Лондон. Музыка. Дожди

…I just wanna be somebody to you …А я просто хочу стать кем-то для тебя. Banners - Someone to You

Пахнет едой. Запах морепродуктов, сыров и жареного мяса кружит голову и перебивает всё, кроме мыслей о перекусе. Мекка для гурманов и любителей поесть – Боро-маркет. Рай чревоугодия посреди Саутуарка, звучит диковинно и несовременно, будто ты попадаешь в семнадцатый век и бродишь среди фермеров-торгашей да заморских гостей. Зазывалы заманивают покупателей зычными голосами, посетители толкаются в проходах, задевают друг друга локтями, наверху постукивают поезда. «Жду тебя к ужину, у меня большие планы». «Буду к 7. И даже не устал». Я брожу между рядами, пытаясь решить, что из местного богатства прихватить на ужин. Овощи и фрукты, мед и вино, копчёности, домашняя кухня вперемешку с уличной едой, колбасы, яйца, и чай, и кофе теснятся на небольшом пятачке, три сотни лет назад выкупленном у церкви. Под мрачным навесом на зелёных металлических опорах можно найти абсолютно всё: от самодельного масла до запечённой в каменной печи дикой утки, от ирландских устриц до фермерского эля. Попадая сюда, словно выпадаешь из реальности – чеддеру, который выдерживали несколько лет в скале у открытого моря, как и его владельцу, абсолютно всё равно, какая жизнь кипит за пределами рынка. Здесь под каждым навесом – деликатес, а каждый торговец – поэт, и легко можно провести весь день, пробуя, смакуя и выбирая. Телефон звонит между говядиной и баклажанами, поблескивающими фиолетовыми бочками. - Эшли? Ты где? Алло? Ты можешь говорить? - Да, погоди минутку, я выберусь из толпы. Я протискиваюсь между покупателями, закашлявшись от облачка специй, вылетевшего прямо в лицо, и направляюсь в обход уличных столиков ресторанов. Иду в ту сторону, где людей поменьше, пока офисный планктон ещё не выбрался на ланч. - Давно тебя не слышала. У тебя получилось? - И это вместо «как дела»? Попкорн, ты коварная стерва! - Привет, Жасмин! Как поживаешь, Жасмин? Справилась с засором в стоке? У тебя получилось? Я миную павильончик, торгующий чаем, где главной достопримечательностью слывёт не редкий сорт матчи, а фото хозяина с принцем Гарри, посетившими его пару лет назад. Телефон приходится прижать к уху плотнее. - Спасибо, теперь я могу подрабатывать сантехником. Кто бы мог подумать, что знание основ физики и проволока… - Привет, ребята. Вот эту гранолу, пожалуйста…. - Эй, ты меня слышишь? - Да, прости… Сколько с меня? Спасибо… Не успела позавтракать, хочу наверстать. Я устраиваюсь за одним из столиков. Поблизости только четверо клерков, которые делят один стол, и молодая мама с двумя девочками лет пяти. Детские рты заняты мороженым, пожалуй, минут десять тишины у меня есть. - Так вот, пока я изучала устройство труб мне в голову пришла одна мысль. Граф ведь не хотела забить сток, она хотела охладиться, но что поделать – её шерсть повсюду, даже в моём сэндвиче… - Это мерзко! - Понимаешь, к чему я? - К тому, что твой желудок научился переваривать кошачью шерсть? - Нет. Хотя возможно. Я к тому, что хотим мы этого или нет, но всё равно оставляем следы. Граф была в раковине, терлась о тарелки. А где была Кэтрин и обо что терлась она? - Терлась? В каком смысле? - Ну не буквально же. А может и буквально. Не в этом суть. Если в реальном мире мы забываем шарфы, перчатки, шерсть и зонтики, что мы можем забыть в Сети? - Логин и пароль? - Мысли шире. Мы пренебрегаем мелочами или тем, в чём не разбираемся. Мы уверены, стоит придумать ник подиковинее, завести несколько аккаунтов, выдумать дату рождения, номер телефона или новую почту, мы растворимся в потоке воды, случайных сообщений, высосанных из пальца сенсаций и спама. - Хочешь сказать, что ты нашла суперсекретную почту Кейт, взломала и нашла компромат? - За кого ты меня принимаешь? За русского хакера? Это незаконно! Не перебивай. Так вот – что будет шерстью в Сети? - Что-то я запуталась в твоих метафорах. - Шерстью, в смысле тем, что не уходит с водой, будет время отправки сообщения, локация, если она фиксируется автоматически, IP. Можно поискать ещё, но это было первое, что