The Golden Night

— Хен! С возращением! Это первое, что слышит Минхо, когда спустя четыре дня выходит из своей спальни. Раньше это никогда не занимало так много времени, и сейчас он чувствует себя скорее мертвым, чем живым. Первое, что он чувствует — это Феликс, крепко обнимающий его. — Привет, Ликс, — затаив дыхание, отвечает Минхо. — Фу, ты воняешь, — следующее, что говорит Феликс, прежде чем отступить. Минхо только смеется над ним. — Чего ты ожидал от четырех дней? — риторически спрашивает старший. — Так долго… — он слышит, как кто-то бормочет рядом с ними. Минхо поднимает взгляд и видит Чана, прислонившегося к дверному косяку своей спальни, расположенной напротив спальни Минхо. Ли намеренно решает проигнорировать этот комментарий и вместо этого просто обнимает своего лучшего друга. Я скучал по тебе, говорит он через их мысленную связь. Он не очень хорошо умеет выражать свои эмоции вслух, так что ему так легче. Я тоже. Этот раз был слишком долгим, отвечает Чан. Их момент прерывается рычанием, и они отходят друг друга. — Ты касался Феликса, воняя как альфа после гона? *– сердито спрашивает Чанбин, пряча светловолосого омегу за свою спину. — Я и есть альфа после гона, — рычит в ответ Минхо. Он полностью истощен, но эффект его гона все еще заметен. Ему нужно концентрироваться сильнее, чем обычно, чтобы контролировать свою агрессию. — Хен, он не виноват! Это я обнял его, — говорит Феликс, но его прерывают. — Он все еще не имеет никакого права на это! — заявляет Чанбин, глядя на старшего. Минхо вздыхает. — Ты прав, извини. Я приму ванну, а ты попытайся успокоиться, Бинни. Минхо проходит мимо них и запирается в ванной. Иногда бывает сложно жить вместе, когда под одной крышей находится несколько альф и всего лишь одна омега. Периодически он задается вопросом, почему Чан не мог подружиться с еще несколькими бетами. Но, к счастью, они хорошо справляются с такими ситуациями: слишком они человечны, чтобы просто опускаться до уровня инстинктов. Еще раз вздохнув, Минхо начинает нагревать воду, которую они специально оставили в ванной для вот таких вот случаев. Когда он остается удовлетворенным температурой воды, он наполняет ванну и опускается в нее. Его телу тяжело сейчас нормально функционировать, но горячая вода успокаивает. Когда он выходит из ванной, завернувшись лишь в полотенце и чувствуя себя намного лучше, чем раньше, Чан уже ждет перед его комнатой. — Нам нужно поговорить, — единственное, что произносит вожак их стаи перед тем, как войти в комнату Минхо. И у Ли плохое предчувствие по этому поводу. Вероятно, это потому, что его гон длился на два дня дольше обычного. Вероятно, это потому, что Чан точно знает, что Джисон является причиной этого и что Минхо видел его снова. Он уже мысленно готовится к ругани, но затем Чан слабо улыбается и начинает говорить мягким голосом. — Я разговаривал с Джисоном сегодня, — говорит старший, и сердце Минхо подпрыгивает от этого имени. Он не видел младшего несколько дней, но думал о нем каждую секунду. Что может быть немного жутко с учетом обстоятельств, но он ничего не мог с собой поделать. Его имя все еще заставляет дрожать его почти обнаженное тело. Он подходит к своему шкафу и надевает удобную одежду, чтобы выглядеть более равнодушным, хотя он уверен, что Чан буквально чувствует все его эмоции. — И о чем вы говорили? — Ну, на самом деле, вчера мы поругались из-за вашего общения. Но мы помирились сегодня, и Джисон настоял на том, что хочет дружить с тобой. Минхо чувствует, как по его лицу расползается улыбка, и он не успевает ее остановить. Тот факт, что обычно не очень уверенный в себе Джисон спорит с Чаном, потому что хочет быть другом Минхо, заставляет его сердце вести себя очень странно. — Я думал, ты знаешь, что я вполне хорошо отношусь к общению с людьми. Но только если ты не приближаешься к ним слишком близко. Потому что ты никогда не сможешь показать им, кто ты есть на самом деле. Я спросил Джисона, хочет ли он быть больше, чем друзья, но он стал отрицать это, — продолжает Чан. И это тут же стирает улыбку с лица Минхо. Он не должен был ожидать чего-то другого, но это все равно делает больно. — И пока вы на самом