Чужие грезы

      Вэй Ин сидел в тени грушевых садов, скрытых за плотной стеной разросшегося по краю орешника, и самозабвенно водил кистью по тонкой бумаге. Он старательно выводил особо тонкие линии кончиком, едва обмакнув тот в густую тушь, растягивал витые лозы с забавно высунутым кончиком языка и намеренно игнорировал мрачную тень, которая бродила за ним с самого утра. На свитке постепенно очерчивались скалистые хребты могильных курганов Илина, которые плавно переходили в густые виноградники, налитые медом бутоны пионов и корзинки лотосов, которые важно сидели на листах, как на резных тронах. В воздухе приятно пахло прохладой и терпкой сладостью цветов, в которой читались ускользающие нотки сырости. Солнце робко подглядывало за творчеством Вэй Ина из-за зеленой лиственной шапки, отбрасывая на чужое лицо причудливую малахитовую сеть. Он начал рисунок без определенной идеи, просто провел одну линию, следом за ней получилась еще одна и еще. Неосознанно он повторял пейзажи пяти великих орденов и родные сердцу и глазу изгибы Луанцзан. Рисование расслабляло тело и очищало разум от тяжелых дум.       Совет кланов был лишь очередным предлогом его супруга заманить глав в их змеиное гнездо и как следует припугнуть. Вэй Ин глубоко вздохнул, опустил кисть на подставку, а затем придирчиво оглядел результат собственных трудов. Абстрактные реки, жухлые кустарники на окраинах и языки пламени в чужих волосах. Из-за одного такого выглядывало кокетливое лицо собственной матери, улыбчивое, похожее на его собственное. Он написал ее с краю основной композиции неосознанно, повинуясь движениям руки. Лучше бы пальцы и кисть вспомнили кого-то другого, одни лишь огорчения. Вэй Ин развязал грубый и неприглядный узел на рукаве своих халата и ханьфу, одернул ткань к запястью, совершенно не обращая внимания на образовавшиеся складки. Мерзкий холод уже ощутимо кусал Вэй Ина за ноги, как бы намекая, что негоже благородным господам сидеть на голой земле после дождя. Вэй Ин свернул свиток, не просушивая, поднялся с колен и потянулся, щурясь довольно, как большой пушистый кот, налакавшийся сметаны.       Адептов разогнали по дальним тренировочным площадкам, чтобы те не попадались под горячую руку, а Вэй Ина настойчиво заперли в саду обманчивыми обещаниями. Не то чтобы он был сильно против, однако находиться в компании хмурого и неразговорчивого Вэнь Чжулю, один вид которого заставлял кровь в жилах кипеть раскаленным железом, было невыносимо. Словно Вэй Ин добровольно отхлебнул из пиалы медленно действующего яда, а теперь с интересом следил за реакциями собственного тела на подступающую смерть. Спасали лишь тихие разговоры с воображаемыми эго, которые иногда бранили и осуждали, а иногда поддерживали Вэй Ина во всех его начинаниях. Близился час барана, а он уже успел облазить все деревья в ближайшей доступности, объесться дурманно-сладких груш и пресных орехов, покружить по саду с мечом, вспоминая былые дни, и порядком заскучать.       В целом Вэй Ин слабо понимал агрессивное желание Жоханя скрыть его от чужих глаз. Так обычно вели себя ревнивые юнцы или отважные герои, бросавшиеся защищать поруганную честь девушек и мужчин-омег, вот только Жохань ни тем, ни другим не был. Да и по статусу ему не солидно скалиться на женатых альф, разве что на пройдоху-лиса, но тот Вэй Ина на дух не переносил и предпочитал стоически игнорировать его. Или, может, Вэнь Жохань попросту не хотел лишний раз позориться перед главами? Перед глазами Вэй Ина тут же появилась живописная картина, где он активно просил у главы Не испробовать его саблю, чтобы оценить ход ци и прочие прелести оружия, а вовсе не потому, что предлагал разделить с ним ложе. И стоило всем так бурно реагировать на его незнание? Подумаешь, даже за рукоять настойчиво схватил, но ведь глава Не сам саблю протянул с охотой! Кто же знал о традициях ухаживаний в Цинхэ? Вэй Ин вот ни сном, ни духом, и, как оказалось, зря. Жохань тогда неиствовал всю следующую неделю и активно показывал неугомонному супругу чем чреваты подобные просьбы.       