For Henry / Ради Генри

      Левой рукой прижимая к груди деревянную шкатулку с сердцем Мэри-Маргарет, правой Реджина открыла дверь гардеробной. Она спрятала бы его в фамильном склепе вместе с остальными, но это требовало времени, которого не было, и со стороны казалось совсем очевидным. Вот почему спрятала «трофей» в одной из многочисленных коробок с обувью, забавляясь тем, что сердце Белоснежки будет храниться рядом с парой дизайнерских туфель.       — Не думаю, что она когда-то была так близка к стилю, как сейчас, — проворчала Реджина и, закрыв дверь гардеробной, поспешила в детскую.

***

      — Ма? — Генри, прекратив буравить взглядом мшистую землю, посмотрел на неё. — Где мы? Что случилось?       Эмма зажала переносицу большим и указательным пальцами, глубоко вздохнула.       — Не знаю, Генри, хотя есть у меня одна догадка…       — Хорошо, — он встал и отряхнул джинсы. — И где же мы?       Эмма ещё раз огляделась и зашагала к деревьям лесной чащи, среди которых виднелся небольшой просвет.       — Либо мы где-то в окрестностях Сторибрука, — со стоном произнесла она, — либо в Зачарованном лесу.       Генри, остановившись, во все глаза уставился на неё.       — По-твоему, мы в Зачарованном лесу? — со страхом и надеждой в голосе спросил он.       — Возможно, — она пожала плечами. — Единственный способ выяснить — осмотреться, — она, прищурившись, посмотрела на солнце. — Если мы рядом с городом, он должен быть в той стороне, — махнула рукой. — Если мы в Зачарованном лесу, самое время искать безопасное место, чтобы успеть спрятаться до наступления темноты. Огры — не самые дружелюбные парни.       — Почему ты решила, что мы попали в Зачарованный лес? — поинтересовался Генри, когда они зашагали дальше.       — Потому что моя жизнь — отстой… — проворчала Эмма, а вслух сказала: — Потому что Зачарованный лес произвёл на меня неизгладимые впечатления. У меня очень необычное ощущение. Я не испытывала ничего подобного ни в окрестностях Сторибрука, ни в самом городе, ни где-то ещё. И потом. Помнишь яркий свет? Не исключено, что это был какой-то волшебный портал.       Остановившись на краю лесной чащи, они оглядели раскинувшийся перед ними пейзаж. Вдалеке виднелось неказистое деревянное здание, предположительно, конюшня. Было несколько огороженных участков, но в основном здесь были бескрайние луга, которые простирались до пышного лесного массива на линии горизонта.       — Давай заглянем? — предложила Эмма. — Если повезёт, встретим кого-нибудь, кто сможет объяснить, куда нас занесло на самом деле.       — Ма? — прошептал Генри. — Если это правда Зачарованный лес, как мы с тобой вернёмся домой?..       Эмма с мрачной решимостью посмотрела прямо перед собой.       — Не знаю, но мы что-нибудь придумаем.

***

      Реджина переступила порог детской комнаты. Осмотрела знакомые вещи, которые прочно ассоциировались у неё с Генри, и вдохнула его запах, такой родной и любимый, что глаза защипало от подступивших к ним слёз.       Реджина передёрнула плечами, сбрасывая наваждение, и принялась озираться по сторонам, высматривая заветный предмет, который можно использовать для заклинания. Незаправленная кровать, смятые простыни, заваленный книгами и бумагами стол, на котором всегда царил творческий беспорядок, и небольшая гардеробная. Реджина нахмурилась. Гардеробная сына, насколько она помнила, вечно ломилась от всякого хлама, значит, и поиски лучше начинать именно оттуда.       Рывком распахнув двери, Реджина критически оглядела сваленные в беспорядочные кучи вещи и игрушки, как вдруг её взгляд зацепился за маленькую коробочку на полке. Она подхватила её, приоткрыла и невольно улыбнулась. Коллекционная фигурка Халка. Она подарила её Генри три года назад на Рождество.       Первое время Генри повсюду таскал фигурку с собой, спал с ней и купался в ванной. У Халка было даже своё место за обеденным столом. Где-то через год игрушка предсказуемо наскучила Генри, но каждый раз, когда он чего-то боялся или болел, она снова появлялась у него в кровати или за столом.       Халк стал для него чем-то вроде защитного оберега, а более тесную связь представить себе сложно.       Реджина осторожно, словно боялась повредить, достала игрушку из коробки, а затем вышла из комнаты.

