Драконы, призраки и прочие неприятности

      Солнце с каждой минутой все больше скрывалось за горизонтом, может даже слишком быстро, но Вэй Ин не обратил на эту странность внимание. Теплые лучи красиво подсвечивали белоснежную одежду юноши напротив, обрамляли иссиня-черные волосы и лицо, отражаясь золотом в глазах.       Завороженный этой картиной Вэй Ин не заметил, как в восхищении невольно открыл рот и едва не пустил слюну. На миг из его головы исчезли все мысли, он позабыл о потерянном телефоне, обидах, странностях, о здравом смысле и логике. Даже о своем имени позабыл. Всего на секунду.       Незнакомый юноша примерно его возраста, может чуть старше – очень серьезное спокойное лицо прибавляло годы – смотрел на него пристально, сохраняя спокойную позу с идеально ровной спиной и заложенной за неё рукой. Он был одет в белоснежное традиционное ханьфу с лазурными вставками и поясом, на котором чуть покачивалась нефритовая подвеска. Лоб пересекала белоснежная лента, концы которой то и дело поднимались вверх под дуновением легкого ветра. Хотя иссиня-черные волосы незнакомца оставались неподвижными, лежали темным блестящим полотном на плечах и были заколоты сверху изящной заколкой, но их кончики спускались до самых колен.       Вэй Ин выпустил забившуюся ему в рот прядь своих непослушных волос, тяжело сглотнул слюну и не сразу выдавил восхищённое: – Какой удивительной красоты видение…       Лицо юноши не переменилось, оставаясь таким же безупречным. Но ресницы чуть дрогнули и он стремительно начал приближаться к Вэй Ину широкими шагами, при этом не утратив грациозности. Вэй Ин поспешно затараторил: – В смысле, привет! Извини-извини, просто знаешь, я никогда не видел таких красивых людей как ты, это даже нечестно! И этот образ тебе очень идет! Ты ведь работаешь здесь, да? Вообще-то я думал это место заброшено, но родители наткнулись на работающую лавку и видимо там было так вкусно, что они совсем с ума сошли. Ха-ха, я серьезно, ты бы видел их! О, а как тебя зовут? Меня вот…       Вэй Ин выпаливал слова за доли секунды, но ему пришлось прерваться, когда юноша схватил его за шиворот и рывком стащил с перил. От неожиданности он клацнул зубами, больно прикусив язык, и только это помешало ему громко возмутиться.       Юноша поставил его на ноги, сказал спокойно и резко, не терпящим возражения тоном: – Тебе нельзя здесь быть.       Вэй Ин посмотрел на прекрасное лицо с белой, абсолютно без изъянов кожей, удивился, насколько длинные и густые у юноши ресницы, и выдавил: – Что?       Солнце практически скрылось за горизонтом, уступая место приятным сумеркам. Вэй Ин завороженно следил как гуляют на лице перед ним тени, как причудливо падает свет и кажется совсем утратил дар речи. Юноша же чуть скосил взгляд и глаза его немного расширились.       Он резко и с небывалой силой оттащил Вэй Ина от края моста, развернул к себе спиной и толкнул между лопаток. Позади раздалось властное, но спокойное: – Беги.       И Вэй Ин действительно побежал. Уже сойдя с моста он остановился от внезапной мысли: а с какого перепуга он слушает команды впервые встреченного им человека? И почему тот вообще приказывает ему?       Вэй Ин обернулся, желая высказать все что думает, но увидел лишь укрытую полотном волос спину и края одежд. Вокруг юноши кружились в причудливом танце непонятные искрящиеся создания. Красиво… и странно.       Мелькнула и пропала мысль вернуться, Вэй Ин ощутил, что видит сейчас что-то, не предназначенное глазам человека, и застыл, не в силах прервать это таинство.       Медленно разгорались бумажные фонари, но от этого света хотелось спрятаться. Вэй Ин отступил в сумерки, но с каждой секундой неосвещенного пространства становилось все меньше и меньше, что не оставляло ему и шанса остаться в тени. Он был как на ладони… Вэй Ин почувствовал, как прокрался липкий страх под кожу, всё его существо кричало дурным голосом: «Скорее беги! Прячься! Пока не поздно, пока не нашли!». Живот скрутило теперь не только болью, но и ужасом.       