ясности касательно его решения это не прибавило, а вот дыхание у молодого Мастера сбилось. Он злился и не мог обуздать бурлящую под кожей магию, слетающую видимым паром с губ. — Мы не можем просто так взять и исчезнуть, — с сомнением протянула Такада. Но на самом деле она была согласна: Багровый пик осточертел ей настолько, что она уже целенаправленно искала, как бы по-удачнее сойти с горы и при этом выжить — но Эрза не знала, в каком направлении осталась воздушная гавань, а карты незнакомых территорий были слабым помощником. Ее интерес к этому мог вызвать лишние домыслы и усиление к ней внимания со стороны учителей. Хотя Хартума таким признать было сложно. Факт оставался фактом: Нора велела едва ли не всему миру сохранить тайну ее личности и счастью Такада не было предела. Госпожа Харимэ ненавидела лишний шум, а Эрза размышляла, что бы с ней было, если бы об этом, с самых первых дней, знал весь остров. По крайней мере, в момент их последней беседы, старейшина достаточно решительно заявила, что этого не случится до получения Эрзой звания Мастера — далее она перейдет под покровительство Белого лотоса, и Орден назначит ей учителей остальных элементов. С этой точки зрения, Багровый пик становился ее убежищем от остального мира. О личности Аватара знали сущие крупицы – Высшие представители Ордена от всех народов, приближенные, и непосредственно Хозяйка Огня — и Такада не была до конца уверена, что слухи о ней не распространились бы лесным пожаром, не вмешайся в течение дел старейшина Харимэ. Какие бы цели не преследовал Багровый пик и к чему бы не шла Нора лично, сейчас это гарантировало Эрзе безопасное существование. До обнародования ее личности еще оставалось время. Однако не только она здесь была заложницей своего положения. — Я… — с трудом смог произнести хотя бы что-то Ноэн севшим голосом. — Не навсегда. — выдохнул он более спокойно… и обреченно. — Просто уедем куда-нибудь ненадолго, я не желаю здесь находится, и при этом слышать, как мама выясняет отношения с Тэнцин по проекции. Эрза с силой провела по лицу сухими ладонями. Вот так просто, называть живую императрицу по имени, не привнося в интонацию толики хотя бы фальшивого почтения… — Агни, я так хотела верить, что ты просто преувеличиваешь, — вновь посмотрела на него девушка. Когда тринадцать лет назад императрица Тэнцин вошла во дворец, все закономерно ожидали скорого рождения ею наследника Страны Огня. Высшие чины скрежетали зубами: незадолго до бракосочетания, праздника для всей страны, невеста принца разменяла сорок лет. Над Багровым пиком, ослабившим позиции после смерти Аватара, заходили тревожные облака. Уже позже выяснится о неспособности Хозяина Огня дать династии продолжение, и Тэнцин... Тэнцин не увидела в этом проблемы, твердо убежденная, что она рождена быть правительницей своей страны. И до последней пары лет ее все устраивало. Ныне же ее голос, искаженный помехами связи, разносится под сводами дома старейшины Харимэ, прерываемыми гневными ремарками Норы. — Хоть бы из вежливости, но поинтересовались моим мнением, а хочу ли я вообще сидеть на их золоченной жердочке, — глухо раздается из-под ладоней прикрывшего лицо Ноэна. Такада опустила глаза: она ему не сказала. Да и как вообще это стоило подать? "Знаешь, Эни, вообще-то ты можешь не переживать по этому поводу и спокойно стать хоть генералом, хоть идти обшивать ведущую театральную труппу к следующему столичному сезону "Любви среди Драконов", потому что я что-то вроде... принцессы крови?" Как это стоило понимать хотя бы для самой себя? Даже простой разговор с матерью, которая, в общем-то, все прекрасно знала, едва не закончился, лишь начавшись: Ирэн, по всей видимости, хотела оборвать все это на собственном ритуальном костре. Окончательно похоронить Зару. Поведение опальной принцессы тоже было мало понятно: сначала она не обращает на тебя внимания больше, чем на предмет мебели, унижает, стоит проявить слабину и всячески издевается... А потом пробует играть в семью. Она захаживала так часто, словно бы в самом деле позволила себе забыть о духе Аватара, чье воплощение когда-то помогло её брату взойти на трон. Одним поздним вечером, когда молчать больше просто было нельзя, Эрза терпеливо дождалась, когда иные огни в доме погасли, прислушиваясь к ощущениям: не идет ли кто по направлению к ней, полыхая очагом? Впрочем, как шептал голос разума, в случае Харимэ, мастерски его скрывающих, ей бы это не помогло. Мама на том конце откликнулась незамедлительно — на секунду Эрза подумала, что может в действительности сойти с ума от того, насколько испуганно та звучит. Словно бы Ирэн только и живёт теперь, чтобы однажды ночью проснуться от вести, что на дочь кто-то совершил покушение. — Мама, ответь мне честно, — она понимала, что прыгает с обрыва, не умея при этом плавать, не переборов свой-чужой страх перед