Тернистый путь

— Я не понимаю… Зачем тебе это нужно? Фейн с изумлением смотрел на отца, и тому это не нравилось. Марсель явно ожидал от него иной реакции и сейчас недоумевал не меньше сына. Судя по всему, Фейн решил отказаться выполнять его просьбу, и граф разозлился заранее. — Я дал тебе шанс исправиться, вернуть былую честь. А ты задаёшь глупые вопросы?! Если я сказал, значит надо это сделать! — Но почему Амалию? Не она убила Мирелу, и не Алекс. Это сделал кто-то из лучников. В любом случае, она погибла на поле боя, как и многие другие. Здесь попросту некому мстить. — Как ты не понимаешь?! Дело ведь не только в мести! Это стратегически важно для нас всех. Смерть дочери лишит Алекса разума, он забудет про свою тактику, про всё на свете. Его ориентиром станет лишь месть, и он будет действовать как бешеное животное. Тогда мы и сыграем на этом. Более того, они не знают про наш козырь. Ты ведь помнишь, что хранится у нас в подземелье? — Да, я помню. Мы можем нанести им удар прямо сейчас. Всё остальное — глупая затея. — Нет, не глупая! — Марсель чуть не взорвался от ярости. — Неужели ты думаешь, что они поверили в то, что мы дали им три дня?! Они наверняка уже продумывают свой план по уничтожению нас! А ты отказываешься просто убить одного из наших врагов?! — Я поклялся тебе и нашему народу в верности, отец. — Несмотря на его гнев, Фейн оставался непреклонен. — Но это… Влада сообщила, что Амалия ранена. Поэтому я не собираюсь опускаться до такой низости, чтобы добивать её. Прости, отец, но я не стану в этом участвовать. Он не стал дожидаться ответа изумлённого Марселя и собрался покинуть комнату, направившись к двери. Но обозлённый граф решил не дать сыну уйти просто так. Он выхватил из кармана кинжал Илины, быстро подошёл к Фейну, схватил его за плечо и резко развернул к себе, приставив лезвие к шраму на щеке сына. Тот не стал сопротивляться, а просто молча следил за этим кинжалом, ожидая от отца дальнейших действий. — Я нашёл его на полу, — сказал Марсель, слегка проведя им по порезу на лице сына. — Это от него у тебя шрам, верно? Тебе тогда очень повезло… — И теперь ты убьёшь меня? — спокойно спросил его Фейн, хотя всё равно пребывал в напряжении. — А что? Ты готов умереть? — усмехнулся его отец. — Твой отказ можно расценивать как дезертирство. За такое обычно лишают головы. Но ради тебя… сделаю исключение. Я не буду убивать собственного сына. — Довольно благородно с твоей стороны… — Не умничай! — Марсель был раздражён насмешкой Фейна. Он убрал кинжал обратно в карман. — Не можешь выполнить простое задание! Ты бесполезен! Уходи. — Да о чём ты говоришь? — Его сын оказался в полном недоумении. Он совершенно не понимал, чего хочет его отец. — Убирайся к чёрту! Я не желаю тебя видеть! — рявкнул на него Марсель, оттолкнув рукой от себя. Фейну ничего не оставалось, как развернуться и с изумлённым лицом покинуть комнату. Закрыв за собой дверь, молодой вампир увидел перед собой Владу, которая как раз приближалась к нему. — Я услышала крики. Что произошло? — Мой отец… Он… — Фейн немного задумался перед тем, как дать ответ на её вопрос. — Он слегка не в себе. Будет лучше, если ты всё командование возьмёшь на себя. А то отец из-за своей глупой мести может всё испортить. И сейчас лучше не заходить к нему. Влада не успела задать следующий вопрос, как юноша прошёл мимо неё, боясь, что вампирша начнёт узнавать все подробности. Она осознала, что Фейн не в настроении разговаривать, и не стала останавливать его, лишь молча посмотрела ему вслед.

