Кометы

Не ходите, девки, гулять за рекой Где красивый домик стоит золотой Там в тумане тени идут за тобой Не ходи, постой Chagunava

***

Просьба была идиотская, о чем дух опальной принцессы поведала сразу. — Я сильно выше того, чтобы следовать глупостям живых. — В качестве подарка к Новому году? — решила не сдаваться Такада. — За все шестнадцать лет? Пожалуйста? Раньше подобный тихий рык, раздавшийся от прабабки, точно бы вызвал желание защищаться до последнего залпа пламени. Но Эрза знала, уже поняла, что в планах Азулы, какими бы они не были на подобном этапе существования, не значилось необходимым причинять ей вред, а значит ничего опасного она не сделает. Женщина прикрыла глаза. — Отлично, — довольно улыбнувшись, Эрза подошла к смежной двери в стенах занимаемой ей спальни. Перед Праздником середины осени задумчивая в последние пару месяцев Нора походя оборонила, что неплохо бы открыть дополнительные комнаты, все же, места в доме преступно много для такого небольшого количества людей. Ноэн тогда просто пожал плечами, не отвлекаясь от своих талисманов-выкроек-чертежей, пояснил: — Она права. Они стоят пустые, так почему нет? Чудо, что ей не предложили переселиться в тот дом на сваях, принадлежащий некогда Фумме. Такада ее присутствия в собственной голове пока что вполне хватало, а от перспективы оказаться в такой близости от воды тянуло растирать на деле ничуть не холодеющие руки. — Можешь открывать. Вторая комната была традиционной гостиной, минимально отличаясь от обстановки остального дома: низкая мебель, затянутые рисовой бумагой двери, и, кроме устаревших световых панелей — никакого намека на то, что в этом месте настал следующий век. В нише, подальше от широких окон, стояла небольшая тумба под алтарь. На ней все было также просто: зажженная магией лампадка и черная траурная табличка. Эрза купила ее здесь же, в ритуальном магазинчике поселения. И каждый знак, каждую черточку иероглифа, рискуя бросить все на середине, выжигала самостоятельно, подгадывая моменты между занятиями под руководством Азулы и тренировками с Ноэном. Результатом она была довольна. Принцесса Народа Огня Азула, законная перед миром людей и миром духов, вторая жена генерала Джи Вонга. На шестьдесят шестой год первого месяца эры Воды Азула стояла рядом, не шевелясь, забывая имитировать давно остановившееся дыхание. Эрза спокойно смотрела на нее. — Разумеется, поставить твой портрет я здесь не смогу. Но это уже больше, чем ничего. — Ты отвратительно сентиментальная, — нарочито громко отозвалась прабабка, со всем возможным снисхождением смотря на ребенка перед собой. Девушка мягко улыбнулась. — Спасибо. "Знаю, это лишь искра в темноте, она слаба и не развеет твоего забвения, да и я не стараюсь тебя обелить. Но если и могу что-то сделать — вернуть тебе твое имя, которое когда-то стало ценой наших жизней" Такада хотела бы очень многое ей сказать. Как единственному не-живому, но человеку рядом с собой в последние десять месяцев, который по-своему ее понимал. Да, Эрза, признайся — ты просто привязалась к этой откровенной в собственных эмоциях сумасшедшей. Сама ты так до сих пор не можешь, и все тянешься-тянешься. В надежде, что уж она-то тебя поймет. Но пока что, хватит. Свое предупреждение о сентиментальности она на сегодня уже получила. — Не боишься, что прочитают? Эрза честно попыталась подобное представить. — У меня нет на то причин, — тихо отозвалась она. — С Норой и Хартумом мы видимся исключительно на хозяйской части дома. Они не зайдут. — Ну а полукровыш? — Ноэн... Умеет быть тактичным. — Минимально.

