Граница терпения

      Чонгук шел по коридору компании, прокручивая в голове встречу с Акилом.       Мужчина на протяжении всего разговора недовольно двигал челюстью, еле сдерживая себя от лишних высказываний. Акил был неглуп и отлично понимал, что у него нет права раскрывать рот, ведь присутствие Чонгука было тому доказательством. Поэтому мужчина молча согласился с новым планом перевозок и принял на себя все издержки его реализации.       После встречи прошло уже несколько дней, а отчитаться перед отцом до сих пор не довелось, так как мужчина был в отъезде. Как только Сокджину сообщили о том, что господин Чон вернулся, он сразу позвонил Чонгуку и сообщил о приезде его отца.       Парень кивнул секретарше отца.       Женщина вскочила со своего рабочего места и вежливо поклонилась. После чего хотела предупредить господина Чона о прибытии сына, однако Гук остановил ее, выставляя вперед руку. Сделав очередной поклон, девушка присела обратно, утыкаясь в экран компьютера.       Чонгук схватился за ручку двери, но не открыл ее. До него донесся громкий голос отца, явно сердитый из-за чего-то.       — Найди кем заменить Акила! Он начинает понимать, что мы так же зависимы от него, как и он от нас!       — Акил имеет слишком огромный вес у себя на родине, Дживон. Мы не можем привлекать к этому непроверенных людей.       — Так проверь и привлеки! Пока у нас есть на это время!       — Мы над этим работаем.       Чонгук мотнул головой, сам не понимая зачем подслушивал разговор отца с господином Паком. Однако следующие слова отца вновь заставили его замереть, склонив голову на бок, словно это могло помочь лучше расслышать.       — Если Акил узнает, что похищение было подстроено, то его уже ничего не остановит. Нам надо его убрать, — четко проговорил мужчина, будто выжигая каждое слово в мозгу собеседника.       — О похищении никто, кроме нас с тобой не знает, Дживон.       — Не знает из ныне живущих… — секундное молчание. — Но кое-кто знал.       — Мин давно мертв, — констатировал факт господин Пак. В отличие от Дживона, он был более спокоен.       — Но его сын жи…       — Чонгук? — Звонкий голос подошедшего Сокджина заставил Чонгука шкодливо вздрогнуть и отпрянуть от двери. — Послушаем вместе или все же войдем? — Мужчина выжидающе выгнул бровь.       — Войдем. — Никогда еще парень не чувствовал себя виновато. Сейчас же, когда его застали за столь несерьезным занятием, хотелось побыстрее укрыться от пытливых глаз старшего.       Мужчины отвлеклись от разговора, как только в кабинет вошли Чонгук с Сокджином.       Господин Чон сидел, уперевшись локтями в поверхность стола, а господин Пак занял кожаное кресло напротив него.       — Ты проследил за перевозкой товара? — без всяких приветствий, обратился отец Гука к Сокджину.       — Об этом и пойдет речь. — Ким присел на диван одновременно с Чонгуком. — Новое место уже обставлено, и уже оттуда будет налажена система перевозки. Акил без лишних вопросов принялся выполнять сказанное.       — Ты проследил? — повторил свой вопрос Дживон.       — Да. Все под контролем, — Сокджин поспешил ответить, думая усилить этот самый контроль, как только выйдет из кабинета господина Чона.       Удовлетворенный ответом, господин Чон повернулся к сыну.       — Девчонку свою держи под боком. Пусть даже не думает носа казать у себя дома, — серьезным тоном проговорил он.       Чонгук нахмурился. Теперь ему стал яснее тот факт, что Рати являлась не только его малышкой, но и разменной монетой между «WINGS» и Акилом.       Он, конечно, думал над возможностью использования девушки в делах компании, но не ожидал, что придется столкнуться с этим так скоро.       Кончики пальцев рук неприятно закололи. Хотелось покинуть помещение и закурить. Как можно скорее закурить…       — Она и так под боком, — единственное, что ответил Чонгук.       — Если вам больше нечего сказать, то можете идти, — господин Чон поторопил их. По его лицу было видно, что ему не терпелось вернуться к прерванному разговору с господином Паком.       — О каком похищении говорил отец? О чем не должен знать Акил? — Вопросы, возникшие после подслушивания мучили парня, поэтому он решил задать их напрямую Сокджину, следуя за ним в его кабинет.       — Я не понимаю о чем ты. — Мужчина прикрыл за ними дверь и сразу двинулся к своему столу.       — Ты был прав. Я подслушал разговор отца с господином Паком. Они говорили о похищении.       Сокджин изменился в лице. Он изучающе посмотрел на парня, словно хотел что-то прочитать по его лицу.       — О каком похищении?       — Если бы я знал, спрашивал бы у тебя? — Чонгук покосился на хёна, будто он сморозил несусветную глупость. — Отец был взволнован, — задумчиво добавил он.       — Так не лучше ли спросить у тех, чей разговор ты подслушал?       — Думаю, отец не сильно обрадуется моей новой привычке стоять под дверью. — Чонгук усмехнулся.       — Вечером в клуб? — Сокджин решил сменить тему, напомнив парню о планах на поздние посиделки.       — Естественно. Чувство, будто век там не был… — Чонгук чуть ли не развалился на стуле, довольно облизываясь.       — Только не забудь, что вам с Тэхёном до клуба надо наведаться кое-куда, — Сокджин сделал напоминание младшему, который уже успел отключиться в предвкушении приятного вечера.       — Да в курсе я, — отмахнулся парень, вновь подумав о предстоящей поездке за деньгами.       Единственное место, куда Чонгук ездил выбивать откат с большим отвращением…