***

Замок Верде, на следующее утро после сражения Амалия проснулась от того, что услышала чей-то храп. Открыв глаза и посмотрев по сторонам, она увидела своего отца, что сидел на стуле подле неё — он пробыл рядом всю ночь. Алекс спал с открытым ртом, запрокинув голову наверх. Амалия решила разбудить отца, потормошив рукой его колено. Тот нехотя приоткрыл глаза, но как только увидел свою дочь, сразу же наклонился к ней, взяв её за руку. — Ты пришла в себя, — улыбнулся он. — Пап, я всего лишь спала, — рассмеялась Амалия. — Ана нанесла мне какую-то плохо пахнущую мазь. Сказала, что она быстро заживляет раны. Так что через три дня я снова смогу вступить в бой. — Нет, даже не думай! — с беспокойством в голосе заявил Алекс. — Влада повредила тебе бедро, и ты ещё долго не сможешь нормально передвигаться. К тому же, ты своё отвоевала. Да и потом, я принял решение закончить войну быстро. — Правда? — Амалия от любопытства даже слегка привстала на кровати. — То есть, я могу уже доставать ключ? — Не спеши. Сначала скажи: он в надёжном месте? — Там, где они точно не станут искать… Ну… меня Илина научила этому… Но шкатулку я спрятала отдельно. — Хорошо, — удовлетворённо ответил Алекс. — Для начала я хочу уладить одно дело. Помнишь, ты мне рассказывала про Астрид, которую видела в замке вампиров? — Ну… да, — слегка смутилась Амалия. — Но зачем она тебе? Ты хочешь вытащить её оттуда? — Да. Ты просто сказала, что она… не одна из них, кажется. — Я видела, как она таскала подносы, и… у неё было такое лицо, словно она… не в своей тарелке. Сомневаюсь, что Астрид оказалась там по своей воле… Но зачем ты хочешь её вытащить? И как тебе удастся проникнуть туда? — У меня есть ещё один план. На случай, если даже наш козырь не поможет нам. Прости, я, правда, не хочу оставлять тебя. Но Астрид никого, кроме меня, не знает, поэтому только я смогу поговорить с ней. Не переживай, я очень скоро вернусь. В любом случае, Ана и Теодор всегда будут рядом, так что ты в безопасности. Главное — поправляйся. Амалия улыбнулась, после чего Алекс поцеловал её в лоб и направился к выходу. Оказавшись в коридоре, он тут же увидел Теодора, что стоял неподалёку от двери и, судя по всему, ждал оборотня уже давно — лицо его выражало недовольство. — Что случилось? — с беспокойством спросил ожидающего Алекс. — Я разговаривал с нашими братьями. Они недавно похоронили павших. Флориан всё ещё плачет… У нас много потерь, и им не нравится, что ты тянешь время, — заявил Теодор. — О чём ты говоришь? — удивился тот. — Что им нужно? — Все знают о нашей запасной тактике. И не понимают, почему мы не использовали её сразу. Я пытался им объяснить, что это опасно, просил подождать их. Но они хотят идти в бой уже сейчас. — Послушай, задержи их хотя бы ещё на сутки. — Алекс взял Теодора за плечи. — Прошу тебя. У меня осталось небольшое дело. Как только вернусь, мы сразу… — Постой, куда ты собрался? — спросил Теодор в смятении. — И что мне сказать нашим людям? — Ты помнишь Астрид? — Бывшую Бела? С которой ты… — Да. Она в плену у этого Марселя. Я должен вызволить её оттуда. Если мы нападём на их замок, то нельзя ставить её под удар. — Зато ты ставишь под удар других! — Теодор сменил смущение на раздражение. — Ты готов рискнуть всеми нами, чтобы спасти человека, которого едва знал? — Не всеми. Я отправлюсь туда один. К тому же, Астрид может нам помочь в этой войне, если с нашей запасной тактикой что-то пойдёт не так. — Ты идёшь туда один? — вновь удивился Теодор. — Это самоубийство… — Слушай, я буду очень осторожен. Сомневаюсь, что они кого-то ждут, учитывая наше состояние. Но… если я не вернусь через сутки, то ключ у Амалии. Действуйте.

