Легенды Побережья

      Андра, словно легкий мороз ее совсем не беспокоил, читала на веранде дома. Пару секунд она делала вид, что не замечает их и, лишь дочитав страницу до конца, подняла взгляд. - А, спасители! Многие мои подопечные вернулись, воспевая осанну неким героям, - она прищурилась и улыбнулась. - Рада, что с ними все в порядке. Что бы я без них делала? Моя благодарность не знает границ. Ее голос сочился неприкрытым сарказмом. Паладин стиснул зубы. Его чутье рычало притравленным на зверя псом, а предчувствия били о внутреннюю сторону черепа чем-то очень тупым и тяжелым, пытаясь вызывать мигрень. Как, КАК, можно было не чувствовать поганую ауру этой старухи? Игнорировать ее пренебрежение жизнями селян, откровенное веселье от опасности, в которой они оказались, и насмешку над их освобождением! Какой победой добра стало бы аутодафе этой нечестивой еретички. - Замечательно, как раз то на что, я рассчитывала, - тейски невозмутимо произнесла Эвелин. - Нам нужно как-то пробраться через паутину у входа в логово Рилфанг. - Паутину? Да. Да, пожалуй, с этим я помочь смогу. Мою кислоту вы уже опробовали на сетях ее детей, но здесь потребуется что-то посильнее. Но и ингредиенты нужны будут особые. У вашего друга-торговца есть кое-что подходящее. Редкое и очень опасное растение - корень малиссы. Именно из-за его опасности оно и подойдет идеально. Чтобы ослабить паутину Рилфанг, нужны сильные разлагающие свойства, магические и физические. - Какие-нибудь советы по... транспортировке? Может его в руки брать нельзя или... - Ну есть его я точно не рекомендую. В любимую походную кружку тоже не засовывайте - иначе ее придется выкинуть. А просто прикасаться можно. Но это еще не все. - Нет? - откровенная ирония, почти насмешка, в голосе воительницы пролилась успокаивающим бальзамом на нервы Джейвена. - Для основы зелья нужны будут и другие травы и компоненты, и их запас у меня как раз закончился. Слишком много покусанных ядовитыми пауками людей вокруг, понимаете ли. Но все нужное можно найти здесь, на болотах. Судя по лицу, Эвелин чего-то такого ожидала, да и сам паладин удивления не испытывал. Раздражение - да, его было в избытке. - Сущие пустяки, право же. Шмат тролльего жира, ядовитая железа одного из пауков и пучок мха. Ведьма ёрнически ухмыльнулась. - А что так уныло смотрим? Не звезду с неба прошу достать. Троллий жир можно найти на жирном тролле. Железу в пауке. А какой именно мох нужен - спросите у моего ученика, Йенрри, - она ткнула пальцем в полурослика, коловшего невдалеке дрова. - Займемся, - кисло процедила воительница. - Превосходно. Потребуется еще один сильный ингредиент, но его я достану сама. Как соберете все, возвращайтесь немедля. Когда компоненты свежие - зелье сильнее. "Господи, как надоело-то девочкой на подай-принеси быть," - тихо прошептала воительница, уверенным шагом направляясь к таверне. "Согласен", - мысленно ответил ей Джейвен.

