— ты принадлежишь дракону, ким сынмин.

Пакеты приземляются на кровать, а Ким и Чонин идут на кухню раскладывать продукты в холодильник. В квартире стоит уютная обстановка, которая греет душу обоим парням. — Я скучал по тебе Сынмин, — Чонин крепко обнимает друга и улыбается самой искренней улыбкой, какая вообще есть в мире. — Я тоже, лисенок, — Сынмин обнимает Чонина в ответ, крепче прижимая к себе. Через пару часов на плите стоит ужин, а за столом уже сидят двое друзей, уплетая еду за обе щеки. Чонин прощается с другом и уходит домой, оставляя Кима одного. Теплая ванная скрашивает все остальные одинокие вечера.

Две недели спустя.

Теплые лучи солнца пробираются сквозь приоткрытые шторы, а рука, покоящаяся на талии Сынмина, сообщает, что Дракон тут, в кимовской постели. Ким открывает глаза и, легко улыбаясь, потягивается, не сразу замечая, что в кровати он не один. Чужие руки тут же прижимают полунагое тело ближе к себе, чувствуя тепло исходящее от Кима. — Привет, котенок, — хриплый, из-за сна голос выводит Кима из шока, он Ким моргает пару раз, чтобы удостовериться, что ему это не показалось. Вот только поцелуи в плечо констатируют, что это далеко не сон и в его постели сейчас сам Хван Хенджин, — так и будешь меня игнорить? — Привет, — Сынмин улыбается и поворачивается к Хвану, — я не слышал, как ты пришел ночью. — Я был очень тихим, чтобы не разбудить своего чувствительного котенка, — Хван последний раз касается губами плеча младшего и поднимается с кровати, из-за чего Киму предстает слишком сексуальный вид на своего парня, — кофе? Хван замечает взгляд младшего и выжидающе смотрит, пока тот насмотрится и скажет ответ. — Утренний душ, — Ким ухмыляется и тянет Хвана в сторону ванной. Теплые капли воды стремительно падают на тела двух парней, которым сейчас явно не до этого. Жаркие поцелуи распространяются по шее младшего, который наконец касается такого желанного тела. Глаза сами по себе закрываются, чувствуя сногсшибательные ласки со стороны Хенджина. Оба тяжело дышат, оба видят это желание в глазах, но Хван отстраняется первым и покидает ванную, заставляя Сынмина зашипеть, как злой котенок. — Чёртов Хван Хенджин. Ну ничего, посмотрим, кто первый сдастся. Сынмин как ни в чем не бывало выходит из ванной, накинув на себя только легкий халат направляется на кухню, где уже во всю хозяйничает Хван. — Ну так что? Кофе? — Хенджин хитро ухмыляется, неосознанно спускаясь взглядом по стройным ногам Кима. — Кофе, господин Хван, — Сынмин садится на диван, закидывая ногу на ногу и заставляя халат немного задраться, что не остается незамеченным. — Сынмин, — Хенджин ждёт, пока младший сосредоточится на нем и продолжает, — если ты собираешься меня соблазнять, то не используй такие методы. Я тебе не говорил, но я не такой человек, который берет что-то без согласия. — Да? Что-то ты не особо меня спрашивал, когда забирал меня из Испании. — Тогда это было необходимо. Но ты же сейчас остаешься со мной по своей воле? — Хван ухмыляется, видя, как загнал Кима в тупик, — просто знай, что если ты собрался меня соблазнять, используй более изощренные методы, на такие я не поведусь. — Только не говори, что я должен ходить голым перед тобой? — Сынмин в удивлении открывает рот, смотря за Хваном. — Все может быть, — Хенджин ухмыляется, прокручивая в голове такой образ младшего, — все от твоей фантазии зависит. — Обломись, Хван Хенджин. — Я так не думаю. Буквально двадцать минут назад кто-то терся об меня в душе, не помнишь? — Хенджин, ставит на столик чашку кофе и садится перед Кимом, — давай просто не будем торопиться, я знаю, ты скрываешься за этой неприступной стеной, а в душе ты до сих пор ранимый ребенок. Поэтому не спеши, не хочу, чтобы ты подумал, что я мудак, которому нужен лишь секс, — Хенджин тепло улыбается и погружается в статью на газете. — Почему ты думаешь, что я не готов? Кто вообще сказал, что я скрываюсь за этой стеной? Это я настоящий такой. Таким меня родили. И ты не имеешь права считать меня ребенком, Хенджин. Если я чего-то хочу, то я этого добиваюсь и не важно какими методами, — Ким молча встает и собирается уходить, как его тянут за руку, заставляя приземлиться на колени Хвана. — Ну так докажи, что ты не ребенок. Докажи, что ты готов. Покажи, на что ты готов, чтобы достичь своей цели, — чужие губы находятся буквально в миллиметра, нужно податься и они сольются в желанном поцелуе, Сынмин резко отворачивает голову, поднимаясь с чужих колен. — Я покажу тебе на что я готов, чтобы соблазнить Дракона. Сынмин скрывается за дверью в своей спальне, пытаясь унять бешено стучащее сердце и дрожь в теле. Признаться Хенджину о том, что это его первые отношения? Никогда не признается Хвану, что он будет первым у парня. Хотя, кажется, что тот его уже раскусил. Но Ким не покажет этого до самого конца. Сынмин трясет голову, выкидывая оттуда ненужные мысли и идет к шкафу, рассматривая свой гардероб. Взгляд падает на шелковую серую рубашку и джогеры черного цвета с цепями. На лице расползается ухмылка, пока Ким одевается, смотря на себя в зеркале. — Я еду с тобой, мне надо увидеться с кое-кем из Драконов, — Сынмин осматривает Хвана, который не торопился куда-то ехать. — У меня выходной и я думал провести его вместе с тобой, но раз у тебя дела, то Чанбин тебя отвезет, — Хенджин бросает недолгий взгляд на образе младшего, а когда тот почти выходит за дверь, бросает небольшую фразу, — Джисон тоже сегодня выходной. А получить оружие без моего разрешения не удастся, — Хван расплывается в улыбке, когда Сынмин хлопает дверью и поднимается в свою комнату. — Пошел ты. Хенджин тихо смеется и вновь погружается в чтение статьи, вдруг он слышит телефонный звонок. — Слушаю, — Хенджин тяжело выдыхает, когда слышит, что он нужен в компании, — скоро буду. Хенджин одевается и заходит в комнату Сынмина, который лежал на кровати в позе звезды. — Я еду в компанию, срочно вызвали. Поужинаем сегодня? — А разве тебе надо спрашивать, когда ты и так знаешь ответ? Даже если я отвечу отрицательно, меня насильно привезут туда. — Поужинаем сегодня? — повторяет Хван, выжидающе смотря на млдашего. — Пошел к черту. — Опять ведешь себя, как ребёнок. Ну, как знаешь, я не заставляю.