***

Замок Морт, несколько часов спустя Марсель был всё ещё в ярости, несмотря на то, что прошло довольно много времени после ссоры с сыном. Он чувствовал, что из-за войны разрушается его семья, и понимал, что нужно поскорее с этим покончить. Вспомнив о собственном козыре в подземелье, вампир наконец покинул свою комнату и направился на нижний этаж. В замке почти никого не было, кроме нескольких раненых бойцов, что лежали в разных комнатах. Не обращая на них внимания, Марсель двигался дальше, пока не остановился у лестницы: по ней поднимались уставшие и перепачканные в крови Йон и Эрика. Увидев графа, они тоже встали на месте и замерли. Оказавшись в неловкой ситуации, пара не знала, что сказать. Марсель, заметив это, сложил руки на груди и усмехнулся: — Можешь ничего не говорить, Эрика, я давно обо всём знаю. Но мне нужно кое о чём поговорить с твоим новым кавалером. Ты ведь не против? — Э-э-э… да… — Вампирша явно растерялась от спокойного тона мужа, которого явно не ожидала. — Не бойся, я не трону его, — заверил её Марсель, после чего к нему приблизился Йон. — Отлично, идём, — обратился он уже к недоумевающему детективу и вместе с ним начал поиск пустующей комнаты, оставив Эрику одну в коридоре…

***

Найдя безлюдную спальню, Марсель слегка подтолкнул Йона в спину, и тот вошёл внутрь. Закрыв за собой дверь, граф осмотрел комнату и обнаружил столик в дальнем углу, на котором стояли графин, заполненный наполовину кровью, и три бокала. Подойдя к нему, он схватил этот графин и повернулся к Йону, который всё ещё стоял у двери. — Будешь? — спросил граф у детектива, наливая кровь в бокал. Заметив, что Йон до сих пор не понимает, что происходит, Марсель стал приближаться к нему с напитком. — Слушай, я не собираюсь сейчас говорить о том, как ты спал с моей женой. Идёт война, и мне нужна твоя помощь. — Я-я-я… Я слушаю, — заговорил, наконец, Йон, выйдя из оцепенения, и взял бокал в руку. — Ты ведь расследовал дело в замке Верде. Хотел выяснить, кто убил того лекаря, так? — Да, но… мне так и не удалось раскрыть дело. Я знаю, что это связано с нашей войной, но кто именно убил Эрика Урсаки, мне неизвестно. — Это уже не важно. Раз ты проводил расследование, скажи мне, не заметил ли ты в замке что-то… необычное? Человек с такой профессией, как твоя, должен был это заметить. — Увы, ничего… — тяжело вздохнул Йон. — Кроме той картины, что они… — Я знаю про эту чёртову картину! — От ярости Марсель отбросил графин в сторону, и тот разбился вдребезги, ударившись о стену. — Не надо говорить мне то, что и так всем известно! — Что я ещё должен сказать? — удивлённо спросил Йон, не понимая, что его собеседнику нужно. — То, чего я не знаю! Что зашифровано на той картине?! Место, понимаешь?! Место, где оно спрятано! — Спрятано что? — Детектив на несколько секунд задумался. — То, что вы все называете сокровищем? — Это оружие! Оружие, которое уничтожит нас всех, если мы не доберёмся до него до того, как они решат применить его! Если ты скажешь, где оно, то я, возможно, уже приступлю к осуществлению моего плана, благодаря чему мне даже их чёртов ключ не понадобится. — Я не знаю, где оно, клянусь. Будь у меня тогда больше времени, я бы… — Намекаешь на то, что мы тебе помешали? — Марсель отвернулся, задумавшись, затем потянулся за кинжалом в кармане, от чего Йон насторожился. — Ответь мне тогда на ещё один вопрос, детектив. Если ты не можешь дать то, что мне нужно, почему я должен оставлять тебе жизнь?

***

Замок Верде, в это же время Через несколько минут, как Алекс покинул комнату Амалии, она увидела силуэт человека, заглядывающего к ней через дверной проём. Некто стоял снаружи, не решаясь войти внутрь. Но вскоре Амалия догадалась, кто наблюдает за ней. — Не стесняйся, Хьюго. Заходи. После её слов дверь открылась, и в спальню действительно вошёл он. Осмотрев помещение, вампир понял, что кроме Амалии, в нём никого нет, и стал приближаться к её кровати. — Прости, я думал, что здесь есть кто-то ещё. Как ты себя чувствуешь? — Вроде неплохо. Но мне нельзя ходить ещё несколько дней. — Влада должна ответить за это, — раздражённо ответил Хьюго. — Нет, ха-ха! — немного рассмеялась Амалия. — Мы же на войне. Мне повезло, что я осталась жива… Но раз ты здесь, хочу спросить тебя кое о чём. — Да? О чём же? — заинтересовался вампир, сев на стул рядом с кроватью девушки. — Ты не жалеешь о том, что перешёл на нашу сторону? Учитывая наше поражение в бою и малочисленность… — Амалия, если ты чувствуешь себя виновной в том, что убедила меня пойти против вампиров, подписав мне смертный приговор, то даже не думай об этом. Я сделал это осознанно, это было моим решением… Ведь мне было велено, чтобы я пытал тебя. Это переходит все границы, я не думал, что они на такое способны, поэтому и пошёл против них. Так что нет, я нисколько не жалею. Но… почему ты говоришь так, словно мы уже проиграли всю войну? Ведь вы говорили об особой тактике, которая должна должна помочь нам. — Да, но это слишком рискованно. Мы можем потерять огромное количество своих людей. А пиррова победа не намного лучше поражения. — Так что мы будем делать? Выбор у нас невелик. — Я не знаю. У моего отца появился ещё один план. Если это не поможет, то нам, видимо, всё же придётся пойти на риск. Хьюго всё это время сидел, оперевшись локтём о бедро и положив подбородок на эту руку. Он улыбался, глядя на Амалию, и с наслаждением слушал всё, что девушка говорит. Она же смотрела слегка в сторону, не замечая взгляда вампира. Но стоило ей перевести свой взор на него, как тот не выдержал и слегка рассмеялся. — Что смешного? — спросила Амалия с улыбкой и небольшим изумлением на лице. — Ничего, просто… ты с таким воодушевлением говоришь о дальнейших планах, хотя прикована к кровати, что мне показалось, будто ты вот-вот вскочишь с неё и прямо сейчас отправишься добивать оставшихся врагов. За свою жизнь я ещё ни разу не встречал таких храбрых девушек. — А ты думал, что такое не под силу женщинам? Или… я слышу намёк на комплимент? — ещё больше улыбнулась Амалия. — Э-э-э… — Хьюго расширил глаза от неожиданного вопроса, а Амалия, тем временем, прислонила подушку к стене, затем прижалась к ней спиной. — Быть может, понемногу того и другого… Знаешь, я ведь много чего не замечал из-за смерти жены. Всё, что происходило в этом мире, не имело значения, для меня его просто не существовало. Но как только я стал вампиром, начал смотреть на многие вещи… иначе. И теперь меня ничего не удивляет. А воином может стать кто угодно… даже такой старик, как я, хе-хе. — Старик? — Да… в теле юноши. Очень странное чувство. Вроде и приятно вновь ощущать себя молодым, однако… для чего мне вечная жизнь? Наблюдать за тем, как мир катится в бездну? К тому же, она заставила меня выбирать… между такой жизнью… и смертью. — Да уж… — Амалия недовольно хмыкнула. — Именно так они и вербуют новичков. — Под страхом смерти? — смутился Хьюго. — И даже не думают, что эти новички могут потом пойти против них? — Все раньше думали, что вампиризм затуманивает твой разум. Ты забываешь, кем ты был, и слепо подчиняешься приказам. Но теперь я почти уверена, что всё дело в нас самих. Лишь мы способны проложить свой жизненный путь, и если ты сильный, то никакие укусы не изменят тебя внутри. Мой отец — оборотень, но он не лишился из-за этого разума… как и ты. Хьюго, опустив голову вниз, стал обдумывать слова Амалии. Ему было приятно осознавать, что он оказался в числе сильных. Но с другой стороны, это мало утешало вампира, ведь ему всё равно для проживания придётся пить кровь живых людей. В эту минуту он вспомнил о войне и решил, что единственный способ избежать вампирской участи, который посчитал приемлемым — это погибнуть в бою. — Амалия… я хочу кое-что сказать… Дело в том, что я… Есть ещё одна причина, по которой я решил освободить тебя… Прервав речь, вампир поднял голову вверх и увидел, что девушка вновь уснула — он не успел договорить…

***

Бухарест, полдень Движущийся поезд, стая волков, кровь... Это всё, что помнила Наталья с того дня и до сих пор. А то, как она вернулась обратно, исчезло из её памяти. Императрица сидела на скамейке рядом со дворцом и просто смотрела вперёд. Роберт стоял подле неё и что-то говорил, но та всё ещё находилась в ступоре, из-за чего даже не слышала его. Однако через некоторое время Наталья всё-таки пришла в себя, услышав последние несколько слов стражника: — Может, нам созвать совет? — Нет! — возразила императрица настолько резко, что Роберт даже немного отпрянул назад. — Никто больше не должен знать, тебе ясно? — Да, госпожа. Но… что нам теперь делать? После того, что произошло в поезде… — А что именно произошло в поезде, Роберт? Я мало что помню оттуда. — Вы, кажется, упали в обморок. Машинист рассказал, как к нему в кабину пробрались несколько человек и потребовали остановить поезд, после чего тут же удалились. Затем он решил проверить вагоны и обнаружил в нём вас без сознания и множество пятен крови повсюду, но ни одного мёртвого тела. Представляете? — Как такое возможно? — обомлела Наталья. — По сей день этого так и не смогли выяснить. — А тот машинист… он запомнил лица тех, кто требовал остановить поезд? — Очень слабо. Разве что это были несколько мужчин и женщина, вроде. Но машинист сказал, что они выглядели как дикари, живущие в лесу… и у них был странный запах… собачий, кажется… — Полагаю, вы уже догадались, кто это был, Роберт? — усмехнулась Наталья. — Оборотни? Но… вы ведь уже отправили войско против них. Неужели нужно больше людей? — Больше? Не-е-ет, Роберт, их надо отозвать. Этот ответ сильно озадачил стражника. Ему показалось, что из-за произошедшего императрица начинает терять рассудок. Однако, судя по её выражению лица, она находилась в здравом уме. — Простите, госпожа, я не понимаю… Они ведь сражаются против наших врагов… — Врагов? — Наталья встала со скамьи и подошла к стражнику ближе. — Вы не забыли ту ночь, Роберт? Она вспомнила, каким образом её переманили на сторону вампиров. Вспомнила, как она еле говорила от страха, как во дворце лежали её стражники, истёкшие кровью… Теперь императрица всё осознала. Однако Роберт всё ещё не понимал, на что она намекает. — Да, но… вампиры теперь разве не наши союзники? — Выслушайте меня внимательно. В ту ночь, когда они напали на нас, многие стражники полегли. Но когда я пришла в себя, все тела таинственным образом уже исчезли. Тогда я долго не могла понять, что всё это значит... Но теперь почти такая же история произошла в поезде. Ты понимаешь, что я хочу сказать? — Они… Они не убивают людей… — осенило Роберта. — Они вербуют их! — Именно! — чуть ли не радостно произнесла Наталья. — Они не тронули меня, потому что не хотят, чтобы мои люди стали их врагами. Тот кудрявый вампир солгал мне — и те, и другие лишь собирают людей для своей войны. Если они хотят перебить друг друга — да будет так. Но я не хочу, чтобы моя армия участвовала в этом в этом. Ведь если она падёт, как я объясню своему народу, куда она пропала? А люди ещё не готовы узнать правду. — Так… что вы прикажете, госпожа? — спросил осознавший всё стражник, чего и ожидала императрица. — Собери несколько человек, и как можно скорее отправляйтесь к замку Верде. Останови наших солдат, пока не стало слишком поздно…