***

- ТРИ СОТНИ золотых монет?! - Воительница смотрела на Давтлина с ужасом. - Ну, не могу же я просто так отдать дорогой и очень опасный алхимический компонент? - Но он нам нужен, чтобы добраться до Рилфанг! Торговец был непреклонен. Доброжелательно кивал, соглашался, поддакивал, но с названной им цены не слезал. Личина недотепистого простака овечьей шкурой слезла с прожженного дельца. Джейвену надоело наблюдать за этой безжизненно-вялой пародией на калимшанский базар, и он вышел подышать воздухом на крыльцо. Странно было ощущать себя статистом при главном герое, но и в этом мог быть какой-то урок Хельма. Оставалось лишь ждать, когда на него снизойдет понимание, в чем же он заключался. Снег тонким слоем укутывал все, прочертив собой даже самые маленькие веточки. Топи окончательно преобразились, теперь едва ли отличаясь от привычного Невервинтерского леса. Даже странно было, что в глубине этой белоснежной чистоты скрывалось такое древнее зло, как Рилфанг. Неподалеку, только по широкой лестнице спустись, Эдди, один из спасенных селян, что-то споро обрубал из полена топором, примеривал к тележному колесу и снова брался за топор. Рядом валялась треснувшая ось и срубленное молодое деревцо, которому предстояло стать ее заменой. - Вот с телегой Давтлина закончу и обратно, в топи, - пояснил парень, заметив, что у него появился зритель. - Не советую, пока мы Рилфанг не убьем. За границами деревни небезопасно. "Деревня, впрочем, тоже не убежище". Эдди вздохнул, отряхивая руки, и со стоном распрямил спину. - Не могу! Нашего с Ирэн отца пауки утащили. Хотя, там и без восьмилапых было опасно - то орки, то тролли... Я надеялся, вы его найдете, как остальных, да не свезло. Паладин помрачнел, вспомнив о замотанных в коконы костях. Но позволять кому-либо идти прямо в объятья неминуемой смерти, Хельм строго запрещал. - Мы возвращаемся в болота, - попробовал он отговорить Эдварда от безумной затеи. - Я буду смотреть по сторонам. Как твой отец выглядит? Парень почесал затылок, взлохмачивая пепельно русые волосы. - Ну как я, но постарше, понятное дело. Кольцо у него, - он стащил стальное украшение с пальца и показал его Джейвену, - такое же должно быть. Керендором зовут. Керендор Миллнер. Вы, правда, попробуете его найти? Я боюсь сестру одну оставлять, она... Испуганный женский голос оборвал Эдди. Наглядная иллюстрация к его словам - по мосткам шла девушка с круглыми, как у потерявшего мать олененка, глазами, в тонком летнем платье. Сильная дрожь сопровождала каждое ее движение. Она делала несколько шагов, испуганно озиралась, и звала: - Эдди! Где ты? Дверь открыта! Эдди! Не замечая брата, она шла дальше и повторяла свой клич. Джейвен поежился - девушка была босой. "Бэйнова задница", - выругался под нос парень и, все бросив, стремглав полетел к ней. - Ирэн! Стой! Здесь я, здесь! Иди в дом, Ирэн, ты же замерзнешь! Паладин задумчиво смотрел вслед удаляющемуся парню. Похоже, проблем у Эдварда было больше, чем могло показаться на первый взгляд. Если на девушку так исчезновение отца повлияло, то найти его нужно было обязательно ради ее душевного здоровья. Только вряд ли Керендор был жив. Один из найденных скелетов, наверняка, был им, пока не стал обедом для пауков. Но одни боги знают точно... За спиной паладина скрипнула дверь, и раздался стук узких ступней в латных сапогах. Эвелин. - Пришли к соглашению? - спросил Джейвен, прежде чем обернуться Воительница ошеломленно покачала головой и посмотрела на него расширенными глазами человека, не понимающего как ему жить дальше. - У нас нет таких денег, даже если все ненужное Давтлину продать, - призналась она тихо. - Сто пятьдесят максимум наскребем, но Давтлин и десятки уступить не согласен. И заработать негде. Ума не приложу, что делать. Она уткнулась взглядом в пространство, явно не видя ничего, кроме