Галактика

Новый флагман, как и все новые линейные крейсеры возрождаемого флота, не был в прямом смысле наследником Первого Порядка, Империи, Старой или Новой Республики. Он отличался меньшим размером, более плавными линиями, хорошей управляемостью и маневренностью, усиленными щитами, усовершенствованными двигателями и новыми турболазерными батареями. Инженеры «Куат-Энтралла» работали над чертежами вместе с Реном и Хаксом, устранив провальные недоделки бывших звездных разрушителей. Корабль, как и прежде, приводился в действие ионными двигателями, но уже без вспомогательного реактора, который занимал слишком много места и требовал дополнительных затрат на охлаждение. А вот магнитным турбинам и компенсаторам было уделено больше внимания, так же, как и маневровым двигателям. Теперь крейсер не только мог двигаться быстро по прямой, но и маневрировать на большой скорости, мог почти мгновенно дать обратную тягу и резко сменить направление. Патент на изобретение Мастер предусмотрительно забрал себе, оставив за «Куат-Энтралла» монополию на производство. Управлялась «Галактика» гораздо меньшим экипажем, чем «Финализатор», к примеру. Многие процессы были автоматизированы, а где-то специалистов заменили дроиды. И дело тут было не в численности армии, хотя и в этом тоже, а в том, что заменить технику оказалось гораздо проще, чем заменить по-настоящему знающих и преданных людей. Тем более, что у Мастера был прекрасный опыт управления целой компанией с полной автоматизацией процессов и машинным контролем. Особой гордостью «Галактики» стало ее вооружение. Самонаводящиеся турели с мгновенным откликом, тяжелые ионные пушки и усовершенствованные турболазеры. Хакс до конца так и не понял весь этот фокус с кайбер-кристалами, который проделал Рен, но теперь им не требовалось времени на разогрев и перезарядку, а один залп легко мог разнести целую планету на атомы. «Звезда Смерти» в миниатюре. Жаль, через подпространство, как «Старкиллер» они пока не стреляли, но технология луча фантомной энергии уже была в разработке. На флагмане пока что установили плазменные орудия в дополнение к ионным пушкам. Сердцем «Галактики» стал очень энергоемкий реактор гиперматериальной аннигиляции, он давал энергии больше, чем прежний, но был гораздо компактнее и размещался автономно в специальном отсеке, который при непоправимой аварии можно было отсоединить и сбросить, чтобы спасти корабль. Хакс все еще не мог забыть тот взрыв в осцилляторе, который привел к уничтожению «Старкиллера». А дважды он одних и тех же ошибок не совершал. Оказавшись в приготовленной для него каюте, Хакс ощутил, что вернулся домой. Он, как и многие офицеры Первого Порядка, привык жить на корабле. Иногда ему даже казалось, что на планете он не чувствовал себя целостным. Мешали посторонние звуки, запахи, слишком яркий свет, осадки. Не хватало мерного жужжания приборов и искусственной гравитации. Тут же все было на своих местах. Он расслабился, лег на кровать, прикрыл глаза и улыбнулся сам себе. «Наконец-то!». В этот момент раздался гостевой запрос. Ничего не изменилось. Впрочем, он не жаловался. – Генерал Хакс. – На пороге стоял коммандер Митака. – Капитан Рейнолдс попросил уточнить, нужно ли подготовить к сегодняшним испытаниям другие корабли или в демонстрации будет задействована только «Галактика»? – Проходите, коммандер, – пригласил его Хакс. – Приказ у капитана довольно ясный. К сегодняшним испытаниям подготовить только «Галактику», к завтрашним весь флот, но если это был повод сказать что-то лично мне или о чем-то попросить, то я вас слушаю. – Хотел поблагодарить Вас за то, что связались с нами и дали возможность снова почувствовать