Вэй Ин не в силах больше оставаться на месте, действительно побежал прочь, прикрывая страх раздражением. Он как-то отчаянно-нервно подумал: «Подумаешь, прогнали? Между прочим, это было очень невежливо так хватать меня за шиворот. Раз этот тип так хочет, чтобы я ушел, исполню его желание!»       Завернув за какой-то угол, Вэй Ин резко остановился, едва успев зажать себе рот рукой. Пространство будто преобразилось – если раньше небольшие улочки выглядели опустелыми, то сейчас здесь кипела жизнь. Узорчатые бумажные фонари горели холодным, потусторонним светом, исчез малочисленный мусор и обломки, краски будто стали ярче. Воздух тоже будто бы изменился, стал тяжелее и гуще, наполнился ароматом дыма, специй и мяса. Из ниоткуда послышались первые неуверенные, чуть дрожащие звуки, а после пространство разбилось под звонким перебором струн, которым после вторила веселая флейта.       По улицам бродили ещё неясные, полупрозрачные очертания… чего–то.       Вэй Ин отступил на шаг, и будто бы провалился в что-то холодное, чуждое миру, тянущее из него тепло. За доли секунды он замерз насмерть и с трудом дернувшись и почувствовав привычное тепло, понял – он провалился в одного из «призраков». Вэй Ин отпрянул, огляделся, время утекало песком сквозь пальцы, он не знал, чувствовал – каждая секунда промедления укорачивает его жизнь. Твари пока его не заметили, были нематериальны, но скоро, когда ночь окончательно вступит в свои права, они обретут реальный вес и силу. Вэй Ин не мог до конца осознать реальность происходящего, но его все больше скручивало и выворачивало от ужаса, он очень хотел закрыть глаза, но не позволил больше страху отнять и секунды его времени. На задворках сознания, погребённая под страхом, пульсировала одна мысль: «Мама! Папа!».       Вэй Ин старательно вглядывался куда бежит, огибал тварей и старался следить за дорогой, хоть ноги подкашивались, а тело казалось чужим и неповоротливым. Больше всего на свете он хотел увидеть своих родителей, людей, что неосознанно ассоциировались у него с защитой, надежностью и теплом. Желание придавало ему сил двигаться. Вряд ли бы мама или папа смогли защитить его от того, что он видит, Вэй Ин не знает даже – может это просто бред его сознания? Но если рядом будут близкие ему люди, он знал – они точно со всем справятся, ему больше не будет страшно.       Вэй Ин наконец зацепился взглядом за знакомую ранее вывеску, и с облегченным вздохом, сильно втягивая и выталкивая из себя воздух, забежал внутрь лавки. – Мама! Папа! – крик получился сиплым и отрывистым, и не таким громким. Вэй Ин ничего не видел перед глазами, он лишь заметил темно серую футболку отца и с силой вцепился в ткань, потянув на себя – пожалуйста, пожалуйста, давайте уйдем отсюда!       Сейчас ему было глубоко все равно и на гордость, и на обиды, и на то чтобы предстать в глазах кого-то трусом. Какая теперь разница? Пусть они скорее уберутся отсюда, и тогда у него будет много времени на самобичевания.       Ткань внезапно поддалась легко и просто, и Вэй Ин вместе с ней полетел на каменный холодный пол. Сердце стучало где-то в горле мешая вздохнуть, Вэй Ин тупым взглядом посмотрел на ткань в своих руках и безумно медленно перевел взгляд выше.       Вместо его родителей яростно махали серебристыми крыльями упитанные фазаны*. Птицы, огромные, почти в половину роста Вэй Ина, перебирали толстыми коралловыми лапами, царапая когтями камень, лежали черным брюхом на стойке, пачкаясь в подливе и вытягивая длинную шею, в надежде достать самое вкусное. Одна из птиц, самая крупная и упитанная, с черным величественным хохолком на голове, подцепила кусок хорошо прожаренного мяса и подбросив его в воздух, мигом заглотила, лишь щелкнув желтоватым клювом. Тонкая шея раздулась, пропуская большой кусок, и тот плавно скользнул в желудок. Фазан довольно махнул белыми, с черной вязью узоров крыльями, подмёл длинным белоснежными перьями хвоста пол и потянулся к следующему куску.       Вэй Ин полузадушено выдохнул, прислонившись лопатками к каменной стене, и даже сквозь толстую ткань гобелена чувствуя какая она холодная.       «Это не мои родители!»       Фазан, услышав шум, заинтересованно повернул голову, и на Вэй Ина уставились блестящие глаза птицы, окруженные кровавой маской. Глаза красные, с черной точкой зрачка, будто поглощали в себя всё живое. Вэй Ин резко обострившимся зрением увидел в них свою маленькую, испуганно втиснутую в стену фигуру, со смертельно бледным лицом, и не в силах больше стоять, сполз вниз по стене. Фазан повернулся к нему всем корпусом, подметая длинным хвостом пол и сметая табуретки, балансируя с помощью крыльев, он хищно раззявил клюв, видимо найдя что-то повкуснее предложенного ему ранее.       Вэй Ин с внезапной ясностью ощутил, что для него он теперь не Вэй Ин, а такой-же безликий кусок мяса.       Прежде чем фазан успел прыгнуть, на лапу птицы кто-то невидимый накинул силки, и потянул клокочущую птицу к себе. Второй фазан, что поменьше да по невыразительнее, уже был связан за лапы и поперек туловища.       Вэй Ин, сделав над собой усилие, резко перевернулся и на четвереньках выполз из лавки. Уже на улице, обдирая руки и больно раня голые колени о каменную брусчатку, он с трудом поднялся на ноги и побежал вперед, не видя перед собой ничего.       «Это не могли быть мои родители, не могли!»       Он допустил ошибку, позволяя панике захлестнуть сознание. Легкий, веселый мотив музыки набатом отражался в голове, искажался, и представал для него в искаженном, издевательском свете, придавая особую, жуткую атмосферу всему, что он видит. От ярких мельтешащих фонарей слезились глаза, а легкие горели огнем от продолжительного, не прекращающегося ни на миг безумного бега. Изредка он наталкивался на блуждающих призраков, дрожал от холода, а остановившись у какой-то палатки, мутным взором посмотрел на кипящую в котле человеческую ногу и едва не упал, сбив яркую вывеску.       Пахло одуряюще вкусно. Его замутило, он зажал рот рукой и игнорируя горящие легкие побежал снова.       Вэй Ин бежал, бежал, бежал, пока совсем не выбился из сил. Ему удалось найти темное, практически не освещённое место, и только тогда он смог немного успокоиться и оглядеться. Сердце кольнула внезапной надеждой, – местность он узнал. Он находился прямо у входа в это место, рядом со статуей жабы. Еще когда светило солнце, это место выглядело потрепанным, но сейчас на красивых воротах развевались фиолетовые гобелены с цветком лотоса, а дальше приветливо горели огни. Вэй Ин замешкался, ему безумно хотелось уйти, но мысль, что он оставит родителей здесь, одних, медленно убивала его. Он вспомнил птиц.       «Это… Это были не мои родители! Это не могли быть мои родители! Они, наверное, не нашли меня и вернулись к машине, и сейчас ждут меня там и волнуются! Я должен… должен вернуться!»       Вэй Ин решил для себя, что если не найдет их в машине, то… вернётся. Он побежал вперед, заметив вдалеке какие-то огни, но ноги земли так и не коснулись - он резко провалился во что-то мокрое и холодное. От неожиданности Вэй Ин тут-же потерялся в пространстве, и пока разобрался, в каком же направлении ему двигаться и смог выползти назад на деревянные доски, то наглотался воды и продрог насквозь. Почти полное отсутствие света в этом месте сыграло с ним дурную шутку – небо уже почернело, и водная гладь казалась черным, холодным зеркалом.       Оглядевшись ещё внимательнее, Вэй Ин понял, что находится на пристани. Его глаза постепенно привыкли к темноте, а гладь воды начала озаряться светом. Перед юношей престала удивительная картина – где-то там, вдалеке, горели ярко огни. На воде покачивались розовые цветы лотоса в окружении зеленых кувшинок. Среди них затерялись искусно подделанные под живые цветы фонарики. Потрясающая картина. Изумительная.       Вэй Ин обессилено опустился на ступени, подтянул саднящие колени к груди обнял себя руками. Силы исчезли, удивляться уже не было сил. Он понял, что в ловушке. «Не нужны вы мне, поняли, не нужны!»       Вэй Ин пошатнулся, отнял руку и с силой залепил себе пощечину. Он много чего сказал родителям, и сейчас понимал, каким был придурком. Сколько раз на эмоциях он бросал обидные слова, сколько раз не просил прощения, сколько приносил проблем. Сколько раз капризно дулся и ныл, что никому не нужен, что он одинок, но только сейчас он понял, что действительно остался один.       Вэй Ин сглотнул и потер лицо руками, но тут же убрал их, поняв, что лишь размазывает кровь и грязь. Пощечина чуть отрезвила и вернула мозги на место. Если он хочет найти родителей, то ему нельзя раскисать и сожалеть, ему нужно быть сильным. Потому что может именно в этот момент они нуждаются в помощи. Что вообще происходит? Как так случилось, что они попали в такую ситуацию?       Юноша подполз поближе к воде и согнувшись, зачерпнул рукой воду и умылся. Прохладная вода помогла собраться, хотя из-за ночи и мокрой одежды он уже совсем продрог от холода. Вэй Ин посмотрел на своё потрепанное отражение в воде и внезапно взмолился: – Пожалуйста, – он закрыл глаза, в которых будто песка насыпали - так их кололо, и сжавшись в комок ещё больше, продолжил молитву – Пожалуйста. Пусть… пусть это все исчезнет! Пусть сейчас я открою глаза и все будет как прежде! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!       В свои шестнадцать лет Вэй Ин не верил в ни в богов, ни в демонов, презирал и смеялся над мыслью, что кто-то может управлять его судьбой. Он сам себе хозяин! Но несмотря на это он знал многих божеств, духов, связанных с ними легенд и преданий. Ему говорили, что уже с малых лет он этим интересовался, но Вэй Ин не помнит уже и не скажет, с каких пор он действительно помешался на этом. Может ли такое быть, что все время он искал подтверждения, что этот другой, иной мир существует? Вэй Ин стиснул зубы крепче. Что ж, он нашел, и какому теперь ему богу молиться, чтобы вернуть все назад? Он не знал и потому бесконечно повторял свою просьбу в пустоту, мечтая что-бы кто-нибудь её услышал.       Вэй Ин почувствовал как по его ноге скользит что-то мокрое и сколькое, а после ласково касается лица. Глаза распахнулись сами по себе, посмотрев в воду, вместо своего отражения он увидел чужое, бледно–синее женское лицо. Утопленница улыбнулась бледными губами и показала острые иглы зубов, черные волосы развевались в воде, красиво обрамляя её лицо.       В его голове манящим шепотом прозвучало: «Твоё желание скоро сбудется, иди сюда… ко мне…».       Синие вздувшиеся руки обхватили его голени так, что наверняка оставили бы синяки, но Вэй Ин почувствовал только отдаленную боль. Его тело было таким… невесомым. Вэй Ин вздрогнул, с каждым мигом он все меньше чувствовал свои руки и ноги. Он силой взбрыкнулся и неожиданно легко вырвался из захвата, вскинул руку и странно всхлипнул, когда увидел сквозь кожу очертания утопленницы, что все ещё жадно тянула к нему руки.       Но сейчас Вэй Ин не знал, чего ему бояться больше – твари в воде или своего состояния. Кажется, его желание, что бы все исчезло начало сбываться, но не так как он хотел!       Вэй Ин не хочет и с ч е з н у т ь! – Нет… Нет! Нет!       Вэй Ин с усилием потряс руками, будто это поможет стряхнуть его прозрачность и вернет все как было. Он потер руки, ощупал лицо, понимая, что может касаться себя, но не чувствует кожи.       К пристани с шумом причалила лодка, вдалеке плыло ещё три, и Вэй Ин на миг отвлекшись, понял, что не хочет знать кто это пожаловал. Чувствуя небывалую легкость и тяжесть одновременно – он с трудом ворочал своим телом – Вэй Ин чуть ли не ползком устремился куда-то вверх. Спрятаться! Затеряться!       В его голове до последнего раздавался мелодичный, леденящий кровь смех утопленницы. «Ты уже наш… Не сможешь убежать…»

