Лондон. Музыка. Дожди

…Meet me in the morning when you wake up

…Встреть меня утром, когда проснешься.

Meet me in the morning then you'll wake up

Встреть меня утром, и тогда ты проснешься.

Keane - Bend аnd Break

Молоко, шесть упаковок шоколадного пудинга, йогурты, пармезан, два лотка яиц, бекон, курица, брокколи, шпинат, баклажаны, помидоры, несколько видов салатов, яблоки, бананы, виноград – нехитрый набор продуктов одинокой девушки, рассчитывающей только на себя. Обозрев утром пустой холодильник, в котором обнаружились лишь основательные запасы подвявшей зелени и пол-литра апельсинового сока, пришлось констатировать грустный факт: я очень плохая хозяйка. Продукты у меня либо портятся, либо заканчиваются в самый важный момент, а выдающихся кулинарных способностей не наблюдается. Да и просто способностей тоже. Кэт, однажды попробовав мою стряпню, обошлась краткой, но емкой характеристикой: «Есть можно. Но не нужно». Тележка уже заполнена доверху, когда я добираюсь до отдела с десертами. Вообще-то лучше бы сходить в кондитерскую на углу, но и отсюда уйти с пустыми руками не могу. Сладкое – моя основная слабость. Я довольно избирательна в еде и абсолютно неизбирательна в лакомствах. Скажите, как можно устоять перед нежнейшими профитролями, посыпанными тертым шоколадом? С азартом ребенка, впервые попавшего в кондитерскую без взрослых, принимаюсь рассматривать витрину. Была бы моя воля, скупила бы все и слопала без малейшего зазрения совести. Аккуратные, покрытые помадкой тортики, присыпанные сахарной пудрой раковые шейки, клубника в шоколаде. Глаза разбегаются от разнообразия и я, словно сумасшедшая, ношусь вдоль стеклянных холодильников, вызывая улыбку персонала. Выбор падает на красный бархат с нежнейшим шоколадным кремом и орехами. Долгожданная белая коробочка, перевязанная бечевкой, наконец-то, попадает ко мне в руки. Фантазия оживает и начинает генерировать идиллические картинки: я вечером, сидя у зажженного камина с чашечкой ароматного чая, вкушаю этот апофеоз кулинарного искусства. Протягиваю руку назад, туда, где стояла тележка, чтобы ухватиться за ручку. Но вместо пластмассы ладонь неожиданно натыкается на что-то гладкое и приятное на ощупь. Что-то… кожаное? Ре… Ремень?! Отрываю взгляд от своей ноши, поворачиваюсь и утыкаюсь взглядом в чью-то грудь, скрытую под тканью пиджака. О, Боже! Поспешно одергиваю руку и, лепеча извинения, оглядываюсь в поисках исчезнувшей тележки. Боже мой! Да я в шаге от обвинения в сексуальном домогательстве! Был бы этот мужчина повыше ростом, я не за ремень ухватилась бы, а за кое-что посерьезнее. - Мне очень жаль, - еще раз повторяю я. Скорее всего, меня приняли за сумасшедшую. Схватить тележку и уносить отсюда ноги. Как же неудобно… - Доброе утро, мисс Аберкорн.

***

Бенедикт так и не вспомнил ее имя. Что-то очень простое, незамысловатое и типично английское. Проклятая память бродила вокруг да около, пока новая знакомая ждала свой заказ, нужный набор букв вертелся на языке, но никак не хотел складываться в единое целое. Подобная неловкая ситуация, достойная комедии положений, была его кошмарным сном, который вот-вот должен был стать явью. Леди, заполучив заветную коробочку, как раз развернулась к нему лицом и сделала шаг навстречу. Бенедикт уже открыл было рот, чтобы поздороваться и обратить на себя внимание, когда мисс Аберкорн на ходу протянула руку и схватила его за ремень. Не прошло и секунды, как ладонь разжалась, даруя ему лишь мгновение назад утраченную свободу, а девушка начала извиняться и отступать куда-то в сторону. После не то пятого, не то шестого «Мне очень жаль», Бенедикт отбросил попытки вспомнить имя сценаристки, предпочтя ему более официальное, но закрепившееся в памяти: - Доброе утро, мисс Аберкорн.

