The Golden Night

[Четыре недели назад] – Хен, наконец! Голос, который слышит Минхо при входе в столярную мастерскую, не принадлежит Чану. Да и с чего бы Чану называть его хеном? Он почувствовал незнакомый запах, который чуть не сбил его с ног. Запах цветов и теплых весенних дней, а также ночи после дождя и солнечного света, касающегося кожи человека. К нему бросается фигура, и глаза Минхо расширяются. Это мальчик немного моложе его самого. Загорелая кожа, пухлые щеки, легкая улыбка на лице. Его светлые волосы слегка растрепаны, и Минхо, откровенно говоря, не понимает, как человек способен одновременно выглядеть таким потерянным, очаровательным и совершенно привлекательным. – Оу, я думал что ты… – начинает светловолосый, но прерывается, когда понимает, что перед ним не тот человек, которого он ожидал. Приятно видеть, как он останавливается, как его глаза округляются и как его рот приоткрывается. Его внутренний волк внезапно настораживается, и Минхо пытается сконцентрироваться, чтобы его тело не выдало его настоящую личность. Видимо, маленькая фигурка паренька перед ним вызывает у него защитный инстинкт. Минхо, наконец, начинает говорить, чтобы снять напряжение в комнате, и спрашивает паренька, все ли с ним в порядке. Младший долго моргает, прежде чем ответить. Почему-то это делает его еще очаровательнее. Представившись, Минхо поднимается по лестнице, чтобы найти Чана. Он только что подмигнул Джисону? И почему у него такое странное чувство в животе? Если это то, что он думает, у него проблемы. И он должен положить этому конец, прежде чем все выйдет из-под контроля. Вот почему он быстро будит спящего на кровати в углу комнаты Чана и как можно скорее уходит. Не поднимая глаз на симпатичного мальчика-бельчонка и не обращая внимания на быстрое биение сердца младшего, которое он может почувствовать даже на расстоянии.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Одна неделя. В течение этой одной недели Минхо был сильным и не ходил в столярную мастерскую, чтобы увидеть Джисона. Ладно, он часто бывает в перерывах на обед, зная, что младший будет дома в это время. И, может быть, это вовсе не потому, что он хочет увидеть Чана – они все равно увидятся дома. Может быть, это потому, что аромат цветов задерживается на некоторых деревянных предметах, а в воздухе всегда чувствуется легкое прикосновение дождя и солнца. Возможно, он все-таки не такой уж сильный. И, во всей видимости, недостаточно хорошо умеет это скрывать. Он уверен, что Чан заметил, как он отвлекается от их разговоров или тупо пялится в одну точку. Он просто надеется, что старший еще не понял причину. Ровно через неделю после их первой встречи он снова видит Джисона. И он даже более завораживающий, чем запомнил Минхо. Он выглядит так же привлекательно, как и в прошлый раз, и запах Джисона все еще сводит его с ума, хотя он чувствует в нем что-то другое, что-то грустное. Они, на удивление, легко начинают беседовать друг с другом. Он рассказывает Джисону о своем ресторане и своем родном городе. Младший действительно заинтересован, и спустя время он, кажется, расслабляется. Но Минхо не везет, и им, конечно же, суждено выйти на тему, которую он всегда старается избегать: сверхъестественные существа. Джисон говорит, что не боится их, но, вероятно, испугается, если когда-нибудь столкнется с ними. То, как он говорит о них, дает понять, что он разделяет убеждения всех остальных: сверхъестественные – опасные существа, которые разорвут вас на части, если вы подойдете к ним. Минхо хочет вздохнуть, возможно, даже ударить по столу или что-нибудь еще, чтобы избавиться от разочарования. Его агрессивные наклонности – определенно недостаток его волчьей сущности, но он хорошо умеет контролировать свои эмоции. Ну, в большинстве своем. Вот почему он заканчивает разговор, вставая и поднимаясь по лестнице. Он не стучит в дверь, а просто входит, давая себе упасть на кровать, игнорируя Чана, наслаждавшегося приемом пищи за круглым столом. – И тебе привет, – приветствует его Чан. Минхо чувствует, как старший закатывает глаза. – Что такое? – вздыхает Чан через некоторое время, отталкивая от себя пустую тарелку. – Ты не появлялся какое-то время. – Ничего, – ворчит Минхо и поворачивается на кровати лицом к стене. – Ага, конечно. – Просто в ресторане много работы, вот и все, – говорит Минхо, потому что сейчас он не может придумать лучшего оправдания. – Ммм. Что