Ради тебя, сын мой

      Гайд и Нарвин прибыли в Иссуар через два дня: они потратили это время на придумывание легенды и сбор необходимых вещей. Мэтью и Элизабет поменяли свои имена на Дегэйр Тео и Элинор Нинон Шери. Двоица решила прикинуться молодой парочкой, которая ищет хорошее место, чтобы осесть, и колесит по городам, приглядываясь к людям. Квартирка, снятая ими у миловидной бабульки Фэнни Лакоте на окраине, была скромной и подходила под легенду о не особо состоятельных молодожёнах. Бабуля эта была низенькой, пухлой и круглолицей. Она создавала впечатление крайне доброго и отзывчивого человека, образ той самой бабушки, которая готова прибежать в любой момент на помощь и приготовить ужин. Но на самом деле Фэнни при необходимости становилась крайне строгой. Например, нарушение её правил относительно обращения с мебелью в квартире послужило бы предлогом для выселения без возврата оплаты. И нервов. Так что отодвигать две одноместные кровати друг от друга двое магов не стали, смирившись с тем, что некоторое время им придётся дышать друг на друга во сне.       Бабуля Фэнни не поскупилась дать молодожёнам парочку наставлений. В тот день, 11 июля, Мэтью и Элизабет заехали в квартиру и сбросили там вещи, решив заняться их распаковкой позже. Двухкомнатная жилплощадь с малюсенькой, но уютной кухней в рыжеватых тонах, с окнами на проезжую часть и входом через подозрительный дворик почти досталась в полное распоряжение двоице. Осталось лишь заполучить ключи, которые старушка Фэнни всё не отдавала. Женщина хлопотала над чем-то в ванной, не очень торопясь на выход. В конце концов, было лишь одиннадцать утра. Она что-то бурчала под нос, пока маги стояли в прихожей и ждали шанса поскорее ринуться в центр города и потеряться в возможностях поиска.       — А вы уже расписались? — спросила вдруг Фэнни, выходя из ванной. В руках у неё было задрипанное полотенце, которое она забыла убрать перед заселением новых жильцов. Она остановилась на пороге, так и не торопясь в прихожую: она решила окинуть квартиру взглядом ещё раз.       — Да, — сделать более дружелюбный тон голоса у Элизабет не получилось, и она скрестила руки на груди. Она готова была уже выпрыгнуть в окно или начать бегать по кругу, лишь бы хоть чем-то заняться, а не томиться ожиданием.       — А вы обвенчались?       Мэтью чуть нахмурился. С чего это Фэнни так заинтересовалась их «личной жизнью». Она же их не выселит, узнав, что они не совершили это венчание. На самом деле, Нарвин не знал точно, что это такое и зачем проводится. Знал лишь, что это связано с церковью. Бабушка Фэнни, к счастью Элизабет, приблизилась к ним, уперев руки с зажатым в одной из них полотенцем и ключами во второй в бока.       — Нет, — Элизабет продолжала отвечать в одиночку. Взгляд Фэнни после услышанного стал словно бы строгим и осуждающим, но эмоции быстро сменились снисхождением.       — Сходите к преподобному Пати. Он всегда готов дать совет и помочь в этом деле, — сказала она, потерев ладони, перед тем как отдать вторые ключи Мэтью. Скорее, Дегэйру. Или Элинор.       — Преподобный Пати? — Элинор улыбнулась. Она часто, работая с маглами, поражалась их религиозным представлениям. Она сама не верила ни в каких богов, её «высшей силой» была магия, только в неё она верила. Ну, в силу разума ещё, но магию можно было бы приравнять к понятию божества. Если сравнивать то благоговение, тот «религиозный опыт», которые она видела у маглов, то подобные чувства вызывала у неё мощь, заключённая в палочке из дуба. Заклинания же Элинор ассоциировала с молитвой. В таком смысле девушка была глубоко религиозна. Но не по типичным магловским понятиям.       — Да, да, Фредерик Пати. Он наш настоятель Сент-Остремуана. Если вы и правда собрались переезжать сюда, то лучше переговорите с ним для начала. У нас городок религиозный, он вам в этом деле поможет. Да и вы ещё не обвенчались. Если переедете, то обязательно обвенчайтесь у него!       — Хорошо, хорошо, — Дегэйр вступил в диалог и неловко улыбнулся, понимая, что ему предстоит допытывать Элинор относительно этого вопроса. Он мало чего знал о маглах, именно о их вере. — Если переедем, то конечно.       — Сходили бы прям сейчас туда. Погода солнечная, там такая красота будет. Может и самого Пати увидите, он часто по четвергам выходит прямо к алтарю.       Маги переглянулись и, поджав губы, закивали головами, понимая, что выбора им особо и не оставляют. Они зашагали со своей окраины почти в центр города, получив от Фэнни обещание присмотреть за их вещами. И дать наконец ключи, когда они вернутся. С обычных, типично городских, кирпичных и серых дома стали меняться на белые и каменные с красными черепичными крышами. Атмосфера как-то изменилась, ожила. Стала праздничной. Маги оглядывали узенькие улочки, что появлялись и прятались меж домов, словно речки. Смотрели на людей, которые в большинстве своём были довольны погодой и громко переговаривались. И наконец вышли к большой кольцевой дороге: Бульварному кольцу. Пройдя по нему, они остановились на площади Верден и увидели церковь.       Бело-серая и с лёгкой розовинкой и рыжиной, высокая и с шестигранной колокольной башней, усыпанная продухами. Церковь была резная, вся в витражных, маленьких окнах. Именно апсида являлась мягким рыжим пятнышком этого строения, делая её более приятной глазу. На самом верху, на крыше башни, был скромный и не особо примечательный шпиль. на нем не было ничего, кроме маленького креста, напоминавшего из-за сетевидного украшения снежинку. Здание было большим, но и одновременно маленьким. Оно занимало лишь часть площади, не забывая при этом нависать над головами прохожих, то и дело напоминая о своей роли, важности и величии.       Маги вошли внутрь, чувствуя себя не в своей тарелке. Эта святыня была им чужда, отчего клокочущее и царапающее изнутри чувство, словно ты вмешался в чужую жизнь, нарушив десяток законов, стало пробираться в Дегэйра и Элинор. Преодолев притвор, они попали в главную часть часть церкви — наос. Сам он был сер, сумрачен, и мелкие окна даже утром и днём не справлялись с тем, чтобы освещать всё помещение. Им пытались помогать золотые люстры со свечами. Впрочем, в тот момент зажжена была лишь одна люстра у правого бокового нефа. Тона колонн, что отделали части церкви друг от друга, были приглушёнными: потускневший красный и загрязнившийся белый. А вот часть, отведённая апсиде…       Сквозь витражные окна пробивались солнечные лучи, дробились на более мелкие, приобретая новые оттенки. Красный и синий свет обволакивал помещение. Колонны цвета свежей крови с резвящимися узорами, украшенные лепными ангелами и святыми ближе к верху, стояли полукругом вокруг алтаря, словно защищая его своими могучими и твёрдыми телами от внешних вмешательств. На фоне такого убранства сам алтарь выглядел скромным и неприглядным. Но, кажется, в этом и была задумка.       В разноцветных лучах солнца, казалось, застыл как статуя монах, зажмурившись, и приложив руку к груди, на которой висел крест. Со светлой цепочкой, что, обвив шею монаха, спускалась к одной из пуговиц рясы, крутилась вокруг неё и повисала, держа серебряный, украшенный узорчатыми символами большой крест. Чёрные одежды контрастировали с белыми, почти что серебристыми волосами и слегка выглядывавшим в районе шеи белоснежным подрясником.       Монах, стоя полубоком, молился у алтаря, перестав двигаться и, будто бы, дышать. Его высокая и худоватая фигура была объята синим и красным сочетанием цветов. Таких прекрасно комплементарных.       — Вот ирония. Сам Господь его к нам послал. Как думаешь, это правда он? — спросила шёпотом Элинор, слегка потянув за рукав рубашки своего напарника. Она заметила, что только они и были в церкви в такую рань. Естественно, ведь все нормальные люди спали. Что-то с этой старушкой Фэнни настораживало девушку. Она подумала, что стоит приглянуться к ней повнимательнее.       Дегэйр же стоял, чуть приоткрыв рот, удивлённый и сбитый подобной красотой, представшей перед ним. Он перестал моргать, и его глаза начинали слезиться, а слов Элинор он даже не услышал, поглощённый своими впечатлениями, как и не почувствовал лёгкого прикосновения к руке.       — Дегэйр? — девушка посмотрела на него, ткнув в поддых. Тот дёрнулся и заморгал, приходя в себя.       — А, чего?       — Как думаешь, это правда он?       — Чего гадать. Надо подойти поближе, посмотреть.       — Он молится, как раз нас не увидит, — Элинор указала взглядом на одну из скамеек.— Присядем.       Они тихонько прошли к третьей от алтаря скамейке, приземлились и замолкли, погрузившись в свои мысли. Девушка думала о том, как работать с монахом. Ведь религиозная каста обычно такая закрытая. По крайней мере, она такой представлялась ей. Хотя это в какой-то мере можно сравнить с ними, магами. Эта аналогия показалась ей такой нелепой, что она аж усмехнулась, после чего быстро прикрыла рот, мельком взглянув в сторону подозреваемого. Тот не отреагировал, стоял к ним всё также полубоком. Дегэйр же не мог отвести глаз от мужчины в чёрном одеянии. Это зрелище отчего-то так привлекло его, так поразило. Слегка сияющая тёмная фигура со светлой головой. Ему стало любопытно, все ли приходящие сюда так воспринимают подобное. Тут-то парень вдруг понял, что кроме них и монаха в церкви, именно в главном зале, никого нет. Он взглянул на Элинор, надеясь взглядом поделиться с ним его открытием, но девушка сидела с закрытыми глазами. Тоже молилась? Нет, с чего бы ей.       Вздохнув, Дегэйр вновь повернул голову к монаху, с ужасом обнаружив, что тот развернулся и смотрел на него в ответ.       Лицо совпадало с тем, что было на вручённой им в министерстве фотографии. Разве что оно было взрослее: взгляд потерял высокомерие и презрение, теперь он передавал какое-то спокойствие, а самодовольная ухмылка уступила место спокойной улыбке. Ещё в выражении лица читался… интерес?       Так вот он. Драко Малфой. Как же так, маг стал священником.       Малфой легко и мягко улыбнулся Дегэйру и снова развернулся к алтарю. Парень же поджал губы, думая, что бы сделать теперь. Он вновь бросил взгляд на Элинор, которая, чуть приоткрыв глаза, наблюдала за ним: девушка почувствовала, как тот заёрзал на скамейке, и запереживала.       — Что ты делаешь?       — Я подойду к нему, — прошептал Дегэйр, наклонившись к уху напарницы.       — Зачем? — Элинор мотнула головой. — Не стоит. Плохая идея.       — Можно идти разными путями.       Дегэйр поднялся с места, прошаркал к проходу под осуждающий взгляд девушки и подошёл к алтарю. Монах не сдвинулся с места и не перевёл на него взгляда. Лишь его ресницы дрогнули. Шери же посмотрел наверх, изучая витражи.       — Всегда приятно видеть новые лица, — полушепотом сказал Драко, открыв глаза. Дегэйр столкнулся с холодными серыми глазами, которые не выдавали никаких эмоций. Он словно пытался продраться сквозь густой туман.       — Мне порекомендовали зайти сюда. Поговорить с настоятелем Пати.       — Ах. И зачем же вам отец Пати? — монах продолжал сдержанно улыбаться и опустил руки, сцепив пальцы в замок.       — Видите ли, мы думаем о том, чтобы переехать сюда, — Дегэйр не закончил мысль потому, что монах поднял ладонь, останавливая его речь.       — Я понял, вас Фэнни послала? — Малфой улыбнулся шире, немного показывая зубы. Он вновь опустил руку, и цепь на его груди легонько позвенела.       — Откуда вы знаете?       — Она предупредила, что вы зайдёте, — монах кивнул. — Вы, значит, Дегэйр Тео Шери. А та мадам, — он посмотрел на напарницу Дегэйра, которая делала вид, что молится, а вовсе не прислушивается к разговору, что вёлся полушепотом. — Ваша жена, Элинор.       — Да, верно, — юноша поджал губы. Малфой запомнил имена незнакомцев после одного разговора с Фэнни. Дегэйр же сам иногда не мог запомнить чью-то фамилию, трижды не пообщавшись, а этот впитал информацию о них так просто. Стало некомфортно, и он едва заметно повёл плечами.       Монах снова кивнул. Затем он посмотрел прямо в глаза парня и пропустил усмешку.       — Меня зовут Фредерик Пати.       Малфой стал не просто священником. Он стал настоятелем целой церкви? Мозгов и скудных знаний о вере хватило, чтобы понять, что это самый главный тут. Удивлённый этим открытием, парень забыл как либо ответить монаху. А тот стоял и терпеливо ждал, держа руки перед собой в замке.       — Ах, — начал говорить Дегэйр.— Так это вы.       — Так это я, — монах легонько усмехнулся. — Может, у вас уже успели появится какие-то вопросы?       — А, множество вопросов, честно говоря, — Шери прикусил язык, осознав, что большинство вопросов связано с понятиями религии так таковой. Он подумал, что будет крайне странно с его стороны начать спрашивать о фундаментальных вещах. Лучше он дома узнает, а потом придёт сюда. Или… стоит наоборот спрашивать его?       — Я готов ответить на все, что находятся в поле моей компетенции, — Пати немного склонил голову к правому плечу.— Но сначала, позвольте, я спрошу вас, почему вы выбрали именно наш городок?       — Ох, почему именно ваш? — Дегэйр укусил губу прежде чем продолжил. Он попытался вернуться к состоянию безразличия. — Мы искали тихое место, тихое, милое и безобидное. Нам показалось, что Иссуар как раз такой. Вот и приехали посмотреть. У нас на примете есть ещё два города, но сюда решили первым делом.       Монах кивнул, прикрыв глаза. Он смотрел на Дегэйра снизу вверх через ресницы. Словно туман. Который ещё и меж деревьев. Шери не мог считать эмоций на лице с такими глазами, и его это укололо. Куда именно, он не понял, но неприятное чувство наполнило его грудь. Как именно неприятное — он тоже не понял. Ему это не понравилось.       — Приходите вечером, — сказал настоятель, отводя взгляд на вход в церковь.— Скоро месса, сейчас не лучшее время для разговоров, — «Фредерик Пати» сжал ладони сильнее, напрягаясь всем телом. — Мне нужно подготовить остальных.       — Да, конечно, — Дегэйр кивнул и потупил взгляд. Что такое «месса»? Какой-то обряд? Ему предстояло задать много вопросов Элизабет, которая, как он надеялся, после работы с магами знала куда больше о церквях, чем он.       Юноша развернулся под немигающим взглядом Фредерика махнул Элинор, и они вдвоём покинули церковь.       — Ты зачем это сделал? — спросила его девушка, как только они ступили на улицу.       — Это будет трудно, Эл, — Дегэйр почесал щёку, хмурясь. — Как мы сможем подобраться к настоятелю?       — Чего, чего? — она выпучила глаза. — Вы так тихо говорили, словно секретные коды от сокровищниц там обсуждали.       — Он — настоятель Пати, Эл.       — Чего, — Элинор на пару секунд уставилась на Мэтью удивлённым и недоумевающим взглядом. — В смысле настоятель. Как? Чтобы им стать, нужно в церкви чуть ли не всю жизнь проводить. Как?       — Да чёрт его знает, Эл, — Дегэйр дёрнул плечами, но попытался вернуть лицу привычную безэмоциональность. За последний час его лицо передало больше чувств, чем за весь последний год его жизни. — Я ответ не знаю. Я вообще ничего в этой церковной херне не понимаю.       — Я проведу тебе лекцию об основах католической веры, не переживай, — Элизабет сложила руки на груди, чуть склонив голову к плечу. — Но об устройстве церкви изнутри у меня только базовые знания. Надо будет нам с тобой покопаться.       — Он попросил зайти вечером к нему.       — Вот и сходишь, а я пока информацию пособираю, — девушка решила, что пришло время выудить из глубин своего сознания всё, что только можно, а также проверить Фэнни. Что-то в этой бабушке теперь её очень беспокоило. Кто будет отправлять утром в безлюдную церковь, ещё заранее предупредив самого настоятеля о гостях. У неё был номер настоятеля, она до сих пор не отдала им ключи и не разрешила отодвигать кровати.       — Один?       — Да, — Эл кивнула и легонько улыбнулась. — Ты же только что говорил с ним, всё в порядке было. Не переживай.       — Да я не переживаю.       Дегэйр очень сильно переживал. Ему сильно хотелось остаться одному, чтобы позволить лицу исказиться ото всех эмоций, но в присутствии Элизабет он постарался сохранить спокойную мину. Он в присутствии кого-либо старался сохранять такое выражение лица, это давно стало привычкой, от которой Дегэйр не мог избавиться, да и не хотел. И ему сильно не понравилось то, как он повёл себя в церкви.