Laced With Honey

В ушах Чонгука звенит голос Тэхена. Старший говорил так тихо, что его голос был похож на тихий шепот, но он звенит как сирена в голове альфы, ведь всё, что делает Ким, влияет на него гораздо больше, чем должно. Чон не отвечает. На самом деле он не знает, что ответить. Парень не понимает, почему профессор стоит посреди его второго дома, ведь его совершенно не волнует, когда второй выглядит так. Взгляд Чонгука скользит вниз, оценивая обнажённые ключицы под частично расстёгнутой чёрной рубашкой, его длинные ноги в светлых джинсах, подчёркивающих бёдра и задницу. Другими словами, Тэхён выглядит чертовски съедобно, но что ещё нового? — Что ты здесь делаешь? — выпаливает Чонгук, выпячивая глаза, запоздало понимая, как грубо это прозвучало. Тэхен хмурит брови, глядя на младшего с озадаченным выражением. — Э-э... я пришел на ужин. — Ким Тэхён!! Джуни так много рассказывал о тебе!! Так приятно наконец-то встретиться. — Джин обрывает профессора, когда тот почти кричит, прежде чем обхватить руками гибкую омегу. — Агх. — Тэхен чувствует, как сильная хватка выжимает из него жизнь. — Я тоже рад с тобой познакомиться. — говорит он после того, как старший отпускает его, и на его безупречном лице появляется мягкая улыбка. Тэхен ценит присутствие другого омеги, цветочный аромат которого творил чудеса, успокаивая нервы. Особенно после того, как неожиданно столкнулся лицом к лицу с неким твердолобым альфой. Чонгук делает всё возможное, чтобы отвести взгляд, но квадратная улыбка, которая рисует черты лица Тэхена, когда он разговаривает с Джином, — самая симпатичная вещь, которую он когда-либо видел, — то, как улыбка омеги освещает все его лицо, ломая обычное серьезное выражение, которое Чон привык видеть в классе. Мысли парня возвращаются к тому, как запах старшего успокоил его, пусть даже на мгновение. Никто и никогда не оказывал на него такого воздействия. Тэхен сводил с ума, но при этом заставлял чувствовать себя совершенно непринужденно. Боже, Чонгуку казалось, что он сходит с ума. — Пора есть! Не хочу, чтобы мой шедевр остыл. — Джин буквально вырывает Чонгука из его мыслей. Все рассаживаются за столом, ожидая, когда Джин принесет еду, на которой так настаивал. Чонгук следует за Тэхёном, изо всех сил стараясь не смотреть на его чертовски совершенное тело. От восхитительного запаха, который вторгается в его лёгкие, в горле образуется комок, близость прекрасной омеги только усложняет ему поддержание спокойствия и собранности. Чон садится на свое обычное место, слева от Намджуна, оставляя место напротив для Джина. — Тэхён, сядь рядом с Чонгуком. — Намджун жестом указывает на свободное место рядом с младшим и тот раздраженно вздыхает. Он просто не мог найти передышки. — Пахнет потрясающе, малыш. — улыбается Намджун, когда в столовую входит его парень, который не садится, пока его не чмокают в щеку. — Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю. — Джин был с шокирующей для Омеги гордостью. Он всегда был немного другим. — Я обожаю кимчи от Джина! — заявляет Тэхен, когда перед ним ставят нагроможденную тарелку. Джин улыбается, наслаждаясь похвалой. — Как и наш маленький Гукки, это его любимое блюдо, которое я готовлю. — он смотрит на молодого альфу с нежной улыбкой. — Хён! Прекрати. — усмехается Чонгук, чувствуя, как его лицо горит от того, что его назвали маленьким Гукки перед Тэхёном. У него был имидж, который должен быть поддержан, черт возьми. Джин только пожимает широкими плечами и продолжает копаться в вкусной еде, стоящей перед ним. Чон краем глаза смотрит на профессора, замечая, как легкая улыбка сползает с губ Тэхёна. Он пытается мысленно определить момент, когда он начал так сильно заботиться о мнении омеги, но ничего на ум не приходит. Чонгук никогда не чувствовал себя неуверенным за всю свою жизнь, его деньги и внешность заботились об этом. Но Тэхен менял все. — Итак, Тэхён. — начинает Намджун. — Расскажи мне, как продвигаются твои занятия. Есть какие-нибудь проблемы или что-то, о чем я должен знать? — спрашивает альфа, любопытно изогнув брови. Тэхён бросает взгляд на Чонгука, сидящего рядом с ним, прежде чем быстро отводит взгляд. — По большей части всё хорошо. Однако я заметил, что Чонгуку, похоже, приходится нелегко. — Тэхен оглядывается на Чонгука, чьи глаза чуть ли не выпучиваются от того, что его так выставили. Намджун откладывает палочки, его взгляд останавливается на младшем, открывая рот, чтобы заговорить. — Что значит у Чонгука не все в порядке?! — Джин обрывает всё, что Намджун собирался высказать, выражение шока появляется на его лице, когда его пухлые губы раскрываются от неожиданной новости. Чонгук переводит взгляд с одной пары на другую, не зная, что сказать. Он никогда раньше никого не подводил. — Послушай, это действительно не так уж и важно... в любом случае, искусство — это не моя специальность. — парень снова начинает есть, надеясь, что его безразличие заставит их оставить эту тему. — О, так вы не знали? Извини, я думал, что Чонгук сказал бы, что провалил свой первый тест. Чонгук мысленно проклинает Тэхёна, ведь тот практически втирал соль в раны. Альфа поднимает глаза, соглашаясь, что ему придется поговорить об этом. — В следующий раз я постараюсь, ладно? Это не моя вина, что у меня не было выбора в этом классе. — Чонгук знает, что это звучит грубо, но он не может справиться с тем, что его раздражение только растет, когда тот чувствует себя загнанным в угол. Тэхён поворачивается лицом к