деле просто друзья и пока ты ничего ему не рассказываешь, я готов позволить тебе видеться с ним. Минхо не уверен, нравится ли он Джисону в том самом плане, но быть друзьями с ним для него более чем достаточно, если это значит иметь возможность снова видеться с ним. — Ты сейчас серьезно? — спрашивает Минхо с надеждой в голосе. Чан кивает, и Ли бросается к нему с объятьями. — Спасибо, Чанни! Ты не представляешь, как много это для меня значит! Как много он значит для меня, думает Минхо, но не решается произнести это вслух. — Но сделка отменяется, если ты не сможешь себя контролировать, понял? — Да, понял! — соглашается Минхо. — И… Минхо? — тихо спрашивает Чан. — Ммм? — Ты должен быть уверен, что действительно хочешь этого. Джисон никогда не посмотрит на тебя так, как ты смотришь на него, в течение следующих нескольких лет он женится, а ты так и останешься его другом. Только другом, ты же понимаешь это, верно? Минхо не может описать, что он чувствует в данный момент. Его сердце болит только от одной мысли о том, что Джисон будет с кем-то другим, его внутренний волк грустно скулит, и ему кажется, что его душе не хватает потерянного кусочка. — Я понимаю это, — подтверждает он и резко сглатывает. — Я волнуюсь, Минхо. Я не хочу, чтобы тебе было больно. Так что, если ты думаешь, что не справишься с этим, то уходи от этого, пока эта влюбленность, или что у тебя там, не превратилась в настоящие чувства. — Я уверен, что справлюсь с этим, — заявляет Минхо, но это очень похоже на жалкую попытку убедить в этом Чана. Или себя. Откровенно говоря, он не уверен, справится ли он с этим. Но он знает, что жить без Джисона совсем — гораздо хуже. Если честно — он даже не рассматривает этот вариант. Так что ему придется с этим смириться. Чтобы оставить Джисона в своей жизни, он готов пойти на жертвы. Даже если это означает отпустить первое и, вероятно, последнее в его жизни чувство влюбленности. Потому что, если Джисон существует в этом мире, как он может желать кого-то еще?

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

На следующий день Минхо вместе с Чаном приходит в столярную мастерскую. Старший много рассказывает о разных породах дерева, которые он недавно заказал, но Минхо, честно говоря, это ни о чем не говорит. На самом деле он даже не слушает; он слишком сильно взволнован предстоящей встречей с Джисоном. Он все еще благодарен своему лучшему другу за попытку отвлечь его. Однако когда дверь открывается и он чувствует сладкий, теплый аромат, которого он так жаждал, он больше не может даже притворяться, что слушает. Джисон замирает всего на секунду, смотря на старшего, прежде чем заключить его в крепкие объятия. Минхо задыхается, когда чувствует, что человек, по которому он так скучал, прижимается к нему. Кажется нереальным видеть его здесь, смотреть на него, касаться его. — Хен, я скучал по тебе, — шепчет Джисон, уткнувшись головой в шею Ли. Когда блондин прижимается еще ближе, Минхо, наконец, расслабляется и обнимает его в ответ. Его запах успокаивает, хотя восторг Джисона делает его более сладким, чем обычно. — Привет, Джи. Я тоже скучал по тебе. Минхо слышит и чувствует учащенное сердцебиение младшего, и снова задается вопросом, действительно ли он не нравится Джисону больше, чем просто друг. Почему тогда он всегда подходит к нему так близко? Почему тогда он почти поцеловал его? Нет. Не надо. Он не хочет строить пустых надежд. Даже если он и понравится Джисону, это все равно ничего не изменит. Младший, вероятно, просто хочет изучить и принять свою ориентацию с тем, кто его понимает. Джисон ведь до этого пытался поцеловать своего лучшего друга, верно? Это объяснение кажется Минхо настолько правдоподобным, что его сердце сжимается, словно оно оказалось в клетке. Чан, кажется, замечает колебания его настроения и прочищает горло. Он просто говорит Джисону взять выходной и исчезает на складе. Ты хотел быть ему другом, не так ли? Минхо слышит голос Чана в своей голове. Я знаю. Ты все еще можешь отступить. Как насчет того, чтобы использовать этот день, чтобы посмотреть, сможете ли вы быть друзьями? Только друзьями. Минхо вздыхает. Чан прав. Он хотел дружить с Джисоном, он все еще хочет этого. Но становится намного труднее, когда младший вот так вот цепляется за него и смотрит на него своими большими глазами как у олененка, спрашивая, чувствует ли он себя лучше. Это слишком, но Минхо хочет попробовать. Он должен попробовать.