Если хорошо вдуматься, наверное, именно по этой причине глава Не теперь упорно обходил Безночный город и самого Вэй Ина по широкой дуге. Даже первого помощника отправил на совет кланов вместо себя. Вопиющее безобразие, конечно, но в письме он объяснял свое отсутствие довольно складно, видно, что с подачи младшего брата.       Вэй Ин бездумно двинулся в сторону зала Танцующего феникса, и бесшумная тень скользнула за ним следом. Совсем рядом послышалось веселое щебетание служанок, которые терпеливо ждали, пока Вэй Ину надоест марать бумагу понапрасну, и принялись убирать за ним инструменты и переносной столик. Самая бойкая из них подскочила к нему, отвесила глубокий поклон и справилась о том, где подготовить трапезу. Вэй Ин задумчиво нахмурился, покосился на невозмутимого Вэнь Чжулю, что замер всего в паре каких-то жалких шагов от него, а затем распорядился, чтобы обед на две персоны принесли в тот самый зал, куда он изначально направлялся. Молчание тяготило Вэй Ина настолько, насколько это было возможно в принципе. Вэнь Чжулю вел себя безукоризненно, не поднимал взгляда выше уровня груди Вэй Ина, словно бы опасаясь смотреть в присыпанные пеплом глаза, на вопросы отвечал сухо, без лишних расшаркиваний. Наверное, не знай Вэй Ин на самом деле, что представлял из себя этот человек, то даже проникся бы к нему уважением и симпатией.       — Совет кланов продлится как минимум три дня и, раз все это время я вынужден провести в твоем обществе, то почему бы не поговорить? — ровно поинтересовался Вэй Ин, идя на уступки в первую очередь самому себе. Вэнь Чао будет сопровождать Жоханя все это время, Вэнь Сюй все еще не вернулся, а на Мэн Яо он сам наложил ответственность за адептов, так что вариантов оставалось не так уж и много. — Ответь, что чувствуешь, сжигая чужое золотое ядро? Ощущаешь ли ты, как оно идет трещинами и разрывает меридианы, прежде чем растечься в груди жидким стеклом?       Вэй Ин отчетливо понимал, что этим вопросом только спровоцирует собственные гнев и ярость, однако слова уже сорвались с губ, а тугой комок воспоминаний беспокойно завозился в памяти. Отступать было поздно, оставалось лишь ждать. В конце концов, Вэй Ин всегда мог прервать временного телохранителя и больше никогда к этому разговору не возвращаться. Если вопрос и застал Вэнь Чжулю врасплох, то тот никак этого не показал. Даже с шага не сбился.       — Боюсь, что я не могу дать исчерпывающего ответа на ваш вопрос, господин Вэй. Я открыл свой дар в отрочестве совершенно случайно и с тех пор старался не применять его без надобности, — идеально выстроенный, четкий ответ, не придерешься ни к единому слову. Вэй Ин зловеще хмыкнул себе под нос. Собственная идея жгла ему кости, а фантомы стянули ребра в корсет.       — Запомни эти слова, — предостерегающе обронил Вэй Ин, даже не пытаясь скрыть неприязнь. — И давно ты идешь тропой совершенствования, Вэнь Чжулю? — они пересекли границы сада и вышли к жилым постройкам, граничащим с приемными залами и крытыми площадками для зимних тренировок. — Слышал, ты был бродячим заклинателем до того, как на тебя наткнулся глава Вэнь, и, судя по отчетам заклинателей, довольно умелым. Человек без базового обучения в ордене не сможет сформировать золотое ядро, доверясь шестому чувству. Кто же учил тебя?       Пока Вэнь Чжулю обдумывал ответ, Вэй Ин бесцеремонно перелез через перила, как какой-то неотесанный босяк, чтобы не идти лишние пару метров, а затем принюхался. Сначала он справедливо подумал, что ему показалось из-за сладости грушевых цветов, но теперь был уверен наверняка — вокруг садов кто-то бродил кругами. Основной аромат был мягким и ненавязчивым, а второй вплетался в него так естественно, что их ошибочно можно было принять за единый. Вэнь Чжулю замер за его спиной и тоже повел носом. Вэй Ину даже не нужно было его видеть, чтобы понять — тот напрягся и встал в более устойчивую для сражения позу.       «Интересно, что ты еще умеешь, кроме разрушения людских судеб?» — зло подумалось Вэй Ину. В конце концов, не мог же Вэнь Чжулю и вправду не владеть основными навыками заклинателя? Меча при нем не было, лишь толстая перчатка из драконьей кожи и стальных вставок-когтей, чтобы не повредить пальцы от удара или столкновение с вражеским клинком.       