Astia valla femundis

      9:41 Века Дракона |||       Между искательницей и мужичком из Церкви отношения не просто искрились, а буквально полыхали взаимной неприязнью. Тавиен, остановившаяся сразу, как на нее посыпалось нечто сродни плохо прикрытых проклятий, теперь ошарашенно смотрела на Кассандру, вышедшую вперед, словно возжелавшую прикрыть Тави собой. Честно признаться, настроение у магессы было не из лучших. Она жутко замерзла, у нее болела рука, а все тело время от времени охватывала мелкая противная дрожь; и она точно не знала, из-за холода это происходит или из-за магии, переполнявшей всё ее существо. Или из-за страха, противным шепотом науськивавшего: "Сейчас они все обернутся против тебя, как было всегда, и отправят в Орлей на казнь. Все, Тавичка, твоя песенка спета!"       Петь Тавиен любила. А вот угрозы в свой адрес — не особо.       — А вам не кажется, что первостепенным сейчас является дело о закрытии вот этой дыры в небе, а не моя казнь? — Возмутилась Тревельян, когда недовольные вопли служителя довели ее до кипения. Кажется, от гнева она даже согрелась немного. Ткнув пальцем в сторону огромного Разрыва, девушка поставила ультиматум: — Определитесь, чего вы сами хотите: хотя бы попытаться решить проблему или всего лишь отстоять свои права, как вышестоящего надо мной, всего лишь магессы!       От такой дерзости со стороны подростка канцлер аж словами подавился.       — Я хочу избавить мир от виновника трагедии...       — Ты уже прошла Испытания? — Чужие возмущения потонули в любопытстве рыжеволосой леди. Все остальные тоже обратили на нее взоры.       — В семнадцать, — кивнула та и подняла правую руку. Мало кто до этого обращал внимание, но на среднем пальце ее блестело лириумное кольцо, являвшееся прямым доказательством тому, что простая ученица стала магом. — Но сейчас есть вещи поважнее. Дырка в небе, например.       Леди кивнула каким-то своим мыслям и уже полностью отвернулась от канцлера, подпирая локоть одной руки другой. Кассандра была солидарна.       — Что правда, то правда. И этим лучше заняться сейчас, когда мы выяснили, что твоя метка способна закрывать разрывы. Лелиана, что по разведке?       О, так ее зовут Лелиана. "Красивое имя, — подумала Тавиен, вспоминая, что слышала его от искательницы чуть ранее, — но холодное. Подстать ее внешнему виду".       — Есть путь к храму через долину, как ты знаешь — заговорила Лелиана, — но он не безопасен. Еще мы можем устроить отвлекающий манёвр и пойти через горы.       — Мы потеряли в горах целый отряд, — Кассандра поджала губы. — Это слишком рискованно.       Пока Тавиен стояла позади двух несомненно сильных женщин и украдкой поглядывала то в сторону Бреши, то на свою руку, внимание снова переключилось на нее. Искательница повернулась к ней лицом и серьезно спросила:       — Как ты думаешь нам стоит поступить?       — О, мое мнение считается? — Лицо у девушки вытянулось. Лелиана дернула бровями, взгляд Кассандры стал чуть тяжелее, чем до этого, позади сдавленно хрюкнул Варрик. И даже Солас вдруг вставил свое слово:       — Метка находится в твоей ладони. Думаю, очень даже честно будет узнать твое мнение.       Оглянувшись на эльфа через плечо, девушка улыбнулась ему уголком губ. Наверное, это такая "мажья" солидарность. Не желая злить искательницу сильнее или испытывать ее терпение, Тавиен действительно задумалась, хоть и не до конца понимала, как связаны понятие тактики в этой ситуации и наличие Метки в ее руке. Тем не менее, к выводу она все же пришла.       — Горы слишком непредсказуемы, но позволят нам скрыться, если это необходимо, и у нас будет шанс отыскать солдат, если они все еще живы. В долине мы будем как на ладони. К тому же, — девушка нахмурилась, вспоминая недавний разговор, — вряд ли я доживу до этого вашего суда. Что бы не случилось, оно случится сейчас.       Выражение на лице Кассандры будто бы неуловимо изменилось, однако в следующее мгновение она уже полуобернулась вперед и жестом пригласила Тавиен идти к воротам. Тави послушалась и, убедившись, что гном и эльф неотступно последовали за ними, бодро зашагала за воительницей.       