Десять недель для...

Вторник

      До начала благотворительного вечера оставалось несколько часов, и хоть Гермиона никоим образом не сомневалась в талантах Паркинсон — гнетущее чувство тревоги мерзким червячком терзало душу. И чем быстрее стрелки часов приближались к назначенному времени, тем сильнее тряслись руки.       — Герм? — за спиной прозвучал голос подруги. — У тебя всё в порядке?       — Не знаю, Пэнс, у меня плохое предчувствие, — на лице Грейнджер волнение заиграло с новой силой. — Только не могу понять, почему, — покачав головой, отгоняя не кстати разыгравшуюся фантазию, она продолжила, — Мэрлин с этим предчувствием. Всё готово? Цветы привезли? Ты не забыла наложить на них заклинание стазиса? Ты же понимаешь, что…       — Грейнджер, угомонись, — Пэнс обхватила подругу за плечи и слегка встряхнула, — всё будет хорошо. Это не первый и не последний благотворительный вечер в твоей жизни, так почему ты себя ведёшь так, словно я тебя отправляю на Ж.А.Б.А., а не провести время, купаясь в лучах собственной славы?       — Я не знаю, Пэнс, что-то вот тут, — аккуратный наманикюренный пальчик уткнулся в грудь, — меня терзает. И я пытаюсь найти ответ, но никак не получается.       — Ладно, давай посмотрим с другой стороны. Ты жива и здорова, твой бывший рыжий дружок тебя больше не достаёт, а волшебная палочка слизеринского принца наконец привнесла в твою жизнь множественные оргазмы, — ярко-красные губы Паркинсон растянулись в довольной ухмылке, — ну а я в кои-то веки проиграла тебе спор и выполняю желание. Так чего ты переживаешь, мисс Гриффиндор?       — Чёрт, Паркинсон, не знаю.       — Тогда угомонись, надевай шпильки и пошли смотреть красоту, которую я сотворила. И поверь мне, этот вечер ты запомнишь навсегда.       — А ты не умрёшь от скромности, Пэнс, — теперь уже Грейнджер довольно улыбалась, наблюдая за подругой.       — А кто сказал, что это качество мне вообще присуще? — подмигнув ярко-накрашенным глазом, брюнетка развернулась на каблуках и стремительным шагом проследовала к выходу. — Жду тебя внизу, и не дай Мэрлин ты опять раскиснешь, мне придётся прочитать лекцию Драко, что он плохо выполняет свои обязанности.       — Пэнс!       Ничего не ответив на возмущённый возглас подруги, слизеринка громко расхохоталась и вышла из комнаты.

***

      — Джин, я, конечно, перед тобой виноват, но за что? — Блейз жалобно простонал, делая глоток огденского, не переставая вышагивать по гостиной в ожидании девушки.       — Я не виновата, что мне разонравилось платье, — из спальни послышался невозмутимый голос Уизли. — Я скоро, Блейз.       — Ты это же говорила ровно двадцать минут назад, женщина, и всё ещё продолжаешь испытывать моё терпение!       — Забини, вот я действительно поражаюсь тебе, ты ждал меня несколько лет, но не готов подождать двадцать минут, пока я переоденусь? — в голосе девушки заиграли нотки раздражения. — Я уже выхожу, поэтому попридержи свои язвительные комментарии, иначе, клянусь Мэрлином, ты узнаешь, какой злой я могу быть.       Из спальни раздался приближающийся звук стука каблуков. Распахнув дверь комнаты, девушка застыла в дверном проёме. Блейз обернулся и замер от изумления — ещё в Хогвартсе он заметил красоту Джинни, но именно сейчас, в эту секунду, девушка была на пике своей привлекательности и сексуальности. И этому способствовали не только причёска и платье. Абсолютно нет. Та уверенность, которую излучали её глаза, неуемный темперамент, харизма — всё это манило мулата, словно он был жалким мотыльком, который летел в обжигающие объятия огня.       