младшему, встречаясь с ним взглядом. — Ну, если ты будешь продолжать в том же духе, у тебя не будет ни единого шанса пройти. Может быть, стоит подумать о репетиторстве? Намджун согласно кивает. — Я думаю, это мудрое решение. Тэхён, не мог бы ты оказать Чонгуку дополнительную помощь? — Да! Это отличная идея, Джуни! — Джин похлопывает альфу по руке, улыбка украшает его лицо при мысли о товарищах. — Чонгук никогда никого не подводил, так что я уверен, что это просто недоразумение. — суетится омега, выглядя так, будто он говорит больше сам с собой, чем с другими. Рот Чонгука отвисает, когда его осеняет осознание. Тэхён собирается заниматься с ним… — Ладно... всё должно быть в порядке. — Тэхён проводит пальцами с кольцами по своим светлым локонам. Взъерошенные волосы идеально падают на темные брови. — Только если Чонгук не против. Честно? Чонгук подумал, что это абсолютно ужасная идея, но по причинам, которые он не мог озвучить. — Похоже, теперь у меня определенно нет выбора. — логическая часть его знает, что это была катастрофа, ожидающая своего часа, в то время как его внутренний волк был вне себя от желания провести время с омегой. — Вы двое можете обменяться телефонами и назначить время встречи! Может сделаете это быстрее, чтобы Чонгуки смог учиться лучше как можно быстрее. — Практически требует Джин сладким тоном, который маскирует безумный блеск в его глазах. Если кто-то и был заинтересован в будущем Чонгука, так это он. В конце концов, мальчишка должен будет заботиться о нем в его последующие годы. — После ужина, хён. — все возвращаются к счастливой еде. Ну, все, кроме Чонгука. Его разум лихорадочно обдумывает последствия общения с Тэхёном. Боже, он хотел убить и в то же время поблагодарить Джина за то, что тот предложил эту идею. За столом завязывается обычная беседа: Намджун и Джин рассказывают друг другу о своих днях, эффективно заставляя Чонгука и Тэхёна чувствовать себя третьими колесами. Молодой альфа бросает взгляд на сидящего рядом, замечая, как его брови слегка опущены, а красивые розовые губы поджаты, словно тот напряженно думает. Может быть, Тэхён не хотел учить его, и все это будет отменено? Лучик надежды увядает, как только ему приходит в голову, что они ни за что не выберутся отсюда. Не прошло и часа, как теперь они сидят в просторной гостиной и Чонгук пытается совершить свой Великий побег. Он больше не мог сидеть рядом с пьянящей его омегой. С каждым мгновением ему казалось, что чувства сходят с ума. Разум и эмоции смешивались каждый раз, когда Тэхен пытался заговорить с ним. Чонгук зевает, потягиваясь всем телом для большего эффекта. Это не было похоже на то, что парень полностью расслабился. Его мышцы напряглись, привлекая внимание омеги рядом с ним. — Думаю, мне пора уходить, спасибо за ужин, хён. Это было действительно вкусно! — Чонгук вскакивает со своего места, его тело протестует против того, чтобы покинуть удобное положение рядом с небесной омегой. — Подожди, Гук! Ты записал номер Тэхёна? — и тут Чонгук понял, что так легко не отделается. Он оборачивается, уже на полпути к двери, — ох, да. — смеется , пытаясь скрыть явный ужас на лице. Чон возвращается к профессору со всеми фибрами уверенности, которые только может собрать, учитывая, что он получил номер только для репетиторства. Боже, как неловко. Парень достает телефон из кармана и открывает его, прежде чем протянуть омеге, сидящему перед ним. На короткое мгновение Тэхён смотрит на него, в его янтарных глазах кружится что-то, чему Чонгук не может дать названия, но в любом случае это вытягивает дыхание из легких. Ким протягивает руку, их пальцы соприкасаются, когда он тянет устройство к себе. Прикосновение ощущается как крошечные покалывания на коже Чонгука, теплое электричество, пробегающее по его телу от кончиков пальцев. Ощущение почти заставляет младшего задохнуться, но он успокаивает себя, вместо этого сосредотачиваясь на интересной вазе. Через мгновение Чонгук чувствует легкий толчок в руку. Он смотрит вниз и видит Тэхёна, протягивающего свой телефон. Изящные руки омеги слегка дрожат, когда он засовывает его обратно в гораздо большую руку альфы. Чонгук запоздало осознает, что чует малейший намек на нервозность от другого, и боже, как это приятно. Он мило улыбается, — до завтра, профессор — и с этими словами Чонгук уходит. Разум Чонгука выкручивает, как только он уходит от сладкого запаха Тэхёна. Эти медовые глаза ни на секунду не покидают мысли, пока парень вливается в поток машин и выезжает из него, синие огни города сливаются с фиолетовыми оттенками, отражаясь от нетронутого красного автомобиля. Вскоре Чонгук тащит себя через вестибюль многоквартирного дома, умственное истощение от дня поражает его в полную силу и когда он идет к лифту, то после опирается своим весом на прохладное стекло. Его внутренний волк, кажется, не может расслабиться теперь, когда он далеко от, по-видимому, единственной вещи, которая может заставить его расслабиться. Как это одно стало Тэхёном? Чонгук понятия не имеет. Ему кажется, что его грудь сжимается с каждым мгновением, пока парень не чувствует только это. Чон падает в постель, позволяя черным простыням остудить его разгоряченную кожу и глубокий вздох срывается с его губ. Но, прежде чем парень успел расслабиться, из кармана раздался приглушенный звон. — О черт. — выдыхает Чонгук, позволяя устройству упасть ему на грудь. Через мгновение он снова поднимает трубку, впервые заметив, как именно профессор записал свой контакт.