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Минхо нервничает, идя по лесу вместе с Джисоном. Младший с любопытством осматривается, широко открыв глаза, его чувства полностью сосредоточены на окружении. Кажется, ему нравится, и Минхо испытывает облегчение, потому что лес всегда частично был его домом, даже в городе. Как оборотень, он чувствует необходимость жить в обоих мирах, и если ему удается совмещать два этих мира — он счастлив. Дом в лесу — идеальное решение, и то, что Джисону так нравится лес и дом, распространяет тепло по телу Минхо. Но это все еще не может полностью заглушить его нервозность. Он сказал Феликсу, Чанбину и Чонину, что они приступят к работе во второй половине дня. Он не хочет, чтобы они работали без него из-за того, что он решил провести этот день с Джисоном. Но проблема в том, что Минхо боится того, как они отреагируют на Джисона. Это было негласным правилом: если стае кто-то не нравится, они не позволят другому члену стаи спариваться с этим кем-то. Не поймите неправильно, не то чтобы Джисон был для него чем-то подобным, вовсе нет. Но Минхо все равно чувствовал себя так, словно представлял своего любовника и попросил разрешения. И он даже не предупредил свою стаю об их визите через мысленную связь. Он хочет, чтобы они отреагировали как можно более естественно, чтобы у Джисона не возникло ненужных подозрений. Внешне Минхо расслаблен и смеется вместе с младшим, когда они входят в дом. Но как только он слышит голос Феликса, он съеживается. — Минхо, разве ты не с Чан-хеном? — произносит Феликс, еще даже не увидев их. Минхо надеется, что это не выглядит странно для Джисона. — Что за странный запах? — добавляет парень, когда чувствует запах чужого человека. Так держать, Феликс, мысленно произносит Минхо, когда веснушчатый паренек входит в гостиную. — Хен, ты мог бы и предупредить меня! — скулит Феликс, и, возможно, он прав. Но Минхо все равно закатывает глаза. К счастью, Джисон, кажется, слишком нервничает и занят персоной незнакомого ему парня. Ой, хен, он такой милашка! Только взгляни на его щечки! Могу я в них ткнуть? Слышит Минхо взволнованный голос Феликса. Не смей, отвечает он и даже мысленно рычит. Несмотря на попытки казаться раздраженным, он на самом деле очень счастлив, что Феликсу нравится Джисон. Прекратите называть его милым, вмешивается другой голос. Это Чанбин, и вскоре после этого он появляется в гостиной и обнимает Феликса. Минхо снова закатывает глаза. Чанбин всегда был самым ревнивым из них, но, возможно, это потому, что он единственный, у кого есть пара. Он не так уж и плох, говорит Со, осматривая Джисона. Минхо не может сдержать улыбку, расползающуюся по его лицу. Это превзошло все его ожидания, потому что Чанбину всегда тяжело сходиться с другими. Особенно с людьми. Появляется Чонин, и они решают отправиться на летний фестиваль в деревню. — Мы можем пойти с ними? — тихо спрашивает Джисон и смотрит на старшего в ожидании. Минхо клянется, что в этих глазах заключены все звезды вселенной, и ему трудно сосредоточиться на чем-то еще. — Конечно, Джи, — отвечает он, и на мгновение кажется, будто они в комнате наедине. Но только на мгновение, потому что у Минхо, конечно же, самая лучшая и заботливая семья. Конечно, Джи. Фууу, меня сейчас вырвет, его брат издевается над ним по мысленной связи, чтобы все, кроме Джисона, услышали. Ах, разве они не милые вместе? пищит Феликс. Вы видели, как они смотрят друг на друга?! Именно. И это отвратительно, заявляет Чанбин, но Минхо слышит улыбку в его голосе. Будем честны, если дело касается Феликса, то он ведет себя также слащаво. Ну все, он по уши в любви, сказали они хором. Вы заткнетесь или нет? отвечает Минхо, но младшие лишь хихикают. Минхо прерывает зрительный контакт с Джисоном и выходит на улицу, отправляясь на фестиваль. Он много разговаривает с младшим и смеется вместе со своими друзьями. День хороший, хотя довольно жарковато. Но Минхо нравится атмосфера. Весна превращается в лето, музыка на заднем плане и танцующие под нее люди, его семья и Джисон. Только Чана не хватает. И он отдал бы все, чтобы потанцевать с Джисоном. Однако его хорошее настроение быстро улетучивается, когда он чувствует, как сидящий рядом с ним Хан напрягается. Его запах отдает нотками испуга, что заставляет Минхо встревожиться. — Черт, — шепчет младший, и когда Минхо поднимает взгляд, становится уже слишком поздно. Миниатюрная девушка с бледной кожей, рыжими волосами и теплой улыбкой останавливается перед ними и начинает разговор с Джисоном. Но Ли не понимает ни слова, будучи рассерженным. Кто это? он слышит невинный голос Феликса в своей голове. Не знаю, но это выглядит плохо. Я имею в виду Минхо-хена. Похоже, он хочет перегрызть ей глотку, комментирует Чонин. Лучше бы ему этого не делать. Хен? Ты меня слышишь?! Не смей! рычит Чанбин. Минхо знает, что Чанбин прав, но, черт возьми, он действительно этого хочет. Он не знает, кто она, но Минхо не глуп. Это, должно быть, и есть та девушка, на которой должен жениться Джисон. Он понял это по ее ванильному запаху, который чрезвычайно силен из-за волнения, словно девушка хочет окутать им светловолосого. Некоторые люди, сами того не понимая, делают это, когда хотят завоевать расположение человека, которого они хотят. И эта девушка определенно хочет Джисона. Минхо рычит, когда Джисон соглашается потанцевать с ней, он не может сдержаться. Горячий гнев и ревность пульсируют по его венам, заставляя его тело нагреваться, а ногти на руках медленно превращаются в когти. Феликс пинает его ногой под столом, а другие члены стаи пытаются успокоить его по мысленной связи, чтобы Минхо не делал глупостей. Таких глупостей, как, например, рычать или обратиться прямо на публике средь бела дня. Его взгляд следит за мелькающей среди других танцоров парой, и брюнет уже почти готов рвануть к ним, но Чанбин его останавливает. — Черт побери, возьми себя в руки! — кричит он, и некоторые жители, сидящие за соседними столиками, подозрительно косятся на них. Минхо действительно должен успокоиться. Хен, смотри на нас, а не на них, спокойным голосом говорит Феликс. Минхо пытается, но бесполезно. Его глаза все равно возвращаются к Джисону. Как они танцуют вместе, как они касаются друг друга. Как она смеет касаться его? Его Джисона! Нет, он не его. И никогда не будет. Минхо скрипит зубами и смотрит, как они танцуют то одну песню, то другую. Этот день серьезно просто испытывает его. Как будто этот день и Чан сговорились и хотят, чтобы он перестал интересоваться Джисоном для его же блага. Но он не может, поэтому он будет сидеть здесь, думать о своем ох каком прекрасном будущем и пытаться с ним разобраться. Однако легче сказать, чем сделать, ведь парочка начинает уже третий танец, и их руки все еще сцеплены, тела все еще слишком близко, а их запахи все еще смешиваются. Цветы и ваниль. Сочетается, не так ли? И они хорошо смотрятся вместе. Минхо не может отрицать красоту девушки. Они выглядят так, словно созданы друг для друга. Они созданы друг для друга. Идеальный мальчик и идеальная девочка. И Минхо действительно пытается это принять, потому что, если Джисон счастлив — это все, что имеет значение. Но дело в том, что блондин не выглядит счастливым. Может быть, это просто ревность ослепляет Минхо, но сейчас у Джисона другой запах, и он кажется неестественным, его улыбка кажется натянутой, и он едва держит девушку за руку. Достаточно, решает Минхо, когда на него обрушивается новая волна огненного гнева. Она не может просто взять и начать танцевать с Джисоном, пока ему явно некомфортно от этого. Она не может вот так вот просто касаться его, если сам Минхо не может делать этого. Он поднимается, полностью взяв под контроль свою волчью сторону. Ли игнорирует окрики своих друзей и идет к толпе аплодирующих после третьей песни людей. — Простите за вмешательство, но мне нужна помощь Джисона в ресторане, — говорит Минхо. Он старается не показывать свой гнев, не показывать свои золотые глаза, но он знает, что его голос звучит чересчур холодно. Он не желает слышать ответа девушки, поэтому просто увлекает Джисона подальше от нее. Он чувствует удовлетворение, дотрагиваясь до теплой кожи младшего. Он открывает дверь ресторана и толкает Джисона внутрь, но сразу после этого прижимает его к этой же двери. Минхо знает, что ему необходимо успокоиться, иначе он причинит вред Хану — в конце концов, он все-таки человек. Но контролировать себя становится намного труднее, когда он чувствует на Джисоне запах девушки. Это неправильно, и Минхо чувствует желание покрыть каждый сантиметр тела младшего своим запахом. Что, собственно, он и делает. Он зарывается лицом в шею Джисона, словно пытаясь пропитать его своим запахом. Когда Джисон стонет его имя, по телу Минхо проходит дрожь. Он прижимает руки младшего к стене, начинает водить своими руками по тего телу, пока не перестает чувствовать запах ванили. Правда теперь Джисон больше не пахнет тревогой, он пахнет волнением и возбуждением. Он пахнет не солнечным весенним днем, а цветущими по ночам лунными цветами. Минхо чувствует, что это вовсе не по-дружески. Он чувствует, что Джисон хочет большего. И в своем состоянии он готов дать ему все. Взгляд старшего скользит по губам парня напротив, и он облизывает свои. Один поцелуй ничего не испортит, не так ли? — Мы не можем, — прерывает его шепот Джисона. — Я знаю. Но я хочу этого. Я хочу тебя, — бормочет Минхо. Его рассудок мутнеет еще сильнее, когда Джисон снова стонет. И если бы Хан не напомнил про его предстоящую женитьбу, Минхо определенно поцеловал бы его. Когда младший упоминает свое обещание Чану, Минхо вздыхает. Джисон прав. Они не могут быть вместе, и он тоже пообещал Чану. Он не может предать своего лучшего друга, он не может предать свою семью. После этого они вместе танцуют. Возможно, это не лучшая идея, но, тем не менее, Минхо она нравится. Он любит танцевать, а танцевать с Джисоном — больше, чем он мог представить. Обратной стороной является то, что он знает, что как только танец закончится, они никогда больше не будут так близко. Они будут только друзьями.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

Только вот после этого они становятся ближе. Не физически, конечно. Но, проведя так много времени с блондином, он чувствует, что его увлечение перерастает в нечто более глубокое. Он нашел настоящего друга в Джисоне. Друга, в которого он определенно влюбляется, но Минхо пытается это игнорировать. В следующий раз, после инцидента на летнем фестивале, они оказываются наедине в столярной мастерской в День Свободы. Минхо старается убедить себя, что это нормально, когда друзья вот так вот тусуются друг с другом, вместе ужинают и говорят о том о сем. Он пытается не обращать внимания на восторг сверкающих глаз младшего, когда он пробует еду. Джисон рассказывает ему о том, как он и его лучший друг Сынмин спасли колдуна, и это не может не дать Минхо надежду. Он видит растерянность Джисона, он не знает, что думать о сверхъестественных, но говорит, что ему было жаль колдуна. И в этот момент Минхо решается рассказать ему. Он знает, что не должен делать этого, он не имеет никакого права. Но внезапная надежда ломает его принципы, и он не в силах этому помешать. — Я должен тебе кое-что сказать. Однако именно этот момент кто-то стучит в парадную дверь. Джисон поднимается, чтобы поговорить с нерадивым клиентом, и Минхо стонет, пряча лицо в ладонях. Ли Минхо, ты идиот. Ты хотел рассказать ему. Ты почти это сделал. Ты чуть не нарушил самое главное правило, чуть не уничтожил доверие Чана и, возможно, собственную жизнь. Только потому, что ему было жаль колдуна, не значит, что он примет тебя. Но, может быть, он сможет? Может, попробовать еще раз? Нет, это глупая идея, я- Мысли Минхо прерываются, когда он замечает изменения в запахе Джисона. Он внутренне ругает себя, что слишком отвлекся и не заметил этого раньше. До этого запах блондина был теплым и счастливым, а теперь он напоминает ему увядшие цветы. Джисон нервничает, ему неловко, он напуган. Минхо вскакивает и сбегает вниз по лестнице. Развернувшаяся перед ним сцена — как красная тряпка для быка. Он рычит, хватает мужчину, кричит, а затем выгоняет его и запирает дверь. — Минхо? — шепот Джисона звучит так тихо, так хрупко, что гнев Ли сразу улетучивается. Он долго держит младшего в своих объятьях, пока тот плачет ему в плечо, а затем старается убедиться, что Джисон осознает, что его вины в случившемся нет. Когда Хан отступает, чтобы посмотреть на него, Минхо снова начинает волноваться, но затем Джисон приближается к нему, и у брюнета перехватывает дыхание. Сколько раз они были так близко? Почти касаясь, почти целуя? Джисон, кажется, не собирается останавливаться, и Минхо тоже не прерывает его. Даже если бы он захотел, он бы не смог. Когда мягкие губы касаются его собственных, его сознание улетучивается. Поцелуй осторожный, почти невесомый, но этого достаточно. Это все, чего хочет Минхо. Он притягивает Джисона ближе и углубляет поцелуй. Минхо чувствуют вкус сладких цветов на губах молодого человека. Его губы спускаются по шее светловолосого, и Минхо наслаждается его реакцией. Как пальцы Джисона дергаются в его волосах, как он запрокидывает голову и стонет. Все тело Ли покалывает, и он не может остановиться. Он хочет чувствовать это вечно. Он хочет чувствовать Джисона всегда. Но затем младший разрывает поцелуй. — Минхо, мне кажется, я любл… — начинает Джисон, и Минхо не уверен, правильно ли он расслышал. Он хочет спросить, почему младший перестал говорить, но затем замечает, что Джисон смотрит на него. Сначала замешательство, потом шок, потом… потом страх. Минхо в растерянности. Его волчья сторона пытается определить, есть ли рядом кто-то, кого Хан может бояться. Но он ничего не чувствует. Здесь только он и Джисон. И тогда он понимает. Он полностью расслабился и забыл обо всем. В том числе, о сокрытии своих чувств, своих глаз, своей личности. Его глаза светятся в темноте, и младший выглядит шокированным. Минхо не может игнорировать страх, который он видит в глазах Джисона, страх, который он чувствует в его запахе. Но, может быть, он все же сможет его принять. Может, он просто ошеломлен. Может быть, Минхо еще может надеяться… — Что ты такое?! — кричит Джисон, пятится, а затем убегает, словно увидел дикое животное. Что, в принципе, так и есть. Надежды Минхо рушатся. Его сердце разбивается. Он чувствует себя сокрушенным. Он кричит имя Джисона или, по крайней мере, думает, что это делает, но тот не возвращается, а Минхо не решается пойти за ним. Вместо этого он падает на колени, сжимая свою грудь. Это больно. Люди всегда говорят о разбитом сердце, но он никогда не воспринимал это в прямом смысле. Теперь же он понимает. Он не может дышать, его сердце сжимается и болит, его зрение затуманивается из-за слез в его глазах. Но он не плачет. Все слезы так и остаются в глазах из-за кислого ощущения в горле и дыры в груди. Что ты такое?! Страх в его глазах невыносим. Что ты такое?! Он должен был знать, что Джисон воспримет это именно так: что он, а не кто он. Что ты такое?! Оборотень. Все знают, что они собой представляют. Дикие, опасные, бесконтрольные. Что ты такое?! Монстр. Он не знает, как выбирается из мастерской, как добирается до дома. Но когда он входит в дом и его встречает Чан, Минхо ломается окончательно, и слезы начинают течь безостановочным потоком. — Шшш, все в порядке, — говорит Чан, обнимая его. Он ведет Минхо и усаживает его на один из диванов в темной гостиной. Через некоторое время Чан спрашивает его, что случилось, но это вызывает лишь новый приступ слез. Мне очень жаль, говорит Минхо по мысленной связи, потому что сейчас он абсолютно не уверен в своем голосе. Мне очень жаль, хен. О чем ты сожалеешь, Мин? спрашивает Чан, но Минхо уверен, что тот уже смутно представляет, что произошло. Он знает. И Минхо не обязательно заканчивать мысль. Чан и так все понимает. Он уже сказал стражникам? Я не знаю. Минхо чувствует, как Чан пытается скрыть свой страх. Вскоре остальная часть их стаи спускается в гостиницу, и они обнимают Минхо. Затем Чан уходит, собираясь проследить за стражей и придумать план возможных действий. Минхо ценит тепло и заботу своей стаи и то, как они пытаются его убаюкать, чтобы он больше не думал о случившемся. Но пока он полностью не проваливается в сон, он продолжает слышать голос Джисона в своей голове. Что ты такое?! Что ты такое?! Что ты такое?!