Точёная фигурка была облачена в чёрное длинное вечернее платье, подчёркивая хрупкость её талии и в тоже время выделяя особо аппетитные места. Изящные босоножки на высоченной шпильке делали и без того длинные ноги бесконечными, а выглядывающие пальчики с аккуратным педикюром заставили мужчину судорожно сглотнуть скопившуюся слюну.       Не отрывая голодного взгляда от девушки, Блейз одним глотком осушил стакан и с шумом поставил его на стол.       — Ты великолепна, — то, с какой интонацией произнёс это мулат, заставило Джинни покрыться мурашками.       Собственнической хваткой он притянул ведьму в свои объятия и плавным движением откинул её распущенные волосы, обнажая белоснежную шею.       — Я сейчас борюсь с желанием заблокировать камин и не выпускать тебя из своих объятий, — каждое слово отзывалось приятным тянущим чувством внизу живота, — я хочу тебя на каждой поверхности этого дома.       Девушка закусила губу, сдерживая жалобный стон, который вырывался из груди:       — Мэрлин, — прикрыв глаза, Джинни слегка отклонила голову, наслаждаясь едва ощутимым прикосновением губ к шее, в то время как рука уже давно опустилась ниже поясницы и грубо сминала ягодицы. Можно быть уверенной, что спустя время она обнаружит следы от его рук. Но кто сказал, что девушка против подобного?       Словно услышав мысли пары, в камине задребезжал зелёный свет и через какое-то время в гостиной появился Малфой, который небрежным жестом стряхивал с пиджака невидимые соринки.       — Драко! — злобный утробный рык вырвался из груди Забини, явно недовольного тем, что кто-то самым наглым образом посмел прервать момент уединения с Джинни. — Какого соплохвоста ты тут делаешь?       Волшебница растерянно хлопала ресницами, переводя взгляд со своего разъярённого мужчины на его лучшего друга, который явно не был смущён сложившейся ситуацией, а даже наоборот — наглая усмешка украсила его лицо.       — Ну вообще-то, Блейзи, я искал тебя, но поскольку ты игнорируешь своего лучшего друга, которому крайне необходима твоя поддержка, то пришлось взять всё в свои руки и отправиться на твои поиски. Джиневра, — приветливо кивнув хозяйке дома, — ты выглядишь потрясающе, и если бы Блейз не… — блондин игриво подвигал бровями.       — Не забывайся, Малфой, — на лице Забини застыла холодная маска равнодушия и лишь близким дано знать, что это является дурным предзнаменованием.       — Ох, Мэрлин, Блейз, — Драко закатил глаза, — никто не покушается на твою рыжеволосую ведьму. Смею тебе напомнить, что я давно и прочно погряз в отношениях с самой умной волшебницей нашего поколения.       — Смотри, не повтори это прозвище при Гермионе, Малфой, — вклинилась в разговор Джинни, которая, следует признать, была удивлена не только приступу ревности Блейза, но и поведению Малфоя, который выглядел более чем довольным, упомянув свою девушку.       — А ты умеешь испортить веселье, Уизли, — в очередной раз ухмыльнувшись, блондин окинул взглядом пару, — ладно, встретимся на вечере. А то я не ручаюсь за свою жизнь, если задержусь тут ещё хотя бы на мгновение, — и в ту же секунду исчез в зелёном пламени камина.       — Напомни, почему я считаю его своим другом? — Забини всё ещё сверлил взглядом потухший камин.       Ответом послужил тихий смешок девушки и крепкие объятия.       — По-моему, вы чем-то даже похожи, — девушка уткнулась в изгиб шеи, жадно вдыхая горьковатый парфюм.       — Джиневра Молли Уизли!       — Не думай, что если назвал моё полное имя, то смог напугать меня, — тонкие пальчики аккуратно стёрли следы помады на шоколадной коже парня. — Нам не следует опаздывать, Блейз, — взяв мужчину под локоть, они приблизились к камину.       — Ещё и сравнивает меня с этим засранцем, — не переставая бурчать под нос, Забини прижал к себе девушку, и в следующую секунду пара исчезла в зелёном пламени.