***

      Эмма и Генри добрались до деревянной постройки, когда солнце начало садиться за горизонт. Она насторожилась, а Генри явно испугался, хотя и старался храбриться. Собравшись с духом, Эмма переступила порог того, что на поверку в самом деле оказалось конюшней, крикнула:       — Эй! Есть здесь кто-нибудь?! — и положила ладонь Генри на плечо.       — Эй? — эхом повторил мужской голос. — Кто вы?       Эмма и Генри, не сговариваясь, повернулись. Всего в нескольких шагах от них стоял словно сошедший с иллюстраций к книге сказок весьма привлекательный молодой человек. В его волосах торчало несколько соломинок, а голубые глаза светились теплотой и каким-то поистине детским любопытством.       Эмма натянула одну из своих лучших улыбок.       — Привет.       Генри шумно сглотнул.       — Эмма, — с придыханием прошептал он. — Эмма, это же Дэниел, — при этих словах кровь отхлынула от его лица, а дыхание стало более учащенным.       Эмма посмотрела на сына.       — Что?       Генри округлил глаза.       — Это… Дэниел… мамин…       Эмма зажала Генри рот ладонью и виновато посмотрела на стоявшего перед ними парня. Тот по-прежнему не сводил с них обоих любопытного взгляда.       — Мы знакомы?       — Как бы… — Эмма судорожно глотала ртом воздух. — Нет? — она перестала зажимать Генри рот, но руки с его плеча не убрала. — Нет, не думаю. Мы, ну, мы заблудились… в том лесу? — она неопределённо махнула рукой. — И мы искали место, чтобы переночевать, прежде чем отправимся домой.       — Понятно, — в глазах парня промелькнуло сочувствие. — В здешних лесах может быть небезопасно. Особенно ночью. Откуда вы? Я мог бы помочь вам добраться до дома. Я поговорю завтра с хозяйкой после урока верховой езды с её дочерью. Если вы не возражаете против того, чтобы провести столько времени в конюшне, то я с радостью сопровожу вас.       Эмма почувствовала прилив паники.       — Очень мило с твоей стороны, но нам бы только переночевать, больше ничего.       — Можете остаться здесь. Моя комната на чердаке. Буду счастлив разделить с вами кров, — у него оказалась очень тёплая улыбка. — Меня зовут Дэниел.       — Видишь? — прошипел Генри. — А я говорил…       Эмма легонько пнула его, чтобы замолчал.       — Меня зовут Эмма, а это мой сын Генри, — она неловко помахала. — Приятно познакомиться.       Дэниел кивнул.       — Взаимно. Вы уже ели?       — Я очень голодный! — бесхитростно заявил Генри.       Дэниел улыбнулся.       — Давай, накормим тебя, — он указал на неприметную лестницу в дальнем углу конюшни. — У меня немного еды, но я с радостью поделюсь с вами.       — Спасибо, — прошептала Эмма и следом за Генри направилась к лестнице.

***

      Реджина поставила Халка на комод в гостевой спальне и огляделась. Первым, что бросилось ей в глаза, была разобранная постель и брошенная абы как спортивная сумка. Она усмехнулась. Кто бы сомневался. Всё указывало на то, что в этой семье неорганизованность была заложена на генетическом уровне.       Реджина собиралась всё тщательно обыскать, как вдруг заметила очень знакомую кожаную куртку. В глазах снова защипало. Собственная эмоциональность показалась ей до невозможности нелепой. Эмма Свон для неё ровным счётом ничего не значила. Просто пропала вместе с Генри, стало быть, и вернуться они должны вместе. В противном случае сын будет опустошен.       «Её надо вернуть ради Генри, — решила Реджина, — и это не обсуждается».       Она со вздохом подошла к стулу, на спинке которого небрежно висела кожаная куртка, и подцепила двумя пальцами за воротник. Пока придирчиво разглядывала, перед внутренним взором пронеслись первые дни Эммы Свон в Сторибруке, их печально известное знакомство, а следом её горячей волной накрыла энергия. Точно такая же, как в тот момент, когда обнаружила заветную фигурку в гардеробной Генри.       Интересно, как давно Эмма обзавелась этой курткой? Почему она так важна для неё? Реджина повела плечом. Ответы не имели значения. Главное, шериф дорожила этой вещицей, что, в свою очередь, было главным залогом успеха.       Перебросив куртку через руку, она подхватила с комода фигурку Халка и покинула спальню.       Время было позднее. Хотелось ей этого или нет, а организм должен был хорошенько отдохнуть, прежде чем предпринимать что-то ещё. У себя в спальне она аккуратно положила красную кожанку на диван, а Халка поставила так, чтобы выглядело, словно он уютно расселся за воротником.       Реджина взглянула на вещи и вытерла глаза. У неё был только один шанс найти их, и если она ошибётся, они рискуют быть потерянными навсегда.       «Один раз, — подумала она, — пусть хотя бы один раз удача окажется на моей стороне».