***

      День, проведенный в университете, дался Рати очень сложно. Кажется, она никогда не сможет привыкнуть к новым отношениям с Джимин, которая и не собиралась снизойти до Рати. Поэтому девушка решила самостоятельно пойти на перемирие. Сделала первый шаг, поздоровалась, однако в ответ получила лишь презрительный взгляд подруги, которая сразу же фыркнула, встала и ушла.       После такого поведения Пак, Рати еще пару секунд неловко топталась в университетской столовой, но внезапно помахавший ей Хосок отвлек девушку от желания провалиться сквозь землю.       Парень добродушно звал ее присесть за их столик, чего Рати, конечно же, делать не стала. Да и Намджун, сидящий рядом с Чоном, отвернулся, недовольно поджав губы на гостеприимство друга.       Кажется, их вечно добрый качок Намджун немножко изменился, что неприятно кольнуло девушку. Она сразу подумала, что, возможно, Джимин наговорила о ней всякого. И вот результат…       Рати медленно шла по аллее. Все жизненная энергия была высосана из нее. До этих пор университет казался ей уютным местом, где она могла и посмеяться, и погрустить. Конечно же рядом с подругой, которая всегда готова была поднять настроение, повеселиться и заразить своей радостью Рати. Теперь же и место учебы стало для нее мукой, а новый «дом» сущим адом.       Одна только мысль о Чонгуке пробирала все тело девушки нереальным холодом.       Рати понимала себя, ведь будь Чонгук поласковее, может и она смогла бы расслабиться в его объятиях, а где-то возможно и вовсе ластилась бы к нему.       С другой стороны…       Если подумать, Чон хотел постельных ласк, интима… целиком и полностью свою жену. А она все никак не могла привыкнуть к новой стороне своих обязанностей, что очень злило девушку.       Но одно Рати для себя решила совершенно точно…       Что угодно, только не то, что было несколько дней назад…       Никаких «чупа-чупсов» она больше не выдержит… пусть берет ее традиционным способом, а не всякими изощренными методами.       Чонгук: Только не задерживайся.       Чонгук: И сообщи, когда будешь дома.       Наконец, Рати получила ответ на свое сообщение с просьбой позволить ей посетить книжный магазин-кафе.       Когда писала мужу, она почти не надеялась на положительный ответ, однако даже такое небольшое согласие с его стороны не могло не радовать девушку. Ведь это означало, что среди десяти отрицательных ответов, один или два могли быть положительными, а значит и пытаться стоит всегда.       — Держите путь в книжный?       Внезапно рядом с Рати появился Юнги. Тот самый Юнги, который посоветовал ей довольно интересную книгу.       И тот самый, о котором она продолжала думать тем вечером… только уже не блондин, а с темными волосами.       — Не ожидал, что вновь вас встречу, — заговорил он снова, не обращая внимание на ступор Рати. — А мне все не с кем было обсудить книгу, которую вы посоветовали. Кажется, это судьба? — Он улыбнулся, равномерно вышагивая рядом с ней.       — Судьба? — переспросила Рати, словно впервые слышала это слово.       К сожалению, ее судьба уже предрешилась…       — Да. Это когда что-то предначертано свыше. — Он пальцем указал в небо, приподнимая брови.       — Я знаю, что это означает. — Рати тихо посмеялась. — Просто не понимаю почему вы решили, что это судьба, а не случайность. Вот, если бы мы в третий раз виделись, тогда точно судьба…       — Если бы мы в третий раз встретились, это была бы уже не судьба, а желание вселенной соединить нас невидимыми нитями… — Юнги не договорил. Он покосился на девушку, а после негромко рассмеялся. — Кажется, я перечитал книжек. Негоже мужику цитатами из романчиков бросаться. — Мужчина прокашлялся, делая свой голос наигранно грубее, чем вызвал очередную улыбку у Рати.       — Да ладно вам. Мне даже начинает нравится ваша внутренняя девица. Она, кажется, милая? — Риторический вопрос со смешком в конце. — Мне как раз необходима подруга. — Утверждение с огорченным вздохом в конце.       — Тогда… подруги?       Рати повернула голову к мужчине. Как и в прошлый раз, он выглядел… собранно?       — Подруги? — переспросила она, недоверчиво смотря на Юнги. Кажется, чувство юмора напрочь выветрилось из нее.       — Друзья? — мужчина исправил, уже более серьезно смотря в ответ на Рати.       — Простите, у меня не так много времени. — Она бросила, как ей казалось, последний взгляд на мужчину, чтобы поторопиться к пункту назначения. Эмоции, которые вызывал в ней новый знакомый, заставляли волноваться. Девушке хотелось подольше поговорить с ним, пройтись и посоветовать еще множество книг, которые пришлись бы ему по вкусу. Однако реальность же была совсем другой… не столь наполненной «возможностями».       — Мне все же кажется, что мы держим путь к одному и тому же месту, — неспешно проговорил Мин.       Рати обернулась на слова мужчины, согласно кивнула и снова отвернулась от него.       Дорога не была длинной. Десять минут и девушка уже сидела за крайним столиком возле окна. Рати незаметно поглядывала в сторону мужчины, который, как только вошел следом, направился к полкам с книгами, заинтересованно бегая по ним глазами.       Кажется, мужчину действительно интересовало чтение, и «навязывать» Рати свое общение он не намеревался.       С тяжелым вздохом девушка встала, чтобы тоже выбрать себе книгу.       Она ругала саму себя за несдержанность, ведь решила дождаться пока Юнги закончит с выбором и сядет, но оказалась ведома внутренним желанием заговорить с ним снова.       И почему мужчина оказался удивительно не навязчивым…       Рати встала на небольшом расстоянии от него и пальцами начала проходиться по боковым названиям. Нахмурившись, она достала одну из книг и начала листать.       — Опять вы за старое? Так тянет на боль и страдания?       Нельзя было сказать, что для Рати насмешливые вопросы Юнги стали неожиданностью. Девушка с точностью знала, что мужчина начал подбираться ближе к ней, проходясь по полкам, также, как и она. Рати специально выбирала грустную историю и подолгу рассматривала обложку, где крупным шрифтом виднелось название на хангыле. Девушка надеялась, что Юнги читал и знал о печальном сюжете книги…       Не ошиблась…       — Может… в моей жизни слишком много счастья, что хочется прочесть каково это, когда плохо? — Шальное ликование растеклось по внутренностям Рати, заставляя сдерживать непрошенную улыбку.       Не сдержала…       — А это тоже от счастья? — Юнги безобидно указал на покрасневшие, с мелкими царапинами костяшки пальцев Рати, но сразу же поднял взгляд к ее лицу, чтобы не упустить эмоции после сказанного.       Девушка слишком резко опустила вниз руку, в которой держала книгу. Однако улыбка с ее лица не исчезла, просто стала какой-то вялой. Словно мужчина стал свидетелем того, как она, нечаянно коснувшись спермы Чонгука, истерично терла руку о холодный пол спальни.       Вся непринужденность общения между ними внезапно куда-то исчезла… будто невидимый Чонгук сумел испортить и этот день.       — Лучше возьмите эту. — Он, смотря прямо в растерянные глаза Рати, чуть склонился, беря из ее рук книгу и заменяя ее другой. — Она о том, что каждому человеку стоит ценить себя и собственную жизнь в первую очередь. — Его ободряющая улыбка вывела девушку из ступора. Она сама любила читать подобные книги, однако в последнее время тянуло совсем не на поучительные истории.       — Тогда… — Она крепко сжала вещь в руках. — Может назовете любимую цитату из этой истории?       — Я не столь хорош в запоминании красивых слов. Однако, если я помню название книги имена героев и смысл сюжета, значит она мне понравилась. — Юнги отошел в сторону, позволяя Рати пройти к своему месту, и сам последовал за ней. — Если вы позволите мне ее пролистать, я очень быстро сориентируюсь и выделю для вас пару строк. Сойдет?       Рати, разгладив складки на платье, неторопливо присела, после чего с непривычными для нее бесятами в глазах, протянула ему книгу обратно.       — Буду очень благодарна, — произнесла она дрогнувшими уголками губ.       — Тогда, не будем терять ваше драгоценное время? — Юнги выдвинул второй стул, сел и сразу же принялся листать страницы, глазами проходясь по многочисленным строчкам.       Взгляд его был сосредоточен. Казалось, он серьезно отнесся к «делу». Это сильно заинтересовало Рати.       Взрослый мужчина, который выглядел, как человек, занимающий руководящую должность, сейчас сидел и вычитывал для нее запоминающиеся фразы из книги.       Заинтересовал своим серьезным отношением к пустякам…       — Кажется, я нашел кое-что, подходящее для… — Юнги приподнял на нее свой взгляд, после чего процитировал:       «…тогда она улыбнулась и позволила любить себя.»       Мужчина продолжал пытливо смотреть в глаза Рати, пока она, покраснев, не отвела взгляд первой. И…       Улыбнулась…       Совсем не задумываясь над смыслом этой улыбки…       А Мин Юнги…       — Тогда она улыбнулась и позволила любить себя… — А Мин Юнги повторил еще раз цитату, улыбнувшись в ответ и взяв телефон со стола, чтобы перевернуть его экраном вниз.       Ведь Рати необязательно было видеть засветившийся входящим сообщением дисплей мобильного.       Господин Мин, Акил уже направился к дому.       Он обязательно доберется до Акила… использует все лазейки, чтобы повысить вероятность успеха до максимума…