──────── • ✤ • ────────

      Удивительной красоты и изящества молодой господин в белоснежном, не запятнанном грязью ханьфу мчался по темным неосвещенным закоулкам, старательно избегая освещенных улиц и никому не попадаясь на глаза. Его движения были легки, абсолютно спокойны, не выдавая внутреннего смятения, будто бы молодой господин просто решил прогуляться под луной. Над землей он не бежал – парил, едва касаясь мысками белоснежных сапог поверхности, а длинные широкие рукава мантии стелились за ним будто крылья.       Он искал.       Молодой господин с досадой подумал: «Если бы у меня был меч, было бы проще», но не позволил дурным мыслям надолго задержаться в голове. Ему надо скорее найти человека, до того, как станет слишком поздно. Молодой господин не питает к людям теплых чувств, но не желает им зла, а так не вовремя забредший на праздник* мальчишка рискует всерьез пострадать. Если он не стал угощением для гостей, то сам этот мир погубит его.       Пробегая мимо воды, господин замедлился, и сорвал стебель с коробочкой лотоса. Если его предположения верны, то это может понадобиться.       Молодой господин чуть прикрыл золото глаз ресницами, его родителям он помочь не успел, те уже обратились в птиц, но это не самая худшая участь. Но мальчишка с широкой и яркой улыбкой пострадает ещё больше, если первой его найдет Госпожа Юй. Хозяйка Пристани Лотоса была беспощадна и жестока в своей ненависти к людям, и не потерпела бы человека в своих владениях, а что она узнает, господин не сомневается. Запах человека повсюду, в каждом малейшем закутке, и не понять этого просто невозможно.       Плохо. Он что, просто носился кругами?       Молодой господин чуть раздраженно и резко проверяет ещё одно предполагаемое убежище. Ему тоже не нравится тратить свое время на поиски человека, но он не может просто уйти. Молодой господин должен… должен проверить, даже если человек успел убежать, и он напрасно только тратит время. Он все равно обойдет здесь каждый угол.       Под одним из мостов, под яркими огнями города, молодой господин услышал странный шорох и остановился. Человек тяжело дышал, зажимая рот ладонью, тщетно пытаясь скрыть своё присутствие. Он наверняка не знал, что для чуткого слуха нечисти и духов эти звуки слишком громкие, но молодой господин не мог не признать, что юноша смог спрятаться вполне неплохо.       Молодой господин неслышно ступая подошел ближе, уже понимая, что дела плохи и он едва успел. Мальчишка – Вэй Ин – внезапно смутно всплыло в его подсознании, но он упорно игнорировал это имя – был потрепан, голые колени разбиты и кровоточили, а мокрая одежда испачкалась. Руки и ноги человека были почти полностью прозрачные, более плотным оставалось лишь тело. Молодой господин нахмурился, и сдержал в себе возмущение – человеческая одежда всегда открывала слишком много, была безвкусна и неприлична, и всегда вызывала в нем раздражение. Он был уверен, что это одна из причин, почему ему не нравились люди.       Господин чуть подобрал белое ханьфу и присел рядом с человеком, подогнув под себя ноги. Он положил себе на колени коробочку лотоса, и осторожно вытащил семечко. Юноша, услышав шум вздрогнул, и глаза из-под челки настороженно сверкнули серебром. Человек подобрался, сильнее сжался лопатками в стену, но не спешил убегать. Устал? К его удивлению Вэй Ин человек растянул губы чуть в дрожащей улыбке.       Перестал понимать где находится? Думает, что все это сон?       Молодой господин плохо знает людей, он не может сказать.       Серебристые глаза смотрели настороженно, в глубине зрачков прятался страх. Молодой господин понял, что хочет скорее его прогнать. Он протягивает на раскрытой ладони семечко лотоса и говорит: – Съешь это.

