The Golden Night

— Джисон? Что случилось? — парень еще не успел добежать до дома, но уже слышит голос Чана. Что-то не так. Чан чувствует тревогу Джисона; она тянется за ним вместе с запахом увядших цветов. Он слышит его быстрое сердцебиение, его дыхание прерывистое, словно он бежал через весь лес. — Где Минхо? — спрашивает Чан, когда Джисон останавливается перед ним, пытаясь отдышаться. В лесу больше никого не видно, и это вызывает у Чана странное чувство. Они поссорились? Минхо ранен? Возможно, та волна гнева, которую ребята и Чан почувствовали полчаса назад, была неспроста. Но почти сразу ей на смену пришла печаль, слово сердце Джисона было разбито. А затем была боль. А после он больше вообще не может почувствовать Минхо. Это очень напоминает ему то время, когда они лишились родителей. Он внезапно перестал чувствовать их связь, так же, как и с Минхо сейчас. Что-то определенно не так, и лицо Джисона лишь доказывает опасения Чана. Пожалуйста, только не говори, что это то, о чем я думаю. — Они… они приш- Я не хотел этого… все случ- случилось так быст- Чан, он не может умереть! Мы должн- Инстинктивно, Чан собственными феромонами пытается успокоить Джисона. Тот замолкает, а его сердцебиение замедляется. — Дыши, Джисон. Я ничего не понимаю. Джисон следует его указанию и, когда достаточно успокаивается, смотрит на альфу с такой болью в глазах, что дрожь пробегает по телу Чана. — Стражники схватили Минхо, они знают, кто он, — проговаривает Джисон, выбивая этими словами весь воздух из груди старшего. Всю их жизнь они прятались, держали свою сущность в секрете. Они всегда старались быть незаметными настолько, насколько это было возможно, не выделяться, раствориться в толпе обычных людей. Они покинули свой дом, когда они забрали их родителей. А теперь они забрали и Минхо. То, что случилось с их родителями, больше не должно повториться. Пережив их смерть, Чан не уверен, что сможет пережить смерть Минхо. Он чувствует, как сжимается его горло, и прислоняется к стене дома, чтобы не упасть. Через мысленную связь он рассказывает о произошедшем остальным и слышит, как ребята бегут к ним. — У нас неделя, хен, — снова начинает говорить Джисон. — У Минхо еще есть неделя. Но я думаю, мы должны покинуть дом до этого. — И ты просто хочешь вот так вот бросить Минхо?! — кричит Чанбин, выходя из дома вместе с остальными. Джисон яростно качает головой. — Я не это имел в виду! Мы должны спасти его, но мы не можем больше оставаться здесь. Они поймали одного оборотня. Но волки — стайные животные, и они это знают. Это лишь вопрос времени, когда они начнут прочесывать леса в поисках нас. Тишина накрывает их с головой, и ребята молча соглашаются со словами Джисона. — Мы можем пока перебраться ко мне, — отвечает Сынмин на незаданный вопрос. — Не маловато места? — вставляет Хенджин. — Квартира маленькая, но мы можем спать внизу, в библиотеке. Там достаточно места. Да и кроме того, куда еще нам идти? Последующее молчание служит ответом. — Тогда решено, — говорит Чан. — Собирайте самое необходимое и после встретимся здесь же. Хенджин, ты сможешь телепортировать нас туда? Нам нельзя больше рисковать. — Всех семерых? Это будет сложно. Я могу попробовать, но на это уйдет много энергии, — отвечает он. Чан клацает зубами. Он не хочет подвергать опасности члена своей стаи, но другого варианта придумать не может. — Мы должны попытаться. Прости, — выдыхает он и Хенджин кивает. Ребята возвращаются в дом, чтобы начать собирать вещи, кроме Хенджина, Сынмина и Джисона: первым двум просто нечего собирать, а Джисон, кажется, все еще в шоке, чтобы хоть как-то двигаться. Чонин шагает в дом, но потом, видимо, передумав, возвращается назад, останавливаясь перед Джисоном. — Почему? Почему ты не остановил их? Джисон ахает, будучи явно ошеломленным таким откровенным обвинением. — Чонин, — вмешивается Чан предупреждающим тоном. Младший иногда вспыльчив, особенно, когда дело касается его семьи. Он всегда ведет себя так, словно