***

Камбербэтч. Я умудрилась схватить за ремень Бенедикта Камбербэтча. С каких пор он вообще носит ремни?! Комичность ситуации заставляет рассмеяться – что сделано, то сделано, перемотать время назад не получится, значит, можно только посмеяться над собой. Вот угораздило же! Из всего мужского народонаселения дорогого и респектабельного Хэмпстеда мне попался именно тот, кто и дома-то редко бывает, не говоря уже о походах за продуктами. - Доброе утро, мистер Камбербэтч. Извините, я приняла Вас за тележку, - говорю чистую правду, хотя звучит абсурдно. – О, а вот и она! – большей радости при виде тележки, обнаружившейся в паре футов левее моего собеседника, мне еще испытывать не доводилось. По крайней мере, теперь у меня есть доказательство, что я не просто так хватаю мужчин за предметы их гардероба. - За тележку меня еще не принимали, - наблюдая за моими манипуляциями с картонной упаковкой, произносит он. – Прошу, не надо так официально. Просто Бен. Просто Бен. Слишком коротко, слишком лично-безлично. Длинное и несколько старомодное Бенедикт нравится мне гораздо больше. - Тогда и «мисс Аберкорн» тоже лишнее, - в тон ему говорю я и замечаю некоторое замешательство на лице «просто Бена». Вид у него растерянный и смущенный, а осенившая меня догадка кажется вполне возможной. – Но ты не помнишь, как меня зовут. Бенедикт прищуривает один глаз, широко улыбается, смеясь над собой, и бессильно разводит руками, взгляд виноватый и все такой же смущенный – мое имя и правда не сохранилось в его памяти. Да и не должно было. Сколько вот таких случайных людей попадается ему в ходе работы? Бесчисленное множество. Помнить всех нас он точно не обязан. - Эшли. Меня зовут Эшли, - прекращаю его мучения, представляясь мистеру Камбербэтчу второй раз за три дня. - Теперь я точно запомню. Обещаю. На этом разговор вроде бы исчерпан, но мы все так же стоим посреди магазина, преграждая путь другим покупателям. Просто так уйти будет невежливо, а что еще сказать, я не знаю. Забавно. Тысячи людей хотели бы оказаться на моем месте, а я даже не могу придумать тему для достойного завершения разговора. Ай-яй-яй, мисс Аберкорн, как нехорошо. - У тебя вечеринка? – интересуется Бенедикт, окидывая взглядом гору продуктов в моей тележке. Для него поддержать беседу не составляет никакого труда. - Нет, просто дома внезапно стало нечего есть. Вот, пришлось опустошать прилавки. Надеюсь, тебе хватит того, что там осталось. - Думаю, я уже закончил, - кивает он на свою полупустую корзину. - Ты живешь неподалеку? - Да, недалеко от «Osteria Emilia»* на Флит Роуд. - Чудесное место. - Просто потрясающее. Ни за что бы не променяла Хит* ни на что другое. - Абсолютно согласен, парк прекрасен в любое время года. - Пруды, пожалуй, главная его достопримечательность. - Невероятно живописное место, достойное кисти художника. Повисает неловкая пауза. Я судорожно пытаюсь найти хоть одну пусть даже крохотную фразу, чтобы сделать свой ход, но, как на зло, на ум ничего не приходит. Боже, где же мои манеры? Выход из тупиковой ситуации опять находит Бенедикт: - Ты за рулем? Может быть, тебя подвезти?

