Галактика

Было очень ранее и немного морозное утро, небо имело слегка розоватый оттенок, а прозрачный воздух чуть дрожал и его хотелось потрогать руками. Желтый спидер плавно завернул на стоянку перед причудливыми арочными ангарами, и два его пассажира направились к одному из стоявших там кораблей. Хакс, конечно, не ожидал, что Рен воспользуется пассажирским челноком или шаттлом, но чего он и впрямь не ожидал, так это встретить в ангаре сверхмощный быстроходный перехватчик, выполненный по индивидуальной конструкции. Хотя… Рен никогда не вписывался ни в какие рамки. – Нравится? – поинтересовался Рен, указывая на блестящий черный корпус. – Достойно, – отреагировал Хакс. – Мой проект, – с гордостью отметил Рен. – Представляю, во сколько этот проект обошелся «Галактике», – съязвил Хакс. – Не дороже твоей «Галактики», – вернул шпильку Рен. – Нашей «Галактики». Вот оно. Наше дело, наша Галактика. Хакс сам себе удивился, насколько легко он это произнес. Ведь все, что они сделали, по сути, являлось их, общим. И где заканчивался вклад одного и начинался другого было уже не вычленить. Хакс мысленно повторил фразу «Наша Галактика» еще раз. В его голове это прозвучало даже не торжественно, а как-то мягко, совсем по-домашнему. Наверное, именно так относился к Галактике сам Рен, она была для него просто домом. – Прошу на борт, – пригласил его Рен. – Команда? – как-то не вовремя спохватился Хакс. Не может же корабль летать сам по себе. – Я капитан и команда. Это новейшая разработка, корабль управляется одним пилотом, хотя, я еще в детстве с «Соколом» в одиночку справлялся. – Кто бы сомневался, – сказал Хакс и отчего-то даже улыбнулся. – И как ее зовут? – А как ты хочешь, чтобы ее звали? Он оглядел плавные линии, в меру агрессивный дизайн, оценил гибридные двигатели, отметил скрытые орудия. Перед ним была маневренная машина, невероятно быстрая, с мгновенным откликом, наделенная опасной красотой и смертельной грацией. – Мерцающая, – неуверенно ответил Хакс. – И все? – Мерцание звезд – явление безусловно прекрасное, но всегда было существенным препятствием для точных наблюдений. Ловушка. Скрытая за красотой угроза. Но мои способности к наименованию кораблей ты и сам знаешь. – Поверь, мои еще хуже. Давай предложим ей стать «Мерцающей», захочет – значит так и оставим. Хакс не совсем понял, что значит «Предложим ей», но решил не терять попусту время на разговоры и вслед за Реном поднялся на борт. Ничего из ряда вон выходящего он там не обнаружил. Грузовой отсек, машинный отсек, жилой отсек, кабина, все функционально и очень практично. – Привет, – неизвестно кому сказал Рен. – Привет, Бен, – отозвался приятный живой, низкий женский голос в ответ. – Очередной тестовый полет? – Нет, сегодня нас ждет настоящая миссия. Летим с Хаксом в Неизведанные Регионы, смотреть наш новый флагман. Кстати, он назвал тебя «Мерцающей», нравится? – Интересный выбор, спасибо, Хакс, – ответила она. – Вот видишь, она согласна. Рен отобрал у замершего посередине корабля Хакса сумку с вещами и с помощью Силы отправил в жилой отсек вслед за своей. – Теперь я буду звать тебя Мира, прости, – добавил он. – Так короче. И просканируй Хакса, в случае чего, управлять тобой будет он. – Здравствуй, Хакс, – поприветствовала его Мира. – Искусственный интеллект с голосовым модулятором? – наконец догадался он. – Не совсем, – ответил Рен. – Мира живая, она мозг и сердце этого корабля. Если точнее, она и есть корабль. Чувствует твое настроение, может поддержать любую беседу, ее нейросеть изменяется под действием опыта и обладает нейропластичностью, что делает ее почти человеком, но информацию она обрабатывает со скоростью, многократно превышающую скорость света. – Я не обиделась, Хакс, – сказала ему Мира. – Но я бы не хотела, чтобы ты считал меня просто набором проводов и команд. – Прошу меня простить, Мира. Технология создания нейросети с нейропластичностью давно была отброшена как фантастическая, Хакс на вскидку даже не мог припомнить, чтобы кто-то всерьез занимался чем-то подобным. Но вот, он стоял на