──────── • ✤ • ────────

      Вэй Ин вздрогнул и вжался в стену ещё больше, когда встреченный им ранее юноша протянул руку. Честно говоря, он рад его видеть. Из всех встреченных ему ранее… тварей, он выглядит наиболее безопасно. Да что тут говорить, он выглядит прекрасно, в свете луны даже лучше и загадочнее, чем при закатном солнце. «Ему бы цветок в волосы» – совершенно глупо подумал Вэй Ин и даже снова сделал попытку улыбнуться.       Будто почуяв его мысли, глаза незнакомца стали ещё холоднее, а лицо строже. Но неожиданно Вэй Ин не почувствовал опасности. Он подкрался к нему так незаметно, а перед этим сдернул за шиворот и выглядел не то чтобы недружелюбно… он вообще никак не выглядел. Ни одной эмоции.       Вэй Ин сейчас понял, что перед ним тоже наверняка не человек. Он вгляделся – юноша сидел близко, и Вэй Ин мог рассмотреть его лицо даже в темноте. Абсолютно идеальное, симметричное лицо. Так не бывает, Вэй Ин знает, что лицо человека едва заметно, но ассиметрично, а тут… Будто сначала создали одну половину и после скопировали. А кожа? Такая бывает только если ты долго и муторно обрабатываешь фото в программе, у человека не может быть такой идеальной гладкой кожи, что даже поры едва видно. И волосы, с их первой встречи даже не растрепались. И глаза, нечеловеческие глаза, слишком холодные, слишком странного, с золотистым блеском, оттенка.       Вэй Ин достаточно сегодня монстров видел и ему интересно, что же за тварь скрывается под этим красивым лицом? Он сглотнул и глупо, почти истерически улыбнулся.       Если ему суждено умереть сегодня, то такой красоте жизнь отдать даже не жалко. – Привет, – Вэй Ин улыбнулся, старясь изо всех сил выглядеть приветливым и чуть отодвинулся, игнорируя протянутую ладонь. Он испарялся прямо на глазах и абсолютно не представлял что делать. Но хоть поговорит напоследок. – Рад тебя видеть, хотя ты был так груб в нашу прошлую встречу, но так уж и быть, я забуду об этом. Как твои дела? Мои вот не очень, но не будем о плохом…       Вэй Ин с трудом помахал прозрачной рукой в воздухе. Юноша перед ним никак на это не отреагировал, он остался сидеть с ровной спиной, смотрел так же холодно и протягивал на руке… что это, семечко? Зачем оно ему? Ну уж нет, он не притронется к еде этого мира. – Эй, мне это не нужно, убери.       Юноша казался таким нереальным в свете луны, что Вэй Ин даже не был уверен до конца, что он настоящий. Он попытался схватить его за прядь волос, благо тот сидел близко, но рука Вэй Ина прошла насквозь, сквозь лицо, так и не сумев потревожить идеальной красоты. Лишь будто под дуновением ветра тяжелые пряди немного всколыхнулись, через секунду снова опустившись на плечи.       Вэй Ин замер и грустно улыбнулся, смотря на свои пальцы. Может это он – нереален? – Съешь, – снова сказал юноша, он выглядел таким же спокойным, лишь в глазах его мелькнуло и пропало что-то острое.       Вэй Ин в ужасе покосился на семечку. Еда. Он вспомнил сначала обезумевшую маму что не видела ничего кроме мяса в своих руках, а после красные, пустые и голодны глаза птицы, что смотрели на него. Вэй Ин тоже утратит человеческий облик, если поест?       Это создание пришло чтобы тоже превратить его в птицу?       Нет! Нет! Уж если и погибнуть, то человеком! – Нет, я не буду это есть! – Вэй Ин постарался оттолкнуть руку с семечкой, но ожидаемо ничего не вышло, и он отчаянно снова вжался в стену, смотря исподлобья на незнакомца. – Убери это, я не голоден!       