позову тебя на свидание в ресторан морской кухни

Слэш
NC-17
В процессе
160
автор
Olga G. бета
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 59 страниц, 8 частей
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде
Награды от читателей:
160 Нравится 32 Отзывы 40 В сборник Скачать

“i’ll send you old school letter”

Настройки текста
      — Что мы здесь делаем? — напуганный взгляд Ойкавы блуждал по его лицу в поисках ответа.       — Ойкава, пожалуйста, присядь, — голос Суги был единственным слышимым звуком в помещении, поэтому казалось, что он проговорил это слишком громко, — Я, действительно, хочу тебе помочь, и я обещаю, что все будет хорошо. Она отличная специалистка. Просто поговори с ней, ладно?       — Разговариваешь со мной, как будто сдаёшь в психушку, — улыбаясь, прошептал Тоору, — Думаю, мне действительно, станет легче, если обратиться к профессионалу, но ведь это дорого, у меня точно нет таких денег, в «Книжной Аллее» не так уж и много платят, — он тихо хмыкнул.       — Я уже все оплатил, так что насчёт этого переживать не стоит.       Их разговор прервала улыбающаяся женщина средних лет, вышедшая из двери, ведущей в кабинет врача. Её темные волосы были собраны в низкий хвост, из макияжа присутствовала лишь темная помада, а одежда показалась Сугаваре очень подходящей для современной психотерапевтки. Подол красного льняного платья едва касался лодыжек женщины, а сверху был накинут бежевый пиджак. Она пригласила Ойкаву в кабинет, а Коуши остался ждать их в приемной, рассматривая её интерьер. Молодому человеку сильно хотелось спать, ведь ночью он пытался договориться с Сато-сан, именно так звали психотерапевтку. Последний раз они виделись два года назад, когда закончилась терапия Суги. После побега из дома Коуши требовалась психологическая помощь, но найти нужного врача было очень непросто, потому что денег у молодого человека было крайне мало. Сато Аямэ стала настоящим спасением для Сугавары, и спустя год сеансов его перестали мучать ночные кошмары. Но уговорить Сато-сан на то, чтобы она приняла Ойкаву, когда у неё нет ни одного свободного окошка на месяц вперёд, было сложновато.       Чтобы скоротать время, сенсей достал телефон и, воткнув в него наушники, принялся выбирать песню. Нажав на любимую композицию, Коуши прикрыл глаза.

I don't know what to do without you I don't know where to put my hands I've been trying to lay my head down But I'm writing this at three AM

      В кромешной темноте появляется образ. Образ такой знакомой неизвестности. Коуши протягивает руку, чтобы дотянуться до каштановых волос, так привлекательно развевающихся ветром. И он дотрагивается. Сугавара всегда думал о том, что они мягкие, но дотронувшись, окончательно в этом убедился.

On sunny days I go out walking I end up on a tree-lined street I look up at the gaps of sunlight I miss you more than anything

      — Суга-чан, мне кажется, тебе пора просыпаться, — сквозь улыбку прошептал Тоору и исчез.       Открыв глаза, Коуши обнаружил, что Ойкава вновь находится в приёмной, но на этот раз нависнув над ним. Из упавших наушников доносились слабые отголоски песни. Сугавара улыбнулся Тоору и сразу после склонил голову, чтобы посмотреть время на дисплее телефона. Прошло чуть больше часа с тех пор, как Ойкава зашёл в кабинет.

And autumn comes when you're not yet done With the summer passing by, but I don't think I could stand to be Where you don't see me