Живя в Круге, Тавиен редко когда оказывалась в центре внимания. Всеобщими любимчиками публики (то есть, других магов и магесс) оказывались либо пытавшиеся сбежать (кого не усмирили), либо просто прирожденные актеры, любившие это самое внимание, либо те, над кем, никого не стесняясь, издевались. Тави не относилась ни к одной из этих каст. Она "состояла" в другой — в касте тех, кого любили за знания (в основном, старшие чародеи и отстающие ученики) и за умение притвориться невидимкой (в основном, храмовники).       Теперь, шагая все дальше от Убежища и все ближе к храму, Тави острее ощущала, как чужое внимание обволакивает ее, а взгляды впиваются в нее иголками и пытаются залезть под кожу. Например, народ на Покаянном мосту, провожавший ее взглядами: многие, если не все, смотрели, как компания четырех уходит по направлению к горам, но Тавиен чувствовала, как горят ее затылок и спина от десятков глаз. Или спасенный по дороге к шахтам разведчик, единственный уцелевший из трех, или же солдаты Кассандры, едва не погибшие от лап демонов ужаса. Как изменился взгляд лейтенанта, когда она узнала от Кассандры, кто именно закрыл Разрыв и спас ее и других солдат от неминуемой гибели! Казалось бы, это должно было приподнять ее дух, но, на удивление, наоборот, Тави ощутила нечто вроде дискомфорта.       Спустя четверть часа, пробиваясь сквозь встречающихся демонов и призраков, компания в лице искательницы, гнома, эльфа и девушки с помеченной рукой добралась до храма. Точнее, до его мрачных руин, окутанных в сажу, пыль и магический остаток. Тавиен чувствовала его кожей: оказавшись впереди остальных, пока сопартийцы осматривали место происшествия, магесса плавно провела пальцами в воздухе, словно пыталась что-то ими подцепить. И подцепила — сквозь них просочилась полупрозрачная, едва заметно посверкивающая ленточка. Сделав аккуратный пасс в воздухе, Тавиен заставила завиток раствориться без следа и вздрогнула, чуть заслышав эхо воспоминаний, выуженное из этого самого завитка.       По ушам ударил одной ей слышный вопль, полный ужаса, боли и непонимания. Ей нужно было лишь опустить голову и посмотреть чуть правее, чтобы увидеть возможного обладателя этого крика. Обугленное тело застыло в позе, от которой сердце сжималось — поднятые руки к расплавившемуся лицу, широко раскрытый в болезненном вопле рот. В голову магессе ударил жар. То была смесь соболезнования, чувства утраты и страха — если осмотреться, вокруг можно было найти еще около десятка таких же тел. Те, кто не успел сбежать.       — Никто не спасся, — одними губами повторила Тавиен слова Кассандры, — только ты...       Почувствовав на себе взгляд, Тавиен оглянулась и опустила руку вдоль тела. От вопроса явно заинтересовавшегося происходящим эльфа отвлекло предложение Кассандры пройти дальше. Компания спустилась ниже по уцелевшей лестнице и оказалась на высокой галерее. То, что Тавиен увидела, вызвало у нее две реакции: сначала искреннее изумление пополам с трепетом, а следом тихий смешок. Нервный.       — Высоковато, — пояснила она рядом вставшему гному. Тот согласно кивнул.       Еще через пару минут их нагнала Лелиана вместе со своими людьми, и Кассандра отошла отдать приказ. За это время Солас успел подойти к Тавиен, до сих пор рассматривавшей Брешь и столп, протянувшийся от самого храма до небес. Встав рядом, мужчина сцепил руки за спиной и обратил взгляд туда же.       — Прости мне мое любопытство, — начал он. Тавиен кивнула, заведомо зная, о чем будет вопрос.       — Запросто.       — Я уловил магический всплеск там, наверху. Что ты делала?       — Здесь воздух пропитан магией, — она вновь подняла руку и повторила свой маленький трюк. Солас увидел, как меж длинных пальцев заструилась магическая материя, отдающая зеленоватым свечением. — Иногда я могу выхватывать из общего потока что-то одно, чтобы... Прочитать это.       — Это как способности сомниари, но наоборот, — Солас задумчиво хмыкнул. — Этому тебя научили в Круге?       Он, конечно, сомневался, что подобному могли научить в каком бы то ни было Круге, но неразговорчивая девица не прекращала изумлять. Сначала вышла из Тени во плоти. Затем выдержала внутри себя мощную магическую энергию, которая легко могла погубить такое юное и неопытное создание. Теперь же выказывала поразительное спокойствие и покладистость. "Неужто верит в свою виновность? — Задумывался Солас, внимательно вглядываясь в девичью фигурку, пока Тавиен не смотрела в его сторону. — Нет. Скорее, мучается от неизвестности, ведь если правда не на ее стороне, то..."       То что? Солас понятия не имел ничего об этой девочке. Могла ли она быть в сговоре с преступником? Или же стала жертвой обстоятельств? Солас уже сказал, что остался ради изучения Метки, но ему действительно было интересно, кому досталась способность ее использовать.       Тавиен сперва промолчала, и эльф повернул к ней голову. По ее лицу невозможно было предположить о ее мыслях, но через долю минуты магесса подтвердила догадки Соласа:       — Нет, такому в Круге не учат. Я сама.       — Ты готова?       Вернулась Кассандра. Магесса неопределенно повела плечами и повторила свои сомнения насчет расстояния между ней и самим Разрывом. Солас ответил, что этот Разрыв может быть ключом к закрытию самой Бреши. После очередной игры в переглядки Тавиен подытожила: "Тогда мне не остается ничего, кроме как элементарно попытаться". По лицу Кассандры скользнуло нечто вроде одобрения, и сразу после этого компания отправилась вниз.       Тави пожирала глазами все, что попадалось на пути. Пульсирующие до боли знакомым зеленым светом стены — точнее, их оплавившиеся из-за ужасного взрыва останки, — обломки каменных лестниц и перил, по которым совсем недавно ходили люди, желавшие договориться о мире и прекратить убийства. И самое страшное — Тавиен совершенно не помнила, что она сама была здесь. Болезненная пустота в голове отказывалась рассасываться даже сейчас, когда для этого были если не все ресурсы, то их множество.       Воздух здесь вибрировал, отчего по коже табунами носились нехорошие мурашки, и магесса не совсем понимала: голова у нее болит от этого переизбытка энергии, от волнения за ближайшее будущее или же из-за того, что заочно она пытается выцепить и памяти хоть что-то, что может удовлетворить интерес хотя бы ее собственный, не говоря уже об Искательнице или канцлере церкви?       — Воздух здесь странный, — послышался из-за спины приглушенный расстоянием голос Варрика, — и знакомый...       Тави остановилась и оглянулась, думая, что поторопилась и далеко обогнала спутников, и тут же Варрик случайно пихнул ее плечом в бок. Они оба уставились друг на друга с невыразимым изумлением в глазах.       — Все путем, Львенок? — Поинтересовался гном.       — Не знаю- что? — Магесса прервала саму себя и подняла брови. — Как ты меня назвал?       — Львенок, — чем-то довольный, повторился Варрик и, уже нарочно, но легче подпихнув Тавиен локтем, зашагал дальше. Она припустила за ним, хлопая ресницами, и мужчина пояснил: — Волосы свои видела? Не в обиду, но ты словно львенок, уж прости, если по половому признаку тебя обижу... Взъерошенный такой.       Тревельян не находила ни одно, ни другое обидным, скорее удивительным. Никто еще не давал ей милых прозвищ, кроме, пожалуй, матери, которая звала ее Маленькой Ромашкой до самого ее последнего дня. Ощутив небольшой душевный подъем, она вновь поравнялась с Варриком в шаге, стараясь особо не выказывать своего настроения. Тем не менее, Варрик все равно всё понял, просто промолчал, обойдясь незаметной усмешкой при виде легкой улыбки на губах подростка.       — Мне нравится, — лояльным тоном сообщила Тави свой приговор, — это, по крайней мере, гораздо лучше прозвищ, которые мне давали кузены в детстве и... мм... другие люди...       