борту корабля-киборга и извинялся за свою бестактность. И перед кем? Перед искусственной формой жизни. – Как ты это сделал? – с интересом спросил он Рена. – А? Это не совсем я. Потом объясню, если напомнишь. Мира, рассчитай нам курс до орбиты Шикитари. – Переход в гиперпространство с поверхности планеты? – Нет, выйдем сначала в открытый космос. Хочу сам немного порулить. – Удачи, Хакс, – обратилась к нему Мира с нотками иронии в голосе. – Капитан за штурвалом. – Я сейчас должен впасть в благоговейный ужас? – Ты должен пойти в кабину, сесть и пристегнуться, – ответил ему Рен. – Мира, запроси разрешение на вылет. «Мерцающая» вышла орбиту Корусанта очень мягко и плавно, как прогулочная яхта, давая возможность своему скромному экипажу насладиться прекрасными видами города-планеты. Они аккуратно миновали поток транспортников и тяжелых грузовых кораблей, когда Рен все-таки не удержался и, переключившись на сдвоенные ионные двигатели, выполнил несколько фигур высшего пилотажа. – Когда будет мой любимый прогон с множественными переворотами? – поинтересовалась Мира. – Не сегодня, Хаксу не нравится, – ответил ей Рен. – Переход в гиперпространство по готовности. Как происходил переход в гиперпространство Хакс мог сказать, разбуди его посреди ночи. Он даже четко описал бы все сопутствующие ощущения. Но в тот момент, когда «Мерцающая» совершила прыжок, он не услышал и не почувствовал ровным счетом ничего, только звезды привычно растянулись в полоски. – Вот, можем поспать пару часов, – сказал ему Рен. – Пару часов? Туда как минимум двадцать восемь. Никакой гипердвигатель не способен на подобное, тем более, на таком небольшой корабле, как этот. – Двигатель тут совершенно ни при чем. Я просто немного свернул пространство. Но, если хочешь поспать подольше, так и скажи, я вполне могу это устроить. – Рен, я не хочу спать. Я хочу получить ответы. А еще чертежи и спецификацию «Мерцающей» вместе с именами всех участников проекта. – Хорошо, – сказал Рен и потянулся к панели управления. – Мира, вышли Хаксу все данные, потом сотри код. – Готово, Бен. Какой уровень доступа дать Хаксу? Ты не уточнил. – Хм, а как ты думаешь? – Я думаю, что полный, но я еще не очень хорошо разбираюсь в человеческих взаимоотношениях и могу ошибаться. – С этой задачей ты справилась. Давай полный. – Хакс, – обратилась к нему Мира. – Теперь ты можешь управлять мной, как Бен. – Спасибо, – вслух сказал он, а про себя подумал, что так как Рен, летать он все равно никогда не сможет, хотя бы потому, что у него нет дара предвидения через Силу. – Как получилось, что я остался жив? – неожиданно сменил тему Хакс. – Я помню, как Прайд… – Видел то, что должен был видеть. Как и все. Человеческое сознание легко принимает желаемую реальность. Реальность – это вообще по большому счету игра воображения. Незначительное вмешательство Силы, и никто не сможет сказать, что реально, а что нет, – попробовал объяснить Рен. – Выстрел был оглушающим. Потом тебя погрузили на абиссинский транспортник… – И я очнулся среди отбросов Галактики на корабле, следующим на бесплодную пустынную планету. С которой еле смог вырваться. Но почему? Я предал тебя, ты должен был радоваться моей казни, а не предотвращать ее. – Я никогда не желал твоей смерти и подумал, что такое наказание станет вполне справедливым. Тем более, ты хорошо знаешь, чем в итоге все закончилось. Так что, считай, тебе повезло дважды. – Да… В первые дни я искренне думал, что смерть была бы лучше. – Жизнь всегда предпочтительнее, – многозначительно заявил Рен. – Как ты узнал о планах Верховного Совета? И о том, что Прайд захочет казнить меня лично? – Догадался, – с сарказмом сказал Рен. – Через Силу, конечно. Я отчетливо видел эту картинку задолго до того, как все случилось. – И ты уже тогда знал? Про «Галактику» и остальное. – Нет, тогда я был слишком сконцентрирован на себе. Хотя, скорее всего, интуитивно догадывался. Может, поэтому и поступил так, как поступил. Сила разумна, и у нее иногда свои взгляды на происходящее. – Непривычно слышать от тебя такое. То есть я