Дитя Барса

      Когда Ола Барс постепенно приходил в себя и уже мог размыто различить реальность ото сна, он чувствовал ужасающее, преследующее его чувство дежавю. И лежа, глядя на уже более четкий потолок, он не мог определиться, толи это до смеха забавно, толи до слез грустно.       Оглядевшись, он понял, что находился в небольшой комнатке, рассчитанной на двух человек. Над ним было большое окно, сквозь которое солнечные лучи с ясного голубого неба освещали каждый уголок.       После крепкого сна в нормальной постели с теплым одеялом, чувствовал он себя просто прекрасно. Поднявшись Ола выглянул на улицу и в паре метрах за окном увидел стоящего Коу Яна, с пышным шерстяным воротником на плечах. Он находился к нему спиной и продавал бусы, и браслеты. От чего-то, испытав прилившую радость, Ола огляделся, схватил одеяло, накинув его на плечи, и открыл окно, устроившись на подоконнике. Услышав открывающееся окно Коу Ян обернулся.       — О. Проснулся наконец!       — Добрый день. Это же город рядом с храмом? Как мы тут оказались?       Коу Ян фыркнул, переведя острый лисий взгляд на дорогу и рыкнул на зазевавшегося прохожего:       — Эй! Слюни подотри. Бери что-нибудь или проваливай!       Ола в недоумении распахнул глаза, в прошлый раз, когда он покупал браслет у Коу Яна, тот вел себя немного иначе. Яркие зеленые глаза тут же вернулись на сидевший в окне, кокон Ола, с распущенными, шоколадными волосами, водопадом спадающими на оконную раму.       — А ты как думаешь? Мне казалось ты догадливый, еще не проснулся, что ли?       — Я… А, что тогда произошло после? Я ничего не помню… — растерялся Ола.       — Ты смог прогнать тех ублюдков, но после потерял сознание из-за жара. У меня совесть не позволила бы бросить тебя там, лицом в сугробе. Потому на своем горбу дотащил тебя до сюда.       — П-правда… Прости за такие хлопоты!       Сложил ладони парень, в легком поклоне.       — Да забудь. Это было не сложно.       Хищный взгляд Коу Яна вновь проводил мимо проходящего зазевавшегося прохожего, и фыркнув, он посмотрел на Ола, вернув лицу расслабленную улыбку.       — У тебя был сильный жар, пришлось купить лекарства. Температура не спадала до самого утра.       — Лекарства?! Это же так дорого… Я не смогу расплатиться с тобой за это… — взволнованно пробурчал Ола. — Что же делать?.. Если ты позволишь, и дождешься, весной я верну все, что задолжал за свое лечение! Клянусь!       Коу Ян удивленно поднял брови, поставив один кулак на пояс.       — А как же те деньги, которые есть при тебе? По-моему, этого вполне достаточно.       — Это!.. Это не те деньги, которыми я могу бездумно пользоваться! Ах, или ты?!       Ола тут же вернул взгляд в комнату, став быстро искать сумку. Коу Ян, фыркнув, встал к нему полубоком, продолжая вытягивать на одной руке товар.       — Не бери в голову. Твоя сумка лежит под кроватью. Я не брал деньги. Ты лучше скажи, если уж ты не можешь использовать их, то зачем они? Деньги нужны для того, чтобы их тратить!       — Это… Это единственные деньги, что у меня есть. И если буду разумно экономить, то смогу прожить на них до конца зимы.       — Хм? То есть ты рассчитал их так, чтоб хватило до весны?       Ола качнул головой и волнистые пряди колыхнулись под его движением.       — И, что же ты в таком случае планировал делать весной?       Тот вдруг залился румянцем и тихо произнес:       — Ну… Когда они закончились… Я бы… Я собирался выступать на улице и танцевать.       — Чего?!       От услышанного Коу Ян чуть ли не вскрикнул, удивление тут же сменилось припадочным хохотом. Он ржал на всю улицу до тех пор, пока не просмеялся и не устал.       — Главе клана Барс, не пристало зарабатывать деньги уличным танцором, это довольно низко! — все еще хохоча произнес он, держась за живот.       Ола надул щеки, это правда было смущающее, но, что он еще мог придумать.       — Это единственное, что я могу.       — Твою мать, и в какой же дыре ты сидел все это время? — с улыбкой Коу Ян стряхнул с ресниц слезу. — Ты мог бы охотиться на демонов, их вокруг тьма тьмущая. Зарабатывал бы достаточно денег, даже смог бы восстановить свой клан.       — Я пока… Не могу заниматься этой работой. К сожалению мои навыки все еще на слишком низком уровне. Мне понадобиться еще как минимум год усердных тренировок, что бы быть хоть от силы примерно таким какой я был в детстве.       