разворачивающейся внутри бездны. Паладин посмотрел на нее с любопытством. "У нас" - это, видимо, у нее, эльфийки и дворфа. Интересно, она полагает, что у самого Джейвена и медяка при себе нет? Или стесняется прямо попросить? - Местные болтают, здесь клад где-то запрятан, - заметил он, наблюдая за ее реакцией. Краем глаза он видел, как Эдди поймал сестру и, накинув свой тулуп ей на плечи, уводит ее домой, что-то пытаясь втолковать. Лицо воительницы оживилось, глаза заблестели. Она пригладила волосы и сфокусировала на нем взгляд. - Правда? Это выход. Что конкретно говорят? Где, кто охраняет? По крайней мере, боевой дух к ней вернулся. И ухватилась за идею она, как тонущий человек за протянутую руку. - Разное. То в пещере лежит у огра под боком, то феи в круге камней его якобы закопали. Сказки это, - хмыкнул паладин, вытащил кошель из поясной сумки и отдал его Эвелин. - Держите. Там двести пятьдесят должно быть. Она взвесила кошель в руке, и так порывисто встала с крыльца, призывно подаваясь всем телом в его сторону, что Джейвен поднял ладонь перед собой, настолько сильным было желание сделать шаг навстречу. - В приличном борделе за такую сумму на всю ночь остаться можно, не ограничиваясь одним поцелуем в щеку. Считайте это вкладом в победу над Белафоссом. Она приоткрыла рот, потом смущенно фыркнула. Ее щеки слегка порозовели. - И часто вы приличные бордели посещаете? - Она глянула на него из-под упавших на глаза волос. Ирония была ей несказанно к лицу. Теперь уже покраснел Джейвен. "Неприличные - чаще". - Не особо, - его голос высокомерно, даже по его собственным меркам. - Пока что мне довольно было щедрых комплиментов и бутылки вина. Уголки рта воительницы оттянула саркастическая улыбка. Но вслух она почему-то сказала: - Напомните мне потом, не пить с вами. И, оставив его обдумывать услышанное, скрылась снова в таверне - тратить его золото на ведьмины хотелки.

***

Мох нашелся быстро. Целые колонии скрывались под снегом. Ни мало не потревоженные холодом, они задорно топорщились мягкими иголками с алыми кончиками, напоминая зубы вампира. Пауки "дружелюбно" поделились даже не одной, а десятком ядовитых желез. Оставалось найти троллей. - Бескрайние болота, - бухтел дворф себе под нос, - они же Тролльи болота, названные так из-за огромного количества, угадайте, чего? Правильно! Троллей. Ну и где? Где хоть одна, уродливая, зеленая харя? Как жрать беспомощных путников, они первые, а как... Жрица едва успела схватить вора за руку и вместе с ним отпрыгнуть в сторону. На то место, куда он должен был сделать шаг, приземлился булыжник метрового диаметра. Столкновения с землей он не выдержал, расколовшись на несколько частей, и обдал воительницу и паладина градом мелких осколков. Эвелин, заслонившая обоих щитом, тихо выругалась. - Иллидия, "Огненный удар" на девять часов! - рявкнула она, утаскиваемая Джейвеном за ближайшее поваленное дерево. - Я же не маг! - отозвалась жрица откуда-то из кустов. "Да замолчали б вы обе!" - возмутился про себя паладин. Свист еще одного отправленного в полет камня только подтвердил догадку, что тролли глухотой не страдали, разве только косоглазием. Придавив воительницу к земле собой, Джейвен зажал ей рот и знаками приказал заходить с фланга. И - слава Хельму! - до нее дошло. Получив согласный кивок, паладин отпустил ее и, выпрямившись во весь рост, пошел напрямую. Еще один камень ухнул где-то рядом. На то, что тролли благородно не станут метать в него валуны, он не рассчитывал, но не запасли же они больше пятка снарядов? За подлеском мелькнула тень бегущей воительницы. Из кустов вылетело несколько стрел. А на прогалину, паладину навстречу, вышел долговязый, сгорбленный тролль. Его длинные, обманчиво тонкие руки почти царапали когтями землю. Похожая на обросший мхом пень морда выражала крайнюю степень решительности и