себя частью единого целого. «Финализатор» тогда только успел выйти из гиперпространства, как мы получили известие о гибели Императора. Мы решили не вступать в заранее проигрышный бой и скрыться. – Я знаю, – кивнул ему Хакс. – Присаживайтесь. – Он указал на диван. – Нас всю жизнь учили подчиняться и следовать приказам, и, когда мы остались одни, в одно мгновение став врагами всей Галактики, мы просто не знали, что делать. Это были жуткие времена. До тех пор, пока с нами не связался Мастер и не предложил вновь объединиться. Я догадывался, что Мастер – это кто-то из наших, но я лично очень рад, что им оказались именно Вы. – Митака все-таки сел. – Я понимаю, что нас сейчас еще недостаточно, чтобы выступить открыто. Но все-таки, какая у нас конечная цель? Очень интересный вопрос. Хотел бы сам Хакс знать на него прозрачный ответ. Но заданный конкретный вопрос требовал такого же конкретного ответа. И Хакса осенило. – Мы не сепаратисты, не хунта и не Сопротивление. Галактике нужна тренированная армия и хорошо оснащенный флот. Лучше, если их создатель будет выходцем из нужной среды и системы, а подчиненные – опытными офицерами и солдатами. Мы не стремимся захватить власть, собственно, мы и так ее уже захватили. Мы стремимся к порядку. Поверьте, придет тот день, когда мы выйдем из тени. Но не как Первый Порядок или Новая Империя, а как гарантия мира и равновесия. И в этом плане моя политика мало чем отличается от политики Мастера. – А Верховный Лидер? – Благодаря ему все мы еще живы. Приятно было ради разнообразия сказать правду. – Он будет участвовать в демонстрации? – Безусловно, – ответил Хакс. – И перестаньте бояться его. Это не делает Вам чести. Я назначил Вас на «Галактику» как лучшего в своем выпуске и как одного из самых талантливых офицеров. Не давайте мне поводов сомневаться в моем решении. – Спасибо, сэр. «Галактика» примет тренировочный бой во всеоружии. – Идите, готовьтесь. От Рена можно было ожидать любых сюрпризов. К сожалению, время на непродолжительный сон было безвозвратно упущено и оставшиеся до полудня часы Хакс решил посвятить работе и изучению конструкции «Мерцающей». Уж больно загадочным был этот перехватчик. Особенно его «разум». С сетью, финансами и сделками Хакс разобрался довольно быстро. Но стоило ему развернуть информацию о корабле-киборге, как он в буквальном смысле «завис». Часть названий показалась ему лишь смутно знакомой, что само по себе было очень странным, и попадались такие элементы конструкции, о которых он вообще никогда не знал. Инженер-Хакс готов был рвать на себе волосы. Рен никогда не был умнее него, вот никогда! Внутри с новой силой закипало старое соперничество. Можно было легко проиграть Рену в сабакк, тут ничего странного, все-таки тот был форсюзером и видел карты насквозь. Но проиграть ему на своем собственном поле было выше всякого понимания. А затем Хакс посмотрел имена разработчиков. Конечно, среди них числился сам Рен, несколько совершенно незнакомых фамилий и… Энакин Скайуокер? Квай-Гон Джинн? Серьезно? Хакс свернул чертежи и кинулся в каюту Рена. Дверь перед ним открылась быстрее, чем он успел донести руку до панели запроса. – Всего пару дней, обещаю, ты и соскучиться не успеешь, – сказал Рен голограмме хрупкой хорошенькой блондинки, одетой роскошно, но как-то слишком откровенно даже по меркам Корусанта, махнул рукой, и та исчезла. – Что случилось? – обратился он к Хаксу. – Не мог до дома потерпеть? – раздраженно спросил Хакс. Хотя спросить он хотел совсем не об этом. – Фло не знает, где я, а сигнал отследить невозможно, – на автомате отозвался Рен. – Слушай, Хакс, заведи себе кошку. – Зачем? – Чтобы твое ворчание было хоть