      — Приём уже закончен? — сонно поинтересовался Суга.       — Ага, ты сегодня свободен? — не дожидаясь ответа, он продолжил, — Давай сходим в Старбакс, а я расскажу тебе о приёме. — сделав небольшую паузу, он хитро улыбнулся, — ты, кстати, очень мило спишь.       — Спасибо, — неуверенно протянул Суга, вставая с кожаного диванчика, — Думаю, мы можем идти.       — Совсем забыл, — оказалось, все это время Тоору держал тетрадку, которая сейчас была протянута Сугаваре, — можешь, пожалуйста, убрать это к себе в сумку? У меня же с собой нет ничего, куда бы я мог ее убрать.       Коуши согласился, и молодые люди прошли к лифту. Оба хотели что-то сказать, но им почему-то было неловко и, только выйдя на улицу, Сугавара вновь заговорил.       — А что за тетрадь? — кивнув в сторону своего шоппера, спросил Суга.       — Сато-сан дала мне её, чтобы я записывал туда какие-то положительные моменты, а как только страницы закончатся, я должен прийти к ней.       — То есть, до этого ты не будешь к ней ходить? — Ойкава поймал на себе непонимающий взгляд, — я думал, тебе нужно что-то вроде терапии.       — Если у меня вновь будут панические атаки, то я сразу должен бежать к ней, а так все в порядке, — Ойкава посмотрел на Сугу, в глазах которого возник какой-то вопрос. — В Starbucks мы идём потому, что она сказала мне, что нужно перестать избегать места, куда я ходил с Нэо, чтобы окончательно отпустить эту ситуацию. Ну, ещё возможно я хочу сходить с тобой куда-нибудь, — он ухмыльнулся.       Сугавара не совсем понял, как Тоору предугадал то, о чем он хотел спросить, но не стал акцентировать на этом внимание, а лишь подтолкнул его в сторону какой-то улицы. Пройдя сквозь неё, они вышли к месту, где были в прошлый раз. Отсюда было видно и Старбакс, и ту маленькую кофейню, в которой молодые люди впервые немного сблизились. Дойдя до первого заведения, оба протянули руки к ручке двери и, почти соприкоснувшись, засмеялись.       Ойкава открыл дверь и пропустил улыбающегося Коуши. Как только Суга сел за стол, Тоору сообщил, что ему нужно отойти. Уйдя в сторону уборной, он оставил сенсея наедине со своими мыслями.       Рассматривая типичный для подобного заведения интерьер, Коуши в голову пришла мысль, при воплощении которой он мог потерять абсолютно все, что приобрёл за этот недолгий срок. Сейчас или никогда. Достав зелёную тетрадь, Коуши открыл ее с конца. Всматриваясь в голубоватые полоски на листах, Сугавара окончательно обдумывал свою идею. Он резко взял ручку, лежавшую у него в сумке, и принялся писать. Выводя, каждую букву, сенсей пытался не думать о том, что в данной ситуации такая спонтанность не поможет. Он дописал сообщение, вышедшее на пол-страницы, и убрал тетрадку обратно. Очередная песня на фоне сменилась, пока Коуши вглядывался в темную поверхность деревянного стола.       — Это моя любимая песня, — подошедший Ойкава улыбался, хотя глаза его были необычно грустными и слегка покрасневшими.       — С тобой все в порядке? — обеспокоенный взгляд учителя скользил по силуэту в поисках ещё чего-то, — ты уверен, что больше не нужно ходить к ней?       — Все замечательно, спасибо, — он посмеялся и аккуратно сел за стол, — уже почти декабрь, но мне хочется чего-нибудь осеннего. Что ты можешь мне предложить?       — Что думаешь насчёт тыквенно-пряного латте? — всматриваясь в лицо собеседника, спросил Коуши.       — Звучит вкусно, сейчас вернусь, — он подмигнул и пошёл в сторону кассы.       Смотря на то, как Тоору пританцовывает, пока идёт к очереди, Суга улыбнулся. С момента их знакомства прошло чуть меньше трёх недель, но Коуши явно успел привязаться. Это глупо. Наверное. К тому же, Ойкава, вероятнее всего, не готов к отношениям, учитывая его нынешнее состояние. Конечно, один сеанс никак не мог избавить его от гнетущего чувства, которое преследует его уже шесть лет. Нужно будет обсудить это с Сато-сан. Может, Ойкава вообще наврал, потому что не хотел туда больше возвращаться. Кто ж его знает. Вот именно. Сугавара не знал ничего об Ойкаве, кроме ситуации с семьей Такахаши, которую он наверняка рассказал, чтобы не держать в себе. Долгое молчание о какой-то стрессовой ситуации или даже периоде может травмировать ещё больше, чем сама ситуация.       — А теперь рассказывай, почему у такого замечательного человека в друзьях только я? А как же тот невероятный бариста из соседней кофейни? Неужели вас связывает что-то большее, чем просто дружба? — Тоору сел обратно за стол и, смотря прямо в глаза собеседнику, продолжил. — Я жду интереснейшую историю.       — Ты угадал. На самом деле, тот молодой человек — мой муж. Пару лет назад мы уехали в Швейцарию, оформили там наш брак, а ещё у нас есть шесть детей, четыре мальчика: Фрэнк, Филип, Майкл и Кейджи, а также две девочки: Мария и Ева, — они смотрели в глаза друг друга несколько дорогих секунд, а потом рассмеялись так громко, что все посетители обернулись.       — А если серьезно? Я, действительно, не понимаю почему, — он пытался унять смех, но получалось это крайне плохо.       — Ну, если кратко, когда мне было десять, у меня умер отец, — все так же улыбаясь, ответил Коуши, — уличные бандиты напали на него в переулке, когда увидели его обручальное кольцо, вроде очень дорогое. На вид уж точно. После этого моя мать свихнулась и решила, что никогда не выпустит меня из дома, чтобы не потерять последнего родного человека. То есть, когда все мои ровесники ходили в школу, общались и так далее, я сидел на домашнем обучении и не выходил гулять. Раз в год, на день рождения мне позволялось выйти на задний двор на полчаса, но под строгим надзором матери. Чаще всего она брала меня за руку или обнимала и плакала, говорила как сильно меня любит и не хочет потерять. На свой шестнадцатый день рождения я решил, что с меня хватит. На протяжении двух лет я вынашивал план побега, и как только мне исполнилось восемнадцать, я собрал свои вещи, написал записку для матери и сбежал. Как ты знаешь, добраться из Мияги в Токио не слишком сложно, поэтому я и оказался здесь. Я не особо верил в судьбу, но то, что в этот же день меня нашла Сато-сан, заставило переосмыслить некоторые вещи. Она тогда только начинала работать психотерапевтом и, услышав мою историю, решила взять меня на курс абсолютно бесплатно. Я до сих пор предлагаю ей оплатить хотя бы часть, но она наотрез отказывается. Кстати, в школу я устроился именно благодаря ей. Ни в одну приличную школу Токио не берут без диплома, а я до сих пор учусь, но надо же на что-то жить, верно? Ее муж работает директором в школе Изао. Меня взяли достаточно легко, но немного снизили зарплату из-за неполной квалификации, — он до сих пор улыбался…       — Ойкава, ваш заказ готов, — высокий голос со стороны кассы, заставил Тоору дёрнуться. Резко встав, он быстро пошёл в ту сторону.       — Должно быть, я его напугал.       Сугавара рассказывал эту историю дважды. Сато-сан и Ойкаве. Если первый раз был вынужденной мерой, то сейчас он рассказал это просто из-за доверия. Доверия к человеку, которого он толком не знал. Даже звучит смешно. Наверное, стоило промолчать или отшутиться…       — То есть ты не выходил из дома 8 лет? — вернувшийся парень совсем не был удивлён. Получив удовлетворительный кивок, он вновь спросил, — а разве твоя мама не должна была тебя искать? Не думаю, что из-за какой-то записки, что бы в ней не было, она так просто на тебя забила.       — Она искала. Ну, — он пытался подавить смешок, — утром она побежала в полицейский участок, чтобы подать заявление, начала что-то кричать, и, я не знаю подробностей, но ее вроде в психушку забрали.       — Пиздец.       — Можно и так сказать.       — А друзья по переписке, например?       — Мне блокировали все, что не касалось школы.       — Ясно, — Ойкава обдумывал все сказанное.       — Мне нужно проверить тетради, и если ты не против, пойдем немного погуляем и по домам, — палец Коуши коснулся тыльной стороны ладони Ойкавы.       — Да, конечно!       Взяв напитки, молодые люди вышли из заведения. Температура воздуха с каждым днём понижалась, поэтому можно было наблюдать, как все большее количество людей всячески утеплялось.       Сугавара предполагал, что его друг совершенно не понимает, куда они идут, поэтому, повернувшись к нему, он шепнул о том, что молодые люди направляются в метро через сквер. Они шли молча, но эта тишина, иногда разбавленная поздними птицами, совсем не напрягала.       — Мы пришли, — они подошли ко входу в подземку, и Суга остановился, — я поеду на автобусе, поэтому попрощаемся тут, ладно?       — Да, конечно, — Тоору неловко раскрыл руки.       Сугаваре потребовалось несколько секунд, чтобы понять что к чему. Он ответил на объятие и, уткнувшись немного замёрзшим носом в шарф Ойкавы, он обвил его талию и сразу же отошёл, дабы не смущать приятеля. Коуши уточнил, точно ли все в порядке, и, получив положительный ответ, они попрощались. Он проводил взглядом Тоору, пока тот не скрылся в подземке. Сейчас Суге предстояло пройти приличное расстояние, но несмотря на это, он шёл с самой искренней улыбкой.       — Baby come home, home, so baby won't you say somethin', — сероволосый молодой человек шёл в сторону своего рабочего стола, напевая одну из любимых песен, и, слегка пританцовывая, — Кёко, тебе не надоело просто лежать? Иди-ка сюда! — Сугавара взял кота на руки и прислонил его упитанное тельце к своему животу. Подмигнув рыжему, он начал двигаться в такт музыке. — I just want to rewind, I haven't seen you in a long time… Ладно, — он поставил шокированного кота на пол и сел за стол, заваленный тетрадками, которые должен был проверить.       Ему предстояло оценить тридцать сочинений до завтрашнего дня. Коуши должен был растянуть это на выходные, но из-за того, что полтора дня он провёл вместе с Ойкавой, времени у него попросту не было. Он открыл первую тетрадку, принадлежащую Сакурадзиме Еве — дочери Шикичи-сан. Тема сочинений была «Как я планирую отметить Новый год», и дети очень обрадовались ей, ведь предновогодняя атмосфера была практически самым любимым периодом у учеников. Подобные сочинения об их жизнях приносили Суге особое удовольствие, ведь таким образом он узнавал о них все больше. Ева писала о том, что в этом году она будет отмечать Новый год вместе с папой: сначала они пойдут в торговый центр, чтобы купить все необходимое, а после поедут к его родителям и будут встречать праздник именно там. На каникулах они съездят на каток и куда-нибудь ещё.       Сугавара удивился тому, что Шикичи и ее муж празднуют не вместе, но он старался не лезть в чужие жизни, поэтому, поставив оценку, он принялся за проверку следующей тетради. В основном, дети писали о том, что будут проводить время с родителями, но Изао сообщил о том, что его старший брат пообещал ему отпраздновать вместе. Насколько Коуши знал, у Ойкавы-младшего есть только один брат и это Ойкава. Суга немного завидовал людям, которые находятся в новогоднюю ночь с кем-то близким, ведь последний раз он был в компании Сато-сан четыре года назад. Раздумья Сугавары прервало уведомление, пришедшее на рядом лежащий телефон. Скорее всего, это кто-то из родителей пишет о том, что их ребёнок заболел и завтра не придёт в школу. Подняв мобильник, он слегка удивился. Экран показывал, что сообщение пришло от Ойкавы. Ойкава Тоору:) 22.49 «Спокойной ночи)»       Быстро напечатав ответ, Коуши убрал телефон. Спустя несколько попыток проверить оставшиеся тетради, он откинул ручку и встал. Лицо его болело от улыбки. Он глубоко вдохнул и пошёл в сторону кухни, все так же улыбаясь. Проверка тетрадей закончилась, а Сугавара доедал ванильное мороженое.

