Я хочу увидеть море!

Очень странные ощущения от меча. Тяжелый, полновесный, пусть и не двуручный, но необходимо с ним сродниться, чтобы он стал продолжением руки. Я шел к кораблю и отчётливо понимал, что вот именно сейчас становлюсь полноправным членом команды, ответственным не только за себя, но и за других. Незадолго до выхода в море ко мне подошла мать. — Сынок, береги тебя Один. Я буду молить всех богов, чтобы они сохранили в пути. И с этими словами она одевает мне на шею амулет расписанный охранными рунами. Я поцеловал ее руки. — Береги себя, мама. И поклонился ей. Сзади подошли Бьерн с Ханной. Брат молча обнял и передал Бусинке. Сестрёнка не стала сдерживаться и плакала. — Эй, сестрёнка, ты чего мне рубаху мочишь? Мне ж холодно будет, вот я замёрзну, заболею и никуда не поеду. И бусинок новых не привезу. И гребешков для волос. — И ленточек с камешками? — И с ними тоже. Я поднял ее зареванную мордашку за подбородок. — С тобой отец, мать и любимый Бьерн. — Фу дурак! Она улыбалась. — Ёж ты морской, а не брат. Вот и иди в море и пусть там все ветра тебя обдуют и паруса наполнят, чтоб ты вернулся быстрее. Хельг обнял родных и мы поднялись на борт. Убрали сходни. Раздалась первая команда и мы натянули паруса. Рулевой развернул штурвал и весь строй кораблей выстроился друг другу в *кильватер. Мы прошли три *дёгра, когда накрыло штормом. К нашему счастью он был недолгим и мы вышли из него без потерь. Но потрепало знатно. С непривычки от сильной качки и большого количества морской воды в утробе, меня еще полдня полоскало. Бывалые смеялись с моих потуг, только Хельг сочувственно похлопывал по спине. Брат не смотрел на меня как на родственника и спуску не давал. Я вместе со всеми греб веслами, регулировал парус, на берегах охотился с большим удовольствием. Так как чувствовал острую необходимость размять ноги и вступить на твёрдую землю. Хельг то одобрительно хлопал по плечу, то вспоминал всех богов при виде моих недочётов. Подходил к концу наш первый месяц путешествия. За этот период мы прошли не одну морскую сажень. Брат учил ориентироваться в море по животным и птицам, даже водоросли имели значение. Когда то отец показывал очень странную штуку, которую называл северным компАсом. Вот и Хельг умеет ею пользоваться для ориентира в морском бескрайнем пространстве. В это путешествие брат открылся мне с другой стороны. Он был достойной заменой отцу. Чётким и требовательным командиром. Заботливым братом. И всегда помнящим тех, кто остался на берегу. Спустя большой промежуток времени, где реками, а где и волокушами по земле добрались мы до Старой Ладоги. — Ну вот, мелкий, мы и на земле русичей. Смотри как здесь красиво! Хельг сам смотрел и любовался местной природой. Зелёные высокие травы, которые я никогда не видел. Цветы потрясающих размеров, форм и цветов. А как они одуряюще пахнут! Я забыл кто я есть. И бегал по лугу как в детстве. А потом просто упал в траву и передо мной открылся удивительный мир насекомых и разных букашек. Мое тело наполнялось неведомой силой. Грудь вдыхала свежий аромат и в голове звенело от дикого счастья. Будто снова попробовал отцовский хмель. Хельг смотрел на меня и смеялся, хотя было видно, что всем было здесь по душе. Я знал, что это только весной и летом здесь так. А зима такая же как у нас. Но у нас лето короткое и не жаркое. Все мы, сыны севера, привыкли к такой жизни. Но здесь. Здесь все ощущается по-другому. Хельг дал нам один дёгр на остановку. Поэтому все спешно, по привычке расположили лагерь. Кто-то стирал и чинил вещи. Кто-то разводил огонь и готовил общую на всех трапезу. Я же попросился с братом на охоту. Уж больно хотелось поглазеть на природу. Мы шли и отлавливали местную дичь, коей было так много, что вскоре мы вернулись с богатой добычей. Я лежал в траве и смотрел на звёздное небо. Шумели кроны высоких сосен, перекрикивались ночные птицы. А мне все казалось, что я абсолютно сливаюсь с природой и становлюсь с ней единым целым. — Хельг, а Хельг. Тронул я почти спящего брата. — Чего тебе неугомонный? — Как часто ты здесь бывал? — Пару раз наверное. Первый мой приезд совпал с моим первым походом. Я тогда совсем юным был. Меньше чем ты. Даже мать с нами тогда ездила. Отец был счастлив что вся семья с ним. Русичи нас встретили не очень дружелюбно. Но потом, после обмена любезностями, наладили отношения. С северной частью легче чем с южанами. — А наши языки похожи? — С тобой языкатым никто не сравнится. Он ткнул меня в бок своим кулачищем. — Эй! — Так вот, языки наши непохожие, -он продолжил ни в чем ни бывало, — но в целом догадаться об их или наших намерениях не сложно. — А как же с ними общаться? — Увидишь. Брат хитро улыбнулся. — Так, давай спать, мелкий. Завтра день долгий. Брат перевернулся на бок и захрапел. А мне не спалось. Завтра выдвигаемся к Новгороду. Какой он этот Новгород? Невдалеке прошли дозорные и тихонько заухал филин. А над моей головой, по небесному своду скатилась звезда. «К счастью» подумал я и заснул. *дёгр- единица измерения викингов, равная примерно полным современным суткам. *Кильватерная колонна, или строй кильватера — строй, при котором корабли следуют строго друг за другом.