***

Чашка горячего чая с легким звяканьем опускается на стеклянную крышку обеденного стола, который большую часть времени служит мне рабочим. Открываю ноутбук - час Икс настал. Официальное знакомство с Бенедиктом Камбербэтчем состоялось, и читатели блога Эшли Аберкорн, наверное, уже застыли в ожидании, когда же в Интернете появится хоть несколько строк от непосредственного участника недавних событий. И я их понимаю. Я их очень хорошо понимаю. Возможно, все удалось сохранить в секрете хотя бы до начала съемок, но PR-отдел «Рэндоус и Бэтфорд» постарался на славу и раззвонил чуть ли не на каждом углу, что «Для кого-то» будет экранизирован. Информация быстро разлетелась по Сети, но еще быстрее, буквально за пару часов, обитатели виртуального пространства узнали о том, кто будет играть Александра Лондондерри. Две недели после этого заявления СМИ и Cumberbitсhes пытались штурмом взять блог, но ничего конкретного, кроме подтверждения, так и не услышали. Теперь на смену любопытствующим фанатам пришли любопытствующие друзья. Две сотни личных сообщений за последние сутки - отличный результат для моей страницы в Интернете. Людей, с которыми я тесно общаюсь в виртуальном пространстве, не так уж много. То, что свело нас еще в то время, когда я была никому неизвестным блогером, держит вместе и сейчас. Вот только к общему интересу добавилась еще и тайна, которую мы пытаемся сохранить, за что я этим ребятам очень благодарна. Понимание и терпение, которое они проявили, когда стало понятно, что определенная часть моей жизни не должна стать достоянием общественности, было неожиданным и очень приятным. Довольно быстро оказалось, что едва знакомые люди, способны сделать для тебя куда больше, чем те, кого знаешь десятки лет. Открываю вкладку личных сообщений и сразу же натыкаюсь на нетерпеливое и выжидающее «Ну?». Мой верный друг и соратник Жасмин, почти не покидающая просторов Интернета, жаждет знать, как все прошло. «Он опоздал на час», - не смея обмануть ее ожиданий, пишу я. Ответ приходит незамедлительно: «Непунктуальность в нашем городе – это давно уже норма. Так что это не он опоздал, а вы рано приперлись. Дальше». А что дальше? Рассказать, как я сегодня с него штаны чуть не стянула? Ну уж нет, такого позора я не переживу. Эшли: «А что дальше?». Жасмин: «Эшли-и-и». Эшли: «Я, правда, не знаю, что еще сказать. Уставший. Сонный. Все, как обычно: джинсы, кардиган, белая футболка. Мило улыбался. Хвалил роман. Уехал на черном «Ягуаре». Все». Жасмин: «Ну вот и как с таким скудным запасом слов ты стала писателем?!». Жасмин: «Мне нужны подробности». Эшли: «Какие подробности? Они роль обсуждали». Жасмин: «Наиподробнейшие подробности :D Они? А ты? Кто знает Александра лучше, чем ты? Нет, ну то есть понятно, что… Ай, ну ты меня поняла». Ага, поняла. Эшли: «Поверь, они и без моего участия отлично справились». Жасмин: «Оказаться с Камбербэтчем на расстоянии вытянутой руки и потом быть не в состоянии хоть что-нибудь рассказать?! Ты деградируешь». Эшли: «Может быть. Но фанатизм не мой конек, ты же знаешь. Рассказывать о том, что, когда и как он сказал, как повернул голову или улыбнулся, не буду. Я уже и так дров наломала. Он очень милый человек». Жасмин: «Предположим, это я знаю. А ты сомневалась?». Эшли: «Сложно объяснить. Просто сейчас мои представления о нем приобрели реальные основания. Одно дело думать, что человек поведет себя так-то и так-то, а другое дело – видеть это». Жасмин: «И что ты там такого увидела?». Да ладно, это же просто Жасмин! Эшли: «Мы сегодня столкнулись в супермаркете. И он любезно предложил подвезти меня до дома». Жасмин: «Пф… Обычная вежливость». Эшли: «Нуууу… да». Воображение тут же подкинуло картинку. Жасмин читает мое сообщение, улавливает подтекст, подскакивает на стуле, встает, пару раз проносится по комнате, чуть не наступив на хвост своему коту Графу, и, рухнув на стул, под жалобное мяуканье бедного напуганного животного строчит мне ответ… О, а вот и он. Жасмин: «Только не говори, что отказалась!». Жасмин: «Если отказалась, я тебя убью!». Впервые за весь разговор глотнув остывшего чая, медленно пишу ответ. Эшли: «Ура, я буду жить». Но уж лучше бы отказалась. * Ресторан в Хэмпстеде.