готовности к бою. Хищник поймал человека своим зрительным лучом и, издав низкий утробный рык, дважды ударил себя кулаками в грудь - то ли запугивая, то ли призывая нападать. Паладин замедлился, озадаченный поведением болотного охотника. И как это понимать? Обычно они кидались на врагов без ритуальных предупреждения и попыток запугать. В воздухе распространился неописуемый, омерзительный до слез из глаз смрад. Учуяв его, тролль взревел и кинулся вперед, помогая себе ускориться руками. Его туша с яростным рыком впечаталась в Джейвена. Протормозив лопатками пару метров, рыцарь перекатился в сторону, еда успев увернуться от когтей устрашающей длины. Последовала серия похожих ударов, не находивших цели лишь из-за ярости хищника, рассчитывавшего, что противник не настолько ловок. В первый же миг, когда тролль замешкался, паладин перешел в нападение, словно зеркально возвращая хищнику его шквал ударов. Клинок с воодушевляющим чмоком вошел в конечность тролля, прорубая насквозь мышцы и кости. Рука в соответствии со всеми мировыми законами бухнулась на землю. И, замерев на пару секунд, словно не сразу поняв, что потеряла что-то очень большое, зеленое и дурно пахнущее, подтягиваясь на когтях, поползла в сторону Джейвена. Паладин почувствовал себя обманутым. Нежить, проделывающая подобные трюки, могла оправдаться тем, что ее существование изначально противоречило всем принципам, по которым существуют живые существа. Но любая лишенная мозга и сердца часть живого существа должна была лежать смирно, медленно разлагаясь! Тролль оглядел обрубок правой лапы и немигающе уставился на рыцаря. Длинный нос подергивался, словно чудище хотело расплакаться. Похоже результат не понравился им обоим, но сочувствовать противнику Джейвена не тянуло. Откуда-то из-за спины тролля раздался болезненный рев. И чудище совершенно неожиданно потеряло всякий интерес к паладину и поспешило на зов соплеменника. Гадать о причинах, теряя шанс окончить эту стычку быстро, Джейвен не стал. "Сам ведь подставляется", - заранее утешил он свое будущее чувство вины. - Извини, бой по-честному - для своих... Он бил в позвоночник - сил пробить его насквозь должно было хватить, а чудище, если не умерло бы сразу, должно было потерять способность двигаться. Но тролль медленно развернулся. Его желтые чуть светящиеся глаза смотрели обиженно. Широкая сквозная рана в груди пузырилась кровью. Паладин в замешательстве сделал шаг назад. В его лодыжку вцепилась отрубленная рука. А вторая отвесила оплеуху достойную любого разгневанного ребенком родителя. Только приложившись затылком о землю второй раз Джейвен наконец вспомнил, что врожденная регенерация не позволит сильно покалечить тролля, а убить его можно только, если прижечь раны - кислотой или огнем. И пока охотник наклонялся и с деловитым видом прилаживал на место потерянную конечность, рыцарь нащупывал в сумке специально купленную для этой охоты склянку с кислотой. Чудище довольно хакнуло, вернув себе целостность, и, судя по сведенным вместе бровям, решило покончить с обидчиком раз и навсегда. Когда его сгребли за грудки и подтянули к самой отвратительной пародии на человеческое лицо, какую он в этой жизни видел, Джейвен криво оскалился и запихнул бутылек в быстро зарастающую рану тролля. Он не испытывал и йоты радости, когда охотник выпустил его из объятий. Жидкость шипела, сначала приглушенно, но с каждым мигом сильнее, пока тролль не заглушил этот звук, испустив последний в жизни крик. Судорожно бьющееся тело притягивало взгляд, завораживая сокращениями мышц, обнаженными в гримасе боли клыками, процарапываемыми в снежной грязи дорожками... - Да примут твою душу боги, - искренне пожелал паладин напоследок и вздохнул - не тот бой о котором можно слагать легенды и даже просто гордиться. Саднило спину, плечи болели, в глазах до сих пор летали мошки от пропущенного удара, а между ребер поселился неприятный тянущий комок. И его причиной были не тролли. Казалось бы, математика простая - чудищ двое, их четверо, но парочка не-людей решила не разделяться и отправилась на помощь командирше. И это было ожидаемо, но все равно уязвляло. Естественно, он справился один. Но разве они не одну сейчас цель преследуют и не должны действовать сообща? "Просто признай, тебе не хватает Рутрана. Рошельта. Даже Аэньи. Хоть кого-нибудь, кто прикрывал бы спину! ...