как-то оправдано. И ты не ответил, что случилось? – Сменил он тему. – Я ознакомился с конструкцией «Мерцающей», – издалека зашел Хакс. – Так. – Я не понял некоторые моменты, – почти выдавил из себя он. А потом неожиданно пошел в наступление. – Энакин Скайуокер? Квай-Гон Джинн? Как это понимать? Ты издеваешься? Йода не участвовал? Или Магистр Винду? А генерал Кеноби? К ним ты этот проект на подпись не носил? – Я могу общаться с Призраками Силы. С некоторыми мне интересно и комфортно. С дедушкой и Квай-Гоном мы здорово поладили, с Йодой до сих пор расходимся во мнениях, Мейс Винду меня игнорирует. Что до Оби-Вана, то тут все сложно. Но есть и многие другие, с кем мне приятно обмениваться знаниями. Сознание Миры – идея Квай- Гона, реализация дедушки. Сплав корпуса – совместная находка Ситхов древних времен. – Вот так просто? Джедаи с Ситхами поработали вместе? А результатом полета их творческой мысли стала «Мерцающая»? – Хакс откровенно издевался и чувствовал, что нарывается. – Да. Так. Просто, – огрызнулся Рен. – Ты достал меня. Можно уже наконец осознать, что мир не делится на добро и зло, что нет ничего абсолютного, что помимо черного и белого существуют другие оттенки? А Силе вообще до звезды, кем ты себя считаешь! Освещение в каюте замигало и погасло. Воздух стал ледяным. Рен сделал глубокий вдох и медленный выдох. Освещение вернулось, а вместе с ним тепло. – Знаешь, Хакс, ты единственный, кто до сих пор способен вытаскивать из меня эмоции такой силы на пустом месте. – Я пойду. К себе, – неуверенно сказал Хакс и сделал полшага назад. – Можешь вызывать обратно свою красавицу. – Перестань. – Что? – Ревновать. Никто из них все равно тебя не заменит. Давай развернем чертежи, и я расскажу тебе о «Мерцающей». Объясню моменты, которые вызвали у тебя сомнения. Время пролетело незаметно. Рен разлегся прямо на полу и болтал без умолку обо всех идеях и их воплощениях в реальность. Хакс свесился с дивана, как недавно предложенная ему кошка, и играл с проекцией, доставая из нее нужные куски и отбрасывая лишнее. Они целую вечность так интересно не разговаривали. Хотелось сделать с этого времени слепок и заморозить его в вечности. Жаль только, что все хорошее имеет свойство заканчиваться. Сообщение о десятиминутной готовности демонстрации «Галактики» вернуло обоих в реальность. – Переоденься, – бросил Хакс на выходе и быстрым шагом направился к себе. Наступил корабельный полдень. На мостик оба командующих прошли вместе. Выглядели они, конечно, совершенно не так, как раньше. И если Хакс еще как-то старался соответствовать, выбрав строгий черный костюм и сапоги, то Рен, да прибудет с ним Сила, больше походил на Энакина Скайуокера перед самым его переходом на Темную Сторону. Хорошо хоть теперь не на Хана Соло. Но вид обоих все равно заставил всех офицеров мостика замереть в благоговейном ужасе. Первым нашелся капитан Рейнолдс. Он быстро отчитался о готовности всех систем, рассчитанном курсе и необходимых приготовлениях. И не успел Хакс рта раскрыть, как Рен тут же отдал приказ о маневрах с прохождением полосы препятствий. И чтобы капитану было нагляднее, проложил ему вполне физически видимый маршрут Силой. Отчего-то тот слишком сильно смахивал на гоночную трассу для шаттлов. – Две минуты и девятнадцать секунд на прохождение всего кольца с момента старта. Это довольно средний результат для команды стандартного шаттла, участвующего в подобных соревнованиях, – сказал Рен. – Уверен, что «Галактика» сможет пройти такой маршрут за минуту и сорок три секунды, если управлять ей будете вы, Рейнолдс, за минуту и девятнадцать секунд, если управлять ей будет Хакс. И за сорок девять секунд, плюс, минус доли, если управлять ей буду я. Наступила мертвая тишина. – Что? Начинайте делать ставки, господа офицеры. Первый у руля – капитан. Идея оказалась весьма неплоха. Как еще можно было опробовать скорость и маневренность, если не создать максимально приближенные к реальным условия. А что может быть более захватывающим, чем гонки для шаттлов, в которых из ста двадцати стартовавших экипажей до финиша добиралось меньше трети. Рен почти не ошибся. Рейнолдс не участвовал в разработках флагмана и вполне ожидаемо не знал всех возможностей, Хакс был осторожен, как и положено настоящему командующему. Зато Рен наслаждался полетом. Он так умело вписывался во все повороты и так успешно обходил все препятствия на огромной скорости, что честно заработал аплодисменты всего мостика, когда прошел «трассу» за сорок семь и двадцать три сотых секунды. Лучший пилот в Галактике, чего уж там. – Я вовсе не хотел как-то унизить Вас, капитан, – открыто сказал Рен, как только закончил демонстрацию. – Вы пока не в курсе той мощи, которая оказалась у Вас в руках. Я лишь хотел показать Вам суть скорости и управляемости корабля. Тренируйтесь. Наступит момент, когда от нескольких долей секунд будет зависеть Ваша жизнь и жизнь всего экипажа, возможно, всего живого вообще. А Хакс, как всегда, осторожничает, но у него слишком богатый опыт, чтобы рисковать безрассудно. Не согласиться было сложно. – А теперь ведите «Галактику» по рассчитанным координатам, думаю, пора устроить нашей красавице настоящее боевое крещение, – отдал приказ Рен и отошел в сторону. Гоночная «трасса» исчезла, а флагман ушел в гиперпрыжок к заранее выбранному для демонстрации месту. Подальше от планет и чужих глаз. Как только они вышли из гиперпространства, то тут же попали под шквальный огонь неприятеля. Щиты «Галактики» предсказуемо выдержали первую волну. Но такого не ожидал никто. Даже Хакс. Однако он единственный, кто тут же взял себя в руки и принялся командовать контратакой. – Что это такое? – в коротком промежутке между приказами, бросил он Рену. – Когда не за что сражаться, – ответил тот, – то сражение не имеет смысла. А эффект неожиданности заставляет кровь бежать быстрее. Продолжай, генерал. Я ставлю на твою победу. – Но их слишком много! – «Галактике» это по силам, – резко ответил Рен. Хакс убил бы его, если бы дотянулся и если бы было время. Но отвлекаться не стал. Провалить демонстрацию он не мог, гордость не позволяла. Одна «Галактика» против флота сепаратистов графа Дуку под командованием генерала Гривуса? Чудно! Но Хакс выбор оценил. Это снова был удачный ход. Рен заставлял их провести бой с организованными и подготовленными силами, а не с шайкой Сопротивления. Так же он не стал противопоставлять им Имперский флот, что тоже было своеобразным плюсом. И все-таки противник оказался слишком силен. Идти в лоб даже на «Галактике» было смерти подобно. Что ж, Хакс управлялся когда-то и с меньшим. Он быстро прикинул и рассчитал все возможности и решил импровизировать. Если Рен думал, что выиграть это сражение им по силам, значит, так оно и было. И потом, не зря же он выбрал именно флот сепаратистов и начал демонстрацию с гонок. То был прекрасный бой. Рен, сначала пожаловавшийся на отсутствие кресла на мостике, очень быстро забыл о комфорте и буквально приклеился к обзорному экрану. Его полностью захватил азарт погони и сражения. И «Галактика» была ой как хороша! Она двигалась и стабилизировалась с такой грацией, что на борту практически не ощущалось никакого особого дискомфорта, хотя, были пара моментов, когда очень хотелось за что-то схватиться, чтобы не впечататься в стену или переборку. Турболазеры проходили сквозь чужие щиты, словно их не было совсем, турели расстреливали истребители настолько быстро, что те даже не успевали сориентироваться, ионные пушки умело выводили из строя корабли и дроидов, а плазменные орудия – добивали. Хакс даже не стал сразу выпускать истребители и бомбардировщики. Их он оставил напоследок, чтобы окончательно добить остатки сил противника. – Поздравляю, генерал! – воскликнул Рен, когда бой был окончен. – Ты быстро сориентировался на месте и подстроил все свои академические знания под возможности «Галактики», рассчитал все слабые стороны противника и сыграл на своей силе, скорости и маневренности. Жаль на абордаж никого не взяли. – Еще успеешь помахать своим мечом. – Кстати, он так и не выяснил, есть ли у Рена вообще тот самый световой меч, или он теперь ему без надобности. – Отчет о повреждениях и потерях, – обращаясь к капитану потребовал Хакс. – Готово, сэр. На месте обзорного экрана тут же развернулся наглядный отчет о состоянии всех систем корабля, обоих крыльев истребителей и бомбардировщиков. Повреждения для такого масштабного сражения были минимальны, так же, как и потери среди эскадрилий. По-хорошему, конечно, они вообще не были реальными, как и все силы сепаратистов. Но это никак не отразилось на радости от выигранного только что сражения. – Я хочу выразить всем огромную благодарность за слаженную работу и прекрасную демонстрацию возможностей «Галактики», – громко сказал Хакс. – Думаю, все мы сегодня заслужили небольшой праздник. После передачи смены, разумеется. Капитан Рейнолдс, верните флагман на орбиту Шикитари. Он подошел к Рену. – Оставайся, – тихо сказал тот. – Конечно, до конца смены, может и дальше. Рен что ожидал, что Хакс вот так сразу покинет мостик? – Совсем оставайся. Я перевезу тебе сюда оборудование и будешь командовать тут обеими «Галактиками». – Ты хотя бы представляешь, сколько оборудование вместе с дроидами займут места? Мне понадобится минимум целая палуба, а то и больше. – Придумаем что-нибудь. Тебе же здесь нравится. И скрываться не нужно, можно с людьми спокойно общаться, на вечеринки ходить. – Рен, ты больной? Я никогда не ходил ни на какие вечеринки и с подчиненными общался только по службе, отдавая приказы. – А как же Фазма? Вы вроде были приятелями? – Вроде. – Хакс не любил вспоминать об этом. – Единственным исключением в моей прошлой жизни был только один невыносимый особо одаренный. Да и то недолго. Рен отвернулся и ничего не ответил. Похоже это до сих пор была больная тема для них обоих. «Галактика» вернулась в прежнее место. Экипаж вернулся к своим обычным обязанностям. Хакс остался на мостике, а Рен пошел осматривать корабль. Про иллюзию Силы все, конечно, поняли, так же, как и оценили многократно возросшее могущество Верховного Лидера. Однако повсеместный ужас эта мощь не вызывала. Она, как ни странно, вызвала уважение. А у Хакса очередные вопросы. Ему искренне стало любопытно, сколько иллюзий Рен мог удерживать одновременно? И что еще в этот момент он мог делать? Если бы он сам вступил в серьезную схватку, смог бы он по-прежнему управлять созданной им картинкой или нет? Каково должно быть его внутреннее состояние, чтобы управлять временем, пространством, самой Силой? Сколько все это отнимает энергии и как он восполняет ее? Сколько в нем осталось от человека? И, пожалуй, последний вопрос волновал Хакса больше других. Кто недавно стоял рядом с ним на мостике, с кем он общался в последние годы? С какой-то там всемогущей сущностью или все-таки с реальным человеком, наделенным определенными возможностями? Хакс не знал, есть ли ему дело до всемогущей сущности, но вот с человеком он бы хотел остаться рядом навсегда.