Человек вышел к ним навстречу из пролета неспешно и осторожно. Вэнь Чжулю весь подобрался, чуть подался вперед, готовый к стремительному рывку, однако Вэй Ин поспешно вскинул руку, не позволяя тому и шагу ступить. Пурпурная форма Юньмэн Цзян, крохотный колокольчик у левого бедра и округлый живот сразу же бросились в глаза. Вэй Ин неловко потупился в первое мгновение, а затем с приветливой улыбкой двинулся навстречу. Он остановился от гостя в пяти шагах и поприветствовал его глубоким поклоном.       — Приветствую главу клана Цзян, — мягко поздоровался Вэй Ин и поспешно замахал руками, когда Цзян Фэнмянь попытался повторить его жест. — Пожалуйста, не нужно всех этих церемоний. Не стоит вам напрягаться лишний раз, — тонко заметил он и спрятал руки в широких рукавах халата привычным жестом. Сзади тихонько зашуршала ткань — должно быть, Вэнь Чжулю вышел из поклона.       — Рад видеть вас в добром здравии, господин Вэй, — Цзян Фэнмянь по-птичьи склонил голову набок, и пара чернильных прядей скользнула ему на плечи. Его губы тронула ответная, не менее располагающая к себе улыбка. Правой рукой он неосознанно поддерживал еще не большой, но уже заметно выпирающий живот. — Простите, я покинул собрание с разрешения Верховного заклинателя и, кажется, немного заплутал в многочисленных коридорах.       — Мадам Юй прекрасно справится с осадой главы Вэнь и без вашего непосредственного участия, глава Цзян. Куда вас отвести? — почти ласково поинтересовался Вэй Ин и любезно предложил Цзян Фэнмяню опереться на свой локоть. Тот помощь принял без всяких колебаний, уверенно обхватил чужое предплечье, впрочем, с крайне виноватым выражением лица. — Меня не затруднит, не стоит переживать, глава Цзян.       — Благодарю вас за заботу. Вообще-то мы разминулись в одном из коридоров с моим сыном, но я, откровенно говоря, не представляю, как теперь его найти, — с усталым вздохом признался Цзян Фэнмянь. Взгляд его был полон сожаления и бесконечной благодарности. Вэй Ин жадно вглядывался в плавные черты лица омеги, в его выцветшие фиалковые глаза, не зная, что хотел сам найти, и не мог заставить себя выглядеть более статно, чем того требовала дружеская обстановка.       Несмотря на возраст, Цзян Фэнмянь достиг довольно высокого уровня совершенствования и вполне мог дать фору некоторым молодым. Даже в своем интересном положении он не оставил пост главы и продолжал активно разбираться с проблемами Юньмэн Цзян, лишь иногда позволяя перехватить бразды правления своей супруге или сыну.       — Я думаю, не стоит об этом беспокоиться. В Знойном дворце полно слуг, они проводят юного господина Цзян, куда бы он не потребовал, — сказал Вэй Ин. — Будет лучше, если я отведу вас в выделенные покои, а после предупрежу главу Вэнь и мадам Юй. Кроме того, время близится к обеду. Я распоряжусь, чтобы вам принесли угощения и специальный отвар. Если вдруг почувствуете себя плохо, вы всегда можете обратиться к нашим слугам и лекарям. Они сделают все, что нужно.       — В своем стремлении потакать омеге в положении, вы весьма походите на мою госпожу. Не в обиду вам, господин Вэй, — приглушенно рассмеялся Цзян Фэнмянь. Его смех — уютный шелест — отпрыгнул от стен мячиком и убежал далеко вперед по коридору. Вэй Ин подхватил его так естественно, словно делал это всю жизнь. Он легко перестроился на неспешный темп главы Цзян и почти забыл о Вэнь Чжулю и вопросах, которые ему задавал.       Они шли, негромко переговариваясь о сущих мелочах, которые не касались напрямую дел орденов, ночных охот и прочих прелестей жизни заклинателя. Вэй Ин справился о сроке, а Цзян Фэнмянь легко поддержал заданную тему, шутливо сетуя на беспокойную супругу, чересчур внимательного сына и младшую дочь, пошедшую наперекор их воле и ставшую на путь совершенствования не как юная госпожа, а как воин. Вэй Ин слушал притворное ворчание с неясной теплотой в душе, активно интересовался жизнью в Пристани лотоса и даже позволил себе обмолвиться, что его отец родом из Юньмэна. Цзян Фэнмянь наградил его долгим, почти пронзительным взглядом, но так ничего и не спросил, неизменно вежливо приглашая навестить Пристань во время цветения лотосов. Вэй Ин вежливо улыбнулся, клятвенно пообещал навестить главу Цзян в свободное время, но точно знал, что никогда этого не сделает по ряду весомых причин.       Покои находились в южной части Знойного дворца, через три небольших дворика и два пролета. Неудивительно, что Цзян Фэнмянь заплутал в многочисленных рукавах совершенно одинаковых коридоров. Приемный зал, где обычно проводились важные мероприятия, в том числе совет кланов, был и того дальше. Вэй Ин сердечно попрощался с Цзян Фэнмянем, наткнулся на физиономию своего телохранителя, о котором уже успел порядком позабыть, и со смешанными эмоциями двинулся обратно. Неожиданная встреча всколыхнула в нем что-то теплое, уютное, как горячий чай в заморозки, и оно не желало отступать даже под напором хмурого Вэнь Чжулю.       «Значит, где-то по резиденции бродит хмурый и, наверняка, донельзя раздраженный Цзян Чэн, который будет распугивать слуг одним своим видом», — приглушенно рассмеялся Вэй Ин, однако смешного в этом на самом деле было мало. Высокий риск столкнуться с ним в одном из пролетов совершенно не прельщал Вэй Ина. Они не были знакомы лично и так должно было остаться как можно дольше. Взглянуть на возмужавшего Цзян Чэна хотелось просто до жути, однако Вэй Ин настойчиво гнал от себя эту мысль. Ни к чему ворошить старые раны и заново затягивать их неаккуратными стежками.

***

      Угрюмые адепты вяло выполняли инструкции наставника и больше походили на сонных мух, нежели чем на настоящих заклинателей. Мэн Яо затерялся где-то в толпе белых ханьфу и, видимо, тоже позволял себе немного полениться в его отсутствие. Вэй Ин какое-то время наблюдал за слабыми потугами адептов создать видимость хоть какого-то движения, а затем выступил из тени и бесшумно застыл за спиной поджарого мужчины с высоко собранными смоляными волосами. Адепты какое-то время переползали с места на место, а затем один из них зацепился взглядом за недовольную фигуру Вэй Ина. Тот сразу же как-то задушевно пискнул, склонился в глубоком поклоне и бодро отрапортовал приветствие. Нестройные ряды подхватили клич через пару мгновений. Вперед тут же выскочил заполошный Мэн Яо, ореховые глаза светились ликующим восторгом от появления господина и отступившей скуки.       — Учитель Лао, — Вэй Ин поздоровался с наставником коротким кивком головы. — Есть ли среди молодых дарований готовые для несложных вылазок? — спросил он, задумчиво пробежался глазами по притихшим и судорожно прислушивающихся к их разговору ребятам, остановился на хмуром Вэнь Чжулю.       — Думаю, несколько способных и вправду есть, господин Вэй, — степенно заметил учитель Лао. — Если вам нужен отчет, я могу составить список имен и указать уровень их совершенствования.       — Мне нужны две группы по пять человек, — кивнул Вэй Ин. — Думаю, гора Йолин Бан отлично подходит для проверки основных навыков адептов. Устроим им маленький экзамен и посмотрим, как они справятся. Ничего страшнее горных гоблинов они все равно там не найдут, а практика лишней не будет.       — Да, господин Вэй. К какому сроку мне подготовить адептов?       — Знойный дворец полон гостей и важных лиц, а появление там учеников крайне нежелательно в ближайшие дни. Заняться им все равно толком нечем, пора бы уже проявить себя. Обозначьте имена завтра к часу обезьяны. Пусть они подготовят побольше талисманов и оберегов, которые могут понадобиться им на ночной охоте. Общий сбор у Драконьих врат к началу первой стражи. Вы лучше знаете способности каждого, учитель Лао, распределите их, чтобы силы были равны. Я и мой… провожатый будем наблюдать за охотой и подводить итоги.       Стоило Вэй Ину и Вэнь Чжулю скрыться с дальнего полигона, вслед им донесся возбужденный гвалт молодняка. Самым младшим в этой группе было по четырнадцать, самое время начинать закреплять полученные знания, тренировать выносливость и учиться контролю ци в экстремальных условиях, когда каждая секунда промедления, если не убьет, то немного покалечит точно. Кроме того, это был идеальный способ на законных основаниях отделаться от навязчивой опеки Вэнь Чжулю, отправив его приглядывать за сворой резвых адептов и гонять змей-измерителей, к примеру, чтобы не мешались под ногами.       