***

Замок Морт, сумерки — Я верен вам. Разве в бою это не было доказано? — Подозрение Марселя озадачило Йона, и дело было даже не в кинжале. Детектив искренне не понимал, что нужно графу, если Эрику обсуждать он не хочет. — В наше время верность не является чем-то приоритетным для некоторых, не так ли? — усмехнулся Марсель. — Хьюго предал нас, а Илина… Она с самого начала симулировала! Ну а ты… Тебя похитили и сделали одним из нас против твоей воли. Но ты всё равно сражаешься за нас. Скажи мне, почему? — Я… Я устал от прошлой жизни, — начал признаваться Йон. — У моей жены начался кашель, а я настолько увлёкся работой, что не придавал этому значения. Думал, всего лишь простуда. Тогда я ловил маньяка, убивающего молодых девушек. Дело затянулось, и я много дней не появлялся дома, с женой. А она… — Детектив выдохнул, прежде чем продолжить. — Её болезнь оказалась настолько тяжёлой, что она слегла в постель. И если бы я вернулся домой раньше, то… возможно, мне бы удалось её спасти. Мы бы нашли лучших врачей, сделали всё, чтобы поднять её на ноги… Через несколько дней она скончалась… Я долго винил себя за это и дал слово, что больше не буду этим заниматься. Правда, однажды пришлось его нарушить… когда сама императрица велела мне отправиться в замок Верде. Но, расследуя убийство Эрика Урсаки, я понял, что уже не справляюсь. Ведь искусство хорошего детектива заключается в том, что он должен уметь раскрывать любые дела, даже если в этом замешаны вампиры. — Да, жаль твою жену, — подытожил Марсель. — Я понимаю тебя. И я тебе верю. Однако… — Он резко повернулся и полоснул Йона лезвием по шее. — Мой кинжал — нет! Из глубокого пореза начала течь кровь. Йон схватился обеими руками за шею, но остановить поток было невозможно. Теряя силы, детектив упал на колени перед вампиром. — З-за-а… что-о-о… — прохрипел он, всё ещё пытаясь остановить чёрную кровь. — За что?! — рявкнул на него Марсель. — Ты думал, что я прощу тебя?! Думал, что раз ты теперь с нами, то можешь спать с моей женой?! Ты, сукин сын! Йон уже не мог говорить. Его кровь залила под ним пол, и он замертво упал на бок, а граф стал молча наблюдать за ним. Эрика, незаметно войдя в комнату, успела увидеть тело детектива до того, как оно обратилось в прах. Несмотря на то, что вампирша понимала, за что Йон был убит, она не смогла сдержать свою ярость. — Не-е-ет! — завопила Эрика и бросилась на Марселя, все ещё сжимавшего в руке кинжал. Сам того не ожидая, граф резко выставил его вперёд, и она тут же напоролась на него животом. Вампирша успела лишь замахнуться когтями на правой руке, но почувствовала, как душа покидает её тело. В этот момент Эрика попыталась что-то сказать, но Марсель её тут же перебил. — Я не хотел тебя убивать, — сказал он, осознав, что только что сделал, хотя его лицо оставалось невозмутимым. — Но ты изменила мне. — Граф смотрел Эрике в глаза, словно пытаясь взглядом убедить её в том, что она это заслужила. — А я уже устал от предательств. Надеюсь, ты понимаешь меня. — Т-т-ты… разлюбил… м-м-меня… Я… хотела… лишь… с-с-счастья… — из последних сил хриплым голосом выдавила из себя вампирша, после чего Марсель резко выдернул из её живота кинжал. Она рухнула спиной на пол, мгновенно обратившись в прах, оставив графа одного в комнате. Марсель постоял несколько секунд на месте, рвано дыша, после чего убрал кинжал в карман и резко направился к столу, что находился в дальнем углу комнаты. Взяв в руку перо, Марсель макнул его в чернила и стал что-то записывать на бумаге. Затем, сложив лист вдвое, он положил его внутрь камзола и направился к окну. В этот момент Марсель услышал шаги, приближающиеся к его комнате. Не дожидаясь того, как кто-нибудь войдёт, вампир распахнул окно и выпрыгнул наружу, после расправив крылья. Как только в комнату вошли Влада и Леви, он уже скрылся из виду. — Что здесь произошло? — Сын Марселя стал с недоумением осматривать две горсти с прахом. — Твой брат был прав, — ответила ему Влада. — Ваш отец не в себе. Так что мне придётся взять на себя командование. — И каков план? — Мы отправимся в подземелье. — Что? — От изумления Леви тут же повернулся к ней. — Разве не слишком рано? Мы и так сможем одолеть их. — Не будь чересчур самоуверенным. Они ведь не сидят сложа руки. Так что мы можем ожидать от них что угодно. А учитывая их многочисленные потери, я более чем уверена, что они применят своё секретное оружие. Значит, и мы тоже…