водой, которая все еще шепчет ей злобными морскими духами. Но на расстоянии звонка, перед панелью телефона, ей было почти не страшно. — Кто Зара на самом деле? На том конце связи стоит крик. А затем Эрза слышит, как мать... плачет. Извиняясь непонятно перед кем — бабкой, отцом или собственной дочерью, которая все же решила не прятать глаза от истины. Короткий разговор давно прерван, но рыдания позволившей себе быть честной Ирэн все еще стоят у девушки в ушах, когда дух опальной принцессы обрисовывается за рабочим местом Эрзы — Азула выглядит памятником самой себе, величественным и неподвижным. Памятником, который, увы, ей так никто и не возвёл, предпочтя похоронить память о принцессе Народа Огня меж страниц его долгой и трудной истории. — Ирэн, тряпка, все таки проговорилась, — тихо, совсем не язвительно хмыкнула принцесса. Даже как-то... облегченно. — Не особо-то было, о чем проговариваться, — смотря в укутанные темнотой стыки потолочных балок, так же негромко произнесла Эрза. Она не чувствовала ничего, что бы хоть отдаленно напоминало облегчение: вскрывшиеся факты, ввиду наличия некого временами агрессивного призрака ушедших дней, не вызвали в ней ни былого ужаса, ни какой бы то ни было радости. Скорее пустоту. Видения о буднях Фуммы и то оставляли эмоций больше. Около правой руки прошел холодок. Азула склонилась над ней, с совершенно пустым выражением лица заглядывая в глаза. Впрочем, не совсем: при таком продолжительном общении с духом прабабки, Эрза бы сказала, что так принцесса проявляет свое беспокойство. Такада вздохнула, чуть отодвинувшись в сторону. — А чем ты думаешь теперь? — спросила мгновением позже Азула, сев рядом. Эрза закрыла глаза. — Она... — сглотнув, все таки озвучила свои опасения девушка. Не столько от боязни, что Азула нагло рассмеется ей в лицо, осудив за противную ее природе слабость, сколько из непривычки: она почти никогда ни с кем об этом не откровенничала. — Меня так достали эти ее горькие, несчастные вздохи. Теперь она перестанет? Все для того, чтобы не сойти с ума и не позволить дочери скатиться следом за героиней внутрисемейного фольклора. Всем своим действиям Ирэн могла найти причины. Никаких занятий по магии, ведь эмоции нестабильны, эмоции дают непомерную силу и так легко сойти с пути, польстившись на простоту гнева и пришедшего за ним торжества. Никаких танцев, вечной причины их размолвок. Ведь танцы способны так же остро тронуть душу, танцы разжигают внутри костер, а костер способен разойтись до пожара. Пожар же оставляет за собой пострадавших. Если оставляет вообще. Зара десятилетиями мучилась от настигающих ее в самый неожиданный момент приступов галлюцинаций, и к моменту, когда пришло время умирать, они вернулись, ударив со всей силы. — Мама еще помнит твои крики перед... Перед тем, как все кончилось. "Словно бы сжигают заживо", так она говорила, — Эрза избегала смотреть принцессе в глаза, сейчас мягко подсвеченные сиянием нездешнего мира. — Это не дух, которого ты можешь попытаться выгнать своей великой аватарской властью, — невесело хмыкнула Азула. — Ни Золтан, ни Ирэн ее не видели, а ты в очередной раз отличилась. — Я не хочу сходить с ума... — Такада закрыла лицо ладонями. И вновь около оголенной кожи прошелся холодок, но не улетучился, а словно бы стал гуще, оседая на руках и наполняя собой воздух. Холодная, прозрачная на кончиках тонких, изящных пальцев ладонь легла поверх ее рук, провела к волосам, скупо гладя. Эрза сжала губы, давя в себе порыв зарыдать при ней. — Ты сильнее, — раздалось в тишине и голос звучал иначе: старше, намного спокойнее чем обычно изволила говорить принцесса, являющаяся перед правнучкой в образе молодой, сильной девушки, у которой впереди, как она тогда искренне верила, долгие годы правления в качестве Хозяйки Огня. Сейчас она говорила, как Зара — опальная аристократка в период правления Лорда Зуко, но не больше. — Сильнее деда, сильнее матери. Осталось, — коротко и грустно рассмеялась женщина. — Осталось лишь стать сильнее себя. Думаю, что для такой рассудочной девицы это не должно стать невыполнимой задачей. — Наглость просить, но... Ты покажешь мне, как? — не открывая глаз, чуть улыбнулась дрожащими губами Эрза. Ни на что не надеясь. Но почему-то она не сомневалась, что хозяйка ледяных призрачных ладоней сейчас так же неумело улыбается ей в ответ. — Детка, я буду самым требовательным учителем в твоей жизни. — О, не сомневаюсь. По неслышному щелчку тонких пальцев лампа на столе мягко погасла, и темнота полностью сомкнулась под потолком комнаты. Мягкий свет луны, проникающий сквозь высокие старинные окна, путался в складках покрывала в ногах наконец-таки спокойно уснувшей Эрзы. И никакой шепот мелькающих на зеркальной поверхности размытых отражений не смел тревожить ее, пока рядом агрессивно сверкая золотом глаз, восседала опальная принцесса Народа Огня.