***

      — Куда мы едем, отец? — Чимин уже устал смотреть в окно, стараясь понять, куда они держали путь.       Чимин не успел переступить порог дома, как отец развернул его обратно, направляя к своей машине.       — Неужели я не могу поехать отдохнуть со своим сыном? — Мужчина звонко рассмеялся, крепко держась за руль.       — Можешь, — Чимин согласно покивал, выдавливая из себя улыбку. Настроением отца он совсем не заражался. В голове крутились совсем иного рода мысли, и, сказать честно, на семейное веселье настроен совсем не был. Однако обижать отца тоже не собирался. — Просто мы ведь не семейная пара молодоженов, чтобы ты мне сюрпризы делал.       Чимин снова повернулся к окну, пытаясь всмотреться в пролетающие мимо здания, кафе и магазины. Но скорость их езды не давала ему возможности всмотреться, да и сумерки стали гуще с тех пор, как они выехали.       Чимин смог понять куда они держали путь. Как только машина выехала за черту Сеула, стала ясна их конечная цель. Собственная догадка не приносила никакой радости парню. В задворках сознания он знал ответы на свои вопросы, но боялся получить подтверждение.       — Мы уже доехали. — Пак старший недовольно покосился на сына.       Мужчина аккуратно припарковал машину возле старого здания, которое давно не реставрировалось. Окна были занавешены плотными шторами. Так, чтобы ни один лучик не проскользнул сквозь них.       Ладони Чимина заметно вспотели, когда он понял, что не ошибся в своих догадках.       В ноздри ударил запах рыбы и моря.       На видном расстоянии от здания, куда они держали путь, были заметны лишь редкие жилые дома. Их явно занимали семьи, не имеющие возможности перебраться куда-либо еще. Это был заброшенный район, куда власти предпочитали не соваться.       Кругом можно было заметить одиноко стоящие старые лодки и рыболовные сети, оставленные на ночь рыбаками.       Парень молча следовал за отцом вдоль коридора с обтрёпанными стенами. Половицы под ногами противно скрипели, словно доказывая всю мерзость данного места.       — Я не понимаю, отец, зачем мы здесь? — Он не врал, спрашивая об этом. Парень искренне не понимал, зачем понадобилось родителю приводить его в бордель самого низшего класса.       Только вступая в ряды людей господина Чона, Чимин все никак не мог понять в чем смысл держать подобные места, ведь они были старыми и направлены для тех, кто платить-то нормальные деньги был не в состоянии. Но Сокджин доходчиво объяснил ему всю суть их бизнеса. Коротко и ясно: спрос на шлюх есть во всех слоях общества.       Вместо ответа на вопрос, мужчина открыл дверь, входя в комнату. Взгляд Чимина уперся в кровать с несвежими простынями и какими-то пятнами.       Затхлый запах забился в ноздри, заставляя поморщиться. В голове крутилась лишь одна мысль — как люди могут заниматься сексом в таком месте? Кажется, он искренне не понимал этого.       — Знаешь, не такой вылазки с отцом я ожидал. — Смешок Чимина вышел немного нервным.       Лицо господина Пака стало серьезным. Он вытащил телефон из внутреннего кармана пиджака и, прислонив его к уху, стал вышагивать по комнате.       — Ведите, — короткий приказ в трубку, после мужчина подошел к стоящему в углу стулу и достал из кармашка белоснежный платок. Немного поморщившись, он расправил вещь, протер поверхность стула и сел на него. — Сюрприз, сынок, — будто в пустоту произнес он.       В отличие от отца, Чимин не стал никуда присаживаться. Он брезговал даже стоять в такой грязной комнате, а касаться предметов «мебели» и подавно.       Спустя десять минут волнительного ожидания, дверь в комнату открылась, впуская невысокого мужчину, одетого не по возрасту в рваные джинсы и клетчатую рубашку. Щетина придавала его образу еще больше неотесанности, а от жвачки, которую он громко жевал, Чимину даже захотелось плюнуть в него.       Незнакомец протянул руку, затягивая внутрь девушку, растрепанные волосы которой полностью прикрывали ее лицо. От резкого толчка она, не удержав равновесия, упала к ногам Чимина. Или, скорее, так и было задумано изначально…       Девушка сидела на коленях со сложенными на них руками. Голова ее безжизненно склонилась к полу.       Парень непонимающе переводил взгляд с нее на отца в попытке понять, что происходило. Тревога нарастающей волной накрыла Чимина.       — Твой подарок. Открой его, Чимин, — без каких-либо особых эмоций произнес господин Пак. Увидев замешательство сына, он кивнул мужчине, который поспешил подойти к девушке и, грубо схватив за подбородок, приподнять ее голову и убрал с лица волосы.       Глаза Чимина моментально округлились. Он уже не мог сдерживать свое взволнованное дыхание.       