Как завести друга.

Антон Шастун был пьян. Пьян от вискаря и от руки Арсения, которая сначала неподвижно лежала на его голове, а потом как бы невзначай начала перебирать пряди волос. Он жмурился, как кот, и купался в тепле и комфорте. Ему нравилось поддразнивать Арса, нравилось, как тот застывает на мгновение, а потом мастерски уходит от щекотливых ситуаций или переводит их в более комфортные для себя. Арсений контролировал себя всегда великолепно. Поэтому Шаст буквально тыкал пальцем в небо, пытаясь обойти защиту. Защита Арса пала быстро. Гейские шуточки, которые ещё со времён КВН хорошо заходили зрителю, выбивали почву из-под ног коллеги. Но Арсений быстро справился, принял это за условие и стал играть в эти игры мастерски. Шастун лежал на коленях у Арса, и тот гладил его волосы. Пока это все ещё было игрой, и все воспринимали это как должное. Зависимость от никотина звала Антона покурить, но он понимал, что просто не может прервать происходящее между его волосами и изящными пальцами Арсения. Мысли путались от алкоголя и лёгких прикосновений. Арсений Попов был пьян. Пьян и сильно зол. Потому что контролировать себя и ситуацию в целом становилось всё сложнее. Естественно, никто бы не сказал это по его виду. Он поддерживал разговор, шутил и смеялся над шутками друзей, но на его коленях лежал "кот". Так он старался думать про голову Шастуна. Даже стал поглаживать её, но стало только хуже. Антон, беспечно болтая со всеми, ёрзал своей горячей головой возле паха, и представлять его котом было все труднее. Можно было бы скинуть с колен наглую голову, сходить умыться, отвлечься, прийти в себя. Но Арсений сидел и злился. Он давно принял внутри себя влечение к этому беспечному мальчишке. Поначалу сопротивлялся, отрицал, но было только хуже - работать вместе было очень трудно. Поэтому он позволил себе смотреть, трогать и отвечать на двусмысленные шутки, так стало легче прикрывать свой интерес. Ведь любой прокол можно было списать на шутку. Сейчас шутка зашла слишком далеко. Близость и алкоголь туманили мозг. - Прекрати ёрзать, - тихо сказал Арсений Шасту и дёрнул его за прядь волос. Тот вроде притих, что дало небольшую передышку. Арсений огляделся и поймал на себе взгляд Серёги. Близкий друг взглядом как бы спрашивал: "Какого хуя, Арс?" Арсений подумал, что близка черта, переступив которую, обратного хода не будет. Глубоко вздохнув, он поставил стакан на стол и, чуть помедлив, запустил руку под ворот футболки Антона и положил ему на грудь.