О странностях Гео Архонта

С Путешественником было довольно интересно общаться на самом деле. Он знал многое и в то же время почти ничего, настойчиво искал Архонтов и спрашивал всех, не видел ли кто его сестру. Он вызывал интерес у Чайльда, вызывал желание помочь и посмотреть, во что же это выльется. Правда, гораздо больший интерес по-прежнему будил Чжунли, ведущий себя максимально странно. Он что, вообще не осознавал, что творил? Хотя, как заметил Чайльд, Чжунли вел себя относительно нормально, когда рядом был тот же Путешественник, но стоило только им с Чайльдом остаться наедине, как Чжунли чудесным образом забывал о необходимости хоть чуточку соответствовать образу человека обыкновенного. Например, он постоянно начинал свои лекции о том, что было нереально давно и что уже никто не помнил, потому что в книгах этого записано не было. Даже в самых редких свитках. Как будто Чжунли это выдумал, но это было маловероятно. Катастрофа. Чайльду на это как реагировать, а? Продолжать делать вид, что ничего не происходит, и стоически игнорировать то, как откровенно палится Чжунли? А с заданием что? — Знаешь, что раньше, примерно шесть сотен лет назад, в Лиюэ была одна традиция, связанная с… Вот ты откуда это знаешь, если о ней забыли уже все, Чжунли? В твою голову не приходила мысль, что рот надо уметь держать на замке? Почему ты такой идиот временами? И все же, несмотря на это, Чайльд по-прежнему не мог с уверенностью утверждать, что Чжунли был Мораксом, потому что в таком случае он был…однозначно странным Архонтом. Очень странным. Особенно если сравнивать с, к примеру, Царицей. Да и с любым другим Архонтом. Чайльд только кусал язык и смотрел, как чудит Чжунли. Да он даже Итэра умудрился загрузить своими лекциями и заданиями, свалив на него большую часть тех дел, которые должен был сам выполнить, после чего прихватил с собой Чайльда и направился в Соленые земли. Официально — найти что-то весьма интересное и необычное, по факту — то же самое. Уже давно переставший спрашивать об истинной причине своего местонахождения здесь Чайльд с удобством расположился на выступающих корнях низкого дерева с карминового цвета листвой и принялся наблюдать за снующим туда-сюда Чжунли, янтарные глаза которого аж светились от любопытства. Да он же как ребенок. И вот этот-то человек с высокой долей вероятности был Гео Архонтом? А Лиюэ каким образом все еще существует? Впрочем, в том же Мондштадте Архонт был тоже не от мира сего, однако ж город свободы и вина процветал какое столетие, так что не только в Архонтах дело — люди играли немаловажную роль в развитии своего региона. Это было естественно, особенно если Архонт выбирал политику невмешательства или минимального вмешательства в дела людей. — Так что ты там так настойчиво ищешь, сэнсэй? — задал вопрос Чайльд спустя пару часов, когда уже откровенно заскучал сидеть на одном месте и пялиться на Чжунли. Бесспорно, вид был на диво хорош, однако простые гляделки быстро надоедали. — До меня дошли слухи, если можно так выразиться, что в Соленых землях нашли кое-что времен Войны Архонтов, — ответил тот через некоторое время, — конечно, основные боевые действия проходили не здесь, однако и тут было несколько сражений, поэтому эти слухи вполне могут оказаться правдивыми. — Сэнсэй, откуда ты знаешь, что здесь было во время той войны? — устало спросил Чайльд, подпирая щеку ладонью. — Помню, — откликнулся опустившийся на корточки Чжунли, видимо, осознал, что ляпнул что-то не то, и добавил: — что читал в одной старой книге об этом. Поразительная способность к сокрытию тайн, Чайльду оставалось только встать, поаплодировать и поклониться низко. Ладно, ладно, не все так плохо — Чжунли даже добавил, что читал об этом когда-то, а паузу между репликами можно списать на его увлеченность поисками. Потому что Чайльд не хотел думать о том, что ему делать, если Чжунли в самом деле окажется Властелином Камня, Сердце которого он как бы должен забрать. И как? Просто подойти и засунуть руку ему в грудную клетку, вытащить это чертово Сердце и свалить? А? Это не так работало! Да и Чайльд, вероятно, помрет быстрее, чем успеет сделать хоть что-то. Если, конечно, Чжунли — Гео Архонт. Когда Чжунли ушел куда-то, исчезнув из поля зрения Чайльда, тот и не заметил, обнаружил пропажу только после того, как задал очередной вопрос, а ответом ему стал шелест листьев. Подняв голову, Чайльд посмотрел пару секунд на пустое пространство перед собой, поморгал в недоумении и подскочил с насиженного места, завертел головой и, увидев вдали вспышки золотистого цвета, поспешил туда. Чжунли зачем-то сунулся в лагерь хиличурлов и даже умудрился ввязаться с ними в бой. Чайльд отпихнул мысленно прочь желание посидеть в сторонке и поглазеть, как он обращается с копьем, и рванул в самую гущу сражения. Если у Чжунли не будет возможности использовать свои донельзя ненормальные силы, то у Чайльда не будет причин ломать себе голову над всей этой ситуацией. Логично? Логично. Вот Чайльд сам и перебьет всех противников. Заодно и стресс сбросит. На периферии еще какое-то время мелькало чужое копье, метко бьющее по хиличурлам, однако вскоре оно пропало, и Чайльд смог в одиночку зачистить лагерь, испытывая удовольствие. Давненько он не сражался, отвлекшись слишком сильно на свою миссию и Чжунли, как хорошо, что он смог это исправить. Даже мышцы приятно заныли от знакомого напряжения. Последняя стрела пробила чужое солнечное сплетение, и хиличурл упал на спину мертвым, Чайльд убрал лук и перевел взгляд на стоящего поодаль спокойного, как и всегда, собственно, Чжунли. — Ты чего здесь забыл, сэнсэй? — Именно тут и хранится та вещь, ради которой мы с тобой пришли сюда. Чжунли неторопливым шагом прогулялся до какого-то старого сундука, открыл его и замер — Чайльд заметил, как напряглась его спина. И что же там такое было, интересно? Приблизившись вплотную к Чжунли, Чайльд заглянул в сундук и приподнял бровь удивленно от вида обычного браслета из потемневшего серебра с крупным темно-зеленым камнем. И вот это-то украшение относилось к временам Войны Архонтов? Серьезно, что ли? — Ты искал это, сэнсэй? — не мог не уточнить Чайльд. — Не совсем, — признал тот, — но это также подходит под определение из слухов. — Да-а? И каким же образом этот браслет связан с Войной Архонтов? Чжунли протянул руки, осторожно взял браслет в ладони и пальцами сжал его, всматриваясь в тускло поблескивающий явно драгоценный камень. — Он принадлежал Архонту, который в этих землях и жил. Он был недостаточно силен, потому и не смог пережить войну. И из какой же книжки это узнал Чжунли? Из той, доступ к которой был у малого числа лиц? Или же… Так, стоп, никаких «или», только неуверенности и очередного витка кучи сомнений Чайльду и не хватало для полного счастья. — Браслет так важен? Чжунли открыл было рот, чтобы ответить, но ему и слова выговорить не дал крик Итэра: — Чжунли! Чайльд! Вот вы где! Чайльд развернулся и воззрился на бегущего к ним Путешественника. А он что тут забыл? Его же Чжунли отправил совершенно в другое место, он что, управился так быстро? Хотя он же и плюнуть мог на задание от Чжунли, зачем ему оно вообще надо. Итэр подбежал к ним, чуть не упал носом в песок от резкого торможения и уперся ладонями в собственные колени, дыша хрипло и шумно. Паймон рядом с ним наворачивала круги и улыбалась так радостно, что не заподозрить что-то было невозможно. Чайльд и заподозрил, сложил руки на груди и прищурился. — Вот, я выполнил твое поручение, Чжунли! — Итэр протянул ему небольшую шкатулку из темного металла, перевязанную оранжевой ленточкой. Ленточка была откровенно лишней, привлекала к себе внимание и мозолила глаза, не позволяя даже осмотреть саму шкатулку. Чайльд зажмурился и легко надавил пальцами на глазные яблоки. — Благодарю, твоя помощь бесценна, — серьезно проговорил Чжунли и принял шкатулку, развязал ленточку и спрятал в карман. — А там есть что-то важное? — подлетела к нему Паймон. — Почему ты не открываешь ее? — Потому что время еще не пришло. Замечательный ответ. И почему только Чжунли так обожал изъясняться загадками? Чайльд вздохнул и поймал на себе недоуменный взгляд Итэра. — А что вы здесь делаете? Да еще и так далеко от гавани… Чайльд дернул уголком губ и демонстративно развернулся к Чжунли лицом, всем своим видом показывая, что тоже желает услышать ответ на этот вопрос. А тот, словно и не замечая всеобщего интереса, спокойно убрал добытый браслет в карман брюк, напоследок погладив камень кончиками пальцев, сжал в ладонях закрытую шкатулку и посмотрел на горизонт. Неудобства от пристальных взглядов Чжунли явно не испытывал. — Меня попросили найти здесь одну ценную вещь с древней историей. Разумеется, я не мог отказать, хоть и не занимаюсь подобным, — Чжунли все-таки подал голос, когда Итэр хотел было уже переспросить. — А обратились сразу к тебе, потому что ты самый большой зану…то есть лучше всех знаешь историю Лиюэ в гавани? — поинтересовалась Паймон, заслужив полный укора взгляд Путешественника. — Совершенно верно, — склонил голову Чжунли, но Чайльд все равно заметил едва тлеющие искорки веселья в янтарных глазах. Зануда, да? А ведь и впрямь… Чжунли иногда настолько сильно увлекался своими лекциями, что уже никого и ничего не слышал, и остановить его можно было только одним способом — заткнуть рот. В прямом смысле. Чайльд однажды и заткнул, прижав пальцы к чужим губам, ибо чуть не спятил от двухчасовых разглагольствований на тему того, как же были созданы глазурные лилии, в чем заключалось их тайное значение и так далее. Чжунли тогда замолчал и воззрился с непониманием на бледного как смерть Чайльда, не спешившего убирать ладонь. Сделал он это лишь через несколько минут, когда убедился, что Чжунли больше болтать не станет. Так что Чайльд был согласен с характеристикой Паймон. Целиком и полностью. — Тогда, может, вернемся в гавань все вместе? — предложил Итэр, не выдержав этой напряженной тишины, и перекатился с пятки на носок и обратно. — Прекрасная идея, — одобрил Чжунли, — мы могли бы по пути заглянуть на постоялый двор и немного передохнуть. Чайльд с тяжелым вздохом закатил глаза. — Ладно, я согласен оплатить ваш отдых там, так и быть, спасибо, что узнали мое мнение. — О, — Чжунли сделал вид, что самую малость смутился, — приношу свои извинения, Чайльд, я действительно… — Опять забыл кошелек, — перебил его Чайльд, — знаю. Ты не меняешься, сэнсэй. И не изменишься, даже если небо на землю упадет. — Правда, — согласился Итэр и посмеялся тихо, — мы бы больше удивились, если бы ты взял с собой кошелек. — Причем не пустой! — добавила веско Паймон. Чжунли заморгал быстрее, чем обычно, и слегка нахмурился, обхватил пальцами подбородок. — Не понимаю, почему вы придаете такое большое значение море. Всего лишь монеты, есть вещи, что гораздо ценнее их. — У меня слов нет, слушать это даже не хочу, — проговорил Чайльд и взмахнул рукой, — сэнсэй, ты иногда бываешь невыносим. Чжунли на этот раз промолчал, к счастью. На постоялом дворе Чайльд с дружелюбной улыбкой выпытал всю информацию у Итэра о том, как он так быстро выполнил задание Чжунли, мимоходом пытаясь управиться с палочками. У того же самого Итэра, кстати, палочками есть получалось так изящно, словно он всю свою жизнь так питался, и Чайльд ему уже откровенно завидовал. Его достали эти деревяшки, выскользающие из пальцев постоянно, его достала необходимость есть именно ими, хотя на самом деле местные могли бы сжалиться над бедными туристами и выдать им комплект нормальных столовых приборов. Но нет! Зачем же упрощать жизнь себе и другим, верно? В очередной раз, когда палочка выпала из пальцев Чайльда и упала на стол, он сжал другую в кулаке до треска, а потом на его кулак опустилась мягко чужая ладонь. Чжунли повернулся к нему и молча вложил в его руки палочки так, чтобы они не выпадали. — Надеюсь, теперь ты сможешь насладиться этим прекрасным блюдом. Чайльд сощурился. — Благодарю, сэнсэй, ты меня спас — я вполне мог и от голода умереть из-за невозможности есть этими орудиями пыток. Итэр, орудующий палочками так, будто жил в Лиюэ с рождения, смущенно отвел взгляд, испытывая иррациональное чувство вины, зато Паймон звонко рассмеялась. — Кто бы знал, что один из Предвестников Фатуи окажется таким неумехой! Это же так легко, а ты все никак запомнить не можешь! Чайльд бросил на нее выразительный взгляд, и Паймон заткнулась, спрятавшись за спиной Итэра. — Прости, Чайльд, — извинился тот, — Паймон иногда перегибает палку. Чайльд наконец смог приняться за еду, краем глаза следя за тем, как его спутники держат проклятые приборы. Вот в теории вроде все было понятно, а на деле у него постоянно не получалось! Злило неимоверно. Вроде и пальцы не кривые, и руки не дрожат, как у немощного старика, а не слушались его палочки. Совершенно. — Я абсолютно точно научусь ими есть, — пробормотал Чайльд, смиряясь с тем, что вряд ли у него получится. — Без сомнений, — откликнулся Чжунли, — поверь мне, это не так сложно, тебе всего лишь нужно понять принцип. Чайльд откинулся на спинку стула и посмотрел прямо на Чжунли, бережно сжимающего в ладонях чашечку с чаем. Солнце подсвечивало его собранные в хвост волосы, окрашивая в золотистый концы, и Чайльд вдруг с тоской подумал, что вид Чжунли с распущенными волосами ему однозначно понравился больше. Катастрофа.