Глава 30
11 января 2021 г., 19:13
Руби с упоением читала третьесортный любовный романчик, когда её внимание привлёк цокот каблуков по бетонному полу, и она, подняв глаза, увидела перед собой Реджину Миллс. Та бросила на стол шерифа небольшой пакет, со стуком поставила бумажный стакан и со свойственной ей надменностью проговорила:
— Я принесла бы бифштекс, чтобы отвлечь тебя, но подумала, что бекон подойдёт больше. А теперь, почему бы тебе не сделать себе одолжение и не сгинуть куда-нибудь, чтобы я могла немного поболтать с твоей пленницей?
— У меня всегда были сложности с приручением, — отозвалась Руби лениво.
— И с приучением к горшку, полагаю, — парировала Реджина.
Руби выразительно закатила глаза, но придвинула к себе пакет и стакан и потянула носом воздух.
— Бекон, яйцо, сырный кекс и кофе «Французская ваниль»?
Реджина смерила Руби высокомерным взглядом.
— Я внимательная, дорогая. Хочешь сказать, ты не это обычно заказываешь на завтрак, когда не работаешь в утреннюю смену?
Руби нахмурилась, коротко кивнула, но приниматься за дары не спешила.
— Ты же знаешь, что ничего не выйдет. Ты не сможешь умаслить меня, чтобы остаться наедине с Мэри-Маргарет.
— Ты же знаешь, что я могу прикончить тебя взмахом руки, — ввернула Реджина.
— Но не прикончишь, — ответила Руби. Поднявшись, оглянулась на Мэри-Маргарет, которая спокойно наблюдала за происходящим. — Ты пришла не убивать.
— Откуда такая уверенность? — сузила глаза Реджина. — Ты прекрасно знаешь, на что я способна.
— Потому что Мэри-Маргарет давным-давно была бы мертва, и ты не пыталась бы подкупить меня любимым завтраком, — в голосе официантки, временно исполняющей обязанности помощника шерифа, послышались весёлые нотки. — Что тебе нужно, Реджина?
— Самоуверенность тебя погубит, мисс Лукас, — Реджина глубоко вздохнула и раздражённо выдохнула. — Но ты права. Я не горю желанием причинять тебе боль, но мне придётся, если продолжишь путаться под ногами.
Руби встала и направилась к камере. Реджина последовала за ней. Но вскоре стало понятно, что волчица не спешит оставлять её с пленницей наедине, наоборот, она подпёрла плечом решётку и вызывающе сложила руки на груди.
— Хорошо, ты поговоришь с Мэри-Маргарет, но только в моём присутствии.
— Нелепость, — Реджина смерила Мэри-Маргарет, чинно восседающую на неудобной койке, негодующим взглядом. — В любой момент я могу перебросить тебя на другой конец города, а ты и глазом моргнуть не успеешь.
Руби насмешливо фыркнула.
— Ты можешь провернуть это и с Мэри-Маргарет. Я не переоцениваю себя. Понимаю, что не смогу помешать, если тебе приспичит добраться до неё. Но у меня есть обязательства, и я буду присутствовать при вашем разговоре, нравится тебе это или нет.
— Я не хочу, чтобы она покидала пределы камеры… — Реджина прикусила язык, осознав, что сказала больше, чем хотела. Но она быстро вернула себе самообладание и отчеканила: — Мисс Бланшар находится именно там, где мне нужно, чтобы она находилась.
— Да, я вроде как догадалась, — пожала плечами Руби. — Знаешь, а я не думаю, что ты чем-то могла навредить Эмме. Не скажу, что целиком и полностью на твоей стороне, но…
Реджина не дала Руби договорить.
— Да, я в курсе, — когда же наконец-то посмотрела на неё, той показалось, что увидела в карих глазах намёк на уважение. — Очень важно, чтобы я нашла их как можно скорее.
— Знаю, — кивнула Руби. — Я всё понимаю, поверь, и не я одна… Я не оставлю вас одних, — она посторонилась и, взглянув на Мэри-Маргарет, добавила: — Но я позволю тебе поговорить с ней, — махнула на стол шерифа, до которого было рукой подать, а затем снова посмотрела на пленницу. — Буду рядом.
Мэри-Маргарет коротко кивнула и встала с койки. Между ними не было ничего, кроме стальных прутьев, что было ярким напоминанием о другом времени, когда они находились в точно таком же положении.