Тэхён

Дай знать, когда тебе будет удобно. Ворчание непроизвольно вырывается у Чонгука, его и без того измученный мозг не знает, что делать с тем фактом, что Тэхён вписал свое имя как Тэхён. Не слишком задумываясь, он быстро набирает ответ.

Скоро скажу.

***

— И это наша остановка на сегодня. В следующий раз мы закончим высокий Ренессанс, не забудьте сделать обзор для викторины! — Тэхён практически кричит, перекрывая шум половины класса, собирающего вещи. Чонгук закатывает глаза от нарушающего тишину шума, находя его более чем раздражающим, ведь студенты думали — что это нормально, буквально встать и уйти, пока профессор говорит. Идиоты. Как только Тэхён действительно закончил, Чон начал собирать свои вещи. Прошла неделя с тех пор, как они обменялись номерами, и ещё одной неудавшейся оценки хватило, чтобы омега взял всё в свои руки. Теперь Чонгук был вынужден сидеть в самом центре первого ряда, в то время как весь класс сидел позади него. Не говоря уже о репетиторстве, которое должно было начаться завтра, и Чонгук ничего не мог с этим поделать. Но хуже всего было то, что альфа действительно не хотел. Всего за пару недель нелепый урок рисования стал для Чонгука чем-то таким, чего он с нетерпением ждал, несмотря на то, как он всё провалил. Ему просто стоило сидеть так близко к Тэхёну, смотреть, как прекрасная омега взволнованно говорит о чем-то, что он любит, когда Чонгук смотрит слишком пристально. Точно так же, как и сегодня. Младшему пришлось практически оторвать взгляд от Кима, когда тот упаковывал свой нетронутый блокнот и ручку. Чимин заканчивает до него и быстро прощается, утверждая, что ему нужно встретиться с Юнги или что-то в этом роде. Чонгук только усмехается, наблюдая, как омега практически выскакивает из класса. Легкая хмурость появляется на лице, когда парень думает о том, что у него не было никого, к кому он мог бы пойти, чтобы с нетерпением ждать встречи. По крайней мере, до урока рисования в понедельник вечером. Чёрт, возьми себя в руки. — мысленно упрекает себя Чонгук. Как только Чон встает, чтобы надеть рюкзак, то ловит взгляд Тэхёна. Он показывает небольшую улыбку омеге, а сердце абсолютно не пропускает удар, когда другой улыбается в ответ. С сердцем, практически застрявшим в горле, Чонгук поворачивается, чтобы выйти. Ноги ощущаются как свинцовые глыбы с каждым шагом от омеги. Парень проходит мимо рядов сидений, замечая пару альф, когда они разговаривают друг с другом. Он не обращает на них особого внимания, пока его чуткий слух не улавливает разговор. — Братан, чего бы я только не отдал, чтобы трахнуть профессора. Посмотри на эту задницу. — говорит более высокий альфа, прежде чем они оба хихикают, глядя на ничего не подозревающего омегу, который в данный момент наклоняется, чтобы собрать остальные свои вещи. Эти двое практически раздевают Тэхёна глазами, кивая и шепча друг другу, в момент, когда их запахи усиливаются от возбуждения. Чонгук останавливается на полушаге, вонь их запахов и их отвратительные слова превращают его кровь в огонь, бурлящий в венах. Собственничество клубится в его животе, внутренний волк поднимает голову при мысли о том, что Тэхён в опасности. Он кружит вокруг альф, его мышцы напрягаются, а рост немного растет, когда адреналин скачет в венах, заставляя казаться намного больше и пугающе, когда глаза опасно сверкают красными крапинками. — Какого хрена ты только что сказал? — чонгуков голос невероятно низкий. — Остынь, Чон. Только не говори мне, что ты не согласен. Ты только посмотри на это тело. — Альфы ухмыляются, оглядываясь на Тэхёна, упуская из виду тот факт, что Чонгук не играл ни в какие игры. Вся аура младшего темнеет, когда он облизывает языком щеку, претенциозная ухмылка вытягивает черты лица, когда ярость подпитывает мозг. Его запах вспыхивает, интенсивность стирает ухмылки с лиц альф, когда они понимают, что облажались. Чонгук выпрямляется, выглядя ещё больше, чем обычно. Глаза теперь пылают огненно-красным, прежде, чем парень тянет одного из альф за рубашку, глядя другому прямо в глаза. — У-у-у, в чем твоя проблема, парень? — заикаясь, выпаливает альфа с широко раскрытыми глазами. Его ноги едва касаются земли. — Скажи это еще раз. Я блять оттрахаю тебя. — выплевывает Чонгук, надеясь, что другой достаточно глуп, чтобы попытаться бросить ему вызов, ведь Чон мог разорвать его на части. Более слабый альфа отводит взгляд, не оказывая сопротивления, и сжимается в покорности. Чонгук отпихивает его с рычанием, раздраженный тем, как слаб был другой, но он не должен удивляться. Было не так много волков, которые могли бы противостоять ему. Чонгук знает, что он высказал свою точку зрения, знает, что ему нужно успокоиться, но инстинкты не позволяю. Он как будто потерял полный контроль над собой, когда идет, чтобы схватить другого съежившегося волка, но у него никогда не было шанса. Маленькая рука обхватывает бицепс Чонгука, нежная сила тянет его назад, прежде чем парень может погрузить свои удлиненные когти в другую. На мгновение