Нарисованное солнце

— Давай, — мягко подбодрил Сычжуй. Мальчик, воодушевленный его словами, разжал пальцы, попытавшись поплыть самостоятельно. И тут же, испугавшись, уцепился за его руки снова, смешно отфыркиваясь от попавшей в нос воды. — Не бойся, — Сычжуй тихо засмеялся, наблюдая за его стараниями, — я не отпущу тебя. Нахмурившись, А-Лин снова забил ногами по воде, избегая взгляда Лань Юаня, который все еще смотрел на него с улыбкой. Вся эта сцена отзывалась у Сычжуя в груди горько-сладким чувством ностальгии. Цзинь Лин говорил так же, когда учил его плавать. Это был один из первых их совместных походов на задание. Видя, как раздражается Жулань в ответ на нападки со стороны остальных, Сычжуй решил, что было бы неплохо приглашать его время от времени поохотиться вдвоем. Перво-наперво все действительно было хорошо. Цзинь Лин уже не вел себя так же настороженно, как поначалу. Он даже начал поддерживать разговор во время их встреч. Говорил о том, как идут дела в Ланьлине, как ворчит глава Цзян, о Фее, которую пришлось оставить дома, так как недавно она принесла щенков. Может, кому-то это показалось бы странным, но Лань Юаню действительно нравилось, когда Цзинь Лин говорил с ним о мелочах. Прежде Жулань опасался быть откровенным с остальными. Обычно от него можно было услышать только хвастовство или агрессию, что отталкивало даже нейтрально настроенных к нему младших адептов. Не то чтобы сам Лань Сычжуй не уставал от этого. Порой Цзинь Лин был достаточно тяжелым человеком, при контакте с которым было сложно сохранять спокойствие. Но Юань понимал, что у того есть свои причины и что такая реакция являлась лишь способом самозащиты. Именно поэтому он искренне радовался каждому шагу, что Цзинь Лин делал навстречу их дружбе, которая с течением времени постепенно крепла. И именно поэтому, когда донельзя воодушевленный Жулань однажды оказался на пороге Облачных Глубин, впервые попросив у него помощи с «очень важным и ответственным заданием», Лань Сычжуй не смог ему отказать. О чем позже пожалел. Сычжуй прекрасно знал о том, что прежде чем браться за что-то, следует узнать детали. Однако в тот момент он был так рад просьбе Цзинь Лина, что сразу же сказал «да». «Очень важным и ответственным заданием» Цзинь Лина оказались два быка-оборотня, которые вдобавок к массивным тушам обладали еще и чрезвычайной быстротой. Был бы здесь Цзинъи, он бы уже вовсю клял Жуланя на чем свет стоит. Но, так как они были вдвоем и отступать было уже поздно, пришлось стиснуть зубы и встать бок о бок с юным главой Цзинь. Несмотря на излишнюю браваду, Цзинь Лин был способным и умелым учеником, которому просто не доставало опыта, чтобы стать известным в кругах заклинателей. Поэтому, пусть и с трудом, но в конечном итоге им удалось одолеть обеих тварей с наименьшими потерями. — По... получилось! — воскликнув, Жулань окинул своего товарища восторженным взглядом. Вкупе со взъерошенными волосами его лицо в этот момент показалось Сычжую донельзя милым. Увы, но не успели они отпраздновать свою победу, появился еще один. Застав адептов врасплох, он сбил с ног Лань Юаня, который рухнул на Цзинь Лина, после чего они оба кубарем покатились с обрыва, чудом не свернув при этом шеи. Оказавшись в воде, Сычжуй запаниковал. Дна под ногами не было, и даже при том, что он успел задержать дыхание, Юань абсолютно не знал, что теперь делать. В попытке удержаться на поверхности он начал барахтаться, чувствуя, как бьется обо что-то плечом. Пытаться понять, что это, у Сычжуя времени не было, все, что он мог, изо всех сил постараться ухватиться за это «что-то». Вновь погрузившись под воду, Сычжуй в оцепенении застыл, пока не осознал, что его вытолкнуло наверх. После чего снова забился, словно выброшенная на берег рыба. — Да успокойся, я... Остаток фразы потонул, заглушенный гулом воды, раньше, чем Юань смог узнать обладателя голоса. Но спустя несколько секунд он снова его услышал. — Я... — Цзинь Лин закашлялся, сплевывая воду, — я тебя держу, успокойся... Да хватит драться, слышишь!! Все еще охваченный паникой Сычжуй огромным усилием заставил себя игнорировать инстинкт самосохранения, который продолжал звоном отзываться у него в ушах. Цзинь Лин был прав, перестав