старгейзер'11986

По итогу за то недолгое время, пока он жил с остальными бешеными обитателями «Каннон», Мордред выяснил следующее: абсолютно у всех в этом месте было что-то не в порядке с головой. И вообще — не в порядке. Йота не был способен на эмпатию, хотя всеми силами делал вид, что это не так — ему было плевать на остальных, если он чего-то хотел. Явно наследие от папаши. Халдея пребывала в том состоянии, когда на ее действия влияли события будущего, а потому от настоящей личности там проскальзывало немного. Плюс ко всему, она явно что-то темнила, потому как, что случайно выяснилось от Йоты, у нее в прошлом был провал в памяти. У Мордреда были подозрения о причине, но чем больше он об этом думал, тем сильнее хотелось держаться от Халдеи подальше. Особенно с учетом того, что она была оборотнем и, если бы очень сильно захотела, то могла принять абсолютно любую форму. Лилиум — без комментариев. Если у Халдеи мозги поехали от будущего, то у этого — от прошлого. Сатурн то, Сатурн се… Ну и Лотос, конечно же. Лотос, которая… просто странная. И которая точно не… Почему-то Мордреду было страшно думать об этом дальше, поэтому он никогда не заканчивал эту мысль. Просто — «Лотос». Рядом с ней, стоило только зародиться этой мысли, появлялся первородный страх, и он не понимал причин его истока. Для демона, который мог быть всегда и везде, и который должен был знать большинство вещей, такое было унизительным, но, так как Мордред и правда знал многое, он помнил одну простую истину: блаженно неведение. А потому он старался отгонять от себя подобные странные мысли каждый раз, когда оказывался рядом с Лотос. Хотя, возможно она пугала его еще и тем, как именно липла… Мордред покосился вниз, на руку. Та находилась в опасной близости от чужой груди, и чем меньше становилось расстояние, тем темнее — его лицо. Он вовсе не планировал участвовать в соблазнении малолетки, хотя Лотос, наверное, и достигла местного возраста совершеннолетия. Он не был уверен, опять же. В любом случае, он не разделял энтузиазма какого-нибудь Йоты, если бы с ним произошло нечто подобное. — Пойдем, пойдем, — нашептывала Лотос и тащила его вперед. Сопротивляться ей было бесполезно. Лотос владела магией усиления. Все равно что о стенку горох кидать. — Там речка! Отдохнем! Поплаваем! И сними уже майку! «Праматерь моя, за что мне все это?» — думалось Мордреду. Он с тоской посмотрел на оставленные ногами — он все еще не двигался — на земле борозды и мысленно обратился к своей лучшей крутейшей подруге в Шабаше — Сян. Почему, Сян, почему ему оказывала знаки внимания какая-то соплячка?.. Он ведь отдал душу и сердце алкоголю выдержки длиной в целую югу… — Ты такой тощий! Кру-той! Нет, он определенно точно этого не вынесет. Место, в которое она его притащила, было берегом реки — той самой, где Йота, по прогнозам, должен был встретить две аномалии десять циклов назад. Из-за недавних осадков уровень воды стал выше, а потому туда мгновенно потянулись желающие искупаться. Отлынивание от работы Щенками, да? Мордред лишь хмыкнул про себя. Официально он пока не числился в команде, Лилиуму требовалось время, чтобы провернуть пару юридических уловок для обмана Компании, так что с него взятки гладки. Но остальные «Звездочеты»? Позор-позор. Майку стягивать не было никакого желания — пусть вожделеющие девочки останутся обломанными — и Мордред медленно спустился по плитам прямиком к остальным. Ладно, все было лучше, чем торчать в душной «Каннон». Тем более, он сейчас рядом с магом времени. Если все пройдет успешно, то можно будет даже понаблюдать интересный феномен. То, как медленно очередной клон Сатурна падает во тьму… Ладно, это была плохая шутка. Просто яблочки всегда падали рядом с яблонями. Две главные проблемы на сегодняшний день уже развлекались в воде с мячом. На Йоте были лишь шорты — что хорошо демонстрировало постепенно растущие у него пепельные пятна. На Халдее был какой-то полосатый комбинезон, но под ним… Хорошо, что высокий. Хорошо. Да. Хватит и Лотос. Йота и Халдея мгновенно уставились на него, и драматичным тоном Мордред протянул: — Что? Не только же вам отдыхать! — Предлагаю его утопить, — услышал он едва тихое. — Отличная идея. — Эй! Кто кого утопит! — затем, он неожиданно потер подбородок. — Хотя я столько циклов не плавал, хм-м-м, помню ли я вообще, как это делать… Да и со всем этим железом… Выяснять как-то не хотелось, а потому надо было с гордым видом сидеть на мелководье. Да. Отличная идея. Сев на плиту, Мордред подставил лицо свету от Завода. Сегодня тот работал необычайно ярко, даже сюда свет проникал. Значит, Компания опять что-то мутила. Эта дрянь должна была выйти из строя уже циклов как тысячу назад. Она же не предназначена для вечной работы. Зевнув, он отклонился и забросил руки за голову. — Красота-то какая! — Лишь бы бездельничать! — Ты, Йота, сейчас вообще-то на дежурстве должен быть, а не играть с мячом. Когда тот подавился, внезапно нашло страшное осознание. — Ага, я понял, — Мордред щелкнул пальцами. — Это пляжный эпизод. Йота и Лотос бросили на него недоуменный взгляд. — Че? — Но у нас нет красотки в красном купальнике, которая пробежалась бы по береговой линии, — активно закивала Халдея и потерла подбородок с таким умным видом, что стоило усомниться, действительно ли она была опасна или же просто хорошо притворялась. Но мысль о красотках в красных купальниках показалась Мордреду соблазнительной. Особенно с большой попкой — о да, пожалуй. Лишь бы не Лотос. — Да, попы… Большие… Бросив на Мордреда унизительный взгляд, Йота кивнул на него Халдее: — Он о задницах? — Пока он не сублимирует — все в порядке! — Не говори об этом с таким энтузиазмом! — Тем более, мы не в теле-шоу. — Я проигнорирую твою странную реплику, и просто скажу, что задница всегда думает о задницах. — Нет, Йота, — шумно вздохнул Мордред. — Просто взрослые нормальные лю… В смысле, тело, в котором я нахожусь, принадлежит взрослому человеку. А значит, с тягой к прекрасному у меня все в порядке. И я не буду краснеть и пыхтеть, когда рядом находится кто-то красивый, — и развернулся к Лотос. — Не правда ли? А чего это у нее уши покраснели? У Йоты тоже. И не только уши — все лицо. Вот и начал краснеть и пыхтеть, прямо как Мордред и говорил. Какой предсказуемый. Если так подумать, то за то недолгое время он уже успел привыкнуть к существованию тут. Не потому, что это была хорошая жизнь, скорее по привычке. Это не расстраивало даже — Мордред лишь тяжело вздохнул. Но он не хотел бы, чтобы старые привычки брали над ним верх. Жизнь в «Каннон» не напоминала ад. Это было унизительно, не то слово, но не более. Пока что никто из Шабаша не мелькал на периферии зрения, не являлся во снах, а значит, у Мордреда еще был шанс выбраться из этой передряги, не запачкав репутацию. Не то, что его действительно волновало, что думает о нем кучка старых пердунов где-то там наверху, но было бы жутко неприятно. Тем более, что он был двойкой, а демоны высшего эшелона и ведьмы обожали доебываться по поводу и без до тех, кто был значительно ниже их по уровню. Смотря на то, как плещутся в речке детишки, Мордред лениво зевнул. Подперев голову рукой, он на мгновение прикрыл глаза. Все это напоминало ему о давно ушедших временах, тех, когда он еще был человеком. Тогда они тоже веселились на реке, впереди было светлое будущее, все возможности… Так странно было думать об этом сейчас. Все это — его будущее, и будущее людей вокруг — было выстроено его собственными руками. Глупо винить кого-то в утраченном, если ты сам повлиял на это. Но очень хотелось. Легче было признать чужую вину, чем наконец осознать, что вся эта дрянь со временными прыжками и парадоксами лежала на их плечах… — Нет, ну так не пойдет! Что там опять этот дикий бабуин орет? — Хватайте его! Раз-два! За ноги! Когда свет загородили тени, Мордред резко распахнул глаза. Но было уже слишком поздно — троица малолетних ублюдков схватила его за руки и за ноги, и, не дожидаясь нормального сопротивления, бросилась прямо к воде. И затем подкинула. В воздухе Мордред на мгновение удивился — неужели это тело было настолько легким? А потом вспомнил. Ну конечно. Усиление. Он постоянно забывал о магии. И с этими мыслями он с головой погрузился в воду. Ощущение было смутно знакомым… Но затем в голову ударило. Воспоминание. Это тело, весь этот десяток циклов, оно находилось в жидкости. Он видел отблески: лицо Лилиума за стеклом, свет лампы прямо в глаза, лужа крови. Лицо, идентичное ему — смотрящее прямо в глаза. Шрам на шее. Сломанный рог. Земля, к которой прикоснулась рука, начала трескаться. С сиплым вздохом Мордред вынырнул из воды и тут же погрузился в нее обратно, после чего начал барахтаться. Смотрящая за этим со смехом троица залилась хохотом еще сильнее, пока, наконец, Йота неожиданно не стер набежавшие на глаза слезы и не произнес, откашлявшись: — Ох, бля, по-моему, он тонет. Повисла тишина, и тут уже дернулась Лотос и бросилась вперед. — Дерьмо! Он тонет! Вместе они вытянули Мордреда на берег. Так сказала Лотос — сам он этого не помнил, и, когда уже пришел в себя, она просто сидела рядом с ним на берегу, наблюдая за тем, как продолжают резвиться в воде Йота и Халдея. Майки на нем не было. Хм-м-м. Двигаться не хотелось. Говорить тоже не хотелось. Очередной близкий к смерти опыт лишь вновь доказал, что это тело держало его крепко, и, если он угробит его, то оно утащит его за собой. Скорее всего, Лилиум как-то настроил реактор, чтобы он уничтожил душу после остановок всех функций. Мордред не был специалистом в подобном, он мог лишь предполагать, но, зная, что Лилиум был способен на невозможное, он бы совершенно не удивился. Положив руку на лоб — прохладная — он неохотно бросил: — Позор, да? — Да ладно. — Скажи кому-то, что я из двоек, засмеют. — Ну, чем выше в иерархии, тем ближе к человеку. Повисло молчание. — Знаешь, — неожиданно заговорила Лотос. — Хм? — У тебя почти все тело — из металла. — Ну, часть его. Подняв руку над головой, Мордред вгляделся в нее. Часть ладони была родной, натуральной, но половина с мизинцем и безымянным пальцами состояла из металла. Прямо там, где тогда пошла трещина из-за… Воспоминания были неприятными, и Мордред крепко сжал кулак, после чего опустил руку. Лилиум мог постараться и восстановить плоть целиком. Но отчего-то не стал. Для наказания? Или ее части пошли для других… детей? Его взгляд медленно опустился на парочку, резвящуюся в воде. — Я слышала, протезы себе только богачи ставят. — В вашем обществе деньги — лишь иллюзия. — Неправда, Председатель старается… — Лишь имитация настоящего человеческого общества. Все это не играет роли. Тут нет никаких законов рынка, все это просто нужно для поддержания… фальши, — застонав, Мордред схватился за лицо. — Ты же принадлежишь Компании. Ты должна знать. — Ты тоже много чего знаешь, посмотрю, — нахмурилась Лотос и поджала ноги. — Да. Я же демон. — Ну а я… — они покосились на Йоту, грохнувшегося в воду. Неожиданно, она замялась. — Не важно. Скажи лучше, ты веришь в парадоксальных близнецов? — С чего такие вопросы? — Я просто подумала, что это странно, когда у трех людей, которых я знаю, одинаковые номера. Сначала это походило на совпадение, но потом… Ты же демон, наверняка знаешь. Лилиум… Он что-то плохое планирует? Мордред задумался. Но потом усталым тоном произнес: — Единственное, что он планирует — это глупость. Но не опасную. — Значит, ты знаешь… — Его затея не навредит никому. Просто потому, что она очень глупая. Вот и все. Вот и все. — У тебя, кстати, номер тоже похож, — неожиданно произнесла Лотос. Она больше ничего не сказала и поднялась на ноги, бросив на Мордреда последний странный взгляд. Он проследил за тем, как медленно она подошла к воде и осторожно окунула ноги, после чего потер шею, то место, где у всех магов располагались их шифры. Код, которым маркирует тебя и твою душу Завод. Тело — временное. Душа же вечна. У каждого мага код свой. У каждого живого. Он медленно выпрямился и подошел к воде, после чего наклонился. И, в отражении воды, увидел. Не полный, скорее всего из-за неровно сшитой кожи, но номер. «642312». Значит, Лотос была права. И некоторые догадки Мордреда тоже. Затем, он поднялся.