Улыбка вовсе пропала с лица Коу Яна, когда он смотрел на Ола.       — Чем ты в правду занимался все это время?       Проигнорировав этот вопрос Ола, тут же задал свой:       — Ты думаешь, это возможно, возродить Снежных Барсов?       Монах тяжело выдохнул, повернувшись к дороге. Прикрикнув на парочку прохожих, что бы они проваливали, он таки ответил:       — Конечно это возможно. Нужно не так много. Тебе стоило бы найти женщину, которая смогла бы родить тебе наследников. А еще найти новых последователей, которые с удовольствием станут учениками. А еще возможно, что кто-то, да и остался жив из твоего клана. Пусть ведущая семья кроме тебя, вся погибла, но помимо, были еще ученики и последователи. Должен был быть тот, кто смог избежать той чистки.       — Твои слова… Действительно несут смысл. Однако все это звучит так просто, но даже один пункт довольно сложно выполнить.       — Эй! Либо покупай, либо проваливай! — вновь огрызнулся Коу Ян и в этот раз Ола уже не выдержав, произнес:       — Слушай, если ты хочешь продать товар, то точно не нужно прогонять каждого проходящего мимо.       — Больному слова не давали, возвращайся в комнату и хватит уже ее застужать! Болван!       Монах положил ладонь на лицо Ола и с силой втолкнул его в комнату. Тому все же пришлось закрыть окно. Посмотрев на улицу, он заметил, что зеваки тут же поторопились разойтись. Ола промедлил.       «То есть это из-за меня? Они просто останавливались поглазеть, но нечего не покупали? Ох…»       Усевшись на кровать Ола положил лицо в ладонь чувствуя лишь вину и беспомощность. Почему вообще подобное постоянно должно с ним происходить?.. Очнувшись от негодования, он заметил, что на маленьком столике возле кровати лежал веер. Осмотрев его, оказалось, что это точно такой же веер какой был у него прежде.       — Ух ты, сколько же их у него раз он отдал мне еще один? — восхищенно произнес он.       Вдруг раздался стук и дверь в комнату приоткрылась. Зашла милая девушка с черным подносом. Взглянув на Ола, она улыбнулась.       — Вы-таки проснулись, какая радость, что температура спала. Мне было приказано принести лекарства.       Ола только качнул головой, и она вошла, поставив поднос на столик у кровати. Там была чаша с водой и бумажный сверток с лекарством и маленькая пиала с чем-то густым.       — А лекарства… Наверно было довольно затратно вызывать врача.       — О, нет, вам не вызывали врача, — тут же произнесла она и, заметив недоумение на его лице, продолжила. — Господин, что снимает комнату сам осмотрел вас и выписал рецепт. Он приказал мне каждые четыре часа поить вас лекарством, если вы не проснетесь. А также втирать мазь в вашу ногу.       — Что? Он сам?       Она кивнула, подтвердив.       — И… Сколько мне нужно принимать это лекарство?..       — Я точно не уверена, но господин снял комнату на семь дней вперед.       Ола в смущении поджал губы. Распахнув новенький веер, он спрятал за ним покрасневшее лицо.       Коу Ян удивительный человек. Он мог его бросить там прямо у храма и не вспоминать. А вместо этого, оказал такую помощь, что Ола будет трудно с ним расплатиться. Но от чего-то в груди было чувство, что он сможет найти решение как вернуть долг.       Ола взглянул на улицу посмотрев на монаха и вновь спрятался за веером испытывая невероятное смущение.       «Так, соберись, Ола Барс!»       …       На следующий день Коу Ян вновь продавал свои украшения. А Ола мог только смотреть на него из окна. Он бы хотел выйти на улицу и прогуляться, но еще прошлым вечером узнал, что служащие гостиницы забрали его одежды, чтобы почистить и залатать. Потому ему только и оставалось торчать в окне, иногда вылезая наружу, укутанным в одеяло.       Коу Ян оказался довольно интересным собеседником, он может иногда и неохотно, но все же поддерживал тему разговора, какую бы не завел Ола. И не смотря, на то что тот собою привлекал ненужные взгляды, он иногда прикрывался веером, так же поблагодарив Коу за него.       О подобном стечении обстоятельств Ола и не мечтал. У него была целая неделя. Благодаря мази, которую прописал ему Коу, ступня заживала в два раза быстрее. Да и болезнь, наконец, начала отступать.       В один из утренних завтраков, солнце ярко освещало вкусности, которые принесли служащие гостиницы. Такой роскоши, как хорошо приготовленный суп, и сочное мясо — Ола не ел уже очень давно, а потому увлеченно смаковал каждый кусочек.       Сидящий рядом с ним Коу Ян с любопытством наблюдал за столь явным увлеченным ребячеством. Его все не отпускала одна мысль, и он решил ее проверить. Аккуратно подсев поближе, он поднял ладонь и протянув ее, потряс возле правого уха Ола. Тот не заметил его действий, пока Коу Ян не щелкнул громко пальцами. Парень, испугавшись, выронил ложку и все ее содержимое на стол. Взявшись за ухо, он хмуро посмотрел на монаха.       — Ты чего это делаешь?! Перепугал меня!       Коу Ян усмехнулся и убрав ладонь, чуть отодвинулся.       — Значит этому последователю не показалось тогда.       — О чем ты? — надулся Ола, Коу Ян, потеряв с лица улыбку продолжил.       — Сначала я думал это из-за неопытности, но так вышло, что ты хороший боец. Значит тогда, ты пропустил удар потому что слеп на правый глаз. Я прав?       Ола замер, не сводя взгляда с монаха. Тот выдохнув, спокойно взял кусочек мяса в рот.       — Нечего так удивляться, любой обученный человек сразу это заметил бы. Почему твой глаз не видит? Это из-за шрама?       — Я думал это незаметно, но так просто скрыть не получится.       На красивом лице Ола появилась маленькая улыбка, не смотря на то каким он был буквально секунду назад, сейчас же он казался абсолютно безмятежным.       — Нет, это не из-за шрама. В мой глаз попал яд. Это было уже давно, как пять лет прошло.       — Хм… Такое ощущение, что твоя жизнь, что не день то сплошная боль и трагедия. Ты хоть когда-нибудь был счастлив?       На секунду удивившись, Ола кивнул, взял в руки тарелку с почти доеденным супом и поднял ее подтянув к щеке.       — Сейчас, вполне. Очень даже!       У Коу Яна нервно дернулась бровь, после чего он во весь голос рассмеялся.       — Хочешь сказать, тебя делает счастливым тарелка супа?       — Ну, не только она. На самом деле Коу Ян очень добр, и когда у меня появится возможность, я обязательно отплачу ему!       Монах усмехнулся.       — Не обязательно, это скорее я расплачиваюсь с тобой за то, что ты помог мне.       — Разве такое было?       — Я не рассказывал, почему в действительности был тогда в храме.       И в правда, припоминая прошедшие дни, Ола не мог вспомнить, что бы Коу Ян рассказывал, причину. Да он сам не особо интересовался, так как думал, что тот просто проходил мимо, как и он сам. Видимо дело обстояло немного иначе.       — Не так давно до меня дошли слухи, что неизвестная группа разрушает храмы Милосердного Жнеца. Мне стало это интересно, и я начал расследование. И несколько дней назад вышел на след, следующим храмом должен был оказаться как раз тот, в котором мы встретились. И хоть я был там, ты самолично защитил его от разрушения.       — Хм. Вот как. Но разве ты служишь не милосердному богу? Зачем тебе защищать храмы демона?       Коу Ян улыбнулся.       — Незачем. Я же сказал, что мне стало любопытно. Они разрушили уже шесть храмов, явно по чьей-то прихоти. И кому в угоду разрушение святилищ?       — А значит, то куда ты направляешься?..       Монах кивнул.       — Их следующая цель. Однако я бы и так остался здесь на некоторое время, проверить вернуться ли они, чтобы уничтожить тот храм.       Ола был лишь маленькой фигуркой в плане Коу, которая возможно позволяла разбавить его скуку. Он чуть поклонился.       — И все же спасибо. Благодаря тебе я практически полностью выздоровел.       — Это не проблема, — отмахнулся Коу Ян и развалился за столом. — Этому последователю понравилось, как ты отважно защищал храм, несмотря на то, что сам недолюбливаешь князя демонов. Так что ты стоял помощи.       — А они… Появлялись снова? Храм цел?       Монах беззаботно кивнул. Вид его был скучающий, хотя Ола был вполне серьезен.       — Больше я их не видел. Скорее всего пошли дальше. Я в таком случае тоже отправлюсь.       Ола замешкавшись хотел предложить пойти вместе, но он и так уже был обузой для Коу Яна и не хотел обременять его еще больше. Но тут монах сказал:       — Раз уж нам в одну сторону то мы можем отправиться вместе. Да и мне будет как-то грустно если деньги за лекарства которые я в тебя вложил пропадут зря если по дороге ты опять подхватишь болезнь и вырубишься.       — Это… Прошу прощения.       