Что поражало Варрика и некоторых других, особо внимательных взрослых, которым доводилось быть в близком знакомстве с миледи Тревельян, так это ее способность резко меняться в настроении и выражении лица. Мгновение назад в уголках губ ее таилась улыбка, а теперь девичье лицо отражало нечто непостижимое уму человека, пока еще незнакомого с ее прошлым. Прошлым, которое было омрачено такими событиями, которые не каждый ребенок, и не каждый "молодой взрослый" способен вынести, и на переживание которых необходимы, порой мужество шевалье древности и стойкость самой Андрасте.       — Этим другим людям явно не хватает болта в заднице, да?       Нейтральность Варрика очень понравилась Тавиен с первого дня их общения. Вот и теперь она, испытывая благодарность за отсутствие уточняющих вопросов, которые могли бы сломать ее в одно мгновение, лишь поджала губы и с глубоким вздохом продолжила вышагивать вперед.       — О да. Про задницу ты это как нельзя точно.       — Каждому воздается, — только и добавил гном и в жесте поддержки хлопнул Тави по локтю левой руки. — Давай разберемся с вот этой конкретной задницей и вернемся в Убежище. Я тебя угощу чем-нибудь. Играешь в "Порочную Благодать"?       — Не доводилось толком научиться, — Тави покачала головой. — В Круге опасно играть на что-либо, а из-за скуки там обязательно играют на что-то... или на кого-то... так что я не рисковала.       — Храмовники портили все веселье? — Понимающе хмыкнул Варрик.       — Зависело от храмовника, — девушка пожала плечом и снова вздохнула, хмуря брови, — но в целом... да. Храмовники чаще все портят, чем помогают.       Варрик снова хмыкнул, но разговор не продолжил. По лицу Тревельян было понятно, что продолжать этот разговор она не хотела.       Они остановились, когда неровная дорога оборвалась, и заглянули за край. Склон был не сильно крутым, но тут и там из каменной крошки торчали обломки стен и острые, переливавшиеся кристаллизированные пики. К тому же, добрую часть обзора на нижний уровень руин им перекрывала одна наиболее громоздкая пика, длиной в добрые метров десять, а диаметром, наверное, с целую Тави в полный рост. Поэтому спускаться сопартийцы не торопились.       — Интересно, как будет добираться отряд Лелианы? — Задумалась Тавиен, пока осматривалась по сторонам в поисках хоть чего-нибудь, что могло помочь спуститься. Вокруг валялись только обломки камней, да деревянных досок с балками. Варрик похмыкал рядом:       — Вот уж за Лелиану я бы не переживал.       — Вернемся? — Неуверенно спросила Тави у Кассандры, которая с недовольным видом пялилась на обвал, словно тот должен быть вот-вот сравняться и дать им пройти. Обвал становиться ровным не желал, поэтому искательница только вздохнула.       — Слишком долго. И ведь даже веревки с собой нет.       Тавиен подумала, что даже будь у них веревка, не нашлось бы достаточно подходящей и устойчивой опоры, вокруг которой ее можно было бы обвязать без страха свалиться на полпути к нижней части руин. Зато большое количество древесины вокруг наводило на интересную мысль. Рисковую, но интересную. Видимо, о том же подумал и Солас:       — Думаю, я могу смастерить лестницу.       — Что, прямо сейчас? — Варрик разразился было смешками, но потом до него дошло, что Солас не собирался искать гвозди и молоток. — О-о-о, я понял...       Тави искренне повеселила смена тона его голоса, на что Варрик только развел руками: "Я гном простой, что ты от меня хочешь?" Эльф-отступник смеяться не стал, а сразу, как Кассандра одобрила затею, принялся ворожить. Взгляд Тавиен прикипел к Соласу. Ах, сколько лет она мечтала воочию увидеть, отличается ли магия отступника от магии ученика Круга!       