— ты принадлежишь дракону, ким сынмин.

      Лучи, ярко освещающие темную спальню, касаются голых тел, приятно согревая. Тёплые губы касаются живота Кима, медленно поднимаясь выше, оставляя дорожку из нежных утренних поцелуев. Глаза Сынмина немного открываются, но закрываются из-за яркого света. Причина пробуждения, сейчас нависает над ним, целуя ключицы, переключаясь на шею.       — Доброе утро, котёнок, — Хван продолжает свои махинации, пока полностью не убеждается, что парень под ним не бодрствует, — как спалось?       — Доброе утро, — Сынмин моргает глазками, пытаясь вновь не заснуть, — отлично, но я ещё бы поспал, — Ким закрывает глаза, собираясь провалиться вновь в царство Морфея, но его выводят оттуда нежным поцелуем в губы, заставляя приоткрыть рот и впустить язык Хвана в свой рот.       — Не засыпай, я же обещал будить тебя поцелуями каждое утро, — Хенджин отстраняется и смотрит в приоткрывающиеся глаза, расплываясь в улыбке.       — Твои обещания не распространяются на сегодняшний день, — бурчит Ким, выпутываясь из захвата рук Хенджина, смотря на часы, — ты издеваешься?! Время даже 9 нет. Хван Хенджин!       — Не целыми днями же спать, правда же? — Хван улыбается и тоже встает с кровати, тут же обнимая Кима со спины, — ты хотел встретится с Джисоном. Он ждёт тебя у Драконов, Чанбин тебя отвезёт. И покажешь как раз тех парней, просто тыкни пальчиком и Со с ними разберётся.       — Ещё чего, я не собираюсь сдавать никого. Сам разберусь, — Сынмин шипит и двигается в ванную, — не думай, что вчерашняя ночь дала тебе контроль надо мной, обломись, сука, — напоследок бросая фразу, которая вызывает лишь ухмылку на лице собеседника.       — Ну да, ну да.