его никто не заботит, но это вовсе не так. Чан не хочет, чтобы он в сердцах наговорил того, о чем потом будет жалеть. Но младшего не волнует предупреждение своего альфы. — Если… если он умрет, я возненавижу тебя. Для меня ты перестанешь быть частью стаи, — выплевывает он, обвиняюще указывая пальцем на Джисона. — Чонин! — но голос Чана снова остается проигнорированным, когда младший разворачивается, чтобы уйти. Джисон, однако, хватает руку Чонина и притягивает его в объятья. Тот начинает вырываться, но Джисон не позволяет ему уйти. — Йенни, ты не это имел в виду, — шепчет Джисон и Чан чувствует себя лишним рядом с ними. — Я пытался, я правда- но их было шестеро, шестеро стражников, что я мог сделать против них? Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, потому что я чувствую то же самое. Я люблю твоего брата больше, чем что-либо на свете, и если он умрет… я не знаю, что буду делать. В этот момент весь гнев Чонина рассеивается, и он с громким всхлипом обнимает Джисона в ответ. — Он нужен мне, хен. Я уже потерял родителей, я не могу потерять и его, — открыто плачет Чонин. — Я знаю, Йенни. Я тоже не могу потерять его, — отвечает Джисон слабым голосом. Чан решает, что сейчас наиболее подходящий момент, чтобы уйти собирать свои вещи. Хенджин и Сынмин тоже уже ушли, чтобы дать ребятам каплю приватности. Запихивая все, что кажется полезным, в огромную сумку, Чан думает о том, что же им теперь делать. Он альфа их стаи, лидер. Ему нужно будет найти решение. Все на него рассчитывают. Минхо рассчитывает на него. Но он не знает, что делать. Минхо, вероятно, заперт в штабе стражников. Чан не может взломать замок, он не может начать в открытую драться и не знает, как придумать план, который действительно сработает. Ему никогда раньше не приходилось делать ничего подобного. И другим тоже. Он вздыхает и падает на кровать, пряча лицо в простыне. У них нет шансов. Он чувствует маленькую ладонь на своей спине, что делает мягкие круговые движения. — Все будет хорошо, хен. Ты не один. Вместе мы что-нибудь обязательно придумаем, — мягкий голос Феликса успокаивает. Чан почти пускает слезу. Он старший брат Феликса. Он альфа их стаи. Он должен утешать Феликса и говорить ему, что они найдут решение. Но он так благодарен в этот момент, зная, что его семья всегда рядом с ним и что они поддержат даже в его слабости. Даже если он не знает, что делать, несмотря на возложенные на него обязанности. Феликс прав. Вместе они найдут выход. Они должны.

﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏⋆☽❍☾⋆﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏

— Это не сработает, — стонет Чанбин. Стая собралась за столом в библиотеке, за исключением Хенджина, что отдыхает наверху. Джисону все еще немного стыдно за то, что они вынудили колдуна потратить огромное количество энергии, чтобы телепортировать их сюда. Но, по крайней мере, они добрались сюда в целостности и сохранности, а родители Сынмина согласились закрыть библиотеку на неделю, чтобы стая могла остаться незамеченной. И прямо сейчас они обсуждают план по спасению Минхо, но снова и снова заходят в тупик; все же ни у кого из них нет опыта в подобных вещах. — Все это бесполезно, потому что там будет куча стражников, натренированных и опытных — в отличие от нас, — продолжает Чанбин и опускает голову на плечо Феликса. — Если бы мы могли обратиться, это не было бы такой большой проблемой, — вставляет Феликс. — Но мы не можем так рисковать. Если кто-нибудь еще увидит нас в волчьей форме, все кончено. Против нас будет весь город. — А мы не можем просто использовать магию Хенджина, чтобы вырубить стражей и открыть камеру? Это будет незаметно и эффективно, — предполагает Чонин, за что получает в свой адрес смертоносный взгляд Сынмина. — Ни в коем случае! — взрывается он. — Он вырубился после того, как телепортировал нас. Обычно стражники не дежурят все вместе, но из-за оборотня их там будет с десяток или даже больше. Он не сможет