он забывает, где находится, слишком поглощенный гневом, чтобы понять, кто это. Резко обернувшись, его огненный взгляд встречается с большими глазами Тэхёна, в тот момент, когда омега пытается удержать его, несмотря на то, насколько явно напуган. — Вы двое уходите, немедленно! — профессор указывает на дверь, продолжая осторожно оттаскивать Чонгука от альф, стараясь не разозлить и без того кипящего парня. Два волка выбегают из комнаты так быстро, как только могут, поджав хвосты, и Чонгуку требуется полное успокоение, чтобы не побежать за ними, ведь внутренний волк только больше раздражается при мысли о погоне, но успокаивающая рука удерживает его на месте. — Эй, давай, Чонгук. — говорит Тэхён самым спокойным голосом, на который он способен, учитывая, как страшно находиться рядом с таким сильным и злым альфой. Он выводит младшего из комнаты, желая увести подальше от любопытных глаз, чтобы тот мог успокоиться, и, к счастью, Чонгук следует за ним. Они выходят из класса и идут по коридору, рука Тэхёна не отпускает напряженную руку Чона, когда он ведет его в неизвестный кабинет и закрывает дверь. Омега внезапно отпустил его и потеря контакта показалась Чонгуку последней каплей рассудка. — Что все это значит? — Тэхён продолжает тем же спокойным голосом, но Чонгук не упускает тревоги, которая портит его сладкий запах. Альфа заставляет себя успокоиться, зная, что его угрожающая внешность, вероятно, только ухудшает ситуацию, но каждый раз, когда парень вспоминал тех придурков, говорящих эти вещи о прекрасной омеге перед ним, он не мог контролировать свой гнев. Тэхён замечает внутреннюю битву, которую переживает Чонгук, напряженную челюсть, взвинченное тело и этот мускусный запах, смешанный с резким, кислым запахом ярости, который заставил омегу инстинктивно захотеть успокоить другого. Ким подходит ближе, уступая той части себя, которая хочет угодить альфе. Чонгук физически чувствует, как омега приближается, как его сердце сразу же начинает обретать нормальный ритм, дыхание становится ровным, глаза тускнеют, возвращаясь к своему обычному шоколадно-коричневому цвету. Чонгук наклоняется ближе, ища утешения, и когда он глубоко вдыхает запах старшего, сочащийся медом и успокаивающими феромонами, которые испускает Тэхён, его пальцы зудят, чтобы протянуть руку и приблизить омегу.… — Чонгук, — тихо начинает Ким, глядя на другого. — Почему ты так разозлился? — Тэхён вглядывается в последний темно-красный цвет, рассеивающийся в радужках глаз Чонгука, его тело почти дрожит от этого зрелища. — Я... они говорили о тебе вещи, которые мне не нравились. — громыхает Чонгук, его глаза трепещут от эффекта, который второй оказывал на него. Взгляд Тэхёна смягчается. — Они просто какие-то идиотские альфы, Чонгук, они всегда говорят детские вещи. Всё в порядке.       — Нет, Тэхён, всё не в порядке. — Чон делает шаг вперед. Их разделяют всего несколько дюймов. — Никто никогда не имеет права так говорить о тебе. — бормочет он низким, властным голосом, но на этот раз в голосе не было сдерживаемого гнева. На таком расстоянии он может видеть красивые ресницы Тэхёна, которые веером падают на его щеки. Когда он делает глубокие вдохи, его грудь поднимается и опускается от близости. И боже, эта красивая, без всяких отметин шея, в которую Чонгуку так и хочется уткнуться лицом. — А почему тебя это волнует? Ты мой ученик, Чонгук, я думаю, что ты присоединишься к ним, если что. — шепчет омега в воздух между ними и что-то близкое к боли очевидно в его голосе. — Тэхён. — шепчет альфа, заработав резкий выдох от другого. Чонгук смотрит ему в глаза, пользуясь возможностью запомнить каждую деталь другого. Эти прекрасные медовые ирисы, которые начинают кружиться с синими следами, его приоткрытые губы, когда он делает неглубокие вдохи, такие пухлые и манящие. Тэхён настолько совершенен, что Чон не знал, чего хочет, и он чувствовал, как решимость рушится с каждым мгновением. — Я бы никогда не сделал ничего подобного и я разорву любого, кто это сделает, - заявляет Чонгук с серьезным выражением лица, убеждаясь, что омега знает, что тот имеет в виду каждое слово. Тэхён делает шаг назад, его глаза расширяются, когда он приходит в себя. — Ну, н-не попадай в неприятности. — он глядит куда угодно, только не на альфу перед собой. На мгновение становится неловко, потому что ни один из них не знает, что делать теперь, когда момент упущен. Тэхен довольно резко кашляет, отчего становится только хуже. — Увидимся завтра? Вам все еще нужна дополнительная помощь? — спрашивает он и неуверенность искажает выражение его лица. На лице Чонгука появляется легкая улыбка. — Конечно, увидимся завтра, Тэхен-щи. Парень выходит из кабинета, его разум не в состоянии осмыслить то, что только что произошло, но он знал, что хочет, чтобы это случилось снова. Неважно, что его чувства становятся таким огромным беспорядком. Он хочет, чтобы Тэхён был его, но знает, что этого не может быть. С раздраженным вздохом Чонгук достает телефон и выходит из здания.