***

Хоть необходимость отчитываться перед матерью в том, как проходило обучение Такада, была, Ноэн старался не засиживаться перед ней на татами. У него наконец-то появился друг — та обыденная часть человеческой жизни, которой он, будучи сыном своих родителей, оказался лишен еще до момента рождения. И потому это было величайшей драгоценностью, первым драконьим огнем. Чем-то невосполнимо важным. То, чем жертвовать он просто не имел права. Но даже придерживаясь этой точки зрения, Ноэн не мог не замечать странностей, которые нет-нет, да мелькали в поведении Эрзы. В том, как успешно освоившаяся в своей родной стихии Эрза огонь покоряла. И его, как Мастера, это нервировало. Ноэн ни разу не сомневается — Такада поднимет стену огня до наступления весны и для нее самой, в первую очередь, это не станет неожиданностью. Эрзе упорства не занимать: девочки, неспособной дать минимальный залп пламени, довольство которой оставалось в одном только мимолетном наблюдении за чужими тренировками магии, уже нет. И вместе с тем он видел, как в ней словно бы боролись два противоречивых полюса, чьи имена были Ноэну до противного знакомыми: своя манера и манера мастера. "Меня учила не мама. Слишком много у нее воды во всем, что должно быть магией огня" – так он и говорил Эрзе относительно старейшины Харимэ. Старейшина Харимэ, госпожа Харимэ, Учитель Аватара Фуммы. Где-то среди всех ее титулов и регалий должно было остаться место для "мама". Но Мастер в ее лице нашла его раньше. Нашла и, помня, скольких уже похоронила, вцепилась, не желая отпускать. Ноэну сравнительно повезло — он родился с необъятным пламенем внутри, и каждый раз, когда она ждала от него результата, он не подводил. Он контролировал огонь, а не огонь его. Вот здесь, впервые, будучи Мастером своей стихии, Харимэ не смогла найти отклика у собственного же ребенка. Сильнейший маг не нуждался в том, чтобы слепо следовать за ней и Нора… Отпустила его. Даже так, именно в качестве учителя, она дала ему право дальше решать, к кому он пойдет совершенствовать мастерство. Мама молчала. А потом на Багровый пик, не иначе, закономерным оборотом колеса судьбы, приехала Эрза. Своей занудности эта воспитанная девица с переходом в статус полноценного мага не потеряла. Успокоившаяся, пришедшая если не к смирению, то к перемирию сама с собой, Эрза резво гоняла по площадке всех желающих встать с ней в спарринг. А таких, стоило этой показательно хрупкой барышне в неприметном костюме красиво положить воспылавшего жаждой тренировок Тору на лопатки, оказалось вполне в достаточном количестве. Однако то, что было вне условленного тренировочного времени, наводило на невеселые размышления. — Ты учишь ее молнии? Вдвойне хуже, что макнула его в собственные опасения мать. — Не рановато ли? Ты не решался прибегать к этому, пока твоя стена огня не поднялась выше пагоды клановой резиденции. — И даже это было слишком легко и быстро, — вяло огрызнулся Ноэн. Закутанная в свои черные одежды Нора не отрывала цепкого, неизменно печального взгляда от выводящей плавные, круговые ката фигурки. Словно бы танцующей, но от старшей Харимэ утаить очевидного оказалось невозможно: слишком четко прослеживались фазы разделения ци в аккуратных, как продиктованных друг за другом движениях. Ноэн хмуро зыркнул на мать. — Просто знай: мы с ней это также не обсуждали. И без своих родителей он был в состоянии понять, что для подтехник старшей группы, у Эрзы есть иные источники информации.