пришло мне в голову. И я решила поискать. - И нашла что-то? - Много всякой ерунды, в основном бесполезной. Оказалось, что Фейсбук и Твиттер очень плохо ищут информацию по запросу, и ещё хуже, формируют выдачу по датам. Гугл работает лучше, но тоже не ахти. Подозреваю, что это просто ещё один заговор корпораций, чтобы срубить денег с маркетологов. Так что пришлось начать с малого и хорошенько подумать головой. Смотри, я ложусь около двух часов – тогда постов о тебе ещё не было, я бы увидела. В восемь утра мой телефон уже разрывался от упоминаний. Фандом большой, новости разлетаются быстро. Могло ли быть так, что кто-то опубликовал пост, а он пролежал себе тихонько пару часов, пока кто-то из девочек его не увидел? - Могло, - решаю я, провожая взглядом парня с шотландским яйцом и салатом на бумажной тарелке. Гранола упала в желудок, не доставив удольствия. - Могло. Но вероятнее, что эта новость, появилась в промежутке между двумя и восьмью часами. Кто-то хотел, чтобы днем всё гудело и звенело. Не вечером, не ночью, а именно днём. Что у вас было днем? - Чтение сценария. - И кто там был? - Съёмочная группа, почти полностью. - А Кэтрин? - Её срочно пригласили. Я ещё удивилась. Ей там точно нечего было делать, а она приехала к самому началу. На мгновение отвлекаюсь, не переставая слушать. «А вино будет?». «Прямо с порога». «С порога я надеялся на другое». - Пригласили и она быстро собралась или пришла, когда бомба взорвалась? - Бомба взорвалась при ней. Меня ещё обвинили в плагиате. - И как она выглядела? Взъерошенной или готовой к битве? - Она всегда выглядит как модель на подиуме. Не уверена, что её в принципе можно застать врасплох. - Ладно, неважно. Короче, я пробовала поискать посты, опубликованные с двух до восьми со словами “фанфик”, “Камбербэтч”, “Эшли Аберкорн”. Понимаешь? Самое очевидное, что могло привлечь внимание. И затея с треском провалилась, потому как даже операторы Гугла не хотят искать посты в блогах по дате, не говоря уже про соцсети. Сотни тысяч страниц, страницы с перпостами, обсуждениями, таблоиды, всякий мусор… Мы засрали информационное пространство не хуже, чем планету… Нужно было найти что-то, что позволит отсортировать весь этот мусор по времени публикации, ключевым словам, в общем, максимально сузить круг поисков. - И ты придумала, как это сделать? - Мне помогли. Ценой двухсот фунтов и кошмарного свидания, я получила в пользование одну программку, ею маркетологи пользуются, чтобы анализировать упоминания своих компаний в соцсетях. И список того, что мне нужно было перепахать вручную, сократился до нескольких тысяч страниц. Я чувствовала себя покорительницей Вселенной! А дальше пришлось копать и это самая скучная часть истории. Всю неделю убила, почти не спала, тыкая по ссылкам. И знаешь что? Я думала, что ищу один-единственный пост, иголку в стоге сена. - А что нашла? - А нашла дюжину, слово в слово повторяющих друг друга. Они опубликованны почти одновременно под ником “Арабская Луна”. Звучит пошловато, да? – хихикает Жасмин в трубку. – Смешно будет, если за этим прячется пятидесятилетняя учительница с тремя детьми, лысеющим мужем и дряхлым котом. Разница во времени публикации - от силы пару минут. Это ни блогер, ни админ публичной страницы, ни кто-то из фандома, кого мы знаем. Это какая-то Луна! Ну кто поверит, что посторонний человек, подписанный на несколько фан-страниц и никак не связанный с тобой, вот так возьмет и выдаст твою главную тайну? - Хочешь сказать, это кто-то, кого я знаю лично? - Мне кажется, что да. Сама посуди: книга вышла, она в топе, ты мелькаешь в прессе, и в тот момент, когда идет подготовка к съемкам и ты лично знакомишься с прототипом своего героя, кто-то усиленно пытается тебя разоблачить, будто ты какая-то преступница. Причем даже не лично, а иcподтишка, как крыса. Это не пост человека, который прочитал роман и его накрыло озарение. Кто-то сводит счёты. - Жасмин, какие счёты? Я не ответила на чей-то комментарий? Или книгу не подписала? Глупо это всё. И почему именно тогда? Издательство трезвонило о продаже прав на экранизацию на каждом