Чимини

Ты занят?

Я только что вернулся с занятий Почему?

Я сейчас приду

Двери открыты Чонгук должен был видеть лицо своего лучшего друга сейчас, он никогда не должен был влюбиться в своего профессора истории искусств, но ему нужно было поговорить об этом с кем-то. Может быть, Чимин или Юнги могли бы отговорить его от этого. В конце концов, это просто влюбленность…

***

Чонгук открывает дверь в квартиру Юнги и Чимина, бросая свою сумку с книгами на пол, прежде чем пройти в простую гостиную в конце коридора. — Чимин, где ты, я... что за чертовщина! — от открывшегося перед ним зрелища Чона чуть не стошнило. — Ты когда-нибудь слышал, чтобы стучали, малыш? — небрежно спрашивает скрипучий голос Юнги, в тоне которого явно слышится веселье. Чимин просто отвратительно смеется над выражением отвращения на лице своего лучшего друга, когда он улыбается в шею своей пары. — Чимин сказал мне, что дверь будет не заперта. Это не моя вина, что вы двое, блять, полностью одеты! — раздраженно заявляет младший, избегая смотреть на эту пару любой ценой. Чимин целует свою пару в щеку, прежде чем слезть с колен старшего. Альфа разочарованно вздыхает и бросает раздраженный взгляд в сторону Чонгука. Боже, это же не его вина, что пара не могла держать его в штанах больше 10 минут. — Ты так драматизируешь. Я не знал, что ты так скоро будешь здесь, извини. — невинно смеется омега, похлопывая Чонгука по спине и быстро обнимая его. — Может быть, в следующий раз проверишь свой телефон — заявляет Чон, закатывая глаза и обнимая меньшего. — Давно тебя не видел. - говорит Юнги со своего места на темном кожаном диване. — Какие-нибудь новости в твоей жизни? Чонгук проводит руками по своим черным волосам, вздох срывается с губ, когда он позволяет себе упасть на диван. — Вообще-то я пришел поговорить с Чимином кое о чем. — говорит альфа, откидывая голову на спинку дивана. — Всё в порядке, Чонгуки? — быстро спрашивает омега, беспокойство заметно голосе, когда он хмурит брови. — Все в порядке. На самом деле речь идет о гм… Тэхён-щи. — бормочет Чонгук, еще один вздох срывается с его губ только от мысли о прекрасной омеге. Смущенный хмурый взгляд рисует черты лица Пака. — Что-то случилось после урока? — Я имею в виду что-то вроде... но это к делу не относится. — он колеблется, не совсем веря, что собирается это признать. Чонгуково сердце выпрыгивает из груди, чувство незнакомое и неуютное. — Мне кажется, он мне нравится. — выпаливает Чонгук, не отрывая глаз от потолка, даже когда слышит, как рядом ахает его лучший друг. — Ну, э-э-э... я надеялся на то, что вы поладите, ведь он будет нашим профессором в течение целого семестра, и это будет... — Он мне нравится, Чимин. — поправляет его Чонгук, устремляя на омегу решительный взгляд, надеясь передать, насколько он серьезен. Юнги оживляется от интереса и легкая улыбка сползает с его губ. Единственное, что его возбуждало. - Это драма. — Прости, что? - нервно смеется Чимин, все еще не совсем понимая, что пытался сказать младший. Должно быть, он ослышался или что-то в этом роде.… В конце концов, омега никогда не видел, чтобы альфа испытывал к кому-то настоящие чувства. Чонгук садится, глядя на другого жестким взглядом. — Я. Нравится. Его вообще-то много. Я не могу этого объяснить… Каждый раз, когда рядом с ним, то его запах сводит меня с ума, как будто я действительно возбуждаюсь и чувствую, что вот-вот взорвусь. И у меня появляется это странное чувство, как будто у меня болит грудь, но в то же время это приятно? Не знаю, звучит безумно. Я не могу описать это. — заканчивает альфа, чувствуя, как тяжесть спала с его груди от того, что он наконец-то рассказал кому-то об этом, даже если взгляд, который он получает, менее чем желателен. — По-моему, тебя выпороли, малыш. — Юнги смеется, взъерошивая волосы Чона. Чимин просто одаривает его почти грустной улыбкой. — Он наш профессор, Гук. Ты же знаешь, что этого не может быть. Чонгук вздыхает с досады: — Да я в курсе. Вот почему я не знаю, что со мной не так! Я не могу взять себя в руки и это сводит меня с ума! — А Джин-хён и Намджун-хён знают? — с любопытством спрашивает омега, изо всех сил стараясь не спугнуть младшего. Это было крайне редко для Чонгука, чтобы открыться так, но Чимин уже чувствует, как тот раздражается, его глаза вспыхивают красными крапинками, а его запах приобретает горький запах. — Нет, я сказал только вам двоим. Они не узнают, потому что тогда они оба взбесятся, и это будет целая драматическая ситуация без всякой причины. — Гук смотрит на свои руки, волна уныния захлестывает его. Он не ожидал, что друзья поддержат его, но было тяжело слышать — насколько невозможна ситуация. Чимин что-то напевает в ответ, не зная, как ответить. — Я надеялся, что вы двое сможете убедить меня забыть об этом. — заявляет альфа, дергая себя за волнистые волосы и откидываясь на спинку дивана. — Мы с тобой оба знаем, что нельзя просто игнорировать чувства или что ты там себе представляешь. Но ты не можешь этого допустить. Тэхён может попасть в серьезные неприятности, если вы двое... ну, вы знаете. — говорит Чимин с легким смешком, пытаясь облегчить очевидное напряжение другого. — Я никогда не сделаю ничего, что могло бы навлечь на него неприятности. Черт, он даже не знает, что он мне нравится. Я просто забуду об этом. Это глупо. — пытается убедить себя Чонгук, но он знает, что это безнадежное дело. —Тебе придется, Чонгук, у тебя нет выбора. — говорит Юнги, пытаясь (и терпя неудачу) утешить младшего альфу. — Просто забудь, что я сказал, хотя спасибо за совет. — Чонгук встает и идет к выходу. — Куда это ты собрался? — Чимин озабоченно хмурит брови. — Возвращайся к себе. Мне нужно кое-что сделать, я напишу тебе позже, хорошо? — говорит Чонгук с улыбкой, изо всех сил стараясь, чтобы это звучало убедительно. Пара прощается, прежде чем он выходит из квартиры и направляется к своей машине. Мысли переполняют его разум. Это не помогло, как он надеялся. Чонгук вырывается из своих грез, когда слышит знакомый звонок телефона. Он вытаскивает устройство, ожидая, что это будет сообщение от Джина, спрашивающего, как прошел его день. 1 непрочитанное сообщение