***

Дни, невыносимо долгие, зимние... Дома, в другом климате, это было не так заметно, да и на каникулах у отца, в студенческом районе, опустевшем из-за разъезжающихся по разным частям света учащихся, подобное не казалось критичным. Видимо, лишь от того, что было очередным побегом. В этот раз, сбежать Эрза не успела. Да и не собиралась. Ноэн, отчего-то чрезвычайно пристально наблюдающий перемену слабого света на месте не задвинутой двери, сегодня был вреднее обычного: мало разговаривал и почти не слушал, когда говорили с ним. Такада задавила желание благородно оскорбиться подобным невниманием — вместо этого вслушивалась в ритмы чужого дыхания. Подступая максимально мягко, словно в очередном танце, она неспешно подбиралась к Харимэ, надеясь бесхитростно подпалить ему полу сюртука. Но, ненароком заглянув ему через плечо, Эрза, проморгавшись от неверия, громко шарахнулась прочь. — Что ты мечешься, будто к тебе духи зимы на поклон выползли? — отвратительно спокойно спросил Ноэн, даже взгляда на нее не подняв. Будто не у него в руках вместо чертежа на планшетке был набросок императорского платья, а вот вместо обычных безликих фигурок смоделировано нечто, напоминавшее лицо самой Такада. Она судорожно выдохнула, не помня, приходилось ли ей выглядеть настолько надменно при нем. Харимэ медленно поднял глаза на застывшую на месте Эрзу, одарив ее отчетливой усмешкой. — Вы, принцессы, полагали меня совсем идиотом? — Что ты... — не нашлась с заготовленным ответом Такада, и Ноэн мысленно оставил себе заметку: решить подобный момент. Аватару он может стоить жизни. Слабо настроенный свет угрожающе замерцал, чтобы дальше отключится вовсе. В комнатах Такада, как на безопасном участке горы, в талисманах не было нужды. Девушка перед ним резко выпрямилась, словно примерная ученица, не смеющая шелохнуться при вошедшем Мастере. Ноэн же сохранял ленивую расслабленность позы и даже его дыхание оставалось ровным. — Брось, Эрза. Может вы и стараетесь быть максимально незаметны, но я не глухой. И она показалась перед глазами довольно ухмыляющегося Харимэ. Медленно вышла, сотканная тенями зимнего солнца, с идеальной осанкой и яркими, гордыми глазами. Верно, этими сумасшедшими золотыми солнцами, наследством всех ее потомков. — Полукровыш, — раздался опасно бесцветный голос Азулы. — Взаимно раз знакомству, Ваше Высочество. — Ты осознаешь, во что ввязываешься? — Принцесса, успокойся. Я умею хранить чужие секреты. — Ходить и смотреть на всех с лицом «я все знаю» и при этом партизански молчать, это не одно и то же, Ноэн. Харимэ только повел плечами, стряхивая несуществующий пепел. Ему от раздраженного подобной внимательностью духа опальной принцессы все же прилетело, после чего он показательно держал руки поблизости от своих карманов. Сад снова затянуло пологом тишины. Полыхая сдержанно-малиновыми щеками, Такада смотрела, как смеются одни только его глаза, и ничего не хотела говорить. Слишком уж его довольное лицо отталкивало от всякого дальнейшего диалога. Но уж с чем получилось свыкнуться быстрее прочих выводящих из равновесия событий в новой жизни, так это с Ноэном. — И ты не... — Не злишься на меня уже за мое молчание? Не, упаси духи, ненавидишь? Она крайне внимательно принялась разглядывать свои руки, привычно сложенные к точкам пульса. Не находилось нужных слов, чтобы передать ему весь тот ужас, надуманный или казавшийся самым логичным исходом после таких новостей. — Объективно, не мне тебя осуждать, — Ноэн перевел взгляд во двор, где секундой позже послышались приминающие снег, легкие шаги Хартума. — К тому же... Если мы прямо сейчас позвоним Тэнцин и скажем, что у династии есть законный наследник, она, наконец таки, от меня отстанет. Такада была с ним категорически несогласна, выражая это обреченным покачиванием головы. — Не думаю, что у Аватара есть право наследования, Ноэн, — он кособоко улыбнулся, пока Эрза того не видела. Подобные слова стоили