ж, тогда, вероятно, это просто совпадение, что это началось именно в тот день, когда ты познакомился с моим новым работником, и ухудшилось, когда ты увидел его во второй раз? Черт, обычно Чан не такой дотошный. Все, должно быть, хуже, чем он думал. Минхо сглатывает, пытаясь продолжить свою ложь. – Да, вероятно, совпадение. – Проклятье, Минхо! – шепчет Чан, чтобы Джисон, находящийся внизу, их не услышал. – Ты думаешь, я тупой? – спрашивает старший и тянет Минхо за плечо, чтобы развернуть его, заставляя того смотреть на него. – Я чувствую запах твоих гормонов за милю, а ты все еще пытаешься это скрыть. Просто признайся, что он тебя интересует. – Отлично! – кричит Минхо, будучи слишком взбешенным, чтобы сдерживаться и быть осторожным. – Может, он мне интересен! Может, это просто мой внутренний волк хочет защитить его, я не знаю! На несколько секунд становится тихо, и Чан пытается собраться с мыслями. Его глаза сияют золотом. Обычно Чан контролирует это даже лучше, чем Минхо. Но сейчас он слишком зол. – Ты не можешь интересоваться им, никаким образом, – говорит Чан через некоторое время. – Думаешь, я этого хотел?! – Нет, конечно, нет. Но ты плохо справляешься с этой проблемой. Тебе следует держаться от него как можно дальше, а лучше – просто забыть о его существовании. Минхо бросает взгляд на старшего. – Как будто это так просто! Я пытался держаться подальше, но что мне делать, когда ты приходишь домой и пахнешь им? – Да ладно! Ты приходил ко мне в каждый перерыв на прошлой неделе, просто чтобы почувствовать его запах. Ха, значит, Чан все-таки заметил. – Это была минутная слабость. – Каждый день?! Черт побери, Минхо, я ожидал от тебя большего! Я думал, ты знаешь, насколько опасно приближаться к людям! Мы просто не можем. Если бы он узнал, кто ты, он бы, вероятно, сбежал и позвал стражников. Если ты будешь продолжать в том же духе, ты подвергнешь опасности не только себя, но и все нашу стаю! Минхо знает, что Чан прав. Именно это он говорил себе на прошлой неделе. Но это сложно. Он даже толком и не знает Джисона, но то, как он улыбается, как он надувает щеки, как он пахнет свежее, чем любой другой человек, которого он встречал. Все это для него как магнит. Его тянет к Джисону. Минхо никогда раньше не чувствовал себя так, и он не знает, как с этим справиться. Для него никогда не было проблемой держаться подальше от людей. Конечно, он видит их каждый день на работе и много с ними разговаривает, потому что, опять же, это его работа. Но он никогда не чувствовал потребности в более близких отношениях с людьми. До настоящего времени… – Послушай, Минхо, мне очень жаль, что я на тебя так набросился. Но это касается всех нас, и я очень волнуюсь. Минхо смотрит на своего лучшего друга. Его глаза снова приобрели свой обычный каштановый цвет, и они словно отражают заботу и сочувствие. – Я знаю. Все в порядке. Я постараюсь найти решение, – вздыхает Минхо, встает и идет к лестнице. – Куда ты? – Наружу. Мне нужен свежий воздух. И я, вероятно, не вернусь в мастерскую, – отвечает он, и Чан кивает, на его лице появляется грустное, но благодарное выражение. Минхо сбегает по ступенькам и выбегает на улицу, не глядя на Джисона. Он не смеет дышать, пока не окажется в нескольких метрах от столярной мастерской. Жаркий летний воздух удушает, но это лучше – или, скорее, безопаснее – чем вдыхать цветочный аромат. Он сказал Чану, что не вернется сюда какое-то время, но, честно говоря, он не знает, сможет ли он это сделать. Исход битвы между ним и его волком решит, что произойдет дальше.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Но он, конечно же, проигрывает. Потому что после того, как он целую ночь ворочался в постели от невозможности избавиться от чувства тоски, и утреннего подъема без единого сна в глазу, он думает: Нахуй! Нахуй Чана и его веские причины держаться подальше от Джисона. Нет ничего плохого в том, чтобы быть знакомыми или, может быть, далекими друзьями, верно? Чан же поддерживает дружеские отношения с Джисоном, так почему я не могу? И вот так он оказывается в столярной мастерской всего через день после того, как обещал прямо противоположное. – Минхо-хен! – восклицает Джисон, когда замечает старшего и его лицо светится. Нарушение обещания уже того стоит. И это стоит того, когда он высмеивает предмет, который отдаленно похож на стул, но Минхо не может упустить возможность подразнить младшего. Это