Тэхён

В 3 завтра, хорошо? Чонгук не может не улыбнуться, читая сообщение. Волнение пробегает по телу при напоминании, что он сможет «провести некоторое время» с Омегой завтра.

Да. До встречи, профессор.

К черту все мнения. Чонгук точно знает, чего хочет, и будь он проклят, если не попытается.

***

Его ладони вспотели. Почему у него вспотели ладони? Чонгук внутренне стонет, направляясь к знакомому кабинету в конце коридора. Его сердце тревожно бьется, то ли от предвкушения, то ли от страха, альфа не знает. Когда парень приближается к большой деревянной двери, этот упоительный запах поражает его, каким-то образом успокаивая и пробуждая чувства еще больше. — Черт. — шепчет Чонгук себе под нос, кладя руку на дверную ручку, размышляя, стоит ли его будущее всех этих усилий. Не похоже, что колледж — это большое дело, верно? Он сосредотачивается на запахе мёда и мяты, проникающем в лёгкие, как он странным образом очищает его голову, заставляя чувствовать, что тот плывет. Чонгук прислоняется головой к двери, довольствуясь тем, что стоит там как уродец, пока не успокоится настолько, чтобы открыть дверь, но, очевидно, у Вселенной другие планы. И честно? Он должен был предвидеть это, он бы предвидел, если бы не позволил своим чувствам переполниться мыслями об Омеге. Парень смутно различает какие-то шуршащие звуки, прежде чем дверь внезапно распахивается, эффективно волоча за собой его руку. Альфа спотыкается, прежде чем поднять голову и встретиться лицом к лицу с парой потрясающих золотых глаз. — Чонгук, что ты делаешь? — профессор приподнимает бровь. — Э-э... уже почти 3. Ты уже забыл обо мне? — Чонгук язвит в ответ, пытаясь скрыть тот факт, что его только что застали за дверью. — Нет, не забыл. Сейчас только 2: 45, у нас еще есть 15 минут. Я просто не ожидал, что ты появишься так рано. — Тэхён скрестил руки на груди и прислонился к дверному проему, наблюдая за взволнованным альфой. Чонгук только усмехается, глядя на омегу с недоверием. Он знал, на что намекает другой. Тэхён снова приподнимает свою идеальную бровь. — Полагаю, раз ты уже здесь, мы можем начать. Заходи. — говорит он, поворачиваясь, чтобы пройти в кабинет, жестом приглашая младшего следовать за ним. Чонгук садится за маленький деревянный столик, прежде чем положить свою сумку и терпеливо ждать Кима, который, по-видимому, не спешит, просматривая стопки изображений. Альфа скрещивает руки на груди и откидывается назад, стул скрипит от движения, когда он нетерпеливо проводит языком по щеке. — Так что именно мы изучаем? — Чонгук оглядывает домашний офис и замечает, что там нет фотографий Тэхёна с другим альфой. Омега поднимает взгляд от стопки заметок, которые он сейчас просматривает и раздраженный вздох срывается с его губ. — Что значит 'что мы изучаем'? Мы собираемся пересмотреть то, о чем говорили в классе. Чонгук ухмыляется, наслаждаясь раздражением, заметным в чертах Тэхёна. По крайней мере, он получил какую-то реакцию. Альфа наклоняется вперед, положив обе руки на стол, и их взгляды встречаются. — И о чем, собственно, мы говорили в классе? Омега прищуривается. — Ты очень скоро узнаешь. А теперь, пожалуйста, открой учебник на главе 3. Чонгук наклоняет голову, на мгновение встречаясь взглядом с профессором, но этого достаточно, чтобы стереть вызывающий взгляд с его лица. Чону, возможно, придется послушать Тэхёна, но это не значит, что он перевернется, как щенок. В конце концов, он все еще альфа. Зрительный контакт прерывается, когда старший отводит взгляд, не в силах встретиться с напряженным, темным взглядом альфы. Поэтому Чонгук наклоняется, чтобы вытащить толстую книгу из рюкзака, в то время как другой идет к столу, кладя перед собой небольшую пачку заметок. — Давайте начнем с простых вещей. Клод Моне. Чонгук усмехается. — Ах, ты слишком легок со мной. Я видел эту картину с мамой в Париже прошлым летом. Тэхён в замешательстве наклоняет голову, глядя на альфу красивыми, широко раскрытыми глазами. — Что значит, ты видел его в Париже? Я даже не показывал тебе картины. — О, моя беда. Я хотел сказать, что видел их работы. Омега просто кивает, не совсем веря словам другого. — Ладно, хорошо, ты узнаешь это? — Тэхён указывает на изображение, которое выглядит как куча пятен и размытых краев в серых тонах. Честно говоря, Чонгук понятия не имеет, что это такое, но это выглядит ужасно. — гм... видите ли, я знаю, но не могли бы вы освежить мою память? Тэхён искоса смотрит на альфу, внутренне стонет от отсутствия мотивации у другого, но он не мудак, поэтому остается спокойным. — Хорошая попытка, по крайней мере, скажи мне, кто это или какой стиль, это так просто! Чонгук берет изображение, изучая формы, линии, лужи цвета, прежде чем посмотреть на Омегу, который просто выжидающе ждет. Он почти чувствует себя виноватым, что подвел его. — ...