Для такого колдовства посох был не нужен. Солас сделал несколько пассов руками, концентрируя энергию перед собой, собирая ее отовсюду вокруг, сплетая в только им двоим видимый узор — приказ, повеление, желание, задачу, — каждый зовет это по-своему. Внешне это не отличалось от магии, которую Тави творила в Круге. Но вот на более тонком уровне, не видимом глазу, она ощутила нечто, что отличало магию отступника и магию тех, у кого она училась сама. Магия Круга была дисциплинированной, подверженной правилам и уставам. Все делалось как по инструкции: сначала формируешь задачу, потом фокусируешь внимание, затем энергию и уже потом творишь колдовство. Формирование задачи было обязательным этапом даже для тех, кто уже прошел Истязания, "во избежание всяческого инакомыслия и вреда". Но с Соласом это ощущалось... иначе. Несомненно, отступники тоже обучались контролировать свою магию. Но в работе Соласа не чувствовалось педантичности учителей из Круга. Тавиен не могла понять, чем конкретно отличалась ворожба эльфа, но четко понимала: его магия жила и дышала. Это было чем-то совершенно иным, и она с той самой минуты загорелась желанием узнать, чем именно.       Меньше чем за минуту Соласу удалось собрать из строительного мусора лестницу, которая уходила вниз под небольшим наклоном. Держась на воле и навыках мага-отступника, лестница стойко выдержала Кассандру и Варрика. Не найдя никакой опасности внизу, они разрешили спускаться и Тави. Солас решил лезть последним. Когда все четверо оказались внизу, Тави еще какое-то время смотрела на лестницу, которая и не думала разрушаться. Солас оглянулся, не услышав за собою шагов, хотя искательница и гном уже отошли дальше.       — Она просто останется вот так? — Вопросила Тавиен, переведя на Соласа взгляд.       — А что ей еще остается?       — Если от нее больше нет пользы, не должна ли она рассыпаться обратно? — Не в силах сдерживать горящее любопытство, Тавиен поспешила за Соласом, жестом предложившим ей догнать Кассандру и Варрика.       — А я и не хочу, чтобы она рассыпалась, — ответил эльф, когда они поравнялись. — Лестница может пригодиться нам на обратном пути.       — Ты все еще поддерживаешь ее своей магией?       — Напрямую? Нет.       — То есть, ты не тратишь основной резерв своей силы?       — Чему вас только учат в ваших Кругах? — Услышав в тоне Соласа недоумение с примесью раздражения, Тави нахмурилась, но принимать на свой счет не стала. Она не была ребенком... точнее, она не была глупым ребенком.       — Спроси лучше, чему нас НЕ учат.       Солас вдруг усмехнулся, и Тави поняла, что попала в яблочко. Да, система Круга ее тоже в восторг не приводила. Слишком много запретов и ограничений. Но у нее все-таки были примеры, к которым можно было стремиться, чтобы стать хорошим и сильным магом. Магом, которого могли выпустить из Круга, например.       Что ж, Тави больше не заперта в каменных стенах, но и не дышит свободой полноценно. Не об этом она мечтала, будучи маленькой девочкой. Совсем не об этом.       Вскоре они догнали своих спутников, и Тави вновь ушла на пару шагов вперед, поглощенная сценами трагедии. Не засматриваться вокруг было невозможно, ибо для каждого из спутников руины порождали разные мысли. Тави становилось почти физически больно от отсутствия воспоминаний, ибо с каждым шагом ей все сильнее хотелось узнать, что здесь произошло. Справа от нее щерились пиками темно-зеленые кристалы, словно имитируя челюсти неведомого чудища, вылезая прямо из каменной породы; слева из земли торчали останки перил и лестниц, и Тави решила держаться левой стороны. Вероятно, совсем скоро компания окажется у цели назначения, и она не знала, что ей испытывать по этому поводу.       Тави подошла к одной из зеленых пик, растущей из нижнего яруса руин, и коснулась ее ладонью. Свет от Метки отразился внутри стекловидного минерала, пронизал его своими лучами, но девушка не успела засмотреться, испуганная зазвучавшим отовсюду голосом.       — Настал час нашей победы. Приведите жертву.       Низкий и глубокий, заставляющий воздух вокруг вибрировать, голос породил внутри Тави недомогание. Когда она оглянулась, чтобы узнать реакцию спутников, Кассандра уже была рядом с ней, и девушка, вздрогнув, прижалась к кристаллу плечом.       — Ты что-то сделала? — Спросила Кассандра, при этом словно превратившись в ту Кассандру, которая яростно допрашивала Тавиен, едва та продрала глаза в темнице.       — Просто дотронулась... — пробормотала магесса и выскользнула из тесного пространства между кристаллом и искательницей, желая стряхнуть с себя наваждение и страх.       — Чей голос мы только что услышали? — Уже менее напряженно, почти извиняющимся тоном вопросила Кассандра, но Тавиен ощутила от этого только раздражение. Откуда ей знать? Впрочем, за нее ответил Солас:       — Полагаю, того, кто создал Брешь.       Немного погодя они вышли на финальный виток импровизированного спуска, но и здесь их ждала еще одна шокирующая находка. Красные кристалы, растущие из земли и распыляющие вокруг себя искрящееся свечение. Тави нашла его пугающим, но завораживающим. К тому же, стоило ей приблизиться, ушей ее достиг шепот, которого она не слышала ранее. Горький, печальный, но таящий в себе злобу, от которой волосы вставали дыбом.       Ее запястья коснулась шероховатая от мозолей рука, и мгновение спустя уже вместе с Варриком она отошла прочь от странной жилы.       — Красный лириум, — пояснил гном, отпуская Тави и морщась в сторону находки. — Не вздумай трогать его, Львенок, коли не хочешь головой поехать.       — Красный лириум? — Болванчиком повторила Тави и сделала еще два шага прочь. — Я слышала о нем, но никогда не видела воочию. Ты слышал?.. Он словно...       — Разговаривает? Да, — Варрик, казалось, испытывал искреннее отвращение к предмету их обсуждения. — Не слушай эту песенку, она тебе добра не сослужит. И не трогай жилы.       Тави лишь оглянулась на Соласа, и тот, заметив ее взгляд, развел руками.       — Должно быть, магия вытащила жилы лириума наружу и осквернила их.       Это удовлетворило ее любопытство, но не угомонило тревогу, рояющуюся в груди. Масла в огонь подлила новая вспышка энергии, совсем как рядом с зеленой пикой, за которой последовала фраза. Она отразилась от каменных обломков и троекратным эхом прокатилась по зале в самом низу руин.       — Кто-нибудь, помогите мне!       — Держите жертву крепче.       Если до этого Тавиен испытывала дискомфорт, то теперь внутри нее змеился страх. Проснулось желание сбежать, совсем как ранним утром (Боже, это было только утром!), и девушка ощутила, как все ее тело словно превратилось в глыбу льда. Больше она не сделала ни шагу, пригвожденная к земле там, где стояла.       — Что здесь творится?!       Метка в левой ладони ярко вспыхнула, окутав конечность ярким сиянием. Огромное скопление кристалов такого же цвета высоко над землей будто бы отозвалось и заёршилось, зашевелилось и неприятно заскрежетало, преломляясь самыми разными способами. Тави, как зачарованная, уставилась вверх. Тень просочилась в реальный мир и теперь вырисовывала дымом и пылью фигуры из всё еще тлеющего прошлого.       — Это был голос Её Святейшества и... твой голос, — выдохнула Кассандра за спиной Тревельян. — Она воззвала к тебе!       Но Тавиен не ответила ей, не в силах оторвать взгляд от другого взора, глядящего прямо на нее из прошлого. Горящие красным пламенем глаза пронизывали все её существо, а грозный голос заставил каждую клеточку тела задубеть от страха.       — Беги, пока можешь! — Закричало прошлое голосом Джустинии. — Предупреди их!       — Избавьтесь от нее! Живо! — Приказал враг, и Тави вздрогнула, напряглась как пружина и потянулась за посохом, но вовремя вспомнила, что это все не реально.       Затем — вспышка света, на которую отозвалась и Метка, отчего Тави зажмурилась и отвернулась от Разрыва, дабы не ослепнуть. Едва она открыла глаза, как рядом с ней оказалась Кассандра и обсыпала ее новыми вопросами.       — Ты все-таки была там! Кто напал на вас? Выжила ли Её Святейшество? Правдиво ли это видение?       — Я не знаю! — Моментально вспылила Тави и сжала кулаки. Но тут же она заставила себя успокоиться, глубоко вздохнула и постаралась говорить максимально ровным тоном: — Я... Я не знаю, Кассандра. Я понятия не имею, кто это был, и что приключилось после... Даже сейчас в моей голове пусто. Это видение никак не отозвалось в памяти...       — Должно быть, магическое влияние, оказанное на тебя, было слишком мощным, — сказал Солас, появившись из-за ее спины и положив руку на ее плечо. Словно защищая от дальнейших расспросов искательницы. — Уверен, все выяснится с течением времени. Сейчас лучше заняться Разрывом.       — Ты прав, — после некоторого молчания ответила Кассандра. Затем она перевела взгляд на Тави, и тон ее больше не был таким требовательным. — Ты готова?       — Этот Разрыв отличается от тех, что мы уже видели. Этот кажется... закрытым?       — Верно замечено, — с различимым одобрением в голосе подтвердил Солас и прошел дальше. — Однако это не значит, что он запечатан. Чтобы сделать это навсегда, нужно сначала открыть его. Но будьте готовы к тому, что открытый проход в реальный мир привлечет внимание с другой стороны.       — Значит, готовимся к битве. Солдаты, занять позиции! — Приказала Кассандра и сама достала из ножен меч.       Тавиен взглянула на левую ладонь и вытянула руку высоко вверх, гадая, как же в прошлые разы у нее получалось создать связь с Разрывом? Но Метка, казалось, сама знала, что делать, ибо, стоило Тави подумать, между ее рукой и Разрывом протянулась ослепительно сверкающая цепь. Ее даже дернуло следом, и на долю секунды она испугалась, что сейчас затянет прямо внутрь Разрыва, но все произошло ровным счетом наоборот. Связь разорвалась, и Разрыв открылся, превратившись из скопления кристалов в полотно из света. Когда из его центра в землю ударила зеленая молния, Тави посетовала на собственную глупость: стоило отойти подальше от Разрыва и поближе к солдатам, ибо теперь она стоит одна совсем рядом с... чем-то, что наверняка угрожает ее жизни.       Этим чем-то оказалось огромных размеров чудище с семью глазами и внушительной броней. Она уставилось прямо на Тавиен, проморгалось — и заревело так, что у девушки коленки ослабли. Никогда еще ей не представало сражаться против такой твари!       Впрочем, мысль об одиночестве оказалась ложной, ибо вокруг Тави вдруг сомкнулся мерцающий синим светом барьер. Как раз вовремя, чтобы спасти ее от удара могучей лапы. Это был Солас, оставшийся рядом с ней и моментально наколдовавший защиту.       — Спасибо! — Воскликнула Тави, и вместе они отбежали прочь, подальше от монстра и поближе к сопартийцам.       Бой завязался нешуточный. Тави, как источнику мощной магии, то и дело приходилось улепетывать от демона гордости (как его назвал Солас). Кассандра в один момент успешно переманила демона к себе, позволяя магессе атаковать с безопасного расстояния, хотя помочь она могла разве что заклинаниями школы зимы, ибо буря против демона оказалась бесполезна.       — Воздействуй на Разрыв! — Закричал Солас, когда его атака вдруг отлетела от демона и едва не сшибла одного из солдат на среднем уровне. — Он должен ослабить его!       Тави юркнула прочь и вновь соединилась с Разрывом цепью. Воздух вокруг завибрировал, наполнился энергией, которая стала собираться отовсюду в одну точку. Тавиен чувствовала на подкорке, что еще секунда, и Разрыв впитает в себя всю лишнюю энергию, но тут на периферии зрения что-то мелькнуло. Нехорошее предчувствие подсказывало ей, что это не солдат и не Кассандра, и фигура никак не походила хоть на кого-то из них, а яркий свет мешал разглядеть досконально незваного гостя. Лишь в последний момент, когда этот некто оказался прямо перед ее лицом, Тави увидела иссохшее лицо с раззявленной зубастой пастью, смотрящее на нее из трухлявого капюшона. Страшные когти вцепились в ее левую руку и плечо, и магесса завопила больше от боли, чем от страха. Дернув рукой вниз, она стряхнула с себя чужую лапу и случайно ударила призрака цепью. Призрак закричал, а Тавиен, не долго думая, схватилась ладонью за цепь, сделала широкий пасс, тем самым хватая призрака в импровизированный силок и затягивая его что есть мочи. Вопль монстра стал громче, а в следующий миг он взорвался прахом и улетучился прямиком в Разрыв.       