стоит того, когда Джисон показывает ему свои рисунки и все, что он может сказать – они потрясающие. Большинство из них – цветы и пейзажи. Есть огромный рисунок птицы, может быть, зарянки, но Минхо на самом деле не особо разбирается в птицах. Что действительно привлекает его внимание, так это то, что между всеми этими эскизами на тему природы снова и снова появляется лицо одного и того же мальчика, и это единственный человек во всем альбоме. Минхо не знает его, но его защитный инстинкт сразу же настораживается. Он мысленно ругает себя и проглатывает эти ненужные чувства, чтобы сказать Джисону, насколько хороши его работы, потому что они на самом деле впечатляют. Итак, все нормально. Они еще какое-то время разговаривают, и взгляд Джисона заставляет старшего забыть об этом мальчике из альбома. Их маленький пузырь уюта лопается, когда в комнате появляется Чан. – Минхо, какой приятный сюрприз! Не мог бы ты помочь мне? Минхо чувствует гнев старшего – он слышится даже в его голосе. Ли стонет, но встает, чтобы пройти вместе с Чаном на склад. Как только он закрывает за собой деревянную дверь, Чан хватает Минхо за воротник и прижимает его к стене. – Какого черта ты делаешь?! Я думал, что мы… – кричит Чан, но Минхо тут же прикрывает его рот рукой. Ведь Джисон определенно сможет их услышать, если они будут так кричать. Когда он убирает руку, Чан также отпускает рубашку Ли и вместо этого хватается за свои светлые волосы, явно разочарованный. – Ты сказал мне, что не вернешься! – продолжает Чан, на этот раз тише. – Ты хотел держаться от него подальше, помнишь? Потому что он чертовски опасен! – Я пытался, но это сложно! Ты не понимаешь! – Да видел я, как ты там пытался. Я учуял тебя, когда ты вошел, но я подумал, что не должен быть таким строгим, может, ты будешь контролировать себя. Но вместо этого ты сидишь там и говоришь с ним об отношениях, при этом глядя на него, как на добычу, и наполняя всю комнату твоими чертовыми феромонами. И что хуже всего – Джисон реагирует на это, я не могу поверить! – Я этого не делал! – парирует Минхо и надувается. – По крайней мере, намеренно – нет. Но я не понимаю, в чем проблема! Ты тоже дружишь с Джисоном, почему я не могу? – Это другое, – настаивает Чан. – Я не хочу нагнуть его, в отличие от некоторых! Минхо задыхается, его глаза расширяются. – Ты действительно думаешь, что дело в этом? Что я просто хочу переспать с ним из-за каких-то дурацких инстинктов?! Не могу поверить, что ты такого мнения обо мне, – с горечью заявляет Минхо и выбегает из мастерской.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Вся следующая неделя для него как пытка. Он каждый день прилежно ходит на работу, и если обычно это доставляет ему массу удовольствия, то сейчас он рассеян и делает все без энтузиазма. Его друзья и брат, очевидно, замечают его плохое настроение и, когда они находятся в ресторане, стараются подбодрить его как можно больше. Но как только они приходят домой, никто и слова не смеет произнести. Потому что там Минхо избегает Чана, как чумы, и его настроение становится еще хуже. Чан время от времени пытается с ним поговорить, но Минхо всегда прерывает его и уносится в свою комнату. Старший даже пытается поговорить с ним через мысленную связь, но Ли блокирует и ее. Может быть, его поведение кажется незрелым, но ему нужно время, чтобы взять под контроль свои мысли об одном симпатичном мальчике с беличьими щеками и самой красивой улыбкой. Минхо лежит на своей кровати, глядя в потолок, и закрывает лицо ладонями. Он обречен. Он действительно обречен. Раньше он уже чувствовал влечение к людям, и некоторые ему даже нравились. Но все это не было таким серьезным и постоянным. Он даже толком не знает Джисона и боится, что Чан прав, что в Джисоне заинтересована только его волчья сущность. Но он уверен, что младший ему бы понравился, даже если бы Минхо был эльфом, водяным или даже человеком. В нем есть что-то, что он всегда сможет заметить, независимо от своего вида. Ему всегда нравилось, как глаза Джисона исчезают, когда он искренне смеется, а его губы приобретают форму сердца. Он всегда тонул в глазах младшего, когда смотрел в них. Он всегда чувствовал себя рядом с ним так полноценно и комфортно. Ведь так? Но Минхо не уверен до конца, и это заставляет его нервничать. Хотя это все равно бессмысленно. Они с Джисоном больше не увидятся, это неизбежно. Он не позволит себе увидеть его, и это официальный приказ его альфы стаи. Чан не часто пользуется своим положением, так как он внимательный и заботливый лидер. Но когда что-то угрожает их стае, он делает все, чтобы обезопасить их. И раз интерес Минхо к человеческому мальчику представляет собой угрозу, то Чану приходится действовать, чтобы защитить их. И Минхо прекрасно понимает это, поэтому он соглашается.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Когда Минхо стоит за стойкой и слышит, как Чонин зовет его, он вовсе не ожидает увидеть лицо Джисона. Он не видел младшего неделю и, черт возьми, как это возможно – так сильно скучать по человеку, которого толком и не знаешь? Но он здесь. Он действительно здесь. Стоит там и выглядит слишком застенчивым и маленьким. Дерьмо. Джисон не может просто так прийти сюда. Минхо только свыкся с мыслью избегать его, и они с Чаном снова в хороших отношениях, но если его лидер узнает, что Джисон был здесь… нет, он не должен знать об этом. Минхо позволяет своим инстинктам взять верх, потому что он не знает, что еще делать. Он хватает Джисона за запястье и тащит в заднюю комнату. – Что ты здесь делаешь? – Минхо слышит, насколько напряженным звучит его голос. – Ты больше не приходил в мастерскую. Этот идиот. Этот ужасно милый идиот. – Интересно, почему, – слишком саркастично возражает Минхо. – Ты сказал, что я должен навестить тебя когда-нибудь. – Но я не это имел в виду! – кричит Минхо и сразу же после этого прикусывает язык. Джисон вздрагивает, и Минхо задается вопросом, как он может выглядеть еще меньше. Черт возьми, он не хочет этого. Он не хочет видеть Джисона таким. Он не может видеть его таким. Таким неуверенным, таким беспомощным. – Тогда… тогда, я пойду. Нет, он не может уйти. И даже не потому, что на улице уже темнеет. Просто потому, что Минхо не может его отпустить. Не так, не сейчас. Возможно, никогда. Минхо отодвигает мебель, чтобы Джисону было, где спать сегодня. Он знает, что это плохая идея, особенно из-за ситуации, в которой он находится. И то, что Джисон пахнет лучше, чем целое чертово поле цветов, освещенное лунным светом, абсолютно не помогает. Минхо уже чувствует это в глубине своего живота, но пытается контролировать это или, точнее, игнорировать. Они садятся поговорить, и Минхо думает, что все, возможно, проще. Они говорят о Чане и о нем как о паре – что, конечно же, абсурдно, потому что Чан – его лучший друг, он ему как старший брат. Джисон рассказывает ему о своем опыте и своей сексуальности, и Минхо хочет обнять его, чтобы утешить и сказать, что все в порядке. Но он этого не делает. Он должен держать дистанцию. Когда Джисон упоминает о поцелуе с Сынмином, Минхо невольно рычит. Сынмин, должно быть, и есть тот самый мальчик из альбома младшего, они, наверное, очень близки. Минхо чувствует, как ревность закипает в его животе, и он чувствует, как контроль над его телом постепенно уходит. Ему остается только надеяться, что Джисон не заметит. Когда младший кладет свою руку на его щеку, Минхо понимает, что все кончено. Джисон наверняка чувствует, что его кожа слишком горячая для нормального человека. Но тот ничего не говорит, его взгляд скользит по губам Минхо. И поэтому Ли позволяет себе сделать то же самое, но только чтобы напомнить себе о своем состоянии, о том, как его внутренности словно горят. Но это не больно, потому все, что он чувствует – чистое желание. Но он не может хотеть Джисона, он не может иметь Джисона. Что насчет его стаи? Что насчет Чана? Нет, нет, он не может этого сделать. Поэтому он отступает. Он прижимается к стене, пытается контролировать свое дыхание, температуру, цвет глаз. Он не знает, срабатывает ли это, поэтому говорит младшему, чтобы он ложился спать. На всякий случай он устраивается позади Джисона и излучает успокаивающие феромоны. Минхо не хочет манипулировать им, но он должен убраться отсюда как можно скорее. Он сразу понимает, что это сработало, когда Джисон прижимается к нему, что заставляет еще одну волну жара пройтись по его телу. Только когда он слышит, как дыхание младшего стало замедляться, он вздыхает и встает. Он говорит Чонину присмотреть за Джисоном и чтобы он не рассказывал о произошедшем Чану. Младший канючит, но, в конце концов, соглашается, и Минхо убегает домой так быстро, как только может, берет немного еды и бутылки с водой и запирается в своей комнате. Он уверен, что следующие несколько дней будут тяжелыми.