Юноша едва слышно вздохнул, и с таким же отстраненным лицом, будто уговаривать других незнакомых мальчиков съесть семечко лотоса было для него привычным делом, приблизился к нему почти вплотную. Вэй Ин не успел ничего предпринять, как свободная рука юноши подцепила подбородок, удерживая железной, но осторожной хваткой, нажала на челюсть заставляя открыть рот, а вторая рука неумолимо положила ему в рот семечко, едва коснувшись языка пальцами.       Выплюнуть угощение ему не дали, крепко зажали рот рукой и запрокинули голову. Вэй Ин затрясся от злости и легкого смущения, его накормили как собаку, которая не хочет принимать лекарство, а хватка у этого типа крепкая, не вырваться! Да и раньше его как-то не пытались неземные мальчики накормить… таким образом! Вообще никто не пытался!       Никто и никогда так с ним не обращался!       Вэй Ин недовольно засопел, чуть не подавился и ему пришлось машинально вздохнуть. Мальчик всё ещё зажимал его рот, видимо ожидая обмана и Вэй Ин мстительно лизнул его ладонь.       Руку отдернули сразу же, будто ошпарились в кипятке и Вэй Ин аж приоткрыл в восхищении и удивлении рот, позабыв о своих проблемах. Лицо его нового знакомого всегда было бесстрастным и холодным, но сейчас он сидел, прижимая к груди «опороченную» ладонь, уголки его глаз несколько покраснели и кончики ушей, видневшиеся в прическе, заалели. Вид он имел настолько обиженный и оскверненный, что Вэй Ин едва не захохотал, схватившись за живот и умилился одновременно.       Он не сразу то понял, что больше не просвечивает. Неужели?       Вэй Ин стремительно наклонился и все же схватился за волосы юноши, одновременно зажимая в хватке и ленту. На этот раз у него получилось, он был материален! По руке больно ударили, а вид юноши стал угрожающим, но Вэй Ин не смог сдержать счастливой улыбки. – О, так это было что-то типа лекарства? – Юноша не отвечал, прожигая его взглядом. – А-ха-ха, ну сразу бы сказал! И не смотри на меня так. Ты первый мне в рот полез, считай мы в расчете!       Юноша чуть наклонил голову вниз и дрогнул ресницами. Вэй Ин развеселился и смилостивился: – Ладно. Давай сюда руку, я вытру.       От него отшатнулись как от чумы и посмотрели впервые не равнодушно, а колко и чуточку зло. Эмоции этому созданию явно шли, так почему же он ими не пользуется? – Я не лез. – М-м-м? Что?       Юноша так же тихо, но строго повторил, чеканя слова: – Я. Не. Лез.       А-а-а, это он видимо про то, что Вэй Ин сказал будто бы тот к нему в рот полез. Как же сложно с ним общаться, но забавно. Может, он не такой уж и плохой? Вэй Ин уже хотел было что-то сказать, но внезапно юноша насторожился, посмотрел вверх и рывком притеснил его к стене. – Тихо.       Вэй Ин едва не вскрикнул от неожиданности и нахмурился, пихнув нового знакомого под ребра. То до него не дотронешься, то сам у стенки, как девчонку, зажимает. Ну что это за дела? И ведь не вырваться, хватка у этого типа в белом такая, что будто в тиски железные попался. Лучше не брыкаться, а не то чего доброго, снова зажмет рот рукой. Вэй Ин недовольно дернулся, как он и ожидал, его лишь крепче втиснули в стену.       Он почуял легкий, приятный запах сандалового дерева, ощутил тепло чужого тела и внезапно затих. Вэй Ин позволил себе склонив голову, упереться на миг в плечо юноши, глубоко вдохнуть стараясь не всхлипнуть, а после с силой сжал кулаки, стиснул зубы и решительно отклонился, больно ударившись затылком о стену. Он не будет показывать свою слабость другому человеку (при том что это даже не человек), нет, не будет!       Вэй Ин затуманенным расплывчатым взглядом посмотрел на лицо юноши, тот не смотрел на него, отвернулся и выслеживал что-то в небе. Проследив за его взором Вэй Ин обомлел.       