мм, это определенно абстракция. Тэхён физически чувствует, как дергается его глаз. Он делает глубокий вдох, прежде чем посмотреть на альфу, у другого хватает наглости смотреть с надеждой после этого ужасного ответа. — Нет, Моне был художником-импрессионистом, Чонгук. Это бульвар Капуцинов. — говорит омега с безупречным французским акцентом. — Это было написано Клодом Моне в 1873 году в Париже, очевидно. — декламирует Ким, как будто это самое основное человеческое знание. Ну и зануда. — думает про себя Чонгук. — Ох, верно. Я знал это. Я думал о водяных лилиях, понимаешь? Лицо омеги загорается так быстро, что становится почти грустным. — Водяные лилии тоже от Моне, мы делаем успехи, Гук. Чонгук замирает от этого прозвища, пока Тэхён занят тем, что просматривает какие-то заметки, вероятно, даже не осознавая, что прозвище само по себе выскользнуло. Альфа отпускает его, не желая указывать на это и ставить другого в неловкое положение, в конце концов, ему нравится, как это звучит из красивого рта омеги. — Ладно, давай посмотрим на кого-нибудь другого. Вот хороший, его все знают. — Тэхён достает еще одно изображение, прежде чем подвинуть его к Чонгуку. — Кто это нарисовал? Парень смотрит вниз, его глаза вообще не фиксируют изображение, но вместо этого фокусируются на изящной руке омеги, как его длинные красивые пальцы украшены тонкими кольцами, как... — Чонгук, ты знаешь? Он так погрузился в свои мысли, что пропустил все, что сказал Тэхён. Чонгук пристально смотрит на картину перед собой, ярко-красный цвет изображения будоражит его память. Он знает, что за всем этим кроется. — О...гм... Ван Гог, верно? Омега удивленно поднимает брови, прежде чем на его лице появляется улыбка. Он не ожидал, что Чонгук скажет правильно. — Да! Откуда ты знаешь? — Потому что я смутно припоминаю, что вы говорили об этом... Глаза Тэхёна блестят, его любимая часть обучения — это когда кто-то наконец понимает. — Это хорошо, Чонгук, клянусь, это не сложно, если ты просто вспомнишь интересные истории, стоящие за этим искусством. Чон кивает, поймав себя на том, что хочет угодить старшему еще больше. — Я буду стараться изо всех сил. Иногда это очень много. Профессор понимающе кивает, его пушистая светлая челка падает на глаза при этом движении. — Я кое-что раскопал и выяснил, что ты отличник бизнеса. Если ты можешь сделать это, сделаешь и это. — Тэхён показывает на разложенные перед ними изображения. Чонгук ухмыляется, втайне довольный тем, что омега нашел время узнать о нем побольше. — Полагаю, это была любезность Намджун-Хена? Тэхён отворачивается, делая вид, что находит что-то интересное в другом конце своего кабинета. “Ну, мне нужно было знать, с кем я работаю. - застенчиво заявляет он. Чонгук рассматривает профиль старшего, его мягкие черты, обрамленные красивыми светлыми волосами. Он так близко, всего в нескольких сантиметрах или около того, что позволяет так легко потеряться в удивительном запахе и еще более удивительном виде. На таком расстоянии Гук практически ощущает тепло тела Тэхёна, и чем дольше он здесь сидит, тем сильнее на него действует. — Знаешь, дело не в том, что материал трудный, просто я больше сосредотачиваюсь на учителе, чем на том, чему меня учат. — слова срываются с губ Чонгука прежде, чем он даже думает об этом, признание заставляет омегу яростно покраснеть. — Н-не говори таких вещей, Чонгук. — заикается Тэхён, не зная, как реагировать на такое смелое заявление альфы. Достаточно трудно иметь дело с восхитительным запахом младшего, но такие слова заставляют его внутреннюю омежку мяукать, желая подчиниться и быть в объятиях сильного альфы, что никогда не может произойти. Тэхён откашливается слишком громко. — Давай... вернемся к делу. На чем мы остановились? Чонгук фыркает, недовольный, но не удивленный реакцией старшего. Он не мог не почувствовать, как его внутренний альфа ощетинился, раздраженный тем, что не может ничего сделать, чтобы заполучить прекрасную омегу. Поэтому он наклоняется вперед, чтобы сосредоточиться на том, что говорит ему профессор, полный решимости овладеть всем этим дерьмом и произвести впечатление на Тэхёна. У него много работы.