***

      — Да, Шикичи-сан, Ева получает отличные оценки, и, скажу вам по секрету, для меня она одна из способнейших учениц в этом классе, — улыбающийся Сугавара разговаривал с родительницей одной из девочек после уроков, как и делал это каждый раз после уроков.       — Мне кажется, Вы мне лукавите, — блондинка звонко засмеялась.       — Ни в коем случае! — Коуши перевёл взляд на дверной проем и увидел того, кого совсем не ожидал. Ойкава стоял и аккуратно поглядывал за разговаривающими людьми, — Я был очень рад с Вами побеседовать! Увидимся завтра, Шикичи-сан, — он по-доброму улыбнулся.       Шикичи ответила на улыбку и собиралась пройти в коридор, где ее ждала дочь, но, остановившись у двери, она очень удивилась.       — Вы же продавец из «Книжной аллеи»! Ойкава, верно? — она улыбалась так радостно, будто видела старого друга, — а что Вы здесь делаете?       — Тут учится мой младший брат, — он неловко улыбнулся, посматривая на Коуши.       — Невероятно, вот это совпадение. Должно быть, это судьба, — она улыбнулась, но из коридора появилась невысокая девочка со светлыми волосами и голубыми глазами. Она была одета как истинная первоклассница: белая блузка с синим галстуком на ней и юбка чуть выше колена такого же цвета. Сукарадзима Ева была порядочной и умной девочкой, учить ее для Сугавары было сплошным удовольствием.       — Мам, мы скоро пойдём? Я устала, если честно…       — Да, уже идём, — она взяла дочь за руку, нежно улыбнулась ей и вновь посмотрела на Ойкаву. — Надеюсь, мы ещё увидимся, Ойкава-сан! Сугавара-сенсей, до завтра!       Ойкава подошёл к Сугаваре, но почему-то не смотрел ему в глаза. Коуши же, наоборот, пытался поймать его взгляд. После пары неудачных попыток он решил с ним заговорить.       — Ты не выспался? — он посмотрел на два стакана кофе из той кофейни, где они были в первый раз.       — Ой, нет! Это тебе, — он протянул стакан из левой руки и улыбнулся, — это фисташковый раф, ты говорил, что любишь его.       — Огромное спасибо, — Суга подмигнул Ойкаве и как ни в чем не бывало провернулся к единственному оставшемуся ученику, — Нэо, ты случайно не знаешь, когда придет твоя мама? — осознав, кому ещё принадлежало это имя, учитель подкосился на друга, но он успокоился, когда получил кивок, скорее всего, значащий что-то вроде «все в порядке».       — Мама сказала, что будет в течение нескольких минут, — мальчик улыбнулся, считывая сообщение с телефона.       — Тоору! — влетевший в класс Изао запрыгнул на старшего брата, который из-за этого чуть не пролил кофе, — стоп, а что ты здесь делаешь?       — За тобой пришёл. Что я ещё могу здесь делать? — он с улыбкой покосился на Коуши, — Сугавара-сенсей, а Вы когда домой?       — Сейчас дождусь маму Нэо и пойду, а что такое? Хотите меня проводить?       — Да.       Они вышли из школы через полчаса. Изао держал Ойкаву под руку как и делал это обычно. Сугавара лишь улыбался, смотря на это. Троица уже почти подошла к перекрёстку, на котором им нужно было разойтись, как первоклассник заявил.       — Сугавара-сенсей, а мы можем взять Тоору с собой на экскурсию? — он невинно улыбался и хлопал глазами, смотря на учителя.       — Думаю, можем, — он ответил на улыбку и повернулся к Тоору.       — Что за экскурсия? Когда? — непонимающе спросил тот.       — В следующий понедельник. Мы едем на шоколадную фабрику!       — Братик, соглашайся!       — Да без проблем, — они дошли до перекрёстка, и Изао резко остановился.       — До свидания, Сугавара-сенсей!       — Пока, Изао. Не забудь сделать домашнюю работу.       — Я за этим прослежу, — в их небольшой диалог вклинился Ойкава-старший, — До свидания, Суга-сенсей, — он протянул руку для прощания.       — До свидания, — он протянул руку в ответ, смотря на то, как Ойкава по-доброму ухмыляется.

возможно, то послание в тетради не было лишним…

Примечания:
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования