Чем тише омут, тем страшнее черти в нем водятся

      Михримах-султан по просьбе своей маленькой дочери гуляла вместе с ней в дворцовом саду, наслаждаясь чудесной весенней погодой.       Вдыхая заполонившие собой все вокруг ароматы свежих цветов, распускавшихся с каждым все больше и больше, луноликая, ведя юную султаншу за ее крохотную ручку, думала о чем-то своем.       В какой-то момент девочка, резко вырвавшись из нежной хватки материнской руки, побежала куда-то вперед, в то время как служанки едва поспевали за ней. Умиляясь открывающейся взору картине, султанша улыбнулась, а затем решила немного отдохнуть, расположившись на тахте, покрытой тенью от большого шатра.       Немного сощурив свои глаза серого оттенка, чтобы хоть как-то защитить их от палящего солнца, нагло рассеявшего повсюду свои ослепительно-яркие лучи, девушка взяла с низкого стола стакан, наполненный прохладным и освежающим напитком со вкусной сладостью, и отвела взгляд куда-то вдаль.       Из навалившихся мыслей ее иногда выдергивал детский смех, каждый раз доносившийся с разных мест. Это заставляло и саму Михримах окунуться в давние воспоминания.       Ах, если бы кто-нибудь придумал, как сохранить прожитые когда-то дни, запереть их, словно духи, во флакон и не выпускать оттуда! Чтобы они никогда не исчезли. Никуда не испарились. Никогда не потускнели. А когда захочется, нужно будет только вынуть пробку — и ты сможешь заново пережить тот миг.       Казалось бы, только вчера она сама была наивным, но очень счастливым ребенком, а теперь, спустя многие годы, повзрослевшая, она наблюдает за тем, как растет ее малышка Айше. Как же хотелось вернуться в славное прошлое… Но, увы, это невозможно.       Однако жить, постоянно оборачиваясь назад, тоже нельзя. Это неправильно: что в таком случае случится со столь, казалось бы, далеким будущем, которое на самом деле наступит уже завтра?       Решив не зацикливаться на подобных мыслях слишком долго, любимая дочь Султана подозвала к себе одну из своих служанок:       — Нергиз, принеси мне немного лукума с кухни.       — Слушаюсь, госпожа, — одна из двух девушек, стоявших неподалеку, подошла ближе к тахте. Выслушав Михримах и склонившись в ответ в легком поклоне, хатун поспешила по дорожке во дворец, чтобы скорее исполнить приказ султанши.       Прошло совсем немного времени с того момента, как служанка луноликой ушла, как вдруг сзади послышались чьи-то торопливые шаги. Это удивило шатенку — она приподняла бровь: странно, неужели ее просьба была выполнена настолько быстро?!       Но нет, она ошиблась. Спустя несколько мгновений дочь Хасеки увидела фигуру девушки в светло-бежевом платье и узнала в ней свою невестку, которая, вероятно, возвращалась с прогулки, однако почему-то без слуг. Михримах окликнула ее:       — Мерьем!       Та вздрогнула, остановилась и, то ли испугавшись, то ли не понимая, резко обернулась:       — Простите, госпожа, я Вас не заметила, — крымчанка неловко кивнула головой в знак приветствия.       — Проходи, садись. Прекрасный сегодня день, не так ли? — улыбнулась луноликая и поднесла руку со стаканом ко рту, намереваясь сделать еще один глоток лимонного шербета, но, почувствовав, что сосуд уже опустел, поставила его обратно на софру.       — И правда, отличная погода. Как Айше Хюмашах? — поинтересовалась темноволосая, пытаясь скрыть нервозность за дежурной улыбкой.       — Хвала Всевышнему, все хорошо. Только жаль бедных служанок: они уже устали постоянно бегать за ней, — слегка засмеялась госпожа Луны и Солнца.       — А разве мы такими не были? — улыбнувшись, ответила султанша, но что скрывалось за этой улыбкой? Страх быть пойманной после встречи в Мраморном павильоне? Или же ничего? Никто не узнает…       — Верно, — задумчиво протянула шатенка, вспоминая, сколько она в свое время создавала хлопот матушке.       Султанши еще немного времени поговорили о чем-то, а затем разошлись по своим покоям, приветливо попрощавшись, однако, несмотря на это, на душе у Мерьем было неспокойно. Ее терзал вопрос: а не возникло ли у Михримах-султан каких-нибудь подозрений насчет супруги брата?