***

Чонгук, наконец, закончил свой последний урок и теперь идет пить кофе с Чимином. Он направляется в кафе, решив не брать машину, чтобы насладиться короткой прогулкой. Прекрасный осенний день, солнце светит сквозь деревья, легкий ветерок развевает его волнистые черные волосы. Сегодня альфа в особенно хорошем настроении и это определенно не имеет никакого отношения к Тэхёну. Он входит в магазин, как только всепоглощающий аромат кофе наполняет воздух, слегка принюхиваясь к запаху кофе и книг. Чонгук тут же видит своего лучшего друга, сидящего за их обычным столиком и улыбающегося так широко, что его глаза кажутся полумесяцами. — ГУК! — Эй, Чим, ты уже заказал? — Чонгук кладёт сумку на стул, прежде чем сесть. Омега качает головой. — Нет, я ждал тебя. Симпатичная молодая официантка подходит к их столику, чтобы принять заказ. Чимин довольствуется своим обычным ледяным мокко с дополнительными взбитыми сливками и шоколадной моросью, отвратительно. — думает про себя Чонгук. — А для тебя?— девушка-омега поворачивается к Чонгуку, явно краснея. Чимин только смеется и шевелит бровями, глядя на своего лучшего друга. — Мне американо, черный, пожалуйста. — просит Чонгук, едва удостоив девушку второго взгляда, когда она заканчивает записывать заказ. Как только официантка отошла достаточно далеко, Пак внезапно расхохотался. — Чувак, она была так увлечена тобой. Если бы только знала, что ваш тип — профессора. — Чимин держится за живот, когда сгорает в приступе хихиканья, практически бросаясь со стула из-за своей собственной шутки. — Заткнись на хрен, пока я не ушел отсюда. — заявляет Чонгук, закатывая глаза и в его голосе ясно слышится раздражение. — Нет! Извини, ладно, я прекращаю. Девушка приносит напитки и ставит их на стол, пока они бормочут тихие "спасибо". Пара просто сидит и говорит о своем дне, о новой хореографии, которую они изучают, о сексуальной жизни Чимина, как обычно. Они не могли по-настоящему тусоваться из-за плотного графика и того, что омега всегда был с Юнги, так что это была приятная перемена. — Ты сегодня выглядишь счастливым, Гук. — улыбается Чимин, делая глоток своего жидкого диабета. Чонгук пожимает плечами. — Это был хороший день. Омега шевелит бровями, вертя соломинку между маленькими пальцами. — Так в чем же причина? — Нет причин. — Чонгук ухмыляется, делая глоток горького черного кофе. Он мысленно возвращается к Тэхёну, прокручивая в голове, как они были близки, как опьяняла омега, всегда дававшая Чонгуку побегать за его деньгами. Да, вот в чем причина.