— Что тебе надо, Реджина? — ничего не выражающим голосом спросила Мэри-Маргарет.
***
— Должно хватить, — пробормотала Эмма, поднимаясь с колен, после того, как туго обмотала лодыжку Реджины куском холщовой ткани. — У тебя сильный вывих. Тебе бы отлежаться несколько дней, — пожала плечами, — постараться не нагружать её лишний раз, всё такое. — Спасибо за помощь, — Реджина ответила любезной улыбкой. — Так вышло, что моя мать уехала по делам, её не будет несколько дней, — стоило ей заговорить о матери, как в голосе тотчас проступили беспокойные нотки. — Стало быть, она не разрешит сопроводить вас, но… — она посмотрела на Дэниела. — Я отдам приказ от её имени. Эмма задумчиво наблюдала за почти безмолвным разговором и с каждой секундой всё отчётливее понимала, что Реджина здорово рисковала, разбрасываясь такими обещаниями. — Нет, всё нормально, — отмахнулась она. — Спасибо, но мы с Генри сами справимся. — Позволь хотя бы отблагодарить тебя за помощь, — Реджина взглянула на травмированную лодыжку. — Позволь поговорить с кухаркой, попросить её приготовить вам еды в дорогу, пожалуйста? — в её глазах читалась мольба. — Это меньшее, что я могу сделать, и ты… — она скользнула взглядом по блузке. — Ты пользуешься благосклонностью Королевы? — Что? — растерянная Эмма проследила за взглядом Реджины, пытаясь понять, что её удивило и восхитило одновременно, и похолодела. Чёртова брошь. — Ой, ну, мы… — Это подарок! — Генри ткнул пальцем в свою брошь. — Моя бабушка преподнесла их со словами, что они с незапамятных времён принадлежат нашей семье! Реджина медленно моргнула. — О, понятно. Раз ваша семья пользуется благосколонностью Королевы, то мы просто обязаны оказать вам всяческую помощь и почести, — её глаза заблестели. — Если мы не обеспечим вам безопасность, это будет чревато нежелательными последствиями, да и в целом Королева совсем не обрадуется, когда узнает, что мы отправили вас домой одних. — Эта точно не обрадуется, — проворчала Эмма беззвучно, но вслух сказала совсем другое. — А давайте просто оставим всё это между нами? Если никто не узнает, что мы были здесь, то и Королева не рассердится. Реджина недоверчиво приподняла бровь. В этот самый момент она до чёртиков напоминала взрослую себя, да так сильно, что Эмма внезапно почувствовала дрожь в коленях. — Ты хочешь, чтобы я солгала Королеве? Воспоминание было смутным, неуловимым, и Эмма кашлянула в попытке прогнать его, а заодно прочистить горло. Откуда оно вообще взялось? — Нет, но я не думаю, что этот случай где-то всплывёт, значит, и беспокоиться тебе не о чем. Дэниел галантно предложил Реджине руку, чтобы она могла встать с его помощью, а затем послал гостям чуть виноватую улыбку. — О, если Реджине что-то приходит в голову, её ни за что на свете не переубедить в обратном. Скоро ты и сама в этом убедишься, — он посмотрел на Реджину. — Ещё одна отличительная её черта. — Сдаётся мне, я догадываюсь, на что она способна, — закатила глаза Эмма. В воцарившейся тишине очень некстати недовольным урчанием дал о себе знать желудок Генри. Напряжение рассеялось. В глазах Реджины вспыхнуло торжество. — Вы пообедаете со мной, а кухарка тем временем приготовит вам что-нибудь в дорогу, — она не спрашивала, а просто ставила перед фактом, но всё-таки добавила: — Я настаиваю. — Чудесно, — Эмма попыталась скрыть раздражение и разочарование. Они с Генри не спеша зашагали следом за парочкой. Даже будучи юной версией себя Реджина оставалась невероятно хороша в том, чтобы заставлять её отплясывать под свою дудку. Славно, но всё равно досадно. Эмма споткнулась на ровном месте. Как давно она смирилась с этим обстоятельством? — Ма? — Генри потянул её за рукав блузки. — Всё хорошо? — Да, Генри, всё просто зашибись, — ответила Эмма самым язвительным тоном, на какой только была способна. Генри нахмурился, но его желудок снова заурчал, намекая, что пора бы подкрепиться, и он, не проронив ни слова, зашагал быстрее.***