справиться со всеми. Джисон чувствует беспокойство Сынмина. Оборотень, наконец, перешел в ту стадию, когда может называть Хенджина своим другом. Но, тем не менее, забота Сынмина о Хенджине… особенная. Возможно, это из-за их связи, но у Джисона другие мысли по этому поводу. — А если нам попробовать сочетание, — неуверенно предлагает Джисон. Он внимательно следит за реакцией Сынмина и может сказать, что тому уже не нравится, к чему все идет. И Джисон его полностью понимает: будь на месте Хенджина Минхо, он бы тоже протестовал. — Может быть, Хенджин сможет справиться со стражниками, находящимися за пределами здания, чтобы мы не привлекали внимания. Внутри не так много места, но, возможно, один или двое из вас могут позаботиться о стражниках там. Остальные спустятся с ключом, который был у одного из стражников, и заберут Минхо. В помещении воцарилась тишина — каждый обдумывал предложенный план. Не шибко оригинальный, но, возможно, единственно рабочий. — Нам нужно подумать о том, что мы будем делать после, — заявляет Чан и обводит ребят взглядом. — Мы не будем никого убивать, так что время на то, чтобы выбраться, будет ограничено. Хенджин, потратив энергию на стражников, уже не сможет телепортировать нас, поэтому нам придется бежать. И что будет после это? Мы не можем просто прятаться здесь, в библиотеке, рано или поздно они найдут нас. Думаю, каждый осознает, что нам придется покинуть город, не так ли? Мысль о том, чтобы бросить уже выстроенную жизнь, сильно омрачает атмосферу. Столярная мастерская Чана, ресторан Минхо. Дом в лесу, который давным-давно стал ощущаться как настоящий дом даже для Джисона. Библиотека Сынмина, родители и много детских воспоминаний. Всем будет сложно уйти, но, в конце концов, они все кивают, принимая свою судьбу. — Тогда нам следует подготовиться, — говорит Чан. — Настолько, насколько это будет возможно. Отправимся, когда Хенджин полностью поправится. Джисон сглатывает, затем кивает. Он полон решимости спасти Минхо, но, откровенно говоря, ему страшно. Прошло всего несколько часов, но ему уже нужно сосредоточиться, чтобы не сойти с ума. Он больше не чувствует Минхо. Сказав об этом другим, он понял, что ребята тоже ничего не чувствуют. Наручники отсекли всю магию, а вместе с ней и все узы, созданные магией. Таким образом, они временно не смогут чувствовать Минхо или общаться с ним. Ребята сказали не беспокоиться, но Джисон все равно ощущает эту отвратительную дыру в груди. Дыра там, где должен быть Минхо. Но тот сейчас сидит в холодной камере. Один, в наручниках, без надежды. О, как Джисон хочет просто побежать в штаб стражи и забрать Минхо оттуда прямо сейчас! Но он понимает, что это крайне неразумно. Все болит, и он даже представить себе не может, насколько должно быть больно Минхо, как физически, так и морально. — Ну же, Джи. Ты тоже должен поспать, — Сынмин вырывает Джисона из вороха мыслей.  Младший указывает на камин, где уже устроились остальные. — Я быстренько проверю Хенджина, а потом вернусь к тебе, хорошо? Голос Сынмина звучит успокаивающе, словно Джисон нуждается в утешении. И, возможно, он действительно нуждается, но состояние Хенджина оставляет желать лучшего. Джисон не эгоист, он не хочет требовать присутствия Сынмина рядом, уже имея целую стаю у себя под боком. — Не нужно, Минни, останься с ним. Я в порядке, — говорит Джисон с легкой улыбкой. — Уверен? — осторожно спрашивает его лучший друг. Джисон кивает. Сынмин вздыхает и обнимает его, прежде чем подняться на второй этаж. Джисон же ложится и прижимается к самому близкому человеку, коим оказывается Феликс. На мгновение, он боится, что Чанбин разозлится, но тот лишь сжимает их обоих в крепких объятьях. Джисон удовлетворенно вздыхает. Здесь по-семейному тепло и уютно. Дыра в груди все еще ноет, но присутствие друзей успокаивает. Они спасут Минхо. Джисон сделает все, чтобы их план сработал, все, чтобы закрыть эту дыру, чтобы спасти человека, которого он любит больше всего на этом свете.