***

      — Должна признать, Пэнс, я была неправа, — Гермиона с улыбкой наблюдала за гостями этого вечера. И, к удивлению девушки, на вечере присутствовали те, кто ещё в прошлом году буквально смеялись ей в лицо, сегодня же — делали отнюдь нескромные пожертвования. — Ты не просто смогла всё организовать, но и собрать тут столько аристократов, — шоколадные глаза с растерянностью наблюдали за Асторией Гринграсс, которая мило общалась с Джинни.       — За это нужно выпить, — Паркинсон протянула руку с бокалом. — За то, что моя подруга наконец перестала недооценивать мои таланты!       — Я никогда не сомневалась в тебе, — возмущённо воскликнула Гермиона, но всё же чокнулась своим фужером. Гермиона нашла взглядом Драко, который о чём-то увлечённо беседовал с Тео, но, видимо, почувствовав взгляд девушки, повернулся и с искренней улыбкой отсалютовал своим бокалом. — И я не знаю, специально ты выбрала его для спора или нет, но спасибо тебе, Пэнс, — девушка улыбнулась своему мужчине самой нежной улыбкой. — Наверное, впервые за долгое время я обрела покой в душе.       — Я знала, что он к тебе неравнодушен, — Паркинсон перевела взгляд на подругу, — мужчины — это случайно выжившие мальчики. И что в тридцать, что в сорок, что в пятьдесят — они всегда будут детьми. И если Малфой тебе ещё не признался в этом, то я это сделаю вместо него…       — Что ты сделаешь вместо меня? — разговор девушек прервал незаметно подкравшийся Драко, чьи глаза светились от веселья и любопытства.       — Ну раз ты подошёл сам, то предоставлю это дело тебе, — Паркинсон похлопала друга по плечу и направилась Блейзу и Джинни.       — О чём беседовали? — Драко с жадностью маньяка пытался как можно сильнее впитать в себя образ Гермионы — сегодняшний вечер удивительным образом навевал воспоминания о Святочном бале — когда он впервые отметил, что гриффиндорская староста не только обладает недюжинным умом, но и красива настолько, что становится невозможным отвести взгляд. И вот сегодня он вновь ощутил себя подростком, но только в отличие от себя школьных времён — сейчас он имел полное право привлечь в свои объятия эту потрясающую девушку, и мог без опасений прижать её к себе сильнее, чем может себе позволить обычный партнёр по танцу.       — О том, что первые пятьдесят лет детства в жизни мужчины — самое тяжёлое, — Грейнджер усмехнулась, с удовольствием отмечая, с каким жадным вожделением за ней наблюдал Малфой.       — Тогда позволь угостить тебя шампанским, — блондин кивнул в сторону пустого бокала, который сжимали аккуратные женские пальчики.       — Не откажусь, мистер Малфой.       Драко склонился к девушке и едва слышно прошептал:       — Ещё раз назовёшь меня «мистер Малфой», и хозяйка вечера внезапно исчезнет, оставив без присмотра этот ящик с пожертвованиями. Дай мне только повод, Гермиона, — он с удовольствием отметил, как белоснежная кожа покрылась мурашками.       — Мистер Малфой, не стоит быть столь самоуверенным. Может так случиться, что охотник сам окажется жертвой…       Тихо рыкнув, мужчина отпрянул от шатенки, искренне надеясь, что его эрекция не станет достоянием общественности, поэтому самым разумным решением было отправиться за напитками, чтобы в эту же секунду не закинуть девушку себе на плечо, покинув зал под улюлюканье.       — Грейнджер, — тонкий женский голосок заставил девушку вынырнуть из омута фантазий, — потрясающий вечер. Признаюсь, я была неправа, отказывая тебе в прошлом году, — Астория приветливо улыбалась, хотя взгляд и оставался холодным.       — Спасибо, Астория. Думаю, будет справедливым, если ты скажешь это Паркинсон — в основном, это её заслуга.       — Я удивлена, что вы сдружились, — Гринграсс пригубила напиток, не отрывая взгляда от собеседницы. — Я, в принципе, удивлена, что у вас сложилась такая тёплая компания.       — Не все живут прошлым, Астория. Как говорил Черчилль: «Глуп тот человек, который никогда не меняет своего мнения».       — А ты была бы прекрасной слизеринкой, Грейнджер, — на красивом лице аристократки появилось лёгкое подобие улыбки. — Но ответь на вопрос, что тебе пообещал Драко?       — В каком смысле? — идеально очерченные брови шатенки поползли вверх. Хоть она и понимала, что Гринграсс не растеряла своих ксенофобских взглядов, но в отличие от неё, Гермиона не обладала талантом держать лицо в любой ситуации.       — В прямом. Малфой поспорил с Блейзом, что если за десять недель он испытает к тебе хоть каплю привязанности, то он отдаст свою машину Забини. А если нет — то Блейз на всё лето отдаёт ему своё имение в Италии. Конечно, прошло всего лишь пять недель, но как по мне, так этого времени достаточно, чтобы понять — испытываешь ты к человеку что-то или нет. Но скажи, что он тебе пообещал взамен на помощь? Поскольку Тео мне ясно намекнул, что Драко планировал позвать меня туда, — серо-голубые глаза с любопытством наблюдали за шатенкой, чьи эмоции были крепко-накрепко запечатаны под маской равнодушия и лишь глаза выдавали истинное состояние.       Призвав на помощь всё имеющееся хладнокровие, Гермиона заставила себя улыбнуться и спокойно произнести:       — Ох, Астория, поверь мне, Малфой давно со мной рассчитался. Так что можешь смело строить планы на предстоящий отпуск.       — Спасибо, Грейнджер, я рада, что ты понимаешь.       — Поверь, Гринграсс, я всё прекрасно понимаю. А теперь прости, но вечер в самом разгаре, а оставлять гостей без присмотра — моветон.       Кивнув, Гринграсс удалилась к сестре, в то время как розовые очки Грейнджер разрушились, оставляя глубокие кровоточащие раны.       — А вот и шампанское, мисс Грейнджер, — как по мановению волшебной палочки рядом возник улыбающийся блондин, который даже и не подозревал, что вскоре и его планы на будущее превратятся в пыль.       — Спасибо, мистер Малфой, но я, пожалуй, откажусь, — губы шатенки растянулись в холодной улыбке. — Прошу меня извинить, — она попыталась обойти Драко, который явно был удивлён изменившимся поведением своей ведьмы.       — Гермиона? — тёмно-серые глаза с беспокойством пытались считать хоть какую-то эмоцию, найти хоть какой-то ответ, но попытки были безуспешны. — Что произошло?       — Простите, мистер Малфой, вас ждёт мисс Гринграсс, а меня ждут мои друзья.       Грубо схватив девушку за запястье, он в ту же секунду аппарировал из зала, наплевав на то, как это может выглядеть в глазах окружающих.       — Говори, Грейнджер, что тебе сказала эта чистокровная сука? — блондин был явно взбешён развернувшейся ситуацией.       — Ну судя по тому, как Вы реагируете, значит есть, что скрывать, — шатенка резким движением выдернула руку из крепкой хватки. — Но будем откровенны, мы использовали друг друга и каждый получил, что хотел.       — Объяснись сейчас же, Грейнджер, иначе клянусь Мэрлином…       — Всем твоим клятвам, Малфой, грош — цена. Ты хотел получить особняк Блейза в Италии и потому поспорил на меня. Если ты из-за этого так переживал, то можешь расслабиться, я всё поняла. Хорошего вам отпуска с Асторией, — резко развернувшись, Гермиона пошла прочь от растерянного Драко, но на миг замерла. — И да, я тоже поспорила на тебя. В случае моего выигрыша, Пэнс брала на себя все организационные моменты моего благотворительного вечера, и как ты можешь заметить, я тоже не осталась в накладе. Так что мы квиты, Малфой, — не давая опомниться, Гермиона исчезла в тени деревьев, поскольку играть роль хладнокровной стервы было для неё в новинку, а она сама была довольно посредственной актрисой. И уже подходя к дому, она ощущала, как предательские слёзы всё же потекли по щекам.