— Реджина? — окликнула Мэри-Маргарет встревоженно. Молчание и спокойствие Реджины, что скрывать, не на шутку обеспокоили её. Собранная и сосредоточенная бывшая королева в мгновение ока превратилась в потерянную и уязвимую. Реджина несколько раз яростно моргнула, покачала головой. — Какого чёрта? — пробормотала она. Отвела глаза, с видимым усилием взяла себя в руки и прошептала, то ли с болью, то ли с лёгким смущением: — Оно продолжается. Мэри-Маргарет с подозрением уставилась на неё. — В чём дело? — Тебя это не касается, — отрезала Реджина и резко вскинула голову. — Мне нужно знать, что происходило в твоей жизни за несколько месяцев до нашей первой встречи. Расскажи всё, что ты помнишь. — С чего бы? — вскинулась Мэри-Маргарет. — Зачем тебе это? — Рассказывай или горько пожалеешь, — прошипела Реджина. — И что ты мне сделаешь? — Мэри-Маргарет, скрестив руки на груди, послала ей самодовольный взгляд. — Вырвешь мне сердце? — Я могла бы просто убить тебя, — произнесла Реджина нарочито беззаботно. Мэри-Маргарет пожала плечами. — Но тогда ты не получишь нужной тебе информации. Реджина склонила голову и улыбнулась: — Ты права, но у меня нет времени играть в твои игры. Я вернусь, и ты расскажешь мне всё, что помнишь, — с этими словами она исчезла в клубах фиолетового дыма. — Почему бы просто не ответить на вопросы? — осведомилась Руби. — Потому что вопросы каким-то образом связаны с Эммой и Генри, и я не собираюсь добровольно помогать ей, не то она найдёт их раньше нас, — на одном дыхании выпалила Мэри-Маргарет. Снова плюхнулась на кровать. Руби допила остатки кофе, выбросила мусор в корзину для бумаг и спросила: — Всё ещё считаешь, что она попытается навредить им? — А как иначе, Руби?! Поверить не могу, как тебе вообще пришла в голову мысль, что она пытается спасти их? Реджина не меняется. По-моему, она это уже доказала, нет? Она забрала моё сердце. Руби окинула Мэри-Маргарет очень долгим, задумчивым взглядом. — Мы с тобой давно дружим. Ты видела меня в самые тёмные времена, ты знаешь, скольким людям я причинила боль, а то и сделала кое-что похлеще… — она вскинула руку, призывая Мэри-Маргарет помолчать. — Я знаю, какая ты. У тебя доброе сердце и благие намерения. Но то, что ты сделала сегодня с Эммой и Генри, совсем не похоже на тебя прежнюю. Манипулятивный, предательский поступок. Да, я думаю, что Реджина искренне пыталась измениться, а Эмма и Генри по мере возможностей помогали ей. И я не понимаю, почему ты не хочешь. Мне казалось, что ты должна быть заинтересована в мире больше всех в нашем городе. Если ты готова поддерживать меня, несмотря на все мои злодеяния, почему ты не хочешь даже попытаться сделать то же самое для Реджины? — Это другое! — вспылила Мэри-Маргарет. — Ты не злой человек. Ты ничего не могла поделать со своей сущностью, но как только научилась себя контролировать, ты перестала выходить на улицы и убивать людей. И ты не пыталась подчинить себе мою дочь и моего внука. Руби задумчиво поджала губы. — Тебя только это заботит? Мэри-Маргарет исподлобья взглянула на неё. — На что ты намекаешь? — Брось, ты знаешь, — протянула Руби. — Не мы выбираем, в кого… — Не смей! — отрезала Мэри-Маргарет. — Даже слышать ничего не хочу! Реджина — приёмная бабушка Эммы. Брови Руби поползли вверх, по её лицу было невооружённым глазом видно, что она думает о наивности Белоснежки. — Сдаётся мне, что Реджина не считает тебя своей дочерью… — Я не хочу об этом говорить, — Мэри-Маргарет отвернулась к стене. — Не говори, — отозвалась Руби насмешливо, — но твоё молчание ничего не изменит. В кабинете шерифа воцарилась напряжённая, неловкая тишина, и Руби, бросив на подругу жалостливый взгляд, снова взялась за книгу.
