Please, don’t turn around

      Всю дорогу Наруто просидел слишком спокойно. Создавалось впечатление, что его везут не на место убийства, а погулять за город. Он даже зевнул пару раз. Какаши мог только позавидовать его стойкости, потому что самого мужчину каждый раз немного воротило от одного лишь осознания, что сейчас ему придётся иметь дело с трупом. Причём умершим не обычной смертью где-нибудь в кровати в девяносто, а жестоко убитым. За столько лет работы всё ещё было не по себе от этого. И хорошо если хоть все конечности были на месте, ведь бывали случаи, когда приходилось собирать тело по частям.       Подъехав к жилому дому, Какаши ещё раз проверил адрес, что было уже вроде привычки, и, взяв в руки недопитый капучино, вышел из машины. Узумаки следовал за ним хвостиком, недоверчиво оглядываясь по сторонам, будто мужчина привёз его на скотобойню, что мысленно звучало довольно смешно, а лицо парня приукрашало эти мысли в несколько раз. Когда же они приехали на нужный этаж, Хатаке встретили с улыбкой, а вот на Наруто подозрительно покосились.       — Это кто? — спросил какой-то здоровенный мужик в полицейской форме, лицо которого парнишка смог разглядеть только высоко задрав голову.       — Это мой новый напарник, — безразлично ответил мужчина, не спеша заходя в небольшой коридор и допивая уже остывший напиток.       Узумаки, ещё раз окинув мужика сердитым взглядом, прошёл вглубь квартиры, присматриваясь к любой мелочи. Какаши же сразу подошёл к Цунаде, которая склонилась над трупом, осматривая его.       — Почерк тот же, — устало вздохнув, ответила женщина.       Наруто, покончив с осмотром остальных комнат, подошёл к телу и присел на корточки.       — Когда наступила смерть?       Сенджу, недоверчиво покосилась на него и изогнула бровь, посмотрев на Какаши.       — Мой новый напарник, — на выдохе произнёс мужчина, мимолётно осматривая труп.       — Извиняюсь. Привыкла, что Какаши работает с Обито.       — Ничего страшного.       — Цунаде Сенджу, судмедэксперт.       — Наруто Узумаки, следователь, — с улыбкой ответил парень.       — Приятно.       — Взаимно.       Женщина улыбнулась ему в ответ и сразу перевела своё внимание к телу.       — Смерть наступила около полуночи. Как и другим жертвам, ему перерезали сонную артерию.       Цунаде указала на аккуратный надрез, на который тут же посмотрел Узумаки, слегка нахмурившись.       — Соседей ещё не опрашивали?       — Нет.       — Тогда пройдёмся? — поворачиваясь к Хатаке, спросил парень.       — Сейчас что ли? — оторвавшись от рассматривания скромного интерьера комнаты, недовольно спросил мужчина. — Давай закончим с осмотром и тогда, может быть, пойдём. Но лучше всего это будет сделать завтра. Сейчас полдень, пятница, будний день, навряд ли кто-то дома находится.       Наруто, кивнув, снова перевёл свой взгляд на труп, оглядывая его вдоль и поперёк, а после посмотрел на Сенджу.       — Можно? — указывая на чистые перчатки, спросил парень и в следующую секунду взял одну из рук блондинки.       Рукой он сначала невесомо прошёлся по ране на шее и медленно стал вести вниз, присматриваясь к одежде.       — Разве кровь из шеи могла попасть сюда? — указывая на пару капель на боку, спросил Узумаки.       — Вполне возможно, — пожав плечами, ответила светловолосая, — ведь если человеку перерезать сонную артерию и не зажать её в течении нескольких секунд, то кровь из неё будет хлестать как из фонтана, так как по артериям течёт кровь под высоким давлением, и потеря её при нарушении целостности сосуда в единицу времени очень впечатляющая, — Сенджу указала на пол, — как видишь она достала даже до дивана, что уж говорить про бок. Но, как я понимаю, ты хочешь чтобы я сравнила кровь?       — Если Вам не сложно.       — Нет, но всё же, скорее всего, это его кровь.       Внимание парня также привлекло тёмное пятно на запястье, поэтому, снова нахмурившись, он пригляделся к нему.       Как оказалось, это была татуировка.       — Ф.А.?       — Инициалы, — тихо сказала Сенджу, что-то записывая в небольшой блокнот.       — Да, — безразлично просматривая документы, подтвердил Какаши. — Фрэнк Андервуд.       — У прошлых жертв тоже такое было.       Парнишка изогнул бровь.       — А говорили, что жертв убийца выбирает хаотично, — повернувшись к Хатаке, возмутился Узумаки.       — Боже, парень, ты хоть знаешь сколько в городе людей, которые набивают себе на тело собственные инициалы?       — Нет, не знаю, но лично у этого человека инициалы набиты обычными печатными буквами. Разве если бы он хотел набить такое на руку, то не выбрал бы текст покрасивее?       — На вкус и цвет.       — Знаю, но это странно, — буркнул Наруто. — А какие инициалы были у прошлых жертв? — уже обращаясь к Сенджу, спросил Узумаки.       — В смысле по написанию?       — Да.       — Похожие.       — Ну вот! А Вы говорите, что не улика.       — И что ты предлагаешь? Найти людей с похожими татуировками и сказать им сидеть дома?       Наруто даже опешил от такого голоса Хатаке.       Он не кричал, но данным вопросом и тоном явно поставил пытливого парня на место.       — Не знаю.       — Вот видишь. Мы ничего не можем с этим сделать.       — И это слова следователя?       Секундная тишина повисла между всеми, кто находился в радиусе ста метров. Даже вороны за окном перестали каркать.       — А ты думаешь, что работая следователем, ты автоматически можешь просчитать всё до мельчайших подробностей? — глубоко вздохнув через нос, тихо спросил Хатаке. — Если ты следователь, то просто придя на место преступления ты сразу поймёшь как и что произошло, и сразу поймаешь убийцу? Чему вас там вообще учат в полицейских академиях?       Узумаки негодующе смотрел на Какаши и, видимо, не выдержав, встал с корточек, спокойно отдал перчатку обратно Сенджу и вышел в коридор. Мужчина скептически посмотрел ему в след, приподняв уголок губы.       — Хатаке, успокойся, — прервала нарастающую тишину Цунаде, недовольно глядя на мужчину. — Сам же таким был. Всё приходит с опытом, и малец когда-нибудь это поймёт. Хотя, мне кажется, он тебя ещё обскачет. Попомни мои слова.       — Ты на чьей стороне? — прищурив глаза, вполголоса спросил Хатаке.       — Я? — указывая на себя, будто Какаши мог с кем-то ещё разговаривать, саркастично спросила Сенджу. — Честно? Ни на чьей. Всего лишь взгляд со стороны. А перед парнем тебе всё же лучше извиниться.       Указывая в сторону двери, где Узумаки уже стоял с блокнотом в руках перед какой-то девушкой, — как понял Хатаке из разговора, возлюбленной убитого, — Цунаде хмыкнула и подозвала к себе щуплого парнишку с фотоаппаратом и указала на места, которые надо сфотографировать.       — Вы не замечали ничего странного в последнее время в поведении Вашего жениха? — меж тем опрашивал молодую девушку Наруто, готовый записать любое слово, которое та скажет. — Может, он с кем-то познакомился или говорил о ком-то? Стал делать что-то странное? Расскажите всё, что случалось в последнее время, оно может стать главной зацепкой.       — Ну, он говорил про какого-то мужика, с которым познакомился в баре, — девушка сделала задумчивый вид, но видимо поняв, что больше ничего не может вспомнить, продолжила: — Простите, я тогда не особо вслушивалась в его рассказы. У него таких знакомых было полно.       — Вы не против, если мы проверим его телефон?       — Конечно нет, если это хоть как-то поможет следствию.       Узумаки, вздохнув, отошёл от девушки и подошёл к Хатаке, который уже общался о чём-то с каким-то парнем. Кивнув тому на прощание, мужчина подошёл к парню, хотя желания, после их небольшой ссоры, у него не было.       — Узнал чего-нибудь интересного? — неохотно спросил Хатаке, выходя из квартиры.       — Ничего, что могло бы хоть немного помочь в расследовании. Может, в телефоне найдём что-нибудь.       Какаши на это лишь кивнул головой.       В машину они сели молча, как и провели первые минут пять поездки. Хотя, если честно, Наруто не выглядел обиженным и Какаши даже не знал, стоит ли просить прощения.       Узумаки ведь не был обижен?       — Странная она какая-то, — видимо решился на разговор парень, внимательно вглядываясь в мелькающие пейзажи за окном.       — Девушка погибшего?       — Да, — Узумаки перевёл взгляд на собеседника. — Девушки обычно больше всех плачут и орут, что полиция бездействует, а тут спокойно ответила на все вопросы.       В машине снова повисла тишина.       — Извини меня, — вздохнув, всё же выдал мужчина.       — Что?       Хатаке на это цокнул языком и закатил глаза.       — Я, вообще-то, типо извинился.       — За что? — негодующе спросил парнишка, слегка склонив голову на бок, и у мужчины возник вопрос: он дурак или хорошо притворяется?       — Всевышний, дай мне сил... — прошептал Какаши и чуть громче сказал: — За то, что нагрубил тогда, — и, всё ещё видя непонимание в глазах парня, уточнил, — ну, когда мы осматривали труп.       — А, — будто вспомнив что-то незначительное, Наруто только слегка улыбнулся, махнул рукой и перевёл взгляд на дорогу. — Ничего страшного, мистер Хатаке. Я привык. У меня ведь очень импульсивный характер, поэтому Вы не первый и не последний, кто не выдержал этого. Я обычно подхожу к делу со всей серьёзностью, но это хорошо работает только когда работаешь один, — парнишка вздохнул с облегчением. — Ну так что, тогда, мир? — протянув оттопыренный мизинец, спросил с глупой улыбкой Узумаки.       — Тебе, что, семь лет? — недовольно поинтересовался Хатаке, но увидев лицо парня, недовольно что-то пробурчал и вытянул мизинец.       Со стороны парня послышался довольный хрюк, что слегка позабавило мужчину.       После этого они немного разговорились. Если же быть точнее, то Наруто трещал без умолку, а Хатаке неохотно отвечал на вопросы. В основном речь была о каких-то событиях в мире и стране или при какой температуре стоит сажать фиалку, но не более, за что мысленно Какаши был благодарен парню, потому что сейчас слушать чьи-то проблемы или историю жизни не входило в планы Хатаке.       — Почему Вы пытаетесь строить из себя кого угодно, но только не себя? — задал тихо странный вопрос Узумаки, когда они уже подъехали к участку.       Какаши на это только пожал плечами и вышел из авто, не особо задумываясь над словами парня.       Весь остальной рабочий день прошёл относительно нормально, не считая того, что Наруто либо пытался разузнать чуть больше о своём коллеге, либо уходил куда-то ненадолго. И всё бы ничего, пускай себе шляется, но вечный хлопок двери выбесил мужчину примерно раз на пятый. Поэтому, попросив Узумаки либо сваливать, либо сидеть на жопе ровно, Какаши наслаждался тишиной в последний час рабочего дня.       Когда стрелка часов показывала семь вечера, мужчина покинул кабинет, попрощавшись с Наруто и мысленно помолившись, чтобы завтра утром сообщили, что тот уволился.       — Я дома, — устало выдохнул мужчина, заходя в просторную прихожую и снимая с себя пальто.       Из комнаты в коридор вышла миниатюрная девушка, сложившая руки на груди. По её лицу было видно, что та явно чем-то недовольна, но Какаши настолько вымотался за день, что его не очень интересовал очередной выкидон собственной девушки. Пройдя мимо неё, мужчина не спеша зашёл в ванную, вымыть руки, а после в спальню, на ходу стаскивая с себя лишнюю одежду, заваливаясь на мягкие простыни в одних трусах и закутываясь по нос в одеяло.       Брюнетка, смотрящая за этим, лишь недовольно цокнула языком и прошла вслед за ним.       — Даже не спросишь как у меня дела на работе?       Мужчина, приоткрыв один глаз, развернулся к ней, всем видом показывая, что нет.       — Хатаке.       — М?       — Мы когда в последний раз куда-либо выходили вместе?       — Погулять?       — Хоть это.       — Месяца два назад?       — Три.       Девушка стала медленно подходить к кровати.       — А когда ты в последний раз водил меня на свидание?       — Пол года?       — Никогда, — сказала, как отрезала.       — Ну чего ты...       — Какаши, я просто не понимаю, — тяжело вздохнув, брюнетка легла рядом с мужчиной, — так сложно выделить мне хоть один день?       Маленькая ладошка тут же оказалась на щеке Хатаке, оглаживая острую скулу. Рука самого мужчины медленно легла на тонкую талию девушки и притянул её к себе поближе, невесомо целуя тёмную макушку.       Девушка через несколько минут заснула и, когда Какаши услышал тихое сопение, убрал руку с её талии и повернулся на другой бок, совершенно не чувствуя никакого угрызения совести перед ней. Единственное, о чём думал Хатаке, засыпая, так это о словах Наруто, что почему-то так больно задели его за сегодняшний день, после того, как мужчина хоть немного, но понял их суть.       Почему Вы пытаетесь строить из себя кого угодно, но только не себя?       Какаши знал ответ на этот вопрос, но стойко пытался его игнорировать, объясняя это тем, что он просто запутался.