***

      Дорога занимает 40 минут, а лёгкие наполняются свежим лесным воздухом. Непривычное пустое соседнее место немного напрягает, но Ким плюет на это и переводит взгляд на дорогу.       — Где Хенджин?       — В компании, у него важная встреча, пожалуйста, не встревай никуда сегодня, — Чанбин быстро бросает взгляд на Сынмина, затем вновь переводя взгляд на дорогу.       — Я и не собирался. Обычно он всегда едет к Драконам со мной.       — Он теперь не просто босс Драконов. Он теперь глава мафии, Сынмин. Теперь все будет по-другому. Привыкай, — Со глушит машину и выходит, заставляя сделать тоже самое и Сынмина.       К горлу подступает ком с истерикой, но Ким переступает порог особняка, тут же окруженный интересующими взглядами. Руки немного дрожат, но его спасает Джисон, резко появившийся из ниоткуда.       — Что уставились? Займитесь делами, — Хан берет младшего под руку, уводя в сторону кабинета Хвана.       — Тебе наверное сказал Хенджин, что я хотел с тобой встретиться.       — Да, он мне сказал, а еще сказал..       — Я не скажу, кто это был, Джисон. Я сам разберусь. Я не собираюсь жаловаться на них, они выбрали свою команду. И я их уважаю за это, — Ким осматривает небольшой кабинет, бросая недолгие взгляды на стенды с оружием.       — Я понял. Так, зачем я тебе понадобился? — Хан садится на кресло, поднимая взгляд на Кима.       — Найди мне оружие, которое стреляет такими пулями. И если можно, достань мне его, — Ким отдает пулю, последний раз сжимая металл в пальцах.       — Я прямо сейчас могу тебе сказать, это - Walther Р99. У нас половина Драконов с таким ходит. А зачем тебе понадобилось огнестрельное? — Хан переводит взгляд на Сынмина и внимательно смотрит, пытаясь выудить того сказать, что он задумал, — Сынмин.       — Господи, Джисон, не собираюсь я никого убивать. Просто для самообороны. Так ты достанешь мне его?       — Если у тебя есть разрешение от Хвана, — Сынмин закусывает губу и бросает взгляд на телефон, держащий в руках, — секунду, я сделаю звонок.       Ким долго мнется, но все таки нажимает на вызов.       — Хенджин, я быстро. Дай мне разрешение на оружие.       — Скажи Хану, он знает где оно, — дальше слышится короткие гудки, сообщая, что абонент сбросил.       Сынмин замечает неподалеку от себя парочку парней и бросает на них взгляд. Те тут же скрываются из виду.       — Хван сказал, что ты знаешь.       — Да, зайди ко мне завтра вечерком, — Джисон что-то усердно заполняет в бланке, затем убирая все в свой сейф, — Хенджин попросил тебя научить им пользоваться.       Ким выходит из кабинета, выдыхая, двигаясь в гостиную особняка. Виднеется знакомые черты лица, а голос раздается резко, заставляя Кима дернутся.       — Выжил? Я удивлен, Ким Сынмин, — парень шагает вперед из небольшой компании, показывая себя во всей красе, — не удивлюсь, что он спит с нашим боссом, чтобы мы защищали его.       — Знаешь, я тут резко понял. На словах вы все тут герои, но на деле, кто вы? Никто. Выдаете себя за Драконов, позоря вашим видом и вашими поступками. Серьезно? Сдать меня Змеям? Смешно. Тебе лучше не попадаться мне на глаза. А то я же могу ткнуть пальчиком в тебя и завтра тебя найдут в канаве за городом, сладкий, — Ким разворачивается и делает шаг, прежде, чем его захватывают со спины, заставляя жадно хватать кислород.       Сынмин отталкиваясь от стены, делает кувырок, тем самым уложив противника, заламывая руку, приставляя нож к горлу.       — Думал шутки со мной шутить? Не в этой жизни, Юн Шенхву. Я повторять не собираюсь, — Ким встает и поспешно удаляется в зал для тренировок.       Сынмин падает на пол ринга, когда сил совсем нет, а костяшки на пальцах ноют, больше не намереваясь нормально функционировать, если Ким не закончит тренировку.       — Опять изнуряешь себя? — слишком знакомый голос раздается от двери, а сердце болезненно сжимается.       — Не твое дело, — Ким поднимается на ноги, перекидывая ногу через веревку, прогибаясь в спине, затем перекидывая вторую ногу.       — Сынмин, давай поговорим. С того дня почти 5 лет прошло, мне очень жаль, что папа умер.       — Нет! Замолчи! Это ты виноват в его смерти! Ты его не защитил! Не смей его называть своим отцом. Больше не приближайся ко мне, если не хочешь быть пристреленным, — Сынмин сверкает яростным взглядом, стискивая кулаки до побеления костяшек, — все кончено. Ты должен был защитить его тогда, а ты сбежал, как трус. Ты, черт возьми, бросил его тогда! Если бы ты не бросил его, он бы выжил, — Сынмин почти выбегает из зала, вставая под душ прямо в одежде, а в уголках глаз собираются хрустальные капли, намереваясь скатиться по щеке и потеряться в потоке воды.       Ким со всей дури бьет стену, где от удара пошли трещинки. В сердце саднит, а в голове всплывают зловещие воспоминания, которые хотелось бы стереть из своей памяти. Хочется забыть, как держал мертвое тело отца на своих руках.       — Сынмин, мне правда жаль, — тихий голос отскакивает от стен в душевой.       — Было бы жаль, не появился бы в моей жизни вновь! — Ким кричит, выключая воду.       — Сынмин.. — парня прерывает удар, пришедший в нос, — какого хрена?!       — Убирайся с моих глаз, пока я тебя не убил своими руками.       Зал является той территории, где выплескивают эмоции, чтобы быть хладнокровнее в бою.       — Блять, Сынмин! Перестань вести себя как ребенок! Мне правда жаль, что наш отец погиб, но я бы ничего тогда не смог бы сделать!       — Да? То есть все его тренировки прошли сквозь тебя? Ты бы хотя бы попытался, а не бросал его! — Сынмин рушит привычную тишину в зале, набрасываясь на парня с отточенными ударами, ударяя каждый раз с большей силой, выплескивая всю агрессию, копившуюся внутри долгое время, — отец учил нас этому, чтобы мы однажды спасли ему жизнь, черт тебя подери!       Сынмин валит противника на пол, садясь поверху, ударяя сильно и резко. Противник меняет позиции, теперь ударяя сильнее и разбивая губу, намереваясь сломать нос. Ким скидывает с себя парня, внимательно смотря за его действиями.       Двери из зала распахиваются, заставляя свалиться двух парней на пол. Яростная борьба продолжается даже тогда, когда их растаскивают по углам Минхо и Чан.       — Какого хрена! У нас запрещены бои посреди дня! — Чан внимательно смотрит за Кимом, пока Ли что-то кричит.       Ким сплевывает кровь, сбрасывая руки Бана.       — Я предупредил тебя. Не уберешься отсюда завтра, я убью тебя, — Ким проходит мимо Минхо, нарочно задевая плечом.