Фред Уизли и Испытание на Прочность

      — Фред, знаешь, ты придурок, — рассмеялся Джордж, когда шаги на лестнице окончательно стихли. Я хитро сверкнул глазами, с силой сжав его тонкие бёдра, отчего Джи-джи тут же умолк, поднимая на меня удивлённый взгляд. Я только насмешливо изогнул брови. — Хочешь меня? — любимый приподнялся на локтях, игриво сияя и медленно облизываясь. Он знал, что я с придыханием буду следить за этим жестом.       Вместо ответа я вжался крепко своим возбуждением в его пах, скрытый одеждой. Джорджи показательно простонал, стиснув мои волосы и упав обратно на спину, утянув меня за собой. Я грубо вцепился в его губы, тут же проталкиваясь языком в его рот, действуя активно и жёстко. Джи-джи это нравилось. Любимый прогнулся в спине и прижал бёдра к моим бокам, протиснув руки между нами и начав расстёгивать нервно мою рубашку, ногтями оставляя следы на коже. Я довольно промычал на эти прикосновения, потираясь своим пахом о его.       Комната уже стала ужасно душной. Казалось, яркий и плотный запах молока, смешанный с бергамотом, проник не только в лёгкие, но и в желудок. Казалось, именно наш аромат заставлял скручиваться возбуждение в узлы внизу живота, посылая под кожей горячий ток по сосудам. Сердце учащённо билось, стараясь не отставать от ритма желания, поселившемся в закромах сознания, запускающим сложные механизмы, пробивающим брешь в адекватном восприятии, опьяняющем… Нет, опьянял меня однозначно Джордж. Своим видом, своим голосом, своими жаркими прикосновениями.       — Да разденься ты уже! — я снял всё, кроме нижнего белья, которое гордо натянулось на моём вставшем члене. Зато любимый скинул только рубашку и заявлял, что ему не хочется подниматься. — Я тебя сейчас отшлёпаю, ленивая ты жопа! — я потянул со всей силы наверх его расстёгнутые штаны, отчего и таз Джи-джи поднялся.       — Ты ёбаная свинья! — заверещал не своим голосом маленький ёжик, резко отпихнув меня от себя и сев, сжав ладони на паху. Я удивлённо приземлился на задницу, хлопая непонимающе ресницами. Что не так-то? — Блять, я тебя ненавижу! — братец вскинул голову. Всё его лицо покраснело, а дыхание стало ещё более сбивчивым.       — Чё случилось-то? — спросил я, встав на колени.       — Чё случилось?! «Чё случилось» — ты смеешь у меня спрашивать?! — заорал Джордж ещё громче, задыхаясь. Его голос стал неестественно высоким. — Ты меня чуть яиц не лишил, придурок!       — Они тебе всё равно не нужны, — я легкомысленно усмехнулся, что ещё больше разозлило маленького ёжика. Он резко бросился на меня, уронив на спину и гневно вцепившись в мои плечи ногтями, прожигая взглядом. Его волосы взъерошились и прилипли от пота к вискам и лбу. Если честно, я обосрался. У меня яйца от страха поджались.       — Давай проверим это по поводу тебя, гнусная свинья! Давай я тебе жопу порву лучше! — я не смог сдержаться и заржал в голос, скидываю любимого на кровать и переворачиваясь на живот. Я уткнулся лицом в одеяло, начав даже икать. Вся эта ситуация слишком забавная, особенно его слова. — Ты охуел?! — заверещал Джордж и вдруг кинул свою тушку на мою задницу. Я протяжно вздохнул, но смеяться не перестал. Меня почему-то совершенно не напрягало, что я ощущаю столь интимным местом его стояк. — Ты думаешь, я шучу?! — я всё не мог успокоиться, зато любимый был на грани истерики.       — Я не могу, — я задыхался и еле перевернулся на спину, изучая разъярённого маленького ёжика.       — Бесишь! — прошипел сквозь зубы братец и вдруг поднялся с кровати. Я только приподнялся и стал наконец успокаиваться. — Доржался, сука! — я испуганно вытаращил глаза, когда Джордж схватил с тумбы палочку. — <i>Петрификус Тоталус!       Меня откинуло назад, и я замер, не в силах пошевелиться. Я очень хотел сделать хоть какое-нибудь, ощущая, как нарастает внутри паника. Чёрт, что задумал этот идиот? Но самое ужасное — блять, член застыл по стойке смирно, и скоро он начнёт болеть. Как я обожаю этого гадёныша! Как только выберусь, то он на хуй не сядет у меня целую неделю.       — Ну, что, Фреди, гениально я придумал? — он противно усмехнулся и усадил меня, оперев о изножье. — Теперь я не услышу твой смех в неподходящей ситуации и тупые комментарии, — он снял с себя всю одежду и сел передо мной на колени, медленно проведя ладоню от колена до паха. Эти прикосновения отдалось стаей мурашек. Я так хотел шевельнуться, но не мог. — Знаешь, я хочу, чтобы ты запомнил этот урок надолго. Чтобы ты, сука, понял, что доводить меня нельзя, — наигранно нежно шептал Джорджи, приспустив мои трусы и обхватив член пальцами, медленно водя ими. Это было больно и крышесносно одновременно. Возбуждение не могло вырваться наружу, потому пиздецки давило своим грузом. Казалось, я так лопну скоро. — Знаешь, несмотря на то, что ты постоянно ведёшь себя, как свинья, я люблю тебя, — неожиданно ласково произнёс Джи-джи и чмокнул меня в щеку, потёршись о неё кончиком носа. — Я хочу сделать кое-что очень подлое, но весёлое. Ты ведь любишь такое, Фреди? — коснулся мягко моих губ, потом тут же посмотрев лукаво в мои глаза и облизнувшись. — Я знаю, что тебе понравится, — он хитро хмыкнул и отстранился.       Я понятия не имел, что в его башке творится. Только одно знал: мне конец. Я уже боялся до смерти его затеи.       — М, Фреди, ты готов? — хитро спросил Джордж и сел у моих икр, облокотившись сзади на ладонь и широко расставив ноги. Я ощущал кожей его горячее тело, начиная сходить с ума. Я, блять, убью его потом.       Он погладил свой член, затем опустился ниже, касаясь кончиками пальцев яичек, медленно скрывая за ладонью вход в своё мягкое нутро, которое уже стало влажным от смазки. Я напрягся, не сумев даже глаз закрыть, чтобы это не видеть. Если бы были другие обстоятельства, то я был бы за такое шоу, но не сейчас. Мне кажется, к концу представления я просто взорвусь.       Джордж засунул один палец, протяжно вздохнув. Он не отрывал откровенно возбуждающего взгляда от моего лица, отчего мне становилось только хуже. По комнате стало разноситься пошлое хлюпанье и его громкие выдохи, которые любимый старался не издавать.       — Тебе хорошо видно, дорогой? — хрипло спросил Джи-джи, облизнувшись и отстранив руку. Его дырочка стала немного шире и от единого частого пульса тела в быстром ритме то сокращалась, то расслаблялась. Я точно сдохну.       Он ввёл два пальца, громче вздохнув и запрокинув голову, однако тут же возвратив её в прежнее положение, раскрыв губы.       В лунном свете, проникающем сквозь чистое окно, он выглядел прекрасно, невинно горячим. Бледная кожа так и переливалась сотнями алмазов от выступивших капель пота. Джордж был прав. Если бы у него были сейчас длинные волосы, то я бы раньше сошёл с ума, их непоседливая рыжина всегда так прекрасно сочеталась с белым мягким телом и тусклыми веснушками. Также их было приятно сжимать, подчинять при помощи них.       — Фреди, о чём ты думаешь? — интимно прошептал Джордж, подобравшись ко мне, касаясь моего уха, щеки, губ своими губами. Он провёл кончиками пальцев по скуле, оставляя на ней смазку. Притягательный молочный аромат, смешанный с моим цитрусовым, теперь стали ещё более чёткими и вероломными. Я точно долго не протяну и просто помру от перевозбуждения. — Может, тебе плохо было видно, Фреди? — засосал в рот три пальца, а затем начал обводить их с блаженным видом языком, ещё больше сводя меня с ума. — Я думаю, так тебе тоже понравится, — любимый с громким чмоком отстранил ладонь и повернулся ко мне спиной, прогнувшись и сжав задницу. — Тебе нравится, Фреди?       