но больше всего Рутрана." Эвелин яростно и остервенело пыталась оттереть меч от крови, хотя ее целиком нужно было засунуть в чан с горячей водой и оставить отмокать. Вероятно, она даже не была бы против. Мало кому захотелось бы ходить с ног до головы забрызганной болотной грязью, снегом и кровью. Эльфийка стояла над обрубками второго тролля и точечно поливала их кислотой и алхимическим огнем, пока они не прекратили пытаться срастись. Дворф стоял рядом, подстраховывая. Все живы и никто не ранен. Воительница вернула меч в ножны и вытерла пот со лба грязной ладонью, оставив на нем еще больше разводов, чем было. - Второй мертв? - спросила она отрывисто, заметив паладина. - Мертвее лича с разбитой филактерией. - Уффф, я сейчас в обморок упаду! - Окончившая свое занятие жрица закрыла нос полой плаща, - тролли выпускают феромоны перед... спариванием. Запах отпугивает всех, кроме самих троллей. - Так эт мы им чо, романтический момент испоганили? - удивился дворф. - А кто из них мальчик, кто девочка? - Самое время анатомию изучать! - отозвался Джейвен и кивнул на убитого Эвелин тролля. - Самки крупнее. - Ишь, самка... А если б твою возлюбленную так назвали? - Не нашлось самоубийц. "Не говоря, о том, что человеческие женщины несравнимо симпатичнее", - он неосознанно покосился на воительницу. - Ну, зато шмат сала будет, что надо, - заметил отходчивый дворф, почесав подбородок. - Тару кто-нибудь запас? Подводя итог, с поиском нужного ведьме для зелья они справились в рекордно короткие сроки, до темноты. Амонатор только начинал клониться к горизонту. И это было на руку, к темноте они вернутся в деревню и смогут отдохнуть. Завтрашний день обещал быть еще более кровавым и не менее насыщенным. Но сначала надо было добраться до тепла и уюта, пусть даже такого сомнительного, как заброшенный постоялый двор посреди топей.

***

Внутри их ждала темнота, холодный очаг и остывший котелок с выкипевшей похлебкой. Давтлин и Прицения испарились. Не было ни их личных вещей, ни товаров. Выглянув в окно, Джейвен убедился, что и телеги не было. Воительница устало потерла висок и озадаченно оглядела остальных. Не дождавшись от них никаких светлых идей, способных пролить свет на эту загадку, приказала эльфийке и дворфу разжигать огонь, греть воду и готовить ужин. Кивнув Джейвену следовать за собой, она подхватила сумку с собранными ингредиентами, но ступив за порог и сделав три шага, покачнулась и вцепилась свободной рукой в перила. Джейвен болезненно поморщился - вряд ли ей драка с троллями далась легче, чем ему самому - и забрал у женщины ношу, получив к ней в довесок благодарно-виноватую улыбку. Усталость убивала любое желание разговаривать, и путь до ведьминой лачуги они проделали молча. Джейвена насторожила тьма в окнах, еще меньше ему понравилась тишина в ответ на зов Эвелин. Паладин постучал и, сосчитав до пяти, решительно толкнул входную дверь. Две тусклые свечки почти не освещали пристанище ведьмы, даже добавляя черноты длинными тенями. Но их все-таки хватало, чтобы рассмотреть обстановку. Казалось, почти все свободное место занимал закоптелый котел. Многочисленные, грубо сделанные полки вдоль стен были заставлены бутылками, флакона, банками с загадочными жидкостями, странными инструментами и плошками с ингредиентами - растолченными в порошок или наоборот загустело-студенистыми. С потолка свисали пучки травы и связки грибов. В кладовке иного алхимика было больше пространства. На полу стопками лежали книги. Джейвен осторожно открыл одну из них и почувствовал, как желудок сжимается, а тело начинает трясти озноб, при том что в самих рисунках и диаграммах на открытом развороте не было ничего особенного. Он захлопнул фолиант, подняв небольшое облачко пыли, и отвернулся. Эвелин изучала верстак, бурый от засохших пятен крови. - Я думаю, нам надо... надо уходить, - она посмотрела на него явно напуганная. Джейвен кивнул и сделал шаг к двери. Которая, неожиданно распахнулась, явив их взглядам Андру. Ведьма медленно скрестила руки на груди. - Вот вы где. Ищу, значит, ингредиент для зелья, а вы шаритесь в моих личных вещах. Нельзя врываться в чужой дом, когда хозяев там нет. Боюсь, герои, вы злоупотребляете моим гостеприимством. Если раньше Андра была просто язвительной и саркастичной, сейчас она была просто разгневанной. Голос Эвелин напряженно вибрировал: - Прошу прощения. Мы просто искали вас, чтобы отдать компоненты для зелья. - Тогда давайте их сюда и выметайтесь! Йенрри оповестит, когда зелье будет готово. Джейвен почти уронил сумку на пол и, не глядя на злобную каргу, промаршировал на улицу. "Твое счастье, что только ты можешь с паутиной помочь..." Из жилых домов на улицу падали слабые лучики свечей, доносились запахи готовящейся еды, слегка добавляя спокойствия. Деревня не вымерла внезапно, просто готовилась ко сну, а на постоялом дворе прибавилось народа. Ведьмин прислужник таскал внутрь ведра со снегом, составляя их рядом с разожженным камином. Вместо испорченного котелка над огнем висел их собственный, походный. Жрица раскладывала на ближайшем к очагу столе припасы. Джейвен закатил глаза и постарался смириться с мыслью, что спать придется голодным - стряпня эльфийки была утонченной и оставляла желать чего-то более простого и сытного. Дворф подкидывал в очаг дрова, надеясь разогреть остывший за день дом. Мельком глянув на несущего четвертое ведро полурослика, он сказал ему, что этого будет достаточно. И Йеннри послушно поставил ношу и приподнялся на цыпочки, любопытствуя, что эльфийка собирается делать со своими травами. Джейвен прищурился и подгадав, момент, когда полурослик меньше всего ожидает допроса, поинтересовался: - Скажи, Йенрри, а что за кровь у Андры на верстаке? "Ученик" ведьмы ожидаемо подпрыгнул от неожиданности и обернулся с выпученными глазами. - К-кровь на верстаке? - он сжался в комочек, втянув шею, и попятился. - Так... так, это же я кролика для нее разделывал, для супа! И за-забыл прибраться. Андра... будет в ярости. - А книги? - продолжил Джейвен, чувствуя, что "союзники" глазеют сейчас именно на него. - Л-личная би-б-лиотека? Не знаю, Андра запрещает мне к ним даже прикасаться, - пролепетал он, изо всех сил стараясь выглядеть еще меньше. - А торговцы куда делись? - уголки его губ оттягивала злая улыбка. Но на мордахе полурослика появилось явное облегчение, он заметно расслабился. - Так, Эдди им починил телегу. Можете у него сами спросить. И они уехали. Быстренько собрались, просили передавать вам привет и отчалили... Объяснения звучали правдоподобно, логично, но Джейвен чувствовал неясную фальшь. - И ты точно ничего не скрываешь? - С чего бы? Разве я в чем-то соврал хоть раз? - Захлопал белесыми ресницами Йеннри. - Ты сильно нервничаешь, - тихо пояснила Эвелин. - Ты боишься кого-то? Андры? "Слава Хельму, не мне одному показалось!" Полурослик застыл, вытаращив глаза. А потом перевел взгляд. На Джейвена. Паладин хмыкнул, и скрестил руки на груди - взгляды жрицы и вора стали обвиняющими. Эта парочка вообще почти на все реагировала одинаково, словно не отличалась друг от друга как день и ночь. - Йеннри, мы - никто из нас - не причинит тебе вреда, - ласково произнесла