Ола покраснел подобно спелому яблоку, ему и самому не хотелось болеть вновь. Заметив его реакцию, монах растянул улыбку и рассмеялся во всю, что было сил, чуть ли, не хлопнув по столу ладонью.       — Это была шутка. А ты вон как раскраснелся! Ха!       Просмеявшись Коу Ян поднялся и направился за своей теплой одеждой.       — Во всяком, я не против пойти вместе. Могу проводить тебя до гор Барсов.       — Спасибо. А куда ты?       — Пойду еще попробую продать немного украшений. Не отсиживать же здесь задницу. Хех.       Коу Ян ушел, а Ола задумался, что для монаха, тот слишком уж развязно себя ведет. Не сравнимо с тем каким были Ао и Тис в храме Ветра и Земли.       После еды, Ола выпил принесенные лекарства, после них, ему действительно становилось намного легче. Теперь же он вновь остался в комнате один на несколько часов, пока Коу Яну не надоест мерзнуть на улице. Уже решив вздремнуть, он услышал стук в дверь и позволил войти.       — Господин, я закончила с вашими одеждами, они полностью готовы.       — О, вот как! Наконец-то!       Ола вскочил с кровати и подбежал к девушке, принимая зимнюю одежду из ее рук. Но тут же смутился, разглядывая мех.       — Госпожа, а это правда мои одежды?       — Конечно ваши, как иначе, — улыбнулась она.       — Но на моих не было меха.       — А, вот оно что. Так я его пришила. Мне было наказано утеплить и добавить мех.       — Что?! Но мех безумно дорогой. Вы в этом уверены?!       — Конечно.       — А как же оплата?       — Господин Коу Ян сразу все оплатил и дал деньги на меха.       Получив свою новую зимнюю одежду, Ола остался стоять в комнате.       «Он, что из буржуйной семьи? Откуда у простого монаха такие деньги, чтобы мочь разбрасываться ими на право и налево? Мех стоит как целое состояние. Даже за одно только лекарство я в неоплатном долгу. А теперь буду всю жизнь расплачиваться. Он этого и добивается?»       Постояв на месте несколько минут, Ола оделся нашел свои сапоги и вставив в них ноги тут же побежал на улицу. Теперь у него был меховой капюшон, и парень не мог ему не порадоваться, хоть и это чувство было слегка размыто тревогой.       — Эй! Коу Ян! — воскликнул Ола, помахав ему рукой и побежав. — Спасибо!       — Ты чего тут забыл? — спросил монах повернувшись.       — Я пришел помочь тебе.       Произнес он с полным лицом улыбок.       — Это каким образом?       Ола снял капюшон и шоколадного цвета пряди упали на плечи, отражая свет теплых лучей солнца. Он протянул руку и спросил:       — Давай. Они стоят по той же цене?       Коу Ян кивнул и дал ему несколько. Не став медлить Ола выбежал на дорогу и подскочил к первому попавшему прохожему.       — Добрый день господин! Не хотите приобрести браслет изумительной ручной работы? Совсем недорого, всего восемь монет!       Мужчина, бегая взглядом с протянутого браслета на лицо Ола, не знал, что ответить и лишь произнес протянутый невнятный звук.       — Что же вы? Не стоит сомневаться. Я вижу вы женат, гарантирую ей понравится такой изящный подарок.       Ола поправил свободной рукой, волосы, и этим движением обнажилась его белая шея, а вместе с тем и запястье, на котором висел точно такой же браслет.       — А… Я возьму один, пожалуй.       Улыбка юноши была столь изумительна, что можно было сравнить ее с светом отраженного от снега солнечных лучей. И продав таким образом остальные браслеты, он вернулся к Коу Яну. Тот покривившись выдохнул и посмотрел на него с улыбкой проигравшего.       — Что же, ладно. Тебя и в правду можно использовать в подобном роде.       — Не надо меня использовать. Я сам хотел помочь. Ты всегда стоишь на морозе по несколько часов. А у меня очень выделяющаяся внешность. Думаю, в самые сложные дни, я мог бы работать в магазине или в какой-нибудь лавке официантом.       — Я думаю, если ты просто подойдешь к кому-нибудь и попросишь денег, тебе их дадут, — рассмеялся монах. — Вот уж во истину дьявольская красота! Ха. Смотри, тебя могут принять за демона обольстителя!       — Коу Ян, разве тебе, монаху следует так открыто называть кого-то демоном? Это же из какого храма ты вышел?       Тот ехидно улыбнулся, сузив глаза. И зеленый блеск сиял не слабее свежевыпавшего снега.       — Все, я решил.       — А?       — Если, когда придем в город ты поможешь распродать все, что у меня с собой есть, то можешь больше не думать о долге.       — Что, правда?       — Да, но придется постараться!       — Договорились!