Галактика

Неоспоримым преимуществом «Галактики» был обмен моментальными сообщениями между двумя и более пользователями, находящихся в любом удалении друг от друга. Даже если сообщение шло сквозь гиперпространство, на длительности ожидания ответов это никак не сказывалось. Обмен всегда происходил мгновенно, в режиме реального времени. Этим нехитрым сервисом увлеклись практически все, кто умел набирать текст или пользовался программой распознавания речи. Но, как не странно, сам создатель подпространственного сигнала и владелец сети ни с кем таким образом не коммуницировал, и исключений у этого правила не было. Все входящие принимали дроиды– секретари, они же и отвечали, если того требовал протокол. Поэтому неожиданное оповещение о личном сообщении показалось Хаксу чересчур подозрительным. Однако ответ на невысказанный вопрос «Кто посмел?» нашелся сразу, достаточно было взглянуть на имя отправителя. Бен: Я почти освободился. Мне тут недалеко. Собирайся, покажу тебе окрестности Коммуналки. Каф на выбор. Только не одевайся Мастером. Сообщу, как буду на месте. Конечно же. Это был гений информационной защиты «Галактики». Мастер: Здравствуй, Рен. Договорились. Жду. Есть какие-то особые пожелания к моему внешнему виду? Бен: Главное, чтобы тебе было комфортно. Каф на выбор. Хакс уже и не помнил, когда пил хороший каф, приготовленный не пищевым автоматом, а кем-то живым. Интересно, сколько сортов и вкусов кафа есть на Корусанте? – Карта кафа в окрестностях Коммунальной колонны, – тут же запросил он информацию у своей сети. – Сто сорок один сорт кафа, девять степеней прожарки, сто восемьдесят шесть различных вкусов, – тут же ответил слегка металлический, но вполне приятный голос. – Пожалуйста, сузьте запрос до степени прожарки и сорта, и я подберу Вам наиболее подходящее место приема напитка, рассчитаю оптимальный маршрут и укажу время наименьшей или наибольшей загрузки на Ваш выбор. – Спасибо. Место – не твоя забота. Этим же днем, рано утром Хакс получил отчет из Неизведанных Регионов о строительстве нового флагмана своего возрождаемого флота. Он скачал и сохранил данные, чтобы при случае обсудить их с Реном. А случай подвернулся удачный. Оставалось только надеяться, что у того будет желание к обсуждению подобных тем. После увиденного и услышанного накануне, Хакс перестал понимать, почему Рен не только поощрял подобные разработки, но и сам принимал в них самое активное участие, ведь ему то теперь до всего до этого, как до «Звезды Смерти». Или все-таки нет? А если посмотреть на ситуацию под другим углом? Сместить точку отсчета, опираясь на тот факт, что все последние годы Хакс общался вовсе не с самим собой, а с вполне живым и в меру амбициозным, чувствительным к Силе человеком? В этом случае картинка складывалась весьма увлекательная и даже пугающая. «Выходи», – раздался голос Рена прямо у Хакса в голове. Это, надо думать, и было то самое «Сообщу, как буду на месте». И вот как на это обижаться? Пообещал сообщить и сообщил. Слово-то свое сдержал. Хакс даже переодеваться не стал. Уж если Рен позволял себе разгуливать в деловом центре чуть ли не в домашней одежде, то чем он хуже? Наряд его был не броским, но довольно дорогим, ценители поймут, а на остальных можно было и внимания не обращать. – Поздравляю! – сразу же без всякого приветствия начал Рен, только завидев выходящего на стартовую площадку Хакса. – С чем это интересно? – Теперь мы владельцы Голонета. – С каких пор? – Уже полтора стандартных часа, – ответил Рен. – И что ты собираешься с ним делать? – на всякий случай поинтересовался Хакс. – Я? Ничего. Вопрос в том, что ты собираешься с ним делать? Контракт заключен с «Галактикой». – И во сколько мне это обошлось? – Не переживай. Почти даром. Ты их обанкротил. Так что теперь вся пресса, все новостные и развлекательные каналы неформально принадлежат «Галактике». Исторический вестник – в том числе. – О. Ты, значит, тоже теперь неформально принадлежишь мне? – не удержался от шпильки Хакс. – Да, босс. И как журналист хочу отметить, что в руках всего одной компании сейчас сосредоточены все средства массовой информации, все торговые пути и все данные