немалого труда. Но то, что теперь она могла это сказать, было большой победой. — Ее Величество обрадуется ненадолго. А осознав, снова вернется к своему отрешенному тону. — Их случай безнадежен. А твои дети могут занять трон. Разве Ее Высочество не рада такому повороту событий? — обратился Харимэ к пустоте. Но та ответила. — У тебя, полукровыш, слишком длинный нос, — фыркнул вновь появившийся на границе видимости дух. — Если бы все было так просто, мы бы вернулись во дворец уже после третьего брака Айро. Хотя, что до Эрзы, — перевела взгляд на девочку Азула. — Это возможно. Ей в таком случае будет очень тяжело, но возможно. — Отлично. Сына назовёшь в честь меня, дочь в ее. — Наивный-наивный Ноэн, — рассмеялась Такада вопреки сковавшему ее напряжению. — Девушки заготавливают имена своим детям с сундуками приданного. Все решено заведомо. Харимэ глядел на нее с откровенным сомнением. — Не похожа ты на типичную женщину. — Ну, попытаться стоило. — Нет у неё приданого, — раздался голос Азулы. — Домишко Вонга, да золоченные переплеты ученых трактатов папаши. Ирэн о том не позаботилась. — Но ведь ты выдала ее за отца. — Детка, это ведь так легко, — обворожительно и вместе с тем очень пугающе улыбнулась принцесса. — Свалить уже свои неудачи на меня. Я ведь монстр. — Не больше, чем того требовало время, — задумчиво сказал Харимэ, и, честно, Эрза это видела: как неверяще блеснули крохотной искрой глаза духа. На то мгновение, чтобы вновь вернуться к привычному для той состоянию, вместе с тянучими интонациями. — Вы ещё наивнее, чем дети были раньше. Те не пытались доискаться причин. — Ну и что хорошего получили? — Ноэн лениво игрался с текстурами макета платья на планшетке. — Жили в подаренном мире, забыв о его ужасах. И не усвоили очевидного: ничего не дается легко. — О, нет, Ноэн, я слышу учителя Нору, — протянула Такада. — А я вижу наследную принцессу Народа Огня, и отчего-то картинка двоится, — не остался в долгу Харимэ. Дух закатила глаза, незамедлительно растворившись среди теней. Харимэ напоследок окатило несильной волной духовой силы — колыхнулся воротник, да волосы. А он только беззвучно смеялся. И вместе с ним Эрза не могла скрыть улыбки. Ведь Ноэн ее не осудил. Не смотрел, как на прокаженную, не гнал и не обвинял во всех грехах. Ни ее, ни Азулу. Они наивны, может быть, прабабка и права. Люди за пределами горы могут думать, или, все еще продолжают думать иначе. Сколько бы лет ни прошло. Идиллия не продлилась долго. Эрза подобралась, когда на грани восприятия заклокотало, а позже показался сам источник этой обрывочной энергии. Нора дошла до их части энгавы, едва не высекая подошвами сапог искры. — Ноэн, Эрза. Немедленно приводите себя в прядок. — Да я как бы и без того неплохо выгляжу... — Ноэн Харимэ, — сверкнула на него глазами женщина. — Только попробуй меня опозорить. Лично прослежу смену твоих тряпок на присущий случаю костюм. — Учитель, у вас гости? — решила напомнить о себе Такада. — Боюсь, Эрза, это не просто гости, — вздохнула Нора, потерев с усилием лоб, без всякого присущего ее жестам изящества: забылась. — Нынешним вечером мы ожидаем Мастера Рэна. Память без труда воспроизвела образ полностью седого мага огня: словно бы подслеповатые, немигающие глаза, неприятно остро при этом следящие сначала за дракой, а потом за тем, как переполошившая поселение чужачка оправдывает позволившего себе лишнего мага. От воспоминаний об огненных кандалах в холодном воздухе словно бы потянуло оглушающим, опасным теплом. — А зачем, прости, этот памятник древности решил доковылять до нас? — протянул Ноэн, выстукивая пальцами поверх колена. Нора по всем внешним признакам и сама была этим новостям не рада, но сын ее либо этого не видел, либо не хотел видеть. Эрза, без лишних раздумий, поставила бы на второе. — Юноша, ты явно испытываешь свою судьбу, — она покачала головой, но кроме этого жеста более ничего ему не предъявила. — Визит Мастера Рэна