брыкаться, тонуть он перестал. — Все хорошо, я держу тебя, — повторил Жулань, когда они оба немного успокоились. — Прости, я... — начал Сычжуй, но Цзинь Лин перебил его. — Здесь небольшой выступ. Но он очень скользкий, так что я не смогу держаться за него долгое время. На счет три я его отпущу, хорошо? Просто держись за меня и плыви следом. Его голос звучал сердито. Юань, осознавший, что чуть было не утопил их обоих, сник. — Цзинь Лин... — Ты меня понял? — снова перебил его Жулань. Судя по напряжению в его голосе, держаться ему действительно было трудно. Сычжуй чувствовал, как он вздрагивает, то и дело пытаясь подтянуться ближе, не отпуская при этом Юаня. — Я понял, — ответил он кротко. Когда Цзинь Лин разжал руку, Лань Юань напрягся, схватившись за его плечо. Несмотря на увещевания Жуланя, он попросту не мог чувствовать себя в безопасности, пока его ноги не касались дна. — Все хорошо, — выдохнул Цзинь Лин, заметив выражение на его лице. — Все хорошо, просто держись за меня! Кивнув, Сычжуй сдавленно охнул, когда после этих слов Цзинь Лин оттолкнулся и поплыл вперед. Так они и доплыли тогда. Жулань и цепляющийся за него Лань Сычжуй. Оборотней поблизости видно не было. И хотя берег, на который им удалось выбраться, был противоположный тому, где они сражались, поосторожничать все же стоило. Придя в себя после пережитого потрясения, Лань Юань вдруг заметил то, чего не замечал до этого. Кисть руки Жуланя была испещрена многочисленными порезами, некоторые из которых выглядели довольно глубокими. И хотя он и пытался вести себя так, будто ничего не произошло, сомкнув пальцы, скрыть это было невозможно. Собираясь в ладони, кровь срывалась крупными каплями, пачкая и без того мокрые одежды. — Цзинь Лин, твоя рука... В волнении Сычжуй схватил его за запястье. Жулань поморщился, но руку не отнял. — Просто царапина. — Это не царапина, это!.. Сычжуй запнулся, бережно коснувшись кожи рядом с израненным участком. Он догадался, когда Цзинь Лин мог так порезаться. В тот момент, когда изо всех сил пытался удержать себя и Сычжуя, который с таким упорством тащил их обоих ко дну. — Царапина, — упрямо повторил Цзинь Лин, убрав руку. — Не нужно так смотреть на меня, — взвился он, поймав встревоженный взгляд Юаня. — Я не какая-то там юная госпожа, как вы все думаете. Заживет. После чего, гордо вскинув голову, пошел вперед. Не оборачиваясь, пока они не достигли ближайшей деревни. Только после этого Жулань наконец уступил, позволив обработать свои раны. — Я не знал, что ты не умеешь плавать, — сказал потом Цзинь Лин. Сычжуй не понял, являлось ли это упреком с его стороны, но на всякий случай извинился. Чем заслужил удивленный взгляд собеседника. — Ничего страшного, — добавил Жулань, когда Юаню казалось, что тема исчерпала себя, — я тебя научу. И действительно, не прошло месяца, как Цзинь Лин заявился в Облачные Глубины с твердым намерением забрать Сычжуя на Пристань Лотоса. Тренировались они на рассвете. Тогда, когда большая часть адептов Юньмэн Цзян еще спала в своих постелях. И хотя Жулань и ворчал, что вода в это время суток все еще холодная, он никогда всерьез не смеялся над тем, как Сычжуй стыдился, стоило кому-то их увидеть. — Надо же, даже у святых Гусуланьских адептов есть свои недостатки, — фыркал он, наблюдая за краснеющим лицом Юаня. — Это нормально, — добавлял Цзинь Лин уже серьезно, не желая задеть друга. Сычжуй никогда не любил долго находиться в воде. От вида мирно покачивающейся водной глади его мутило, чего уж говорить о переправе на лодках. И все же он не смог отказать, когда Жулань так искренне предлагал свою помощь. В конечном итоге он смог переключить свое внимание, не испытывая тошноту. Сложно было думать о чем-то, кроме пары белых рук с закатанными рукавами, которые держали его собственные. — Не бойся, — снова сказал тогда Жулань, поймав его взгляд, — я тебя не отпущу. А он и не боялся. Чего уж тут бояться, когда воды тебе по грудь. Казалось, тем, кто из них боялся, был сам Цзинь Лин. И все же эта забота с его стороны грела. — Я не боюсь, — пропыхтел А-Лин, в очередной раз отплевываясь от соленой воды, — Чжуй-гэ спасет меня, если я начну тонуть. С этим утверждением можно было только согласиться.