Безмолвие

Увертю́ра (фр. ouverture от лат. apertura «открытие; начало») — инструментальное вступление к театральному спектаклю, чаще музыкальному (опере, балету, оперетте), но иногда и к драматическому, а также к вокально-инструментальным произведениям — кантатам и ораториям или к инструментальным пьесам сюитного типа. Начиная с XX века такого рода музыкальные вступления нередко предваряют и кинофильмы

***

       Долли разбудил телефонный звонок, едва на часах пробило семь. Сонная, ужасно вымотанная и недовольная, она подняла трубку и, прикрыв глаза, хлопнула по руке, показывая тем самым, что слушает. Формальный жест, заменивший девушке привычное другим людям «алло».        — Долли! — прозвучал взволнованный, но такой родной голос приятельницы. — Мне очень-очень-очень нужна твоя помощь. Не представляешь, в какой я беде. И ты обязана мне помочь, возражения не принимаются. Если откажешь, твоя подруга умрёт! Я знаю, что сейчас ты кипишь от возмущения, но мне правда больше не к кому обратиться. Я сегодня кафе открываю, ну как, вернее, должна была открывать. Но у меня возник форс-мажор: Лили рожает, а рейс её мужа задерживается! Я Смиту позвонила, а он мне: «Ничего не знаю, кафе должно быть открыто, иначе можешь прощаться с работой». Мудак, — на этом Долли фыркнула, показывая, что полностью с подругой согласна. — Так вот, выручишь? Ай, точно, прости, забыла. Открыть кафе надо и до двух поработать — в два меня Рэйчел сменяет. Я знаю, что ты вообще с вечера работаешь, но пожалуйста. Все чаевые себе забрать можешь.        Долли кивнула, понимая, что подруга этого жеста всё равно не увидит, однако интуитивно почувствует. Всё же Брайт была девушкой безотказной, говорила «нет» лишь в редких, исключительных случаях, чем её подруга — двадцатилетняя Моргана Уайт — нередко пользовалась.        — Ты лучшая! — напоследок выкрикивает Моргана, прежде чем повесить трубку. Долли вздыхает, проводит пальцами по запутанным волосам и ещё некоторое время просто лежит в кровати, не решаясь вставать.        Однако время, стремительно приближающееся к восьми, всё же заставляет Долли подняться и пойти в ванную: умыться, почистить зубы и затянуть волосы в неаккуратный пучок, накрасить ресницы и губы, замазать синяки под глазами. Одежда на работу предусмотрительно поглажена ещё со вчерашнего дня, так что с этим тоже никаких проблем не возникает. Собирается Долли за двадцать минут, и ровно в семь тридцать спускается вниз в гостиную.        — Долли? — удивляется мать, что сидела на кухне рядом с младшим братом девушки, который неспешно ел кашу, и пила свой кофе. — Не ожидала, что летом тебя можно поднять раньше обеда. Моргана позвала гулять?        — Я на работу, — девушка развернулась к матери, чтобы та видела её руки, и быстрыми, отточёнными жестами ответила.        — Долли! — воскликнула та, словно дочь сделала нечто ужасное. — Мы ведь договаривались, что ты не будешь использовать это, — мать замахала руками, подобно умалишённой, — при младшем брате.        — Ты сама спросила! — громко топнув ногой, возмутилась Долли, но стушевалась, увидев злобный взгляд матери.        — Долли, вот ты снова! Мы ведь договаривались, что ты печатаешь на телефоне или пишешь в блокноте, пожалуйста… Не делай из своего брата «ненормального», — женщина отставила кружку и, увидев, что Питер доел, мягко сказала ему: — Сынок, иди поиграй в гостиную, сейчас мамочка проводит Долли и обязательно придёт, хорошо? — Питер кивнул, поднялся из-за стола и убежал в нужную комнату.        — Прости, я забываю, что…        — Не надо этого, Долли! — вскинула руки женщина, слегка повысив голос. — Чёрт, я знаю, что ты ничего не можешь поделать, заговорить ты тоже уже никогда не сможешь, да я и не требую! Просто… Чёрт, Питер всё чаще машет руками, думая, что разговаривает с нами, и ещё обижается, когда мы просим его перестать. Говорит, что Долли мы отвечаем, а его ругаем.        — Он просто не знает языка жестов, — запротивилась девушка. — Вместо того, чтобы ругать его, могла бы записать на курсы для глухонемых детей. Да даже на те, на которые вместе со мной ходила.        — Но Питер не ущербный! — женщина сказала это, не подумав. Увидев, как опустились глаза дочери, она мгновенно спохватилась, но было уже поздно. Долли натянуто улыбнулась, и, опустив голову, быстро показала:        — Я на работу, удачи вам, мам. Буду поздно, — после чего резко развернулась и постаралась побыстрее покинуть эту квартиру. Слова матери до сих пор отбивались в голове: «Питер не ущербный».        «Я тоже!» — хотелось закричать девочке, которую природа наградила немотой. С раннего детства ей уделяли внимания куда меньше, чем сейчас уделяется её брату. Долли никогда не думала, что это с ней что-то не так, просто считала, что родители слишком заняты, чтобы проводить с ней время. Хотя они и записались на курсы, — которые посещала и сама девочка — чтобы выучить язык жестов и разговаривать с ребёнком, общения как такового было мало.        Но с появлением Питера жесты превратились в табу. Родители перестали использовать их вообще, аргументируя это тем, что Долли неглухая и прекрасно слышит и понимает их речь. Конечно, это ранило первое время, но потом мисс Брайт смирилась и стала относиться к этому спокойно. Как к данности.        Но всё же слышать, как собственная мать называет её ущербной, было слишком больно. Выбежав на улицу, девочка поспешила в кофейню, стараясь сдерживать слёзы. Сигнал о новом сообщении прозвучал, когда девушка была уже на полпути к «Мелодии». Разблокировав телефон, Долли остановилась, чтобы прочесть сообщение от подруги.

От кого: Фея* Кому: Овечке* Совсем забыла сказать, чтобы ты не волновалась по поводу обслуживание. Сегодня со мной на смене должен новичок наш быть, его вроде Питер зовут но ты лучше никак не называй а то вдруг я ошибаюсь. Мы с Лили уже в больнице, у неё схватки участились, я даже не могу разобраться как это всё работает. Надеюсь, уже сегодня стану крёстной и любимой тётушкой нашей Лили-младшей. Мне не сказали, как ребёнка назовут, если девочка, а я чувствую, что девочка будет… Ты кофейню уже открыда?

От кого: Овечка Кому: Фее       Чувствует она, ну конечно. Хорошо что со мной кто-то будет… Надеюсь этого парня о моей особенности предупредили. Если и он будет как на зверушку смотреть — не выдержу. Да и хорошо это, что не мне обслуживать… Всё же вряд ли кому-то понравится моё молчание, я ведь даже гостю не смогу объяснить, из чего то или иное блюдо. И я ещё не открыла, ещё двадцать минут есть успеется

От кого: Фея Кому: Овечке

Я не видела этого парня, но думаю вы разберётесь. Ладно, надеюсь, что проблем не будет. Необходимо все машины включить, достать топпинги, а ещё выставить булочки на прилавок. Разберёшься?

От кого: Овечка Кому: Фее       Выставить булочки? Ты хочешь сказать, что Эрик уже открыл кофейню и успел их испечь? Тогда зачем там мое присутствие? Если ты не знала, то мои выступления оплачиваются только с семи, это в контракте было…

От кого: Фея Кому: Овечке Эрик самый странный повар, ты с коллективом почти не контактируешь, так что неудивительно что не знаешь. Он где-то в 6 или в 7 приходиь, печёт несколько партий печений, делает сэндвичи, а после уходит и приходит около восьми тридцати. Повар он хороший, так что Смит на эти вольности глаза закрывает

От кого: Овечка Кому: Фее       Ладно, я подошла. С тебя пакет гранатового сока и зарплата за этот день. Я всё ещё коплю на колледж.        Заблокировав телефон, Брайт продолжила путь и через несколько минут оказалась перед стеклянными дверями кофейни «Мелодия». Ключи от заведения у неё были, поскольку вечерами ей не раз приходилось закрывать заведение, но вот открывать — до этих пор — не доводилось. Рядом никого не было, и Долли рассудила, что тот самый парень, устроившийся к ним на подработку, подойдёт позже.        Долли быстро приготовила заведение: включила все машины, протёрла все столы и выставила все подготовленные блюда. После этого девушка села за пианино и начала разминать пальцы, играя незатейливую мелодию.        Но, когда в 8:10 никто так и не подошёл, Долли стало не по себе. На горизонте не было ни Эрика, ни того самого Питера. А когда дверной колокольчик оповестил о прибытии первого клиента, ей стало по-настоящему страшно. Официанткой, и уж тем более бариста, Брайт никогда не была. Она не знала меню, не умела готовить кофе ни одного вида. Что делать, девушка не знала, а мужчина в солидном костюме уже прошёл на кассу.        — Доброе утро, — сказал он, слегка нахмурив брови, — вы открыты? — Долли смущённо кивнула и, встав из-за пианино, прошла к прилавку. В кармане у девушки находился телефон и блокнот — вечный спутник девушки — уже с ног до готовы исписанный различными короткими фразами. Быстро пролистав его, Долли нашла страницу, на которой размашистым почерком была выведена фраза:        «Добрый день, что будете заказывать?»        И, увидев удивлённый взгляд посетителя, девушка поспешила перевернуть страницу и показать уже другую надпись.        «Прошу прощения за такую неожиданную манеру общения. Я немая, надеюсь, вас это не смущает».        — Эм, конечно, — слегка замялся мужчина, — будьте добры, двойной американо с двумя пакетиками сахара. Я спешу.        Долли кивнула. Приготовить американо она могла: включить кофе машину, дождаться, пока она всё сделает, а после отдать мужчине его напиток. Всё казалось просто. Кофе налилось быстро. Отдав мужчине заказ и забрав у него деньги, Долли тяжело выдохнула, пытаясь успокоиться.        Сердце билось слишком сильно, руки немного дрожали, а в голове пульсировала мысль о том, что ей сейчас сказочно повезло. Если бы мужчина захотел латте, глясе или что-то ещё более сложное, заказ девушка бы уже не выполнила. Достав телефон, Долли быстро зашла в переписку с подругой. От кого: Овечка Кому: Фее ТВОЕГО НАПАРНИКА НЕТ!!! Ко мне только что подошел мужчина и заказал американо, я сделала заказ, всё же налить кофе смогла. Но что если следующий захочет глясе, латте, капучино?! Ты решила сделать всё, чтобы нас обеих уволили?! МНЕ НУЖНА РАБОТА, МОРГАНА! МНЕ НУЖНЫ ДЕНЬГИ!!!!!!! Клянусь я больше никогда и ни за что не буду помогать тебе! Всё!!! Баста! Довольно! Я устала, а что есл        Допечатать девушка не успела: она нажала «отправить», услышав, как колокольчик вновь оповестил о приходе какого-то посетителя. Девушка вымученно улыбнулась и увидела перед собой молодого паренька, который слегка смущённо смотрел на неё, изредка отводя глаза.        — Доброе утро, — произнёс парень, — ты Моргана, верно? Меня предупреждали, что я сегодня работаю в паре с тобой, прости, что опоздал. Знаю, мне говорили, что мистер Смит терпеть не может непунктуальных сотрудников и всё такое, но я просто… Чёрт, стыдно признаваться, но я просто играл до поздней ночи в видео игры, а когда проснулся, то понял, что опаздываю. Мой дом не так уж и далеко, однако… Ой, точно, я, наверное, много болтаю. Мне постоянно говорят, что я не могу держать язык за зубами, ну, знаешь, вроде бы хочу сказать мало, а получается…        — Я не Моргана, — Долли показала это быстрее, чем успела подумать, что этот самый вроде бы Питер языка жестов не знает. Смутившись под его удивлённым взглядом, девушка достала из кармана ручку и написала то же самое на бумаге, после чего показала парню.        — А ты… ну… глухая? — внезапно спросил он, и Долли посмотрела на него, как на умалишённого.        — Ты дурак? — написала она на листке, после чего парень, сам поняв, что сказал, резко начал извиняться.        — Прости, конечно, нет, ты, это, ведь, ну… Я хочу сказать, что, да, наверное, конечно, ты не глухая, ведь ты услышала, что я назвал тебя Морганой, однако ты могла ведь и понять, что ты заменяешь Моргану и я подумаю, что ты Моргана. Ну, да… Да, просто… Ну, я… Я Питер, кстати, — спохватился парень, — устроился на подработку, в начале лета не получилось, вот я и…        — 10 июня — не начало лета? — девушка достала телефон и, открыв заметки, начала печатать на них, чтобы общаться с парнем. — Я, кстати, Долли. Слышал же, что «Мелодия» — музыкальное кафе? Вот я и есть та самая музыкальная часть, играю на пианино и изредка на скрипке. И я не глухая, а немая. У меня нет связок, так что «помычать» тоже не проси, не выйдет.        — Нет связок? — удивился парень. — Ты руками не просто так махала, да? Это язык жестов был? — Долли кивнула ему. — Вау, это необычно, что ли? Я уже работал, если что, так что меня не надо обучать основам и всё такое, если ты не против, то я за кассу встану и буду обслуживать людей, всё же ты…        — Не бариста и не официантка, — подсказала ему Долли, показывая очередную заметку. Парень вновь смущённо кивнул, Долли это рассмешило. С коллективом девушка из-за своей особенности почти не общалась, всё время смущаясь своего дефекта. В больших компаниях редко ждали, когда она что-то напечатает, так что друзей среди коллег, кроме Морганы, с которой девушка познакомилась ещё будучи ученицей начальной школы, не было. Хотя исправить это хотелось. — Ты не против немного о себе рассказать? — набравшись смелости, Долли показала это сообщение Питеру.        — Рассказать? — удивился он. — Хм, даже и не знаю, с чего начать. Ну, как ты уже узнала, я Питер, Питер Бенджамин Паркер, мне семнадцать, я учусь в Мидтаунской школе науки и технологии, а пошел работать сюда, поскольку кофейня недалеко от дома, а мне в следующем году поступать в колледж, вот я и решил слегка подсобрать денег. А ты? Ну, если тебе, конечно, удобно печатать всё это, не подумал… Чёрт, я ведь не смущаю тебя, разговаривая всё время? Я ведь уже говорил, что у меня язык без костей, и я вот… Ну, часто говорю, иной раз смолчать бы, а я все говорю и говорю, вгоняя и себя, и окружающих людей в такое смущающее положение. Ну, то есть… Вот, я и сейчас.        — Всё в порядке, — заверила его девушка. — И мне не придётся печатать, если тебя это волнует. На случай новых знакомств у меня есть целая страничка в блокноте, открой, — девушка протянула ему тот самый блокнот, и Питер, замявшись, взял его и открыл на первой странице.        — Так Долли — это не прозвище? — удивился парень. — Я думал, из-за светлых кудряшек тебя так прозвали, ну, как ту овечку, — девушка обижено топнула ногой. — Прости-прости, не подумал, — Питер медленно продолжал читать информацию, коей оказалась не так и много. — Мне казалось, ты младше… — оглядев девушку, которая едва доставала парню до шеи, признался Питер, — года так на два, не ожидал, что мы ровесники. А про музыкальный колледж я догадался, тоже на учёбу решила подкопить? — девушка ему кивнула. На этом информация закончилась. Несколько строчек, которые, в общем счёте, ничего не давали.       Питер сел на стул, стоящий недалеко от кофемашин, а Долли, пожав плечами, пошла за фортепиано, чтобы немного поиграть, ведь сидеть без дела не хотелось, ровно как и идти домой. Музыка успокаивала, дарила чувство умиротворения, хотя без нот всё же было тяжко: да, Долли знала несколько наиболее популярных композиций наизусть, но свой основной репертуар она всегда играла, используя ноты.        Лёгкая и печальная мелодия наполнила кафе. Изредка в него заходили люди, которых Питер обслуживал. Долли прислушивалась к его голосу, казавшемуся удивительно мягким и нежным, краем глаза наблюдала за тем, как краснеет парень, объясняя, что сэндвича с красной рыбой нет в наличии.        — Ты красиво играешь.       Долли играла без перерыва уже полчаса, и потому, когда к ней со спины подошёл парень, девушка вздрогнула.        — Напугал, — развернувшись, показала девушка, и Питер, казалось, этот жест понял.        — Прости, не хотел. Просто ты уже давно сидишь, вот я и подумал, что ты бы не отказалась от стаканчика кофе… Просто… — Долли замахала руками, призывая парня помолчать.        — Спасибо, — сказала девушка, приложив руку, сомкнутую в кулак, сперва ко лбу, после чего к подбородку.        — Спасибо? — догадался парень, Долли кивнула. — К этому здесь все нормально относятся? — девушка достала телефон и, слегка подвинувшись на своей банкетке, похлопала рядом, приглашая парня сесть.        — Относятся нормально. Иной раз косые взгляды встречаю, но в основном от посетителей. Кто-то думает, что я ещё и глухая и допускает нелицеприятные высказывания, но таких обычно быстро остужают. Коллектив в «Мелодии» хороший, общительный, тебе понравится. Правда, я почти ни с кем не разговариваю, поскольку печатаю не так быстро и не всегда получается у людей дождаться моего ответа, чтобы на тему не перескочить. Но, когда с глазу на глаз общаюсь, ждут. Иной раз мне что-то рассказывают, слушатель я хороший, молчаливый, — на этой фразе Долли улыбнулась. — Я всё же не официантка и не бариста, так что контактировать с посетителями мне необходимости нет. Хотя сегодня пришлось, было так неловко.        — А язык жестов кто-нибудь знает?        — Моргана, которая должна была работать с тобой. Она часто в утренние смены работает. Утром народу мало, особенно летом. Школьников нет, а офисные планктоны ближе к двум собираются. Сам видишь, что почти никто не зашёл. Вечером здесь ажиотаж обычно. Тебя, как с испытательного срока снимут, будут в вечерние смены ставить, потому что вдвоём обычно Виктории и Джеймсу трудно справляться, — усмехнулась Долли, вспоминая уставших после ночных смен ребят. — А язык жестов Рик хорошо знает, это повар наш и бариста по совместительству. У него брат глухонемой. Я с ним редко пересекаюсь, всё же мои выступления не каждый день, он тоже в ночные смены работает, просто в другие дни.        — Людей много в коллективе? — воодушевился парень, поняв, что Долли не собирается его игнорировать.        — Не то чтобы, — призадумалась Долли. — Администратор мистер Смит, пять официантов-бариста, включая тебя, два повара Рик и Эрик, с Эриком даже познакомишься сегодня, он просто поздно приходит. Ещё две девочки полы моют посменно, и Оливер ещё есть, но он просто бариста. Из-за барной никогда не выходит, я с ним не общаюсь почти, так что и сказать ничего не могу.        — Мдааа, — прозвучал звонкий голос входящего внутрь человека, — не густо тут у вас… — подростки обернулись, Питер уже подскочил, чтобы подбежать к кассе, но девушка остановила его. — Утра, Морга… Долли? — оборвался он на полуслове, завидев светлые кудряшки девушки. — Дай угадаю, Моргана попросила заменить? — Долли обречённо кивнула. — Не удивлён, не удивлён, — цыкнул парень. — А это?..        — Я Питер! — мгновенно отозвался парень, подскакивая с банкетки. — Новый официант-бариста, с сегодняшнего дня на испытательном сроке. А вы мистер Рик, верно?        — Ты, парень, — усмехнулся темноволосый парень и покачал головой, — и я Эрик. Мне всего двадцать шесть, я не настолько старый, чтобы ты «выкал» мне. Просто Эрик. Уже успел с Долли познакомиться? Она бывает молчаливая, но её молчание порой бывает громче слов некоторых людей, — иронично подметил Эрик, подмигивая девушке. Долли опустила голову и, быстро показав «придурок», развернулась, чтобы вновь приступить к игре.        Питер прошёл за кассу дожидаться посетителей. Эрик, в свою очередь, ушёл на кухню, начиная готовить недостающие сэндвичи.        До обеда смена проходила спокойно.