углу, зачем было публиковать это перед чтением сценария? Что это дало? - Пока не знаю. Мы вырвали этот пост из контекста, нужно пересмотреть другие посты, может что-то и было – кто сейчас вспомнит? «Я сама готовлю антрекот. ЭТО гвоздь программы». «Звучит аппетитно, но я с тобой поспорю. Лично». «Есть что-то лучше карамелизированной корочки стейка?». «Есть много чего лучше еды. А я голоден». - Я очень благодарна тебе за поиски, но ты только потратишь время в пустую. Ты права – это иголка в стоге сена, и стог этот не один, их целое поле. - Из тебя плохой детектив – ты быстро сдаешься. А я теперь это не брошу. И с тебя двести фунтов. Может, это знак и мне надо заняться киберсыском? Молодой человек в синем костюме, с едой в одной руке и смартфоном в другой, садится напротив меня. Вокруг полным полно пустых столиков, но его телефон с изображённой на чехле лошадью ложиться напротив меня. Я машу рукой, пытаясь изобразить извинения. - Простите, но здесь занято, - говорю я. - Мисс Аберкорн, мне нужна парочка минут, я дождусь, пока вы договорите. Не волнуйтесь, я не буду докучать, займусь едой, здесь чудесный пад-тай. - Слушай, а ты где? Почему так шумно? – говорит Жасмин. - На рынке, выбираю продукты к ужину. Мой сосед и правда принимается за ланч. Я разглядываю его исподтишка. Гладкая кожа, длинные ресницы, ухоженная борода. На вид что-то около сорока. Такие мужчины с годами становятся только привлекательнее, а самоуверенность, крепнущая с годами, делает из них опытных бизнесменов, легко меняющих девушек и автомобили. Меня картинная мужская красота всегда отталкивала. Есть в ней что-то коварное, чрезмерно сладкое, будто в сахарную вату добавили мёд. Скорее всего, офисный сотрудник, их тут пруд пруди в это время дня. - Помнится, готовка не входила в число твоих интересов, - продолжает Жасмин. - Да, но бывают исключения. - Ммм, особый повод? Я что-то пропустила? Ты выставила Алана за дверь и нашла нормального парня? А мы с Графом не приглашены? - Хм, боюсь, что это ужин для двоих, а учитывая, что Граф потерял статус джентльмена, мы будем чувствовать себя неловко. - Вот зараза, и тут подвел! Ладно, приятного ужина, мадам, пока ваша личная МИ-пять будет искать предателя. - Итак, мы знакомы? Молодой человек отвлекается от еды без сожаления. - Мисс Аберкорн, для популярной писательницы вы очень неприветливы. Я могу быть кем угодно, в том числе вашим поклонником, а вы настроены так недружелюбно. - Вы не похожи на человека, который зачитывается женскими романами. “Лучше еды? И что же это?” - Ну-ну, судя по тиражам, ваш роман приглянулся не только женщинам. Отзывы критиков, конечно, неоднозначны, но вам удалось встряхнуть книжный мир своим появлением. И “Для кого-то” я всё-таки читал. У вас приятный слог и нескучные диалоги. Меня зовут Эллиот Грант. Вышел на ланч, увидел вас, и решил, что это знак свыше. Вы верите в знаки, мисс Аберкорн? - Нет, пожалуй, нет, мистер Грант. Не хочу показаться невежливой, но мне бы не хотелось продолжать беседу, меня ждут покупки. “Ты, разумеется”. “Так мне не нужно выбирать платье?” - Мисс Аберкорн, не уходите. Обещаю Вам содержательную беседу. Эллиот сверкает ровным рядом зубов, никогда не знавших металлических скобок, и излучает особый вид доброжелательности, той, что встречается у людей двух профессий: продавцов товаров и продавцов услуг. Ни те, ни другие доверия не вызывают. “Без него будет лучше” - Прошу прощения, я не даю интервью. Всю информацию вы можете получить у моего агента – Кэтрин… - Мы знакомы с мисс Вудворд. Не думаю, что она захочет со мной беседовать. - Я вас не понимаю. - Мисс Аберкорн, я думаю, что наши с Вами интересы могут совпасть. Я не журналист. - Мне всё ещё непонятно. - Поясню. Насколько я могу судить, Вы не очень довольны сотрудничеством с “Рэндоус и Бэдфорд”? - С чего Вы так решили? - Эшли, мир издательского бизнеса не так уж и велик. И если кто-то из… перспективных авторов оказывается в сложной ситуации – об этом знают все. А Ваша история прогремела на весь мир. - Так Вы…? - Ищу таланты для “Уолисс и Кларк”. “Уолисс и Кларк” – гигант