вполне оправдан, — госпожа Харимэ обратила взгляд к девушке. — Помимо него… Ближайшим рейсом прибудет Мудрец Шарху, затребовать результаты обучения. Старейшина Рэн, как нынешний глава, примет решение, готова ли Эрза. Такада пораженно замерла на месте. Это… Ее могут в самые ближайшие дни признать мастером? «Бабушка, духи, Аватары – спа-си-бо» Ноэн фыркнул. И вместе с тем внутри зашевелилось резонное беспокойство. — Это же смешно, — не смог смолчать он. — Сейчас зима. Экзамен специально назначают на пятый месяц, чтобы шансов у всех было больше. — А экзаменовать одного ученика вперед прочих... — подхватила его настроение Эрза. — Максимально не подозрительно, — продолжил Ноэн. — В любом случае, — осадила довольного сына Нора. — Сейчас речи о незамедлительном выходе на плац не идет. Жду вас, обоих. Без опозданий. И она ушла, так же стремительно, как и появилась, не утруждая себя степенностью шага. Эрза поморщилась: у нее мгновенно заломило в висках, и причина подобному была только одна. Фумма. Выжидает момента и находит самые интересные причины, чтобы попытаться что-то сказать. Вот, нынешняя резкость вместо выверенного шага в исполнении госпожи Харимэ что-то всколыхнула. К счастью, Ноэн любому духовому проявлению был звонкой оплеухой. — Ну что, госпожа Аватар? Хвастаться будешь? — Агни упаси, Ноэн. При бабке главное так не скажи — точно поджарит. — У меня десятки талисманов от самых зловредных духов, не переживай. Она закатила глаза, ничуть не впечатленная его бахвальством. Взглянула на эскиз, не примеченный Норой и ссутулилась, тяжело выдохнув. — Снова надевать платье… Ему обязательно быть красным? — Ты любишь серое, я помню, — в негодовании встряхнулся Ноэн, словно бы его это бесило сильнее прочего. Кольца тихо звякнули следом. — Старейшине Рэну может и все равно, но маме нет — иначе бы она не ходила такой взвинченной.

***

Все проходило вполне спокойно. Ноэн явился под бдительные очи матери в самом нехарактерном для себя виде: традиционный костюм и убранные волосы. Серьги едва заметно поблескивали, однако Нора, похоже, его внешним видом осталась довольна, благодушно улыбаясь всю дальнейшую сервировку стола. Эрза держала себя от желания поправить воротник на платье или закатать длинные парадные рукава. Мало того, отросшие волосы пришлось также собирать в соответствии с правилами, а откровенно смеющееся отражение Азулы на поверхности зеркала этому никак не способствовало — под руками Эрзы прическа рассыпалась. Помогать ей прабабка явно не собиралась. Мудрец Шарху, занявший место по правую сторону от хозяйки и ожидаемого гостя, по приезде встретил Такада, как родную: отдал самый уважительный поклон, завершив это спокойной и милой улыбкой. Возвращая мужчине эту вежливость, она сдержалась от желания крепче стиснуть ледяные пальцы. С прибытием Старейшины тишина обрела тяжесть и звуки обеда в ней увязали, словно бы становясь протяженнее. Но необходимая его часть закончилась, и мудрец Шарху, с позволения госпожи Харимэ, взял слово, обращая на себя внимание почтенного Мастера. Удивленным Старейшина Рэн не выглядел — лишь пристальнее начал всматриваться в сидящую с абсолютно ровной спиной Нору, после переведя свои тусклые глаза на Эрзу. — Глупость получается, скажи, — повернулся он полностью к старшей женщине. Та без труда изобразила вежливое участие, но, духи, эта окрашенная цветом сакуры ядовитая тоска не давала обмануться. — Любой, кто не то, что помнит — отрывочно знает, что ты прошлому Аватару мать — может составить два и два, и все. И не было смысла в твоих играх, советница Нора. — Дети сейчас не знают своей истории, — аккуратно улыбнувшись под сошедшимися на ней взглядами, ласково отозвалась госпожа Харимэ. Ноэн беззвучно фыркнул. Старейшина Рэн же не был убеждён, и, даже не обратив к тому взгляда, только интонацией показал: очередь отчитываться теперь за младшим Мудрецом. — Сколько мудрецов назвали ее Аватаром? — Единогласно, господин, — склонил голову Шарху. Твердый голос старика излучал насмешку. — Без основной проверки? За тот год в пределах одной только Страны Огня было сто сорок тысяч младенцев. — Если вы беспокоитесь, что госпожа Такада не сможет никого водой окатить, тут все в порядке. Взгляд на округлом, улыбающемся лице Норы застыл. Эрза скосила глаза на Ноэна, только этим обещая ему все возможные и ужасные кары. — Водой, мастер Ноэн? — хмыкнул старейшина, в упор теперь смотря на безукоризненно ровно сидящую девочку. — Ненамеренно, — прошелестела Эрза. — Что ж, — хмыкнул старейшина и достаточно споро для своего почтенного возраста поднялся. — Советник Ли Сон вернётся не позднее завтрашней ночи. Срок вам до конца этой недели, барышня Такада. Медленно Эрза поднялась следом, не отрывая взгляда от монолитной фигуры Мастера в летах. Он выглядел только крайне позабавленным всей этой ситуацией. Такада неглубоко поклонилась. Эрза осталась помогать Ноэну с посудой, как только заметно помрачневший Шарху отправился в выделенные ему комнаты. Младшего Мудреца снова бесхитростно отослали, а сами старейшины скрылись на энгаве. Кисло протирая тарелки, Такада, не обрадованная прилагающейся к новому этапу в обучении перспективой в скорости стать достоянием общественности, уже представляла эту жизнь. Виделось, что как только ее объявят Мастером, Нора больше не сможет придерживаться предписания о тишине. У Аватара появятся имя, лицо, голос. Ноэн прервал эти размышления, забрав из ее рук едва ли не скрипящее от чистоты блюдце, и, мягко взяв за руку, дал знак молчать, кивком указав на террасу, где она безошибочно определяла два источника родственной магии. Харимэ так же жестами указывал на наименее скрипучие участки досок. — Барышня Ван, откровенно говоря, спешит. — У неё нет выбора. — А ты и рада, Нора. Со стороны старейшины раздалось лишь многозначительное молчание. Впрочем, недолгое. — Приближается Саммит наций. Ей, разумеется, хочется чтобы делегация от Страны Огня выглядела не просто хорошо — лучше, чем превосходно. — Едва-едва дотянувшаяся до Мастера одной стихии Аватар ей в этом не поможет. — Вы как всегда оптимистичны, Старейшина Рэн. Он всматривался своими блеклыми глазами в плотные зимние сумерки словно знал, что там, в темноте, насылаемой духами, ими же спрятано от него грядущее. — На прошлого Аватара не похожа — там не хватало ума понять, где уговоры бесполезны. Но времени, говоря прямо, у неё не так много. — И откровенны, что сказать. — Не паясничай, девочка, — хлестнул огненным кнутом голос старика. — Багровый пик давно утратил статус цитадели, время обходится беспощадно даже с ним. Возблагодари духов, что Хван-Вэню нет сюда дороги. Его гончие имеют отвратный нюх. На время, которого бы хватило на заполошный вздох, женщина замолчала. И снова сила, исходящая от Норы, обрывочно заклокотала. — Но отправить ее прямо в это гнездо осстервятников... — Сдаст — тогда и будем говорить. Проводи меня. Подашь хоть раз в жизни детям достойный пример, побудешь воспитанной хозяйкой. Дальше Нора уже ничего не отвечала. Ноэн резво потянул стоящую перед ним Эрзу назад, по своим шагам. Лишь последняя доска протяжно скрипнула под неправильно выставленной, запутавшейся в подоле ногой, и Харимэ едва успел спрятать тонкий писк не успевшей за ним девушки, накрыв его своими руками. На энгаве, глава совета старейшин Рэн выразительно смотрел на закрытые сёдзи столовой и следующей за ней кухни. Неплотно прикрытые двери пропускали свет, золотящий подметенные от снега доски веранды. — Скажи сыну… Голос пронёсся волной воздушной атаки, забрался прямиком в головы затихшим в ожидании удара детям. Но никто не подошёл. Вместо того Старейшина только сказал: — Пусть зайдет потом, укажу ему спорные места для талисманов. Перед солнцестоянием духи крайне неспокойны. — Всенепременно. И звуки стихли. Оставшиеся за закрытыми сёдзи маги огня могли только различать, как шуршит в отдалении снег.

***