старгейзер'11986

Самым трудным в этом доме было остаться наедине с собой. Тут было многолюдно — факт. Утративший тогда все, что имел, Лилиум решил возродить ту же атмосферу, что и множество циклов назад. Так казалось Мордреду, когда он сквозь ресницы наблюдал за тем, как тот возится со своими Щенками. У него не было причин повторять свою ошибку, вновь прыгать на те же грабли, но почему-то Лилиум никак не мог научиться. Что это было, глупостью? Мордред мог бы сказать, что ему искренне было жаль этого старого дурака, но он прекрасно понимал, что это было лишь напускным — вежливым — сожалением. На самом деле ему уже давно было плевать. После Выключений они работали с «Сирекодой». Днем — он торчал в «Каннон». Времени на сон не хватало, но так было даже лучше. Странно было думать, что Лилиум не видел проблемы в таком графике — что мясной клетке, в которую он запер Мордреда, нужен был отдых, либо же он намеренно так поступал… Сложно было сказать. Вполне вероятно, что Лилиум предполагал одну простую вещь: раз Мордред не человек, то какие-то функции, свойственные обычным людям, у него отсутствовали. Нужда во сне, в нормальном питании. Это звучало логично. Рационально. Мордред, как демон, любил рациональность. Порядок его привлекал тоже, но демонам свойственно было любить хаос, а противостоять своей природе было нелегко, как бы он ни старался. Это было похоже на хаотичный массив данных: в чем-то информация была разбита по четким критериям, но в целом это была мешанина, разобрать которую мог лишь кто-то, давно утративший свое человеческое «я». Как и многие демоны второго эшелона. Над подобным проще всего было размышлять за простой физической работой. В чем-то она Мордреду даже нравилась: после нее ощущалась приятная усталость, ныли мышцы, это было то, что кто-то из его старых приятелей в Шабаше называл «сенсорным опьянением». Телесную оболочку принимали лишь демоны низших эшелонов, когда как те, кто возвышался в топе, постепенно забывали о том, каково это было — чувствовать что-то помимо эмоций. Он вместе с Лотос, той странной девочкой, разбирал ящики из привоза — все для «Каннон». Обычно, судя по словам его помощницы в этом нелегком деле, этим занимался Йота, так как он был единственным (помимо Лилиума, занятого организационными делами) мужчиной тут, но сейчас он вместе с Халдеей отсутствовал на тренировках перед предстоящей Игрой. Мордред все еще размышлял о том, как быстро Йота забыл все, что произошло и предложил ему стать частью команды. Это было очень свойственно его крови, его оригиналу — Сатурну. Все парадоксальные близнецы, как бы не хотели того, но отчасти брали что-то от человека, чьей копией являлись. Легко было перечислить, что с Халдеей и Йотой было не так — и что из этого было одной из черт Сатурна. Но вместе со схожестью должны были быть и отличия, в конце концов, они были разными личностями: и потому Мордред предполагал, что Йота окажется злопамятным говнюком. Как выяснилось, с Сатурном у него было куда больше общего, чем того хотелось… Можно было предположить, что он просто хотел использовать Мордреда в своих целях, но нормальный человек после случившегося не подошел бы к нему на расстояние пушечного выстрела. Значит, с Йотой что-то было не так, и этим «не так» были корни, идущие к самому Сатурну. Ровно та же самая причина, по которой Лилиум верил, что он где-то жив. Потому что Сатурн бы ненормальным. Мордред поставил один из ящиков вниз и утер лицо, после чего услышал позади легкий смешок. Та девчонка, Лотос, смотрела на него с ехидной усмешкой. — Значит, Лилиум нашел себе нового раба на полставки? — Если бы он мне еще платил… Единственное, что Мордред получал от этого засранца — пиздюли. — Как же так? — рассмеялась Лотос. — Вот так! Представляешь? Отлично, Мордред. Ты скатился до уровня жалоб какой-то соплячке. Неважно даже, что с ней что-то было не так: это все равно не тот уровень для демона второго эшелона. — Вы с ним знакомы, что ли? — Ага. Неплохое такое знакомство. Очень тесное. — Ты один из его предыдущих учеников? — Мордред резко поднял взгляд на Лотос. Она отмахнулась. — Йота рассказывал, что были еще. — Ну, ты можешь сказать, что я имел дело с этим. Весьма… тесное, хе-хе. — Ого! Странно, а я совсем тебя не помню, хотя работаю на Лилиума уже давно. — У нас был… перерыв в отношениях. — В «отношениях»? Когда на лице Лотос расцвела ехидная ухмылка, Мордред легкомысленно отмахнулся. Он намеренно обозначил это так, потому как иным словом то неописуемое буйство, которым были их взаимоотношения начиная с самого знакомства обозначить было трудно. В какой-то момент судьба словно намеренно потянула его в это место. Наверное, поэтому Фумико удалось дозваться именно до него, а не до любого другого демона. Чтобы он опять разбирался с тем дерьмом, что оставил Сатурн и ехидно скрылся. Поразительно! Он прижал ладонь к лицу, несколько минут размышляя. — Все сложно. — Вы прям как женатая пара! — Упаси праматерь, — зарычал он, чувствуя, как невольно скалится. — Нет. Я бы привел пример, но, боюсь, если я назову это имя, то ты задашь мне закономерный вопрос: «какого хера ты так много знаешь?». Не хочу загонять себя в яму. — Теперь ты просто обязан рассказать! — Нет! — Да ладно, не ломайся! Лотос смотрела на него просто, с любопытством, свойственным простой девушке, которая общается… с юношей, который, быть может, ей интересен. Ну конечно, подумалось вдруг Мордреду. Тут не было ее ровесников, она общалась с Йотой и Халдеей, но одно дело — кто-то твоего (как его тело) возраста, и другие — малявки парой циклов младше. Плюс ко всему он не заикался и не краснел при каждом ее слове, как делал это Йота, что тоже играло ему на руку. Словно Лотос не знала, что он демон. Хм… Но она же была при обсуждениях. Значит, должна была сложить два и два, его имя и страх Йоты. — Нет. Я же сказал. — Нельзя так просто намекнуть на что-то настолько грандиозное и не говорить! Он несколько секунд помолчал, гадая, сколько проблем это потом ему обеспечит, и все же отрицательно помотал головой. — Страдай. — Да ладно, хватит тебе! — Я же сказал… — Хватит из себя самодовольную письку строить! Неожиданно, Мордред понял — его пошатывает. Он подозревал, что спустя несколько Включений даже столь хорошо отдохнувшее в заморозке тело наконец-то вымотается. Был лишь один вопрос: когда конкретно. Перестановка тяжелых ящиков делу не помогла… Он мысленно прикинул, что еще через пару мгновений, наверное, отключится, а там и будет шанс ускользнуть из тела обратно в Изнанку. Значит, если так, то он может сказать Лотос имя того человека, не боясь, что его запытают вопросами позже. Видеть лица людей, которые не знали ответа на загадку — превосходно… Ухмыльнувшись, он опустил ящик вниз, и, игнорируя стремительно растущие в глазах черные пятна, бросил жутко самодовольным тоном: — Шакал! У Лотос аж рот от такого открылся. — В смы-ы-ысле?! Эй! Становилось все темнее. Мордред шумно втянул носом воздух, готовясь к превосходному чувству свободы. Не было ничего лучше, чем выбираться из мясных мешков. Ну, а если он проебется… То будет не так грустно, потому что это один из ожидаемых вариантов развития событий. Предполагать возможные сценарии — рационально. — Разве не очевидно? Я… И, сделав шаг назад, потерял сознание. В итоге, вместо чудесного чувства свободы единственным, что ощущал Мордред, была жуткая мигрень. Не только из-за того, что он отключился от бессилия. Кажется, во время падения он еще больно ударился головой об один из ящиков. Лотос не распространялась: когда он пришел в себя на диване в гостиной, на жилом этаже «Каннон», она сидела рядом и листала журнал. «Шандарахнулся будь здоров», — так она это обозвала. Мордред не мог не согласиться, когда наконец ощупал шишку на затылке. Да уж, позорище. Так еще и из тела не выкинуло. То, что его это совершенно не удивило, расстроило его еще больше, чем факт шишки или, собственно, самой неудачи. Значит, он не был даже настроен на победу. Грустить тут было глупо, впрочем, просто Мордред хорошо знал способности Лилиума, но ему все равно стало чуточку тоскливее. Он опустил взгляд на Лотос, которая, заметив пробуждение, сверлила его взглядом, после чего самым драматичным тоном, на какой был способен, простонал: — Ну и как? — Что — как? — Насколько это было позорно? — Ты давно не спал, так что не так уж и сильно? — она пожала плечами. — То есть, конечно, упал ты очень смешно. Радуйся, что Йота не видел. А то он бы тебе это век припоминал? — А ты, смотрю, осведомлена о наших с Йотой отношениях… — Того же уровня, что и с Лилиумом? Когда Лотос расхохоталась, Мордред покривил лицом. Не совсем, но легкая нотка загадочности тоже имелась. Такой, весьма экстравагантной. — Ну, почти. Так ты знаешь? — О чем? — продолжила смеяться Лотос. — О том, кто я. — Блин, нет, чувак! Это как в том дерьмовом фильме, да?! — ее окончательно пробило на истерику, и Лотос согнулась пополам. — Ты такой сейчас драматично мне заявишь: «крошка, я демон второго эшелона, который устроил твоему приятелю веселое приключение», и я такая: «о, нет!». А потом, не знаю… Это был романтический фильм, и они засосались, но мы с тобой не в тех отношениях, чтобы… — И слава праматери, — резко прервал ее Мордред похоронным тоном. Ну отлично. Теперь у него не жизнь была, а целая романтическая комедия. Ромком, о да. И настолько же дерьмовый, как любит Йота. Хорошо, что девчонка сама понимала, что это того не стоит, особенно с учетом, кто он на самом деле, иначе ему нашлась бы одна дорога — на тот свет через петлю. Шутки шутками, но красть сердца юных дам совершенно в его планы не хватило. А то Лилиум его и правда придушит. А уйти хотелось на своих условиях! — Как мило ты общаешься с демоном. — Да ладно, сам сказал. Я знаю Шакала, он тебя страшнее раз в сто, — она показала ему язык. — На фоне парней из Компании ты просто тупица, который много выпендривается. Ну, то есть, как Йота. Как Йота. Вот и все. Звучало подобно приговору. Он провел рукой по лицу и оттянул кожу, после чего неожиданно для себя поинтересовался: — Сколько я был… в отрубе? Блять, башка трещит, просто жесть. — Пару часов. — И что Лилиум? — А что Лилиум? — Лотос недоуменно моргнула. — Он как-нибудь высказался по этому поводу? Он же это дерьмо обожает. — Нет, вроде, молчал. — Поразительно. Не то слово, подумалось Мордреду. Соглашаться с самим собой было глупо, да только… Что в его жизни сейчас не глупо? Но он не стал озвучивать больше. Лишь подтянул ноги на диване и медленно сел, оглядевшись. Раз Лилиум не докучал ему, значит, можно было немного побездельничать… Пострадать от того, что его жестко наебали, конечно, он уже успел, но сейчас углубляться в рефлексию как-то не особо хотелось. Он опустил взгляд на Лотос, смотревшую на него странным выжидающим взглядом, после чего пробормотал: — И что? Ты все это время тут сидела? — Ну да? — она склонила голову набок. — Это плохо? — Просто… странно. Не понимаю, зачем. — Ну, люди так делают. Это нормально. Привыкай, — рассмеялась Лотос. — Теперь ты живешь с нами, а значит, должен вести себя, как человек. И принимать такое как норму, а не с удивлением. В ответ ей Мордред лишь моргнул.