***

      Было далеко за полночь.       Эту ночь Мерьем, как и все предыдущие, провела в покоях шехзаде. Она так и не смогла сомкнуть глаз. Почувствовав духоту, девушка решила наполнить легкие свежим воздухом.       Открыв двери как можно тише, чтобы не разбудить Баязида, крымчанка вышла на балкон. Открылся великолепный вид на ночной Босфор. Легкий и приятно-холодный ветерок развивал ее темные локоны.       Уже очень много времени брюнетка провела в раздумьях над предложением Махидевран-султан. Лучше иметь союзника, чем идти этим сложным путем одной. Но нет ли здесь очередной ловушки? Сейчас предстоит сделать важный, но столь тяжелый выбор, который может изменить все. Если она и согласиться играть в эту игру, то только по своим правилам, не поддаваясь ничьим приказам. Она не приехала сюда мило общаться, наивно думая, что все эти слова — правда. Нет, она приехала сюда побеждать!       Осталось всего два дня, чтобы принять решение. Все «за» и «против» уравновешивали друг друга, и именно в этом и заключалась сложность.       Кроме этого, ей не давала покоя мысль о том, что Михримах могла что-то заподозрить. Мерьем не ожидала встретить кого-нибудь, возвращаясь после встречи с таинственной незнакомкой. В тот момент она думала над предложением Махидевран-султан, выбившим немного из колеи, и, повстречавшись с сестрой Баязида, боялась, что нервозность могла выдать ее.       Увидев, как солнце начало медленно восходить над линией горизонта, а небо — с каждым мгновением становиться все голубее и голубее, Мерьем решила вернуться обратно и все же попытаться уснуть, хотя бы на какое-то время.

***

      Рустем-паша, находясь в главных покоях Топкапы, отчитывался перед Повелителем, рассказывая о событиях, произошедших в государстве за минувшую неделю. Сулейман иногда задавал вопросы, уточняя некоторые детали, заинтересовавшие его.       — Довольны ли наши торговцы? — спросил Султан, явно находясь в хорошем расположении духа. А как могло быть иначе, если сегодняшнее утро он встретил вместе со своей любимой супругой-красавицей!       — Конечно, Повелитель. Благодаря Вашим законам, их положение улучшилось, — улыбнулся визирь.       — Хорошо. Как продвигается допрос лучника?       — Повелитель… увы, но ему удалось унести эту тайну с собой в могилу, — немного замявшись, покаянно ответил Рустем, опустив голову.       — Как это могло произойти? — гневно воскликнул падишах, чуть не вскочив с дорого отделанной тахты, на которой все это время восседал. Грозный взгляд явно свидетельствовал об испортившемся настроении Повелителя и не сулил ничего хорошего паше.       — Сегодня утром мы нашли его мертвым в одной из темниц. Скорее всего, он либо сам выпил яд, либо тот, кто ему покровительствует, отравил воду, что дают заключенным. Теперь шансы найти виновного совсем малы.

***

      Еще один весенний день пролетел незаметно. Уже через несколько часов шехзаде должны были разъехаться по своим санджакам.       Крымчанка спешила в Мраморный павильон на встречу с султаншей. Однако оказалось, что Мерьем пришла на обозначенное место немного рано — Махидевран-султан еще не было. Через некоторое время дверь с тихим скрипом открылась.       — Госпожа, — поклонилась девушка.       — Каково будет твое решение? — приступила сразу к делу Весенняя роза.       — Я согласна на Ваше предложение, — ответила Мерьем с непоколебимой уверенностью и в голосе, и в сердце, глядя прямо в глаза женщины, в которых после прозвучавших в комнате слов отчетливо читалось чувство победы.       — Признаюсь, я не ожидала такого ответа. Но я очень рада, что ты согласилась. Тогда через несколько недель после приезда ожидай от меня письмо. В нем не будет ничего важного, просто хочу убедиться, что послания не станут перехватывать. И не забывай сжигать их, чтобы если, не приведи Аллах, правда вскроется, никто не смог найти никаких доказательств, — предостерегла девушку от ее возможных ошибок Махидевран, довольно улыбнувшись.       — Хорошо, я услышала Вас, госпожа, обязательно буду следовать Вашим указаниям, — Мерьем прекрасно понимала, что как раз такие слова и желала услышать новоявленная союзница, и поэтому она произнесла именно их и тем самым отлично сыграла преданность и покорность. Сыграла! Сыграла, потому что отныне девушка будет вести свою игру! Игру по своим правилам, которые напишет только она сама.       — Отлично, можешь идти, — улыбнувшись, мягко сказала Махидевран, на что брюнетка скромно поклонилась и поспешила покинуть Мраморный павильон.