В небе угадывалась статная женская фигура в раздувающихся фиолетовых одеждах, что парила на мече. Вэй Ин не мог разглядеть многое, но зато молодой господин прекрасно видел и рукоятку меча, и колокольчик на поясе женщины и белую маску оскалившегося демона, что закрывала лицо*. Он притиснулся ещё ближе, маскируя своим существом испуганный человеческий дух.       Женщина покружила совсем рядом, будто подозревая что добыча рядом, но в итоге запутавшаяся и злая, полетела дальше.       Юноша отстранился. Вэй Ин наконец получил свободу, глотнул воздуха и не стал возмущаться или дразнить, как планировал до этого. У него просто не было на это сил. – Пойдем.       Вэй Ин поднял мрачный, но больше ослабленный взгляд. Интересно, если он сейчас откажется, его просто бросят тут или снова схватят за шиворот? А может вообще на ручки возьмут, как принцессу?       Последнее было бы неплохо, он совершенно выбился из сил и не мог никуда идти, особенно в неизвестность. Куда его отведут? Но тут Вэй Ин все же решает довериться, в конце концов он не знает этого мира, не знает где его родители и как ему выжить.       Вэй Ин не хочет снова остаться один!       Вот только была у него маленькая проблема и Вэй Ин едва в голос не застонал от стыда и неловкости. – Я не могу встать, – честно признался Вэй Ин – Наверно я просто… Просто устал, да.       Вэй Ин ухватил знакомого за рукав, будто после этих слов он встанет и уйдет. Сейчас он его единственный якорь в этом мире. В голову Вэй Ина закралась мысль, что холодом пробежалась по позвоночнику: «А вдруг он устанет со мною возится и бросит меня здесь?» Вэй Ин внутренне похолодел, вцепился крепче облизал пересохшие губы и забормотал: – П-подожди, подожди! Дай мне секунду, сейчас я встану! А сам думал: Черт, черт, черт, черт!       Вэй Ин нервно улыбнулся, поддерживать вид, что у него все отлично, было сложнее. Он умолял себя потерпеть ещё немного, но утомленные постоянным бегом и стрессом, тело и разум его начинали сдавать. Вэй Ин опустил глаза и в ужасе увидел, как его ноги и руки крупно подрагивают. Черт! В горле застрял тугой комок.       Ну зачем, зачем этот юноша его обнял? Ладно, он не обнимал его, но Вэй Ин на миг почувствовал себя уютно, да и рядом с ним он чувствовал себя в безопасности, что непроизвольно расклеился. Черт! Вэй Ин зажмурил глаза и отвернулся. Он терпеть не может показывать свои слабости.       Его дрожащую руку, будто неуверенно, накрыла чужая рука. Вэй Ин подумал: теплая. И открыл глаза.       Юноша нечитаемо смотрел на него, но в его взгляде Вэй Ин не нашел осуждения, а лишь твердость. – Успокойся, – сказал юноша, и Вэй Ин внезапно понял, что действительно стал чуть спокойнее. Кто знает, может это какая-то магия, иначе как объяснить, что это создание то и дело заставляет Вэй Ина действительно слушаться?       Даже если это и магия, Вэй Ин благодарно улыбнулся. Спасибо, что он не дал ему позорно скатиться в истерику прямо здесь.       Юноша тут же убрал с его руки ладонь, и едва-едва касаясь, легко провел по голой ноге. Вэй Ин почувствовал, как каждая мышца в его теле расслабляется, а после будто наполняется с силой. С удивлением он понял, что вновь полон энергии, и сразу же вскочил на ноги. – Пойдем.       Сильное теплое дуновение ветра высушило волосы и одежду. Вэй Ин приглушенно вздохнул и улыбнулся. Ого, как он оказывается умеет! Глаза Вэй Ина зажглись интересом, как блестят тогда, когда он сталкивается с чем-то ранее ему не знакомым, но поразительным. – Ну пойдем, так пойдем! – он закончил с легким смешком и взял юношу за руку, игнорируя его явное недовольство этим. – Я сейчас за тобой куда хочешь пойду, хоть на край света, хоть в лапы к демонам!       Вэй Ин блеснул глазами и легко улыбнувшись, сказал: – Теперь не отделаешься.