Та самая девчонка, которую он решил спасти от участи быть шлюхой в «Утопии», посчитав, что шест будет лучшей судьбой для нее… теперь же она с совершенно пустым взглядом смотрела сквозь Чимина.       Понимал, что он стал причиной такой судьбы девчонки… хотел спасти от жизни шлюхи, дать ей возможность хотя бы не делить постель с мерзкими ублюдками…       …но сделал только хуже для нее.       Господин Пак сделал ее разменной монетой в их бесчеловечных играх. Девочка стала «возможностью» отца проучить своего сына.       — Отец… — с трудом выговорил парень. Чимин не мог отвести взгляд от девчонки.       Еще чуть-чуть и господин Пак сможет заметить в глазах сына разочарование к собственному отцу и презрение к самому себе.       — Ее девственность даже в этом месте продалась за хорошие деньги. — Господин Пак обвел пространство рукой, после чего кивком головы приказал мужчине покинуть комнату.       Чимин опустил виноватый взгляд вниз. Лицо его исказилось в гримасе боли и совестливых мук.       Если бы он не решился пойти против системы… если бы только…       Хотелось собственноручно залечить маленькую ранку возле губы девчонки, провести пальцами по свежему синяку возле ее виска…       Чимин упустил момент, когда отец подлетел к нему, отталкивая девчонку, которая еле отползла в сторону. Он схватил сына за грудки и начал трясти.       — Может еще расплачешься?! Ты хотя бы понимаешь, как подставляешь нас?! — При каждом вопросе, мужчина встряхивал его. Господин Пак не сдерживал свой гнев, брюзжа слюной. — Тебе напомнить, что случилось с Кимом за один только косяк?! Хочешь так же?! Хочешь собственного отца прикончить или чтобы я стал сыноубийцей?! Ты даже не представляешь на что я пошел, чтобы ты жил так, как живешь сейчас!       От каждого произнесенного им слова, Чимин все больше морщился, но освободиться из его хватки не пытался. — Из-за жалости к какой-то шлюхе, ты решил подставить всю семью?! Твоя сестра могла поплатиться из-за твоей слабости! И кто бы пожалел ее?! Чонгук, который никогда не ослушается слов отца?! Тэхён, руки которого заляпаны в крови собственного родителя?! Сокджин — верный пес своего хозяина?! Или та кучка «солдат» компании?!       — Именно мысль о Джимин толкнула меня на эту слабость… — Чимин поджал губы и оторвал, наконец, от себя руки отца, слегка отталкивая его. — Как представил, что на месте этой девчонки могла оказаться моя сестра…       Господин Пак с жалостью смотрел на сына. Старался выровнять сбившееся дыхание. Кажется, мужчина немного успокоился.       — Именно из-за тебя она и могла оказаться… — с нажимом, чтобы весь ужасающий смысл его слов дошел до Чимина, произнес он.       — Я ошибся, отец, но она… — Парень хотел сказать, что отец мог бы выбрать другой способ проучить его, а не столь бесчеловечный и жестокий, но вовремя прикусил язык.       — И, кстати, не забывай, что Сатоми моя женщина, и отчитывается передо мной.       Парень на секунду осекся.       Отчитывается ли японка досконально обо всем отцу или…       …или что-то оставляет за занавесом?.. Ведь у Чимина не только этот секрет…       — Сатоми ослушалась моего приказа, отец!       — Тогда накажи ее за это, — мужчина дал короткое согласие.       Даже, если японка была под его покровительством, он не позволит шлюхе пренебрегать статусом сына. Пусть это жестокий кругооборот, и все же…       — Хорошо.       — До аукциона приведут другую шлюху. Я позаботился об этом. — Мужчина уже двинулся в сторону выхода. — Теперь ты знаешь, что одно твое неверное решение влечет за собой печальные последствия. Оставь ты эту девчонку в «Утопии», ее бы не ждал секс с десятью изголодавшимися мужланами в день. Ах да, еще… какая-нибудь девственница счастливо берегла бы свой цветок для любимого, а не была бы доставлена для аукциона по воле случая. — Он пожал плечами, словно все сказанное им было чем-то обыденным.       Все внутренности Чимина перевернулись от таких безжалостных слов отца. Он глянул на девочку извиняющимся взглядом, стиснул зубы и ушел без оглядки.       Сожаление так и застыло в глазах Чимина.       Его солнце… его Сюин… когда-то сидела так же, в страхе оглядываясь на всех, кто ее окружал в борделе. Истерично отмахивалась от подаваемой Чимином руки… разбитая и слабая.       Ему хватило одного взгляда на китаянку, чтобы понять — он влип.       Чимин не смог мириться с клиентами, добивающими и так сломленную психику этой девушки с такими тонкими чертами лица, и он сделал ее неприкосновенной в «Утопии». Для себя…       Для сохранения остатков души, сердца и тела Сюин.       Только после осознания своих чувств он понял насколько сильно попал.       Только после того, как узнал, что она дочка предателя Цзыя…       Только после всего он осмыслил над кем поиздевались его друзья…       К сожалению, слишком поздно для того, чтобы вырезать это испуганное лицо из своей памяти.

***

      — Почему Чимин не приехал? — громко поинтересовался Чонгук.       — Будто не знаешь, что наша грациозная лань вечно занята. — Киму было сложно сохранять ироничное выражение лица, при этом стараясь перекричать, как никогда, громкую музыку в клубе.       — Зато сестренка его тут как тут. Смотрю, жизнь ее ничему не учит. — Чонгук хмыкнул, отпивая из стакана алкоголь.       Тэхён с Сокджином не слышали, что сказал младший, но, проследив за его взглядом, поняли о ком говорил.       — Малышка Пак… — Тэ с озорной улыбкой смотрел на пробирающуюся сквозь толпу девушку. Нельзя было сказать, что она искрилась радостью, но то, что успела вдоволь надраться — совершенно точно. — Я сейчас. — Прежде чем покинуть компанию друзей, парень, не упуская из виду Джимин, сделал большой глоток виски и направился к ней.       Пак не собиралась в ближайшее время посещать клуб, с которым ее связывали не совсем приятные воспоминания, но поддалась на многочисленные уговоры одногруппниц. Уже будучи на месте сложно было не влиться в атмосферу веселья и всеобщим эмоциям. Поэтому, дойдя до барной стойки, она заказала очередную выпивку, хоть и чувствовала, что ей уже достаточно.       Настроение девушки в последнее время оставляло желать лучшего. С ее плеч словно тяжелый груз сняли, когда она, наконец, призналась брату в своей выходке. Однако злость в Джимин все еще закипала при одном только виде Рати…       Откуда она взялась?.. как сумела нарушить такой привычный для Джимин мир?..       Все эти вопросы не покидали голову девушки, стоило ей лишь взглянуть на бывшую подругу.       — Ты выбрала для этого вечера такое скромное платье? Неужели малышка Джимин становится умнее? — Прямо в ухо проговорил Тэхён, проводя ладонью по ее шее.       Девушка вздрогнула от неожиданных касаний, но, как только Тэхён занял место рядом, недовольно закатила глаза. Не могла простить за тот случай, когда парень выволок ее с девичника, чтобы Чонгук мог оторваться на ней.       — Молчишь? — придвинувшись ближе, не желая кричать сквозь музыку, спросил он.       — Не видишь, что мне противно общение с тобой? — Брови Джимин вопросительно поползли вверх, но лицо стало более расслабленно, когда бармен поставил перед ней коктейль.       — Зато тебе не противно спиртное… — Тэхён облизнулся, кивая на стакан перед девушкой, после с широкой улыбкой добавил: — Пьянь. — Он отобрал коктейль, который так и не успел дойти до рта Джимин.       Не обращая внимание на недовольные возгласы девушки, он сделал несколько глотков. Тэхён большим пальцем медленно убрал капли с уголков своего рта и провел этим пальцем по губам девушки.       Тягуче… наслаждаясь ее замешательством.       Словно завороженная Джимин смотрела прямо в глаза парня, но вот ее взгляд упал на его губы…       Тэхён убрал свою руку от лица девушки, после чего она непроизвольно облизала собственные губы.       Ему этого хватило…       Ким встал, ненавязчиво беря ладонь девушки в свою. Смотрел прямо в глаза, будто пытался передать ей частичку своего сумасшествия.       — Идем… — только и произнёс он, прежде чем потянул ее на себя, заставляя встать со стула.       И она была готова следовать за ним…       Даже, если разум был затуманен алкоголем, Джимин отлично осознавала, кто перед ней. Ким Тэхён — друг брата и парень, которого она знала с детства… однако этот самый алкоголь заставлял ее по-другому смотреть на него. Он был таким… желанным.       Мужчиной, к которому влекло…       Джимин не замечала, что происходило кругом. Взгляд упирался только в спину Тэхёна, расталкивающего толпу танцующих перед собой и пробирающийся сквозь них. При этом хватка вокруг запястья девушки становилась крепче, как залог того, что Пак не остановится и не перестанет следовать за ним.       Свободной рукой Тэхён открыл дверь мужского туалета. Не стал обращать внимание на присутствие посторонних. На их возмущения — тем более. Толкнул Джимин к дверце туалета. Однако даже больно ударившись затылком, девушка не произнесла ни слова, ни писка. Готова была позволить делать все, что он пожелает…       После того случая, когда блядский язык Ким Тэхёна прошёлся по ее щеке, Джимин не могла выбросить это из головы.       Как же было мокро после его языка…       Как же хотелось еще…       В голове начали крутиться картины того, как она думала о нем, находясь в душе, в кровати… и даже во время самоудовлетворения.       Поначалу старалась отогнать эти мысли о чертовом Ким Тэхёне, полностью поглощая свой мозг злостью и ненавистью в сторону Чонгука и предательницы Рати. Однако ее эмоций к двум поженившимся «голубкам» оказалось недостаточно, поэтому она решила отправить в этот черный список и собственного отца. Но все тщетно…       Разум был полностью во власти Кима.       — Покажи мне, что умеешь, малышка Джимин… — хриплый шёпот прямо в ухо.       Девушке и так было жарко, но после слов Тэхёна она начала покрываться испариной.       Чувствует, как мокнет…       Везде.       Несколько парней сообразили, к чему всё шло, поэтому посмеиваясь и бросая заинтересованные взгляды, вскоре покинули туалет.       Руки Тэхёна уверенно приподнимали платье девушки, оголяя аппетитные бедра.       Джимин нетерпеливо цеплялась за его одежду, притягивая ближе к себе.       Безмолвно просила проявить больше инициативы…       Поэтому он беспардонно впился в женские губы, кусая и даже не задумываясь, что ей могло быть больно.       Хочет взять ее в грязном туалете клуба. Закончить начатое когда-то ублюдским незнакомцем. Тот неумеха смог только присунуть, прежде чем получить шпилькой в бок.       Тэхён неосознанно хмыкнул собственным мыслям.       Он мял руками округлые ягодицы, изучал языком рот девушки, мысленно летая в своих фантазиях. Тэхён совсем не заметил, как Джимин потянулась к дверной ручке, открывая ее, отчего они повалились внутрь кабинки.       Желание сдерживать себя у девушки было минимальным, в отличие от Тэхёна, который отстранившись от нее, стоял смирно и лишь языком проходился по собственным зубам. Наблюдал, как инициативу перехватила их малышка.       Глаза парня сами по себе закатились от предвкушения, когда умелые женские пальцы коснулись пряжки его ремня.       Закатились от удовольствия…       От удовольствия и осознания того, что малышка Пак сама лично освобождала его член…       Освобождала, словно изголодавшаяся…       Изголодавшаяся по его члену.       Сокджин, не отвлекаясь от разговора с Чонгуком, убрал женскую ладонь, движущуюся к ширинке его брюк.       В очередной раз хихикнув от предпринимаемых мужчиной попыток «защитить» свою честь, Суджон решила не играться с огнём и положила голову ему на плечо. Однако пальцами девушка все равно продолжила выводить незамысловатые узоры на груди Сокджина.       — Суджон, кажется, ты перепутала мужчин? — Ким недовольно воззрился на нее, но убирать ее руку не стал. — И кажется слишком часто путаешь, нет?       — Тэхёни куда-то пропал, — надув губки, проговорила она.       Естественно ее попытки показаться обиженной только смешили сидящих за столом.       — И поэтому ты решила, что хён прекрасная ему замена? — Чонгук усмехнулся, проходясь взглядом по залу, но знакомой макушки друга нигде не было видно.       — Тэхёни будет не против. — Воодушевившись, Суджон выпрямилась и коснулась губами шеи Сокджина.       — Я буду против. — Не стараясь даже перекричать громкую музыку, мужчина терпеливо оттолкнул от себя Суджон. — Иди, потанцуй лучше.       — Ой, Сокджини, хватит строить из себя недотрогу. Все мы знаем, что ты не против женского общества. — Задетая отказом, девушка принялась поддевать мужчину.       — Я не против женского общества, но против тебя.       Теперь губы Суджон надулись вовсе не в наигранной обиде. Обведя Чонгука и Сокджина раздражённым взглядом, она покинула их «скучное», по ее меркам, общество.       Мужчины совершенно не обратили внимание на «эффектный» уход девушки. Продолжили свой прерванный разговор, пока…       — Нехорошо так себя вести с девушками, Джинни.       …пока их опять не прервали. На этот раз, к сожалению, не девушка Тэхёна.       