***

Выбраться из поселения можно было, не зная местности, только по главной дороге: через центральный проезд, через алые тории, отделяющие Багровый пик от остального мира. Но у Эрзы был Харимэ, поэтому им не пришлось думать, как остаться незамеченными: достаточно было сойти с другой стороны, миновав реку по мосту, находящемуся в отдалении. Затее с мостом Такада не обрадовалась. — А если... Опять? Разумно, с ее стороны. Но все такое разумное Ноэн, как помниться, презирал. Харимэ нечленораздельно простонал: — Арх, Эрза, мы уже выяснили, что у моего отца, ну, хреновые методы? Держи в голове, что это было сделано специально, а Фумма тебя в этом плане даже спасла. Рядом с тобой я, — добавил Ноэн, как нечто веское. — Не мои родители. Значит, она не станет проявлять себя сверх. — Я не понимаю, что она пытается до меня донести, — озвучила Такада вслух и мгновенно передернула оледеневшими плечами. Прозвучало это еще хуже, чем можно было загадать. Беспомощно. — Кроме того, что тебе пора свыкнуться с неизбежным? — Да, Ноэн, спасибо. Кроме этого. — Моя мать ее едва ли не дочерью называла, — бросил Ноэн, подавая Такада руку. Удивиться Эрза не успела — сначала Харимэ без усилий поднял ее вверх, а затем показался выбивший из легких остатки воздуха мост. Да и нужно было? — Отец, конечно, относился проще. Да и не так сильно он вписывается в образ идеального наставника — он вообще не верит, что в наше время Аватар может быть существенным аргументом. Но сложно не привязаться к человеку, если одиннадцать лет живешь с ним рядом. В другом направлении, вверх по течению, показалась верхушка крыши. Видимо, это как раз дом на сваях, еще одно "чистое" место. — Знаешь, когда у человека нет никакой надежды, он зацепится за все, что может ей стать. Для него Фумма такой и была. — Честно, Ноэн, я устала, что все вокруг говорят загадками, полагая, что я понимаю полунамеки, — может быть, она и понимала, но далеко не все: не в условиях, когда информации просто не хватало. — Я скажу, — спокойно отозвался Харимэ. — Скажу, как только буду готов. Идти пришлось долго. Но Ноэн все же знал, сколько им придется потратить времени, раз в его вещах не было никаких мешков или палатки. Когда солнце начало клониться к закату, а ноги неметь, перед глазами оказались стены старого города, а за ними, впереди, в блеске стекла, новые постройки. Бывший город Огненного фонтана, вернувшийся к своему прежнему названию, расцветал огнями и, кажется, жизнь здесь не собиралась замолкать с наступлением ночи. Все же, приближающийся день летнего солнцестояния приободрял многочисленных магов огня. Идти в центр, к мемориалу жертв Столетней войны, установленному там вскоре после ее окончания вместо гигантской статуи Лорда Озая, смысла не было: отсюда все равно было легче добраться до аэровокзала. Эрза невозмутимо рассматривала проекцию карты окраин, будто видела их не впервые в жизни, а Харимэ уже, не забывая крепко держать подругу под локоть, уверенно вышагивал к ближайшей лапшичной, слепящей диодами вывески в первых сумерках. Честно, для человека, который впервые вышел в большой город, Ноэн держался хорошо. А дальше был путь, почти повторяющий путешествие Эрзы сюда: такси, время до воздушной гавани, оформление билетов и ожидание — на ближайший рейс они опоздали. И лишь спустя несколько часов, когда транспорт уже поднялся в воздух, Эрза выдохнула, ослабляя ворот костюмного пиджака. Рядом Харимэ, запахнувшись плотнее полами другого, без гербов, сюртука, якобы спал. Вот только очаг магии у него непривычно, "громко" бурлил, и Ноэн не брал его под контроль, видимо, не имея на то уже никаких сил. Она тихо тронула его за натянувшийся на локте рукав. — Порадуйся потом, что ли. Не каждый получает на пятнадцатилетие экскурсию по Столице Страны Огня от такого занимательного человека, как я. Засыпающий тревожно Ноэн неслышно рассмеялся.

***