эльфийка, прижимая руку груди, словно извинялась за грубого и жестокого - с ее точки зрения - паладина. - И если тебе есть что рассказать - мы тебе поможем. - Да ничего я не скрываю, - он сглотнул комок в горле и закончил, - все, правда, в порядке. Я... я могу идти? Получив кивок эльфийки, полурослик поспешно убрался с глаз, обходя паладина по дуге и периодически оглядываясь, не преследуют ли его. Джейвен скрипнул зубами и полоснул взглядом по жрице. Чего можно добиться лаской, когда в глаза врут не стесняясь? А Йеннри врал, не с бегающими глазками и руками, которые не могут найти места, говорить правду. И если от самого ученика и не пахло Злом, то от его наставницы им несло как от выгребной ямы. То, что он разглядел в том гримуаре, не могло быть ничем иным кроме "поваренной книги" Гонадора, бога слизи, аспекта князя демонов Джуиблекса. Едва ли даже библиотека Кэндлкипа могла похвастаться наличием сборника рецептов самых смертельно-опасных ядов, какие можно изготовить на Фаэруне. - Привычки не умирают, да? Чего было пареньку допрос с пристрастием устраивать? - раздраженно спросил дворф, только дверь за Йеннри захлопнулась. - Все непонятки просто объясняются. Нет, надо ж себя накрутить... - Я всю жизнь борюсь с демонами, - процедил Джейвен. - Я просто знаю, что он вре.. - Что ты там знать можешь? - С кривой улыбкой оборвал его дворф и кивнул на Эвелин, - с Пылающей Зарей, ты тож типа знал, но облажался по полной! По-царски, я б сказал. Воительница стояла с приоткрытым ртом, эльфийка делала вид, что на столе перед ней разыгрывается интереснейшее театральное представление. - Вам это еще доказывать и доказывать, - рявкнул паладин, побагровев. Оставаться в этом обществе становилось неимоверно тягостно, и он решил избавить себя от этой необходимости хотя бы на остаток этого дня. За его спиной еще раздавался голос усталый Эвелин: - Ларетар, хватит! - Да глаза-то разуй, наконец! Чтоб я этому фанатику поверил... Джейвен с грохотом закрыл за собой дверь на второй этаж и втянул воздух сквозь зубы. Невыносимо! Он вернулся к себе комнату, ополоснул лицо холодной водой. И, сбросив латы, сапоги и поддоспешник, упал на узкую и слишком короткую лежанку. Спину покалывало шерстяное одеяло, а остывший, непрогретый воздух холодил грудь под тонкой рубашкой. Никогда его чутье не подводило. Господь избрал его бороться с демонической опасностью и даровал способность видеть, чувствовать, слышать, осязать Зло. Не все и не всегда. Но когда он ощущал присутствие демонов, значит, они действительно были рядом! Джейвен открыл глаза, пораженный внезапной догадкой. После того, как отряд разделился, близость скверны ослабла, став едва заметной. Словно сильную вонь прогнало сквозняком чистого воздуха. Значит, кто-то из оставшихся членов Зари, действительно, был связан с демонами. Очевидно, это была не воительница. Может, Брин? Рядом с ней его дергало за нервы еще в доме собраний. Что знакомое в ней было, хотя паладин и не мог понять причин. Он никогда не встречал эту полурослицу раньше. Или, дворфийка, Джархильд. Или, дело было совершенно не в них - в темном эльфе, брате Тассилиса? Братская любовь, само понятие любви, неизвестны дроу, но кто может знать точно? Вся их злокозненная раса мастера обмана и интриг и доверия совершенно недостойна. Возможно, этими размышлениями стоило бы поделиться с Эвелин, но статус кво их отношений не предполагал такого уровня доверия. Вряд ли она сможет правильно оценить признание, что сама она может с демонами и не связана, но один или несколько ее друзей совершенно точно служит Белафоссу. Он тяжело вздохнул, разглядывая отблескивающее золотом с перчатки Око Хельма. Разбаловало его все-таки возвращение Хельма, раньше он и надеяться бы не посмел на прямую подсказку как поступить. Справлялся же раньше сам. Нужно было попытаться заснуть.