Мин Юнги собственной персоной стоял возле столика. Величественно смотрел сверху вниз, смеряя их уверенным взглядом. Так, словно они забрели на его территорию…       Не обращая внимание на растерянные лица напротив, мужчина кивнул двум своим охранникам, стоящим по бокам от него и сел рядом на кожаный диван.       — Мин Юнги?.. — не ожидавший появления врага в их логове, Чонгук постарался прикрыть свой приоткрывшийся от удивления рот.       Конечно он узнал мужчину. Хоть в последний раз так близко видел его несколько лет назад. В голове ярко сохранился образ Мин Юнги, которого когда-то тоже считали наследником компании «WINGS».       — А ты подрос, Чонгук. Большой совсем стал. Теперь и не потреплешь тебя по избалованной головке, — растягивая губы в «искренней» улыбке, монотонно произнёс Юнги. Он потянулся за бутылкой виски и, откупорив ее, налил себе жидкость в чистый стакан.       — По головке меня треплют телки, — грубо выплюнул Чонгук, выражая всем своим существом презрение к нежданному гостю, — ублюдок.       Юнги сощурил взгляд, не стирая с лица улыбки. Не собирался растрачивать свои силы и слова на парня, страдающего от слишком большого «эго».       — Почему наш Джинни молчит? — Юнги принялся крутить стакан в руке, проделывая им круговые движения и заставляя алкоголь плескаться по кругу. в стакане. — Плохо обращается с девушками, не приветствует старых друзей… — Он цокнул языком. — Совсем от рук отбился.       — Мин Юнги… — Сокджин, наконец, подал голос. Выпрямился, сохраняя серьезное выражение лица. Хотел показать, что не намерен шутить. — Ты ведь понимаешь, что эти два амбала не помогут тебе, если мы решим, что вам здесь не место?       — Почему же ты так негостеприимен? Признаюсь, я удивлен. Вечно собранный и вежливый Сокджин нервничает?       — Ошибаешься. Я просто удивлен видеть в этом месте… тебя. — При этих словах у Сокджина дёрнулся уголок верхней губы.       Юнги с минуту сидел, улыбаясь и давя на собеседников своим полным спокойствием. Когда заметил кивок Чонгука в сторону охраны клуба и по совместительству людей компании «WINGS», мужчина поставил стакан с недопитым виски на стол.       — Спокойнее, мелкий. — Он встал с места как раз в тот момент, когда к столику вернулся Тэхён.       Кима редко можно было ввести в ступор, но при виде Юнги, его лицо именно это и излучало.       — А этот хрен что тут забыл? — спросил он, поморщившись.       — Этот хрен пришел поприветствовать тебя, — проговорил Юнги, не скрывая смешинок во взгляде. — И этот хрен возможно сидел бы за этим столом, поступи он так же, как ты… — Юнги похлопал Тэхёна по плечу, после чего склонился к его уху и прошептал: — Убей он собственного отца.       Как бы сильно Тэхён не привык слышать подобное в свой адрес, но именно от врага это звучало слишком… насмешливо. Словно поступок Тэхёна был самым абсурдным в его жалкой жизни.       — Можешь валить отсюда, пока охрана тебя не вышвырнула. — Чонгук показал кивком головы на готовую в любой момент броситься к их столику охрану.       — Ах да, пока не забыл. — Юнги сделал шаг, спускаясь со ступеньки и повернулся к Чонгуку. — Надеюсь, ожог твоей жены больше не болит? Уверен, Джинни поможет залечить ее ранки. Ты уж подумай об этом…       Юнги махнул рукой, довольный тем, как подействовали его слова. Ведь все присутствующие «дружно» повернулись к Сокджину, который в свою очередь глядел в пустоту и отпивал из стакана.       Как только Юнги удалился, Чонгук, склонил голову набок, стараясь понять смысл сказанного.       — Какого черта?.. — проговорил он в итоге нахмурившись.       — Кажется, дружище, мы чего-то не знаем о твоей мусульманочке…       — Прежде чем ты начнёшь в своей нетерпеливой голове клеймить Рати, я скажу — она не шлюха. А дальше… если ты найдёшь в себе силы перетерпеть — мы с тобой поговорим, — все с тем же завидным спокойствием проговорил Сокджин, смотря на закипающего друга. Специально подобрал грубое слово, чтобы остановить бурю в голове Чонгука.       Главное не показывать, что в собственной душе хозяйничал смерч.