понимаю, что сейчас ты рассуждаешь обо всем этом с позиции своей безграничной сущности… Я искренне пытаюсь понять и постичь твое новое мировоззрение. Мое сознание старается перестроиться. Но вот подсознание упорно видит в тебе угрозу моему существованию и стремится облечь это во что-то удобное, давно знакомое. – Я бы сказал, наоборот. Это твое сознание ищет во всем лазейки и минусы, решает задачу со многими неизвестными, ставя на их место знакомые величины. Стремится к компенсации. А вот твоя интуитивная, подсознательная часть хочет верить и доверять. Это, кстати, совершенно нормально. Ты живешь из ума и опираешься на логику. Попробуй чувствовать, отключить свой супермозг. – Я не ощущаю эту твою Силу и не могу опираться на ее суждения, поэтому пользуюсь доступными мне инструментами. Логика меня редко подводила, – почти обвиняющим тоном заявил Хакс. – А хочешь ощутить? – вкрадчиво поинтересовался Рен. – Чтобы ты снова довел меня до состояния клинической смерти? Сработала защитная реакция. Страх. Но Хакс хотел. – Я поспешил тогда, в этом ты прав. Но сейчас я не о том, я могу дать тебе возможность почувствовать Силу, не управлять ей, просто ощутить присутствие. Обещаю, больно не будет. – Весь мой предыдущий опыт говорит как раз об обратном. Но я готов рискнуть. Рен развернулся к нему. – Закрой глаза. Хакс подчинился. Он даже попробовал немного расслабиться, но внутренний голос кричал об опасности, а сердце учащенно забилось. – Если тебе станет не комфортно, я почувствую и остановлюсь, – сказал Рен, отвечая на реакции его организма. И мир вокруг изменился. Воздух наполнился свежестью и ощущался разряженным, как после грозы, сердечный ритм выровнялся, а дышать стало легко и свободно. А потом Хакс увидел все окружающее пространство, но не так, как он видел его глазами, а скорее почувствовал, прикоснулся к истинной сути. Границы стерлись. Он наблюдал молекулярную структуру воздуха, окружающих конструкций, дотронулся до сознания Миры, вышел за пределы корабля и позволил себе раствориться в бесконечном космосе. Он открылся этим ощущениям и оглянулся вокруг. Странно было находиться одновременно везде, в том числе и в собственном теле. Странно было чувствовать уверенное спокойствие сидящего рядом Рена и волнение команды «Галактики». В какой-то момент Хакс готов был поклясться, что встретился с самим собой на борту флагмана, но смотрел на себя словно со стороны, чужими глазами. Затем он позволил своему вниманию рассеяться, потянуться к другим мирам, событиям, обрывкам чужих мыслей. Сознание его еще как-то пыталось просеять увиденное и услышанное, словно пустую породу, выискивая крупицы золота, цепляясь за привычную реальность, но чувства в итоге взяли верх. И тогда пришли уютное тепло, спокойствие и глубокий внутренний покой. – Ты всегда так видишь и чувствуешь? – все еще находясь в измененном состоянии сознания, поинтересовался Хакс. – Иногда мне нравится быть просто человеком, – ответил ему Рен. – И вы все такие? – Не переживай, такой я пока один. А тебе пора возвращаться, мы почти на месте. – Ты хочешь сказать, что прошло уже два часа? – удивился Хакс, он был уверен, что прошло не более пяти минут. – На самом деле намного больше. Время растягивается и сворачивается, когда выходишь за пределы реальности. – Почему ты вернулся? Именно ты? Как такое вообще произошло? – Этот вопрос продолжал мучить Хакса. – Просто выбрал, – спокойно ответил Рен. – Да? Так можно было? То есть именно ты просто взял и решил, что неплохо было бы осчастливить всех своим возвращением? – Хакс… – Что ты задумал? Покажи мне. Я знаю, что ты можешь. – Ты все еще не понял? – вздохнул Рен. – Постарайся почувствовать это сам, а, если не получится, я попробую объяснить. И еще, если бы не было прошлого, каким бы был твой нынешний выбор? Не ищи ответ разумом, поживи с этим вопросом. – Ты изменился, – серьезно сказал Хакс. – Не сильно. Просто принял себя. Все свои стороны. Они внимательно посмотрели друг на друга. – Ты тоже изменился, – заметил Рен. – Да. Чуть не спился, сошел с ума, стал зависим от тебя, как от сильнодействующего наркотика, снова сошел с ума и, гляди-ка, спокойно сейчас тебе об этом говорю, – с горькой иронией в голосе сказал Хакс. – Пойду переоденусь. – В Мастера? – Перебьешься. И еще. Не вздумай выкинуть на «Галактике» что-нибудь в духе своего прежнего репертуара. – А то что? Рен даже не издевался, он пошутил, но Хакс шутку не оценил. – Я никогда впредь не стану иметь с тобой дел. Рен кивнул в ответ и отвернулся к обзорному окну. Наверное, он тихо потешался над комичностью этой ситуации, но Хаксу было плевать. Он предупредил. «Мерцающая» вышла из гиперпространства к орбите Шикитари. Планета находилась в Неизведанных Регионах вдалеке от основных гиперпространственных маршрутов и не пользовалась спросом даже у контрабандистов. Она не обладала чем-то ценным, что могло бы привлечь к ней внимание. Этот примитивный мир был покрыт непроходимыми джунглями, а население его составляли опасные дикие твари и странные полуразумные личинки. Прекрасное место для игры в прятки. Рен сидел в кабине пилота, закинув ноги на панель управления и болтал с Мирой. Он рассказывал ей байки из своей далекой жизни, и они вместе – внимание – над ними смеялись. Хаксу показалось, что он сходит с ума в третий раз. И вовсе не потому, что Рен выглядел в этот момент как заправский контрабандист и с интересом общался с кораблем-киборгом, а потому что Хакс ему искренне, по-настоящему завидовал. Вот кто умел жить в моменте и ни о чем не переживать. Словно не было прошлого, потерь, каких-либо дел, «Галактик», возрождаемого флота, интриг, Новой Республики и глобальных планов по захвату власти. Как тут было не позавидовать. Хотя, может, стоило присмотреться к тому, что Рен делал и прислушаться к тому, что он говорил? Может, вовсе не имело смысла копать глубоко? Вдруг все лежало на поверхности и не было никакого двойного дна и скрытого смысла? Но тогда в сознании снова всплывал вопрос: «зачем?» – Не страшно? – не оборачиваясь спросил Рен. – Что именно? – уточнил Хакс. – Появляться в своем истинном обличье перед теми, кого ты когда-то предал? – Не путай кислое с пресным. Я предал тебя. И всю эту имперскую свору. Но я никогда не предавал Первый Порядок. Не тех, кто был под моим командованием. Я всегда уважал и ценил своих людей. – Как скажешь, – равнодушно отреагировал Рен, все так же сидя спиной. Теперь он играл с энергетическим шариком, подбрасывая его Силой. – Ты разрушил все, что у меня было, унизил меня, поставил надо мной этого ублюдка Прайда… – Хаксу еще много было чего сказать, но он понял, что повторяется. Все это он неоднократно уже высказывал Рену. – После того, как ты чуть не убил меня и попробовал захватить власть? – усмехнулся Рен, и светящийся шарик исчез. – Я бы никогда не смог выстрелить, это была непроизвольная реакция. И ты это знаешь. – Знаю. Он развернулся и лицо его не выражало ни капли агрессии, а в голосе не было упрека. – Хакс, я действительно сожалею о том, что все так сложилось. Когда-то у нас был неплохой шанс стать если не друзьями, то… союзниками. Вот только Сноуку такой союз был совсем некстати. Я вообще стараюсь поменьше думать о нашей взаимной ненависти, стычках и конфликтах, потому что было время, когда мы помогали друг другу, поддерживали, и даже спасали жизнь. Мы не можем изменить прошлое, но можем повлиять на настоящее и будущее. – Я свой выбор уже сделал, – твердо и спокойно сообщил Хакс. – Я, как ты знаешь, тоже, – тем же тоном ответил Рен. – Мира, давай прокатимся по стандартной орбите на противоположную сторону. – Ты за рулем или я? – с заигрыванием в голосе поинтересовалась корабль-киборг. – Прости, милая, я поведу, – сказал ей Рен и кивнул Хаксу занять кресло второго пилота. – Хорошо выглядишь, Хакс, – обратилась к нему Мира. – Стильно. Строгий черный тебе идет. – Спасибо, милая, – копируя тон Рена, ответил он. А потом они прокатились по стандартной орбите, используя сдвоенные ионные двигатели. Для себя Хакс отметил, что те, как ни странно, не оставляли после себя ионного выхлопа, и он сделал себе заметку изучить конструкцию, как только – так сразу. Дважды за проделанный маршрут ему очень захотелось стукнуть Рена за его выкрутасы, однако тот вовсе не выпендривался, он просто летал так, как ему нравилось. Но когда впереди показались очертания «Галактики», Хакс забыл обо всех своих претензиях и готов был поклясться, что сердце пропустило удар. Она была прекрасна. – Они нас уже засекли? – поинтересовался он то ли у Рена, то ли у Миры. – Нет. Мы будем нежданными гостями. Никто ничего не поймет до тех пор, пока мы не сойдем на борт. – Как мне представить тебя команде? – задал Хакс своевременный вопрос. – Ты думаешь, что я нуждаюсь в представлении? – развеселился Рен, заложил крутой вираж и устремился к открывающимся воротам ангара. – Устроим людям праздник! Хакс уставился на него, как на последнего идиота, и не нашелся с ответом. – Не переживай, я не собираюсь оспаривать твою власть. Они влетели и приземлились под оглушающие сигналы тревоги. – Как в старые добрые времена на «Финализаторе», – добавил Рен. – Это-то меня и тревожит, – чуть слышно произнес Хакс, отстегнул ремни и поспешил на выход. Еще немного и по ним откроют прицельный огонь. Сходить на свой собственный флагман, когда на тебя нацелены минимум сто пятьдесят стволов было волнительно, но Хакс держался как Император. Он даже с шага не сбился. А как приятно было увидеть на лицах «встречающих» искреннее изумление и даже священный ужас при его появлении, Хакс и передать не мог. – Капитан Рейнолдс, – поприветствовал он подоспевшего к нему командира. – Я получил Ваш отчет о введении «Галактики» в эксплуатацию и решил лично проверить ее готовность. Тот хлопал глазами и не знал, что сказать. Он в буквальном смысле слова встретил привидение. Как, собственно, и все остальные. – Генерал Хакс! – раздался от входа в ангар довольный и знакомый голос. – Коммандер, – поприветствовал бывшего лейтенанта Митаку Хакс. – Хоть кто-то рад меня видеть. – Добро пожаловать на борт, сэр, – наконец-то нашелся капитан и отдал ему честь. – Вольно. И выключите уже тревогу. – Если бы Вы отправили сообщение о своем прибытии, мы бы приготовились как полагается, Мастер, то есть генерал, сэр. – Я не хотел делать из этого какое-то особое событие, капитан, мы прибыли проинспектировать флагман и опробовать его в действии. Прошу подготовить каюты для меня и… – Он обернулся, Рен все еще был на «Мерцающей». Издевался, не иначе. Или снова флиртовал со своей «подружкой», в очередной раз поставив Хакса в неудобное положение. – И вечно опаздывающего Верховного Лидера Рена, – с вызовом в голосе продолжил он. – Верховный Лидер жив? – изменившись в лице, почти шепотом спросил Рейнолдс, тут же позабыв про субординацию. – А как, по-вашему, мы не попались на радары и открыли ворота ангара? – позлорадствовал Хакс. У него заканчивалось терпение. – И дозаправьте нашу малышку, Рейнолдс, – раздалось сзади. Рен спустился прогулочным шагом, прихватив их вещи, кивнул всем собравшимся и не говоря больше не слова, направился к лифту. Вот так. Взял и все испортил. Впрочем, как и всегда. – Куда ты направляешься? – нагнал его Хакс у лифта. – На мостик. Полагаю, как и ты, – ответил Рен. – Ты не можешь заявиться на мостик в таком виде. Они вошли в лифт. Вдвоем. Больше желающих не нашлось. – А что не так? – Ты выглядишь как… Рен вопросительно на него посмотрел. – Как твой отец, лет тридцать пять назад. – Мою мать это устраивало, а она была принцессой, – пожал плечами Рен. Это был даже не фарс, это был полный провал. – Я не собираюсь устраивать показательный бой сейчас, просто хочу посмотреть «Галактику». И надеюсь, что демонстрацией все-таки командовать будешь ты. – Я не могу тебе запретить, – обреченно сказал Хакс. – Вещи хотя бы оставь. – У тебя слишком много условностей. – Да. Это военный объект. Тут все строится на условностях и дисциплине, и если им не будет подчиняться командир, то не будет подчиняться и команда. Мы не пираты, не контрабандисты и не Сопротивление. – Хорошо, – согласился Рен. – Сделаем по-твоему. В этот момент где-то точно взорвалась сверхновая.