издательского бизнеса, являющий свету одиозные и скандальные новинки. Хотите прочитать биографию звезды или откровения рок-идола? Загляните под обложку, там притаился логотип ”Уолисс”: змейка, проглатывающая свой хвост. Мемуары тридцацилетних, порой без их ведома, выходят одни за другими, и охочая до поклонения публика сметает тиражи один за другим, отдавая предпочтение тем, что с цветными фото. Бизнес погряз в судах и спорах, держит штат адвокатов, но как бы не возмущалась поруганная общественность, прибыль, сопровождаемая сомнительной рекламой в виде регулярного статуса ответчика, только растёт. - Что-то долго Вы меня искали. Мои отношения с издательством осложнились не вчера. Где же Вы были? Наверное, весь рынок обегали? Подсаживались за столик ко всем блондинкам в городе, разыскивая меня? - Ха-ха, - откликается он. – Ценю людей с чувством юмора. Нет, всё куда банальнее. Мы с коллегами думали, что этот скандал – часть марктинга, но я рискнул предположить, что это не так и, очевидно, не ошибся. Кто-то в Вашем издательстве не удержал язык за зубами, чем, могу поспорить, доставил Вам немало хлопот. До сих пор ума не приложу, как Камбербэтч не подал на Вас и Вашего издателя в суд. Сумма отступных прилично бы увеличила его состояние. А может быть его PR-агент вовремя поводил носом и уловил, куда ветер дует? “Оскара” и “BAFTA” явно не видать, но в прокате картина окупится многократно. - Всё ещё не понимаю, к чему этот разговор? - К успеху и деньгам, Эшли. - Мистер Грант, думаю у меня в достатке и того, и другого. Всего доброго. - Эшли, прошу Вас, не торопитесь. Сейчас, к сожалению, я не готов сделать Вам предложение, поскольку не рассчитывал на нашу встречу, но думаю, что довольно скоро мы увидимся. Теперь уже как старые друзья. Всего доброго и приятного ужина.

***

Джейми Оливер обещает показать вкуснейшие сочетания и несложные приемы, которые помогут сделать ужин незабываемым. Овощи и мясо под его ножом разлетаются на крохотные ровные кусочки, будто нарезал их не человек, а машина. - Что ж, поверю тебе на слово. Джейми, не подведи, меня, слышишь? – говорю я, вооружившись ножом и разглядывая говяжий антрекот. Полоска жира шириной в полдюйма выглядит непривлекательно. - Далее говяжий антрекот в средиземноморском стиле, а к нему… - подсказывает мне шеф-повар с экрана ноутбука. Он утопает в объяснениях, я же верчу кусок мяса на доске, не зная, как к нему лучше подступиться. Отменный ужин, приготовленный моими руками как завершение утомительной съемочной недели, – маленький сюрприз после вынужденной разлуки. Спокойная жизнь надолго не затянулась, наши с Беном рабочие дни больше не совпадают, выходные для него становятся всё более редкими, а мне приходится летать по Европе, рекламируя и книгу, и фильм. Возможно, мне надо радоваться переполненному графику и двухдневным путешествиям, но городов я почти не вижу, отели, снятые издательством, не всегда встречают приличным сервисом, а мои отношения на время перекочевали в переписку и по размеру она уже напоминает любовный роман. В нём всё чаще встречаются пикантные странички, всё чаще недостаток общения мы заменяем поддразниванием друг друга и фривольными намеками. Ждать осталось недолго, ещё немного и мы шагнём в осень, он вернётся в Лондон и в мой дом. Вдохновение, согретое откупоренным вином, кулинарит за меня. Всё идёт как по маслу. Стейк шлёпается на сковороду под возмущённое шипение растопленного жира. На ощупь кусок говядины скользкий и рыхлый, но стоит ему оказаться на сковородке, как по дому плывёт славный аромат. В одной руке - щипцы, в другой – телефон с таймером. Мой новый друг из Интернета велит не передерживать мясо. Уже почти семь. Но большая стрелка переваливает за цифру двенадцать, потом приближается к шестерке. Ужин, накрытый на двоих, остыл, аромат улетучился. К еде так и не притронулись. «Эй, ты где застрял?». Телефон темнеет экраном. Звоню, когда в сердце пробирается страх. Гудки, гудки. И ничего. Проходит ещё четверть часа, потом ещё. Я снова звоню и снова гудки. И только в начале девятого экран оживает сообщением со скупым «Прости».