Тави быстро осмотрелась вокруг. Никто не заметил ее схватку, скорее всего, даже солдаты переместились со всех позиций в одну, чтобы помогать остальным добивать демона гордости. Поэтому девушка вновь сосредоточилась на Разрыве, и в этот раз у нее получилось довести дело до конца. Она поняла это по рёву и грохоту упавшего на колени демона, а также по воодушевленным крикам солдат.       Только вот радоваться долго не пришлось. Разрыв вновь оказался распахнут настежь, и вскоре к их компании присоединились еще призраки. Тави успела отбежать поближе к людям, и тут Варрик, плясавший рядом со своей Бьянкой, изумленно воскликнул:       — Что у тебя с рукой приключилось?!       Тави бегло осмотрела себя и с удивлением обнаружила, что весь левый рукав рубахи ободран в клочья. Глубокие порезы от когтей призрака пекло огнём, но лечить их было некогда. Тави лишь отмахнулась и, наконец, взялась за выданный ей посох.       — Я вас прикрою от призраков, бейте гордыню!       Никогда еще Тавиен не сражалась так отчаянно. Честно сказать, до этого дня она вообще никогда и ни с кем не сражалась, если не считать занятий в Круге под присмотром чародеев. И то, заклинания они испытывали исключительно на манекенах или на самих чародеях, которые либо могли легко отразить любую атаку ученика, либо попросту прятались за мощными щитами.       Ей еще три раза пришлось вручную ослаблять и открывать Разрыв, который с течением времени постепенно закрывался, но не запечатывался. И с каждым разом демон становился слабее, а рев его — злостнее. Тави чувствовала, что победа близка, хоть и спутники ее заметно выдохлись. В очередной раз она отбежала прочь, выудив момент для работы с Разрывом, и сверкающая цепь уже вгрызлась в аномалию, как вдруг демон резко переключил свое внимание с воинов на нее.       Заревев, он в два шага оказался почти рядом, но остановился и оглянулся назад, более неспособный двигаться. То Солас заморозил обе его ноги сильным заклинанием, лишая монстра возможности добраться до Тавиен, и та сбежала на другую сторону арены. Вновь заскрежетала неизвестная ей магия, вновь зашелестела цепь. Шум стоял невообразимый, и голова уже начинала закипать. Тавиен была вымотана физически и истощена духовно. С собой у нее не было ни единой скляночки с поддерживающими зельями, а потому ей стало ясно, что Разрыв она закроет либо сейчас, либо никогда.       Послышался хруст разламываемого льда, рёв и грохот. Свист стрел и звон клинка. Кто-то закричал: "Уходи!", но Тави не знала, ей ли это кричат или кому-то другому. Даже если ей, она бы не ушла. И действительно, справа к ней вновь приближался демон. Она не сдвинулась с места, лишь сильнее сконцентрировалась на Разрыве. Все ее чувства напряглись до предела. Глаза заслезились, а левая рука вдруг онемела.       Она не видела, но прямо над ее головой занеслась рука демона. В следующий миг Разрыв вспыхнул, обдав всех волной энергии. Тави пошатнулась, проморгалась, посмотрела наверх. Все вокруг показалось таким медленным, таким... ненастоящим... Прежде, чем лапа демона опустилась бы на ее голову, Тави вытянула руку к Разрыву вновь и буквально приказала:       — Закройся и забери этого урода туда, где ему место!       Последняя вспышка озарила поле битвы. Гордыня закричал, но крик его исказился, а затем и вовсе утонул в свисте втягиваемого в стремительно закрывающуюся дыру воздуха. На мгновение в руинах воцарилась тишина. Тави нашла в себе силы улыбнуться. Она даже хлопнула в ладоши от радости и заметила, что Кассандра и остальные направились к ней.       — Улетел нагом вприсядку, вы это видели вообще?! — Крикнула она с толикой задора, неуверенная сперва, что голос не подведет ее и не выдаст хрип вместо нормальных звуков. По реакции спутников стало ясно, что шутку они оценили, и это не могло не обрадовать.       Все это произошло секунд за пять после того, как исчез демон. В воздухе засвистело, ввысь ударил столп света, а в следующую секунду Разрыв, видимо, захлопнулся окончательно и выдал "прощальный" пинок. Тави почувствовала удар в грудь, а затем все вокруг укутало тьмой.