Джордж отодвинул одну ягодицу, тремя пальцами второй руки растягивая медленно свою дырочку, сладостно постанывая. Его изящная спина с выдающимися косточками позвоночника и лопаток выглядела прекрасно. Её хотелось коснуться, её хотелось поцеловать, её хотелось укусить. Всего Джорджа хотелось сильно искусать в отместку, а потом долго зализывать эти следы, выслушивая его вздохи. Казалось, я уже успел умереть и переродиться, неотрывно смотря на то, как его пальцы погружаются во влажную от смазки глубину. Тело ещё прекрасно помнило эти ощущения…       Вдруг я ощутил, как нервно дернулся глаз. Всё тело прошила волна облегчения, отдаваясь ужасной болью. Я сжал пальцы на руках, почувствовав, как же затекло тело. Заклинание перестало действовать! Сука, он доигрался! Я резво поднялся на колени, игнорируя неприятные ощущения в каждой клетке.       — Фреди!.. — только успел пискнуть опасливо любимый, как я накрыл его своим телом, напирая. Джордж блаженно простонал, облокачиваясь на ладони спереди и утыкаясь задницей в мой пах. Я стиснул его плечо и удовлетворенно прижался к нему кончиком носа, вдыхая запах моего возбуждённого омеги. Я прикусил кожу, тут же её облизывая. Член был готов взорваться от желания, и я не стал боле томить.       — О, да, мне нравится, Джи-джи, — я хищно усмехнулся и резко вошёл в любимого, который отозвался податливым вскриком. — Мне блять, было видно прекрасно! Чувствуешь, насколько прекрасно? — я упёрся яйцами, сжимая его бедро одной рукой, а другой — накрывая влажную грудь, играясь с соском.       — О, да! — простонал мой маленький, закидывая мне на плечо голову. — Фред!       Я стал грубо трахать его, однако Джордж не имел ничего против, только с жадностью поддаваясь и не просто стеная, а крича. Я поднял выше ладонь, слегка сжав его горло, ни на секунду не переставая вколачиваться в мягкое нутро, так легко принимающее меня. Я кончил довольно быстро, потому что напряжение до этого долго копилось во мне. Любимый и вовсе сделал это без рук, потом сразу завалившись на бок с чересчур счастливым видом. Я лёг напротив, накрыв его горячую щеку ладонью и чмокнув нежно в губы.       — Ты был великолепен, — хрипло прошептал Джордж и переплёл наши пальцы.       — Я не знал, что ты умеешь быть таким… Блять, ты охуенен.       — Как информативно, — усмехнулся лениво любимый и приник ко мне, желая утонуть в моих объятиях, что я радостно предоставил ему, накрыв нас одеялом.       Самое лучшее нас ожидало утром, когда на нас за завтраком все неловко поглядывали, потому что мы забыли на комнату наложить чары. Особенно комичен был переживающий Билл:       — Джордж, ты как? Тебе не больно это самое?..       — Меня всё устраивает, — гордо возразил маленький ёжик и чмокнул меня в щеку.</i>       — Фред, блять! — мне резко прилетел подзатыльник, и я вздрогнул, выныривая из воспоминаний. Самые лучшие воспоминания. — О чём ты думаешь?! Меня сейчас твои феромоны изнасилуют без проникновения!       Я снова оказался в Хогвартс-экспрессе. Напротив сидел ржущий Ли и смущённая Алисия. Анджи и вовсе уткнулась в окно, сделав вид, что нас тут нет.       — Чё? — с запозданием спросил я и рассмеялся. Мне кажется, маленький ёжик сам прекрасно догадывался о предмете моих мыслей.       — Фред, ты меня удивляешь, — Джордж закатил глаза, а я непонимающе нахмурился. И чем же я его это удивляю? — В общем, прикол, Рон стал старостой.       — Я не понимаю, почему вы так не любите своих братьев, — Алисия обрадовалсь смене темы разговора.       — Чему ты удивляешься? — спросил я, перебив братца, из-за чего весёлая насмешка исчезла с его лица. Джонсон заинтересованно к нам повернулась.       — Тому, что тебя беспокоит только одна вещь. Ты постоянно думаешь об этом и не замечаешь, как начинаешь в облаках витать, — недовольно пробухтел Джи-джи.       — Вы о чём? — вмешался Ли, и я коварно улыбнулся. Братец начал переживать, что я могу выложить всё, как есть.       — Джордж теперь мастерски владеет Петрификус Тоталусом, — только усмехнулся я. — Я не могу не думать о тебе, малыш, — Алисия умильно улыбнулась, зато вот любимого это разозлило, и он достал палочку.       — Хотите я вам покажу? — братец смотрел на меня сердито исподлобья, уверенно сжимая рукоять.       — Зачем же? Ещё завидовать начнут, — отшутился я, аккуратно указательным пальцем отодвинув от себя наставленное оружие. Джонсон огорчённо плюхнулась на спинку. — Давайте лучше поговорим о делах насущных. Анджи, ты решила, что с дредами все будут думать, что ты похожа на Горгону и сразу полюбят тебя?       — Это брейды, — поправили меня одновременно Ли с Анджи, на что я хмыкнул, повернувшись к Джорджу, который убрал палочку, но был ещё немного не в духе.       — Да хоть как. Я вот теперь не понятно на кого похож, — пожаловался любимый, продемонстрировав короткую длину прядей. Я закатил глаза. Сколько уже можно? Отрастут когда-нибудь.       — Соболезную, — кивнул грустно Ли, тряхнув своими длинными дредами, которые собрал в хвост.       — Джордж, ты чего? Есть же заклинание для роста волос! — удивлённо воскликнула Алисия, и братец шокировано вытаращился на неё.       — Разве? — все мы одновременно выжидающе посмотрели на неё. Я ни разу о таком не слышал.       — Конечно! Моя мама им постоянно пользуется, — Спиннет гордо достала палочку, направив на Джорджа. — Крескопилос! — рыжие пряди начали довольно быстро расти и тут же немного завиваться на концах. Когда длина лохм маленького ёжика стала чуть ниже плеч, то Алисия остановила процесс. — Фените Инкантантем!       — Офигеть! — любимый начал беспрестанно трогать свои волосы и счастливо смеяться. Мне кажется, они вызывают больше эмоций у него, чем я. Тем более братец делал это на протяжении нескольких минут, точно не мог поверить. Анджи наблюдала за этим своим типичным взглядом «как всегда, придурки». Ли, я думаю, сидел и не понимал, почему раньше не узнал это заклинание.       — Прости, Фред, — вдруг обратилась ко мне Спиннет, и я удивлённо глянул на неё, вскинув вопросительно брови. — Просто ты грустным выглядишь.       — Здесь нет твоей вины, — я мотнул головой, пихнув в бок этого засранца. Джи-джи недовольно скосился на меня. — Я подумал тут. Ты мне больше нравишься с длинными волосами.       — Кто-то недавно утверждал… — маленький ёжик закатил глаза, прекратив обожествление Алисии.       — Не паясничай. Я про то, что их удобно сжимать… — пошло начал я шептать ему на ухо, как был остановлен: Джордж прижал к моим губам палец.       — Не здесь, — я широко залулыбался, а любимый хитро хмыкнул. — Смотри, не тресни от счастья.       — Давайте их здесь оставим, — предложила Джонсон, когда воздух пронзил свист, означающий приезд на станцию.       — Отличное предложение! Мы бы с удовольствием свалили бы домой! — усмехнулся весело я, поднимаясь и разминаясь после довольно долгой поездки.       Мы не стали толпиться со всеми: подождали несколько минут, пока Хогвартс-экспресс покинут самые нетерпеливые. Затем уже отправились на улицу, где поджидали кареты без крыши, ведь дождя не ожидалось. Первогодок, по традиции, отправили на лодках по реке.       Мы не хотели особо долго ждать, да и на улице не солнце, чтобы здесь прохлаждаться, потому всей компанией залезли к вечно одинокому Вайсу. Его змеюка не в счёт.       — Пиздец. Не успел дойти до комнаты, как я уже вижу их лица, — мученически простонал Итан, взглянув на нас. Он хотел спрыгнуть, но карета резко двинулась в путь. Потому ему осталось только забиться в угол в надежде, что мы его не тронем.       — Кстати, что вы делали все каникулы? — спросила Алисия, когда напряжённое молчание стало слишком уж затяжным. До того, как я успел что-то сморозить, за нас ответил Джордж.       — Мы не хотели ехать в этом году. Мы уже нашли идеальное место для магазинчика, но подумали, что реклама не помешает, — любимый хитро засиял.       — О! Этот год точно не будет скучным! — возрадовался Ли, и мы набили втроём пять друг другу. Итан только с ужасом наблюдал за всем этим.       — Будто в Хоге когда-то было скучно! — насмешливо фыркнул я.       — Кстати говоря о Хогвартсе, — вмешалась Анджелина и показала куда-то за наши спины. Мы обернулись, восхищённо раскрыв рты, хотя этот пейзаж видим далеко не в первый раз.       Над тёмными силуэтами деревьев возвышается замок с яркими глазами окон, высокими величественными башнями, а верхушка атсрономической и вовсе упиралась в небеса, растаяв в облаках. Малюсенькие точки звёзд отражались о черепицу, уступая по яркости месяцу, но и его иногда перекрывала перистая вата.       — И, вправду, красиво! Анджи, у тебя отличный взгляд! — восторженно воскликнула Алисия. — Так не хочется, чтобы Сами-Знаете-Кто нарушил это мирное небо, — грузно вздохнула девушка, и вся компания напряглась. Настала настоящая неловкость. Мы-то с Джи-джи знаем истинное положение…       — Не верь в эти детские сказки. Тебе уже семнадцать, — подал ворчливо голос Вайс, тут же отвернувшись. — Точнее не в сказки. А в бредни Поттера. Дамблдор просто ему верит, хотя не понимаю зачем. Он великий волшебник…       — Заткнись! — рявкнул я, на что Итан насмешливо хмыкнул.       — Он воскрес. И всем нам не поздоровится, если никто не будет верить, — поддержал меня братец, а обстановка в нашей карете стала ещё больше накаляться.       — Интересно, чьим словам я поверю? Взрослым в Министерстве или вам, двум гороховым шутам? — саркастично спросил Вайс и отвернулся, намекнув, что больше разговаривать с нами не намерен.       — А я верю им, — пожала плечами Анджи, и Ли задумчиво нахмурился: просто его отец всегда поддерживал Министерсво, ему и склонен верить сейчас. — Я знаю Поттера. Он бы не стал врать. Кстати, говоря о Поттере. В этом году я капитан нашей команды, поскольку Вуда нет. Придётся найти нового вратаря, и вы должны приходить на эти выборы, — мы с Джорджем закатили глаза. Вот делать нечего! Да и не помню, чтобы наше мнение хоть когда-то было авторитетным в команде. — Кстати, вы, если хотите, тоже можете приходить, — предложила она Спиннет и Джордану, у которого аж глаза зажглись.       — Наконец-то! А то скоро забуду, какого это комментировать, — усмехнулся Ли и откликнулся на спинку сидения, как вдруг карета остановилась, и друг протяжно вздохнул. — Чёрт, только нормально устроился! — мы лишь рассмеялись.       Большой зал уже был полон учениками, которые живо обсуждали всё подряд. Потолок предстал чистым звёздным небом, под которым парят сотни свечей, создавая особую атмосферу. Мы направились к своему факультету, попутно разглядывая стол преподавателей. Вайс сразу же отделился, уйдя на другой конец Гриффиндора.       — Как же здорово сюда вернуться! — пропел Джордж, глубоко вдохнув и приземляясь на скамью. Странно, что Хагрида не было, а также добавились две женщины. Одна из них какая-то странная и мелкая, вся в розовом, а от её лица так и блевать тянет.       — Кто-то недавно говорил, что планировал в этому году не учиться, — неожиданно раздался у меня над ухом ехидный голос Анджи, и я вздрогнул, вернувшись из мыслей. — Что у тебя с лицом?       — Ничего, — я пожал плечами, повернувшись к маленькому ёжику, который, судя по его хитрющей морде, сейчас что-нибудь великое выдаст.       — Придётся воздерживаться. Вот он заранее и переживает, — я закатил глаза, а Джи-джи игриво пихнул меня в бок.       — Боже, как я тебя понимаю! — воскликнул Ли и протянул мне ладонь для рукопожатия, но Алисия его одёрнула.       — Может, нам с Джорджем уйти и оставить вас в вашей компании одиноких альф? — недовольно произнесла Спиннет, а Джордан непонимающе уставился на него. Дальше у них произошёл целый диалог взглядами, пока я не прервал его:       — Чего это сразу одиноких? Клуб настоящих альфа-самцов! Только Анджи туда не входит, потому что она самка, да и пары у неё нет, — за эти слова мне прилетело сразу с обеих сторон, и я болезненно шикнул.       — Ты меня к животным не приравнивай по своему подобию, обезьяний самец.       — Эй, ты чего его бьёшь?! — за меня вступился Джордж, нависая над столом. Единственный плюс. Ли только ржал с этой ситуации, пока Алисия с содроганием следила за происходившим. — Я сам прекрасно могу это сделать!       — Джи-джи, что ж ты не рассказывал, что это так приятно, когда за тебя дерутся? — съехидничал я, пока Джордан начал уже задыхаться. Братец убийственно глянул на меня и хотел, наверно, уже вмазать. Однако не успел.       Запела Распределяющая шляпа, и весь зал вмиг замолк. В этом году она только почему-то начала осуждать основателей и предупреждать. Неужели, и эта рухлядь в курсе дел?       Когда песня кончилась, то зал взорвался аплодисментами и радостными вскриками, после которых наша добрая старушка Макгонагалл начала подзывать первокурсников для распределения. Если честно, мне было насрать на них, потому что есть хотелось смертельно после долгой дороги. Теперь даже Гриммо с тоской вспоминать станешь, ведь там в любой момент можно было что-нибудь да стырить для перекуса с кухни. Чёрт, в Хоге ведь трансгрессировать нельзя! А что будет, если перемещаться во время секса? Главное — сделать это в нужное место… Хотя здесь это теперь и не опробуешь.       — Нашим новичкам! — «блять!» — я вздрогнул от неожиданности, повернувшись к преподавательскому столу, где Дамблдор поднялся, размахивая руками и загадочно улыбаясь. Любимый хохотнул, прижавшись к моему боку. — добро пожаловать! Нашей старой гвардии — добро пожаловать в насиженные гнёзда! Придёт ещё время для речей, но сейчас время для другого. Уплетайте за обе щёки!       Шума особо не прибавилось, ведь все начали есть. Я только и рад был, что мой желудок признаки жизни не подал во время распределения. Уплетал я с космической скоростью, потому набил живот самым первым. Поскольку делать мне было нечего, я лёг на стол и стал пристально смотреть на маленького ёжика. Под таким взглядом Джордж подавился тыквенным пирогом, а Анджи на это рассмеялась, зато потом сама закашлялась. Карма.       — Не смотри на меня так, когда я ем! — пробурчал недовольно любимый, на что хитро сощурился, хмыкнув.       — Имею право на тебя смотреть, — я пожал плечами, и он всё же продолжил есть. Как вдруг я положил ладонь Джи-джи на бедро, легонько сжав.       — Придурки! — заржала Джонсон, когда Джордж подавился во второй раз и врезал мне.       — Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты, — с умным видом изрёк я, и теперь уже мы с Ли смеялись над укоризненным лицом Анджи.       — Фред, перестань издеваться. Это всё-таки первый день, — вдруг попросила несмело Алисия.       — Я не издеваюсь. Я дружески подшучиваю, — я усмехнулся, да и весь зал оживился уже.       — Смотри, как бы у тебя, что ещё по-дружески не вышло, — весело поговорила Джонсон, кивнув на маленького ёжика. Я ничего не понял, нахмурившись. В этом Ли меня поддержал, зато девчонки захихикали.       — Чего это они имеют в виду? — я склонился над ухом братца, который повернулся ко мне, широко улыбнувшись.       — Не собираюсь тебе говорить, — только я хотел возмутиться, как Дамблдор встал со своего места, призывая к тишине.       — Теперь, когда мы начали переваривать этот великолепный ужин, я, как обычно в начале учебного года, прошу вашего внимания к нескольким кратким сообщениям... — скучные и приевшиеся правила, на которые нам насрать.       Джордж всё-таки доел пирог и теперь тоже безынтересно уставился на преподавательский стол.       — У нас два изменения в преподавательском составе. Мы рады вновь приветствовать здесь профессора Граббли-Дёрг, которая будет вести занятия по уходу за магическими существами. Я также с удовольствием представляю вам профессора Амбридж, нашего нового преподавателя защиты от Тёмных искусств, — я удивлённо вскинул брови, когда розовая низенькая жаба поднялась. Это она у нас ЗОТИ вести будет? Я думал, она просто дверью ошиблась.       — Так вот, кто в список добавил эти никчёмные учебники, — изумилась Алисия, и мы все её поддержали ради приличия. Мы и не собирались их открывать. Хотя обложка мне совершенно не понравилась: картинки даже никакой нет — единый цвет и строгие буквы.       — Отбор в команды факультетов по квиддичу будет происходить… — уже не терпится наконец сыграть, а то на Гриммо такой возможности не было.       Вдруг эта жаба тактично кхекхекнула, и Дамблдор обернулся, прервавшись на полуслове. Она противная какая-то. Даже Перси лучше неё. Хотя нет. Они оба хороши по-своему.       — Благодарю вас, директор, — голос у неё писклявый и раздражающий, будто металлом по стеклу, — за добрые слова приветствия. Как приятно, доложу я вам, снова оказаться в Хогвартсе! — розовая малявка приторно улыбнулась. Кажется, у меня скулы свело. — И увидеть столько обращённых ко мне счастливых маленьких лиц! — вокруг раздались саркастичные хмыканья. Я полностью согласен с ними. Чему она нас может научить? Как правильно подобрать оттенок розового или завязать бант? — Я с нетерпением жду знакомства с каждым из вас и убеждена, что мы станем очень хорошими друзьями!       — Это вряд ли! — громко усмехнулись мы с Джорджем, переглянувшись. Многие хохотнули на нашу реплику, а стерва уничтожающе глянула на нас, не перестав чересчур вежливо сиять. Удивительно, что он ничего не сказала.       «Бла-бла. О, проклятое Министерство! Так она ещё и из Министерства! Замечательное комбо! Бла-бла-бла» — примерно такой показалась мне речь этой стрёмной женщины. Я не пытался в неё вникать, где-то уже на втором слове снова начав смотреть на любимого. В этот раз он был не против и даже стал со мной обмениваться взглядами.       — Благодарю вас, профессор Амбридж, за чрезвычайно содержательное выступление, — я бы на месте Дамблдора давно кинул какое-нибудь заклинание. Думаю, Джи-джи бы использовал Тоталус. Теперь это его любимое. — Итак, я продолжу. Отбор в команды по квиддичу будет происходить…       После речи директора мы все стали расходиться по гостиным. Наши новоиспечённые старосты провожали первогодок… Точняк! Надо будет выбить из Рона пароль от ванны старост. Всегда хотел там побывать.       В спальне Вайса пока не наблюдалось, зато вещи наши уже были доставлены. В последний раз мы видим их аккуратно сложенными. Уже завтра утром, я уверен, это всё превратится в тотальный бардак.       — А меня пригласите к себе домой? — спросил вдруг Ли, когда мы готовились ко сну. Точнее, кто что делал. Джи-джи, например, расписание на завтра изучал.       — Конечно. Только пока не рассказывайте ни кому. Мы кое-что должны ещё доделать… — я скинул рубашку на пол, где уже валялась мантия с галстуком.       — Тш-ш! — прошипел предупреждающе маленький ёжик, оторвавшись от расписания на пару секунд. Я закатил глаза и обошёл кровать, остановившись позади любимого и сгребя его в охапку.       — Ты уже минуту смотришь на него, — констатировала насмешливо я, зарывшись носом в рыжие лохмы и чмокнув его в затылок.       — Просто надеюсь, что ЗОТИ исчезнет из расписания, — подшутил и запрокинул голову мне на плечо, мягко улыбнувшись.       — Его можно прогуливать, — я убрал листок из его рук, и Джи-джи тут же поднял ладони, обняв меня, пока я медленно поглаживал его живот, который начал подниматься чуть чаще.       — Опять маму вызовут, — недовольно скривился, и я невесомо прижался к его губам своими, проникнув пальцами под ткань, нежно касаясь обнажённой кожи.       — Или исключат, — предположил Ли, что-то уронив. Любимый тут же отстранился, фыркнув. Я выше поднял ладони, но маленький ёжик задрожал, отстраняя от себя меня полностью, на что я состроил мученическое лицо.       — Думаешь, нам не всё равно на это? — весело усмехнулся Джордж, приступив к подготовке ко сну. А я так и не понял, почему меня оттолкнули.