Купленная

Проснулась я только из-за плохого самочувствия. Именно оно заставило меня открыть глаза и блевануть на ковёр.Медленно я стала осознавать, где я. Конечно, в начале я даже испугалась, не узнав обстановку и очень даже удивилась, обнаружив себя голой в чужой постели. В глаза ещё бросились синяки от верёвок на запястье и в памяти всё всплыло. Как меня похитили (купили) и притащили в этот дом. Как я попыталась сбежать и упала с горы. То, как эта старая сука изнасиловала меня. Низ живота уже и не болел. Болело всё тело. Мне было ужасно обидно. Не то чтобы я прям берегла свою девственность, как не знаю кто. Просто это было без моего согласия, так ещё в меня вкатили целый литр какой-то алкогольной херни, содержимое которого сейчас засыхает на ковре. — Бля! — Протянула я с трудом поднимаясь с кровати. Меня всю шатало, и я еле держалась на ногах. Бросаю взгляд в окно и тяжело вздыхаю, видя сумерки. Сколько я спала? Смотрю на пол и не вижу тряпьё что когда-то было моей одеждой. Вроде бы оно было, когда она уходила. Значит, приходила она или кто-то другой. Беру простыню и замотавшись в неё, иду к двери. Хватаюсь за дверную ручку и своему удивлению, открываю дверь. Осторожно выглядываю в коридор и никого не вижу. Дом немаленький, да и камер я что-то нигде не заметила. Неужели эта озабоченная решила не охранять меня? Спускаюсь по лестнице, совсем не представляя, как я буду в таком виде на улице. Оглядываясь как конченный параноик, я спускаюсь к входной двери. Надеюсь, это дверь на улицу. — Далеко собралась? — Раздался грубый голос над головой, и кто-то схватил меня сзади за шею, отдёргивая от двери. Дыхание перехватило. Эта горилла так сильно сдавила мне горло, аж в глазах потемнело. Непроизвольно хватаюсь за его руку и пытаюсь хотя бы ослабить хватку. В процессе этой неравной борьбы, с меня слетела простыня. Тут же прикрываюсь руками но это не помогает. Меня грубо тащат куда-то. — Отцепись! — Дышать тяжело, а из глаз уже слёзы. — Животное. — Миссис Джонс, — прохрипел громила и швырнул меня на пол к ногам этой женщины. — Девчонка пыталась совершить побег. — Уже очнулась, — женщина стояла у камина и держала стакан с виски. Сделав глоток, она поставила его на камин и оглядела меня. — Долго же ты. Думала будить или нет? Два дня как никак. — Сколько? — тело ноет, а голова кружится, но я всё равно вскакиваю на ноги и тут же прикрываюсь руками. — Что вы в меня влили? — Подойди ко мне, — приказала она, даже не думая отвечать на мой вопрос. Только открываю рот чтобы послать её, как охранник или телохранитель, вообще без понятия, кто они такие. Грубо сжимает пальцами мой затылок и подводит к женщине. — Тебе придётся понять, что в этом доме все всё выполняют с первого раза, — она, похоже, хотела со мной что-то сделать, но передумала. Взяв стакан с виски, она снова сделала глоток. — Иначе мне нужно будет начать выбивать из тебя всё дерьмо, которое в тебе есть. И поверь мне, с этим я справлюсь. Не впервой. И тут у меня неожиданно скрутило живот. Просто стало больно и всё, но это я списала на недавнее изнасилование. — Ты сама не заметишь, как станешь послушной, — она приобняла меня за талию и пальцы громили выпустили мой затылок. — Будешь бегать за мной и ждать команды раздвинуть ноги. — Не будет такого, — да пошла она нахрен. Никогда я не стану раздвигать под ней ноги. — Никогда. — Да правда, что ли