Возможность, впрочем, представилась куда быстрее, чем Вэй Ин предполагал. Вэнь Жохань вырос на их пути, словно лютый мертвец из-под рыхлой земли, обдал обоих волной агрессивного раздражения, а затем бесцеремонно уволок Вэй Ина за руку, оставляя растерянного Вэнь Чжулю в коридоре. Вэй Ин не сопротивлялся жесткой хватке на запястье, ловко подстроился под размашистый шаг супруга и пока не решался взбрыкнуть. Аура альфы ощутимо давила на плечи, сдавливала грудь, почти погребала под сумасшедшим напором, но Вэй Ин, стоило отдать ему должное, неплохо держался. Он на автомате собрал вокруг себя плотный кокон темной энергии, чтобы хоть как-то отбиться от напора Жоханя, но тот, казалось, этого даже не замечал.       — Жохань? — Вэй Ин осторожно прикоснулся холодными пальцами к тянувшей его руке, пытливо заглянул в хмурое лицо. — Я, конечно, тебе благодарен, что ты избавил меня от общества угрюмого Вэнь Чжулю, но не обязательно тащить меня так, словно за нами гонится стая разъяренных оборотней, — мягко рассмеялся Вэй Ин, посмотрел на супруга с лукавым прищуром.       Тот сразу же сбавил обороты, посмотрел на Вэй Ина более осмысленно, словно скинул с себя проклятый морок, а затем неохотно, но прекратил сдавливать узкое запястье, которое до этого пытался старательно раскрошить. Они двинулись дальше плечом к плечу: Вэй Ин, — обеспокоенный внезапными переменами всегда спокойного и сдержанного супруга, который даже гнев предпочитал выказывать с пренебрежительной холодностью — а Вэнь Жохань на удивление расслабившийся и умиротворенный.       — Дай угадаю, главы мелких кланов снова пытались неудачно сосватать А-Сюю и А-Чао своих дочерей? Или завели споры о пограничных территориях, которые несправедливо занял Цишань Вэнь? — дурашливо предположил Вэй Ин самое абсурдное, чтобы немного отвлечь Жоханя от того, что пошатнуло фундамент его непоколебимости.       — Первый помощник Цинхэ Не напоминал о том случае с саблей, — насмешливо хмыкнул Вэнь Жохань, и Вэй Ин тут же расхохотался, внутренне ликуя. Со своей задачей он справился с блеском, если супруг решил ответить колкостью на его остроты.       Они незаметно добрались до покоев главы. Стоило им только переступить порог и захлопнуть за собой створки, Жохань небрежно прижал Вэй Ина к себе, глубоко вдохнул успокаивающий запах, а затем ненадолго уткнулся носом ему за ухо — они были почти одного роста. Вэй Ин неосознанно напрягся в коконе чужих рук, съежился от горячего дыхания, щекочущего кожу, и попытался ненавязчиво вывернуться из сдавливающих его объятий. Вэнь Жохань то ли не замечал неловких манипуляций, то ли стоически игнорировал его позорные попытки к бегству.       — Прекрати дергаться и постой смирно, Усянь, иначе помечу, — Вэй Ин послушно замер и даже слабо приобнял. У Жоханя слова редко расходились с делами, а это и вовсе была откровенная угроза, которую он был намерен твердо выполнить, если противоречивый Вэй Ин не перестанет трепыхаться.       — Понял, принял, замер, — с нотками веселья ответил Вэй Ин, прижался плотнее, укачивая Жоханя, как маленького ребенка. — Неужели тебя действительно успокаивает мой запах? — не без интереса спросил он спустя какое-то время.       — Раздражать окружающих без повода нравится только тебе, — отрезал Жохань, едва задевая сухими губами нервно трепещущую под кожей жилку. По телу Вэй Ина тут же прокатилась нездоровая дрожь и отдалась приятной тяжестью в паху. Он медленно выдохнул и постарался думать о чем-нибудь отвлеченном. Тело реагировало на присутствие альфы вполне естественно, тем более, что у Вэй Ина давно не было близости.       — Достаточно, отпусти уже, — нервно выдавил Вэй Ин и настойчиво вывернулся. — Займитесь советом кланов, глава, — почти выплюнул он и судорожно покинул покои супруга. Пусть это выглядело как позорное бегство, сейчас это совершенно не имело значения.