на почти всех жителей известных нам миров. Про все подпольные организации, теневые операции и черный рынок я помолчу, ты и без меня в курсе. Рен выдержал длинную паузу, после которой продолжил тем же будничным тоном: – А теперь скажи, что ты счастлив, и мы отправимся пить каф. – Тебе-то от всего этого какой прок? – недоуменно спросил Хакс. Рен только что перечислил ему почти все основные ресурсы для контроля в Галактике. Оставались только природные ресурсы, которые вполне заменял контроль над торговлей, а еще армия и флот, но и здесь у них тоже имелись значительные подвижки. – Мне? Да, никакой. Это ты у нас контрол фрик, вот и контролируй на здоровье, – он тряхнул головой и указал на спидер. – Каф? Хакс только и нашелся, что сдвинуть брови и пожать плечами в ответ. Он упорно не понимал происходящее и запутывался все сильнее. Хотелось схватить Рена, потрясти как следует и все-таки добиться от него ответа на вопрос: «Зачем ты все это делаешь?». Но затея хоть и казалась хорошей, но была откровенно нереализуемой. Да, и нарываться лишний раз как-то не хотелось. Добрались без эксцессов и выкрутасов. Покружили немного около задания Сената, Рен указал на дома за Коммунальной колонной и сказал, что живет там, даже пообещал пригласить как– нибудь в гости, кивнул в сторону небоскреба, где находился его Вестник, после чего они плавно опустились на площадку перед огромной витриной с разнообразными сладостями и кафом. Рен легко выпрыгнул из спидера и тут же принялся здороваться с окружающими, с кем-то обменялся любезностями, кому-то пожелал удачи в проекте. А Хакс почувствовал себя чужим и лишним. – Скажи, есть на всем Корусанте тот, кто тебя не знает? Или кого не знаешь ты? – почти раздраженно спросил он. – Наверное. Я не проверял. Он сделал пригласительный жест, и они углубились в пространство за огромной витриной. Внутри эвоку не куда было упасть, но Рен помахал кому-то прямо от входа и тут же потянул Хакса за собой. – Надо полагать, что здесь у тебя тоже все свои. – Да. Это место Карен и Киран. Милые близняшки– полукровки. Сейчас познакомлю, если ты без предрассудков, конечно. Хакс закатил глаза: какие уж тут предрассудки. Осталось лишь выяснить какие именно полукровки. Но дожидаться долго не пришлось. Как только они завернули в маленький уютный кабинет, к Рену кинулась обниматься сначала жгучая красивая брюнетка получисска, затем такая же яркая блондинка. – Киран, – представил он брюнетку. – Карен, – затем блондинку. «Про гранд– адмирала Трауна ни слова», – мысленно предупредил Рен. – А твой… приятель? – загадочно поинтересовалась Киран. – Армитаж, – представил сам себя Хакс. – Добро пожаловать, Армитаж. Друзья Бена – наши друзья. Он почтительно кивнул в ответ. – Присаживайтесь здесь, в зале сейчас негде. Время ланча, – сказала Киран, глядя исключительно на Рена. – Спасибо, – ответил тот. – Мне как обычно. – Армитаж? – обратилась к нему Киран, все еще не отводя взгляда от Рена. – А каков выбор? – спросил он. – Я угадаю, – улыбнулась ему Карен. – А если не понравится, то замена за наш счет. Хакс согласился, в конце концов, он ничего не терял. – Ты ей приглянулся, – сказал Рен, как только они остались вдвоем. – Думаю, что Карен с удовольствием примет твое приглашение поужинать и не только поужинать. – Спасибо. Это лишнее. – Хакс, если тебя так сильно беспокоит, что она не чистокровный человек… – У меня нет предрассудков относительно людей, чиссов или тви`леков всех цветов кожи, или кого бы там ни было еще, но мой ответ – нет. А вот Киран в тебя влюблена. – Я знаю, – легко согласился Рен. – Но я не могу дать ей то, чего она хочет. – Но ты мог бы дать ей хоть что-то. – Этот этап мы давно прошли. – Ясно. – Послушай, ты не можешь прожить всю жизнь затворником, – довольно тихо сказал Рен. – Я сейчас даже не дома, как ты видишь, а здесь, с тобой. – Хорошо. Ты не можешь прожить всю жизнь, общаясь только со мной. – Рен, успокойся. – Постарайся привыкнуть звать меня Бен. Тем более, что Рен – это даже не имя, а титул Магистра Ордена, которого больше нет. – Это мое дело, как мне тебя звать. Оставь мне хотя бы эту привилегию. – Упрямый. Хакс не успел ответить. Карен принесла каф и свежую выпечку с приятным пряным, чуть сладким ароматом. Рен тут же схватил свой огромный стакан и, закрыв глаза, сделал огромный глоток. – Чудесно, – похвалил он напиток. Хакс придирчиво покрутил свой, принюхался и решился попробовать. Вкус оказался довольно мягким, чуть терпким, с ободряющим послевкусием. Он кивнул Карен, показывая, что напиток пришелся по вкусу. – Вы угадали, спасибо, – вслух сказал он. – Мне бы хотелось обсудить с Беном наши текущие дела. – Это был далеко не тонкий намек оставить их одних. – Если я не сильно много себе позволяю, конечно. – На всякий случай Хакс решил быть вежливым. – Безусловно, – улыбнулась Карен и грациозно удалилась. – Что за дела? – тут же спросил Рен. – Я получил сегодня отчет… – Да, я еще утром все изучил. Еще бы, как Хакс мог забыть? Гений информационной защиты с возможностью управлять временем и пространством. – И что ты думаешь? – Мы укладываемся в график, претензий у меня нет, все согласно чертежам и планам. Только не называй его «Финализатор 2», пожалуйста, или еще как– нибудь убийственно. Как корабль назовешь, так он… В общем, ты и сам все знаешь. – И не собирался. Я хотел предложить тебе назвать его «Галактика», – сказал Хакс и вопросительно посмотрел на Рена. – И все стальные элементы заменить на бледно– сиреневые, как в логотипе. – Тоже вариант. Так что? – «Галактика». Однозначно «Галактика». Рен поднял свой стакан с кафом и отсалютовал им Хаксу. – День только подошел к своей середине, – многозначительно отметил он. – А у тебя уже целых две Галактики. Хотя, я бы сказал, что уже почти все три. Не пора ли формировать штат, нанимать помощников и собирать сторонников? – У меня есть ты, – уверенно ответил Хакс. – Нет. – Да, – настаивал Хакс. – Неужели ты думаешь, что я совершенно не понимаю происходящего? Рен промолчал и уставился на Хакса в упор. – Тебе зачем-то понадобился полный физический контроль над всей Галактикой. Не спорь. – Словно пытаясь предупредить все дальнейшие выпады в свой адрес, заранее запротестовал он. – И ты поступил неожиданно умно, я бы даже сказал, мудро. Не смотри на меня так, я не преувеличиваю. Пусть и не до конца понимаю, как работает твой нынешний разум, но ты замыслил что-то грандиозное, хотя всем своим обликом и образом жизни пытаешься показать обратное. Ты делаешь вид, что наслаждаешься безмятежным существованием ничем не обремененной личности, но, поверь, Рен, я слишком хорошо тебя знаю, чтобы не утвердиться в обратном. И пусть я не могу постичь всего того, что постиг ты с момента своего возвращения, но сложить две единицы и получить в сумме два я все еще в состоянии. – Он внимательно посмотрел на Рена в ответ, отмечая пока что полное отсутствие какой– либо агрессии, и продолжил. – Используя свое безграничное влияние, ты постепенно и весьма уверено закладываешь фундамент даже не Новой Галактической Империи, а чего-то большего, чего-то такого, что должно простоять целые эпохи и не разрушиться от политических интриг или набегов неизвестно кого из Дикого Пространства. Ты планомерно, с четким, размеренным шагом исполняешь одному тебе известную миссию. И не старайся переубедить меня. Я все равно тебе не поверю. Хотя… Ты всегда можешь изменить мою память, стереть личность и выкинуть обратно на ту помойку, с которой ты меня подобрал. – У меня перерыв заканчивается. А тебе нужно в Сенате выступать, вы там друг друга с полуслова поймете, – ответил Рен. – Пойду с девочками рассчитаюсь, а ты собери тут все и жди меня в спидере. – Рен, – остановил его Хакс. – Что ты от меня хочешь? – Я хочу, чтобы ты был честным хотя бы со мной. Я не смогу ничего тебе сделать, не закопав попутно себя. Да ты и сам вряд ли позволишь мне что– либо сделать. – Потом поговорим. У тебя сейчас много работы. У тебя сейчас очень много работы, Хакс. Да, и у меня -тоже. Так что я заброшу тебя домой, в «Галактику», а ты, как более или менее разгребешь текущие дела, дашь мне знать. Он согласился. – И все-таки подумай о Карен. Она очень хороша. – Предпочту довериться твоим суждениям о ней на слово, – во второй раз отказал Хакс. Он искренне надеялся, что третьего не понадобится. Рен ухмыльнулся и ушел. Работы у Хакса и в самом деле прибавилось. И речь тут шла не только о присоединенном Голонете и инфоканалах. Предприятие развивалось очень стремительно и требовало все больше «живого» внимания. Их предприятие. Чем глубже Хакс погружался в масштабные планы Рена, тем большей пружиной скручивалось его сознание. Оно впитывало как губка новую осмысленную информацию, подкидывало нужные куски их общих замыслов, оценивало произошедшее. Рен незаметно прокрался в его жизнь, как мягкий, плюшевый и безобидный зверек, усыпил бдительность, разрешил поиграть с собой, показал, что готов есть с руки, позволил заново полюбить себя и накрепко к себе привязал. А затем тихонечко напомнил, что он огромный и грозный хищник с острыми зубами и длинными когтями. Но Хакс уже оказался в ловушке. Он стал добычей, с которой можно поиграть, а в случае нужды и съесть. Каким же идиотом он был. Сам позвал, сам доверился, сам открылся, а теперь еще попал в полную зависимость. Кто он без Рена? – Пустое место. Носа высунуть из дома не может. И худшим осознанием было то, что даже «Галактика», по сути, ему не принадлежала. Все, что он делал в последние годы являлось частью замыслов Рена. И видимо замыслы эти постепенно достигли какой-то финальной стадии, раз тот решился играть в открытую. Очередной виток безумия Хакса вышел на новый уровень. Он вернулся в то состояние, от которого когда-то с трудом удалось уйти. Ему расхотелось жить дальше и наблюдать, чем закончится вся эта эскапада с подчинением Галактики. А то, что нынешний Рен был на это способен, у Хакса сомнений не возникало. Слишком уж сильно тот изменился. Появились выдержка, осознанность действий, тонкое чувство людей и ситуаций, хитрость и дальновидность хорошего стратега, обдуманность в поступках. И в добавок ко всему острый ум и безграничные возможности Силы. Что можно было всему этому противопоставить, Хакс откровенно не знал. Теперь это был самый настоящий Верховный Лидер Рен. Несмотря на свалившееся на него откровение, Хакс доделал все, что планировал по списку на день, даже записал вопросы, которые все еще мечтал задать Рену. Но посылать никаких сообщений не стал. Он обреченно решил подумать обо всем как– нибудь позже, а затем вынул из бара полную бутылку своего любимого бренди и в который раз нашел в ее компании выход из сложившейся мерзкой и унизительной ситуации. А затем и в компании еще одной. Он пил до тех пор, пока рассудок совсем не отключился, и ему не стало смертельно плохо. Что он делал потом, Хакс не знал и не помнил. Сознание предусмотрительно произвело полную очистку оперативной памяти. – Большинство теорий заговоров порождаются отсутствием точной информации и привязки к конкретному периоду времени. Кому, как не тебе это знать, – сказал Рен таким тоном, словно читал лекцию в Академии. Он убрал ладонь с головы Хакса и протянул ему стакан с водой. – А также простым стечением обстоятельств, которые пытливый ум старается связать с другими известными ему фактами. И в этом ты превзошел самого себя. Согласен, я, по-своему, тоже виноват. Оставил тебя в информационном вакууме, и ты дорисовал картину теми красками, которые нашлись под рукой. Страх – плохой советчик, он заставляет совершать безумные поступки. – Ненавижу тебя, Рен. Как же я тебя ненавижу, – ответил уже совсем трезвый Хакс и вырвал из его пальцев стакан воды с такой силой, что половину вылил на себя. – Этот этап мы уже проходили. Напомнить сколько раз? – Убирайся из моего дома, из моей жизни, – силясь взять себя в руки, сказал Хакс. – И «Галактику» свою можешь забрать. Все забирай, только исчезни. Рен сделал три шага назад от дивана, на котором лежал Хакс. Потом для верности еще один, посмотрел внимательно, словно пытаясь что-то для себя уяснить, и тихо попрощался. Он совершенно бесшумно проделал путь до дверей, ведущих на стартовую площадку, обернулся через плечо на выходе, и, не говоря больше не слова, закрыл за собой двери с другой стороны. С облегченным вздохом Хакс порадовался своей маленькой победе. Хотя такая победа легко могла в этот же день обернуться грандиозным поражением. Но день прошел и ничего не изменилось. Затем пришел и ушел еще один день, и еще. Хакс по-прежнему оставался полноправным владельцем своей сети, своей армии, своего флота, своей собственной жизни. Через стандартную неделю он почти успокоился, спустя месяц понял, что и волноваться было не о чем. Пожалуй, кроме того, что теперь он уж точно остался совершенно один. А через два месяца даже известие о завершении финальных отделочных работ на флагмане «Галактика» не принесло ему ни капли радости. Просто сообщение. Отчет о готовности. Он бегло просмотрел его и свернул. Затем укутался в свои уже привычные балахон и шарф, вышел на посадочную площадку и долго стоял там, глядя на звезды. Они казались ему холодными и чужими, слишком отличными от тех миров, которые два месяца назад показал ему Рен, но он все равно продолжал смотреть, повторяя про себя вопрос, на который так и не получил ответ: «Зачем ты все это делал?». И в ответ очень хотелось услышать что угодно, вплоть до банального «чтобы тебе не было скучно». Но – ожидаемо – ответа не последовало. Он вернулся в свой привычный мир и при минимальном освещении бродил темными коридорами «Галактики». Теперь он и сам себе не мог ответить на простой вопрос «зачем». Пока в его жизни был Рен, то все имело смысл, цель, перспективу. Хакс привык думать, что настанет момент, когда он открыто заявит о своем возвращении, и к этому моменту ему будет принадлежать реальная власть в Галактике и никто не посмеет назвать его предателем или убийцей и отправить под суд. И вот, пожалуйста, стараниями Рена он приобрел все, к чему когда-то стремился, но возвращаться отчего-то не спешил. – Что ты опять со мной сделал? – обращаясь в никуда спросил Хакс. – Почему я остался жив? Почему ты решил помочь? Зачем ты дал мне в руки самые опасные инструменты давления? Зачем оставил их мне? Чего хотел этим доказать? Я сдаюсь, Рен. Какими бы ни были твои мотивы, я признаю, я полностью зависим от тебя. Но уже не от тебя прошлого, от тебя нынешнего. Мне очень сильно тебя не хватает. Пойми, я не могу отказаться быть тем, кем меня воспитали – тренированным массовым убийцей, но я сместил свои приоритеты, я делал то, что ты хотел. И, скорее всего, ты снова прав, я выдумал себе очередную удобную легенду, чтобы перестать хотя бы ненадолго ненавидеть себя. Я сдаюсь. Ты – победил. И если в том, что ты говорил мне, была хоть доля правды, то сейчас ты слышишь меня, потому что я ору тебе в ухо. «Я всегда тебя слышу, Хакс», – почти тепло ответил ему Рен. «И, если бы ты был чувствителен к Силе, я бы подумал, что между нами есть связь. Но это не так». – «Галактика» введена в эксплуатацию. – Почему-то это показалось важным. – И я даже попросил заменить некоторые стальные элементы внутренней отделки на бледно– сиреневые. Представляешь? «Я видел, получилось красиво». – Ты так и не ответил мне, зачем ты все это делаешь? «Это же очевидно. Я делаю, как ты выразился – все это – затем, что могу». – И все? «Нет». – Не заставляй меня сходить с ума в третий раз. «А ты выбери не сходить с ума, точно также, как недавно выбрал не выпивать за раз более двух порций бренди». – Рен! «Хакс». – Может, хотя бы зайдешь? «Ничего, что ночь за окном?» – Ничего, что это не нормально, разговаривать у меня в голове? «Иногда мне там очень нравится. Но ты прав, скорее всего, это не нормально». – Тогда что? «Хочешь оценить «Галактику» в действии?» – Ты хотя бы представляешь, сколько туда добираться через гиперпространство? «Предоставь это мне. Так как?» – Приз за самый глупый вопрос достается бывшему Магистру Рену. «В таком случае приготовь все к своему двухдневному отсутствию». – Очень надеюсь, что мы полетим туда не на «Тысячелетнем соколе». «Между прочим, он прошел Дугу Кесселя…» – Да, знаю, менее, чем за двенадцать парсеков. Потому что кому-то очень не терпелось сгинуть в Черной дыре. И этот дурацкий рекорд говорит исключительно о безумии пилота, а никак не о скорости корабля. «Не поверишь, я иногда прям скучаю по этим твоим колючкам. Приготовься отбыть в шесть утра. У тебя даже будет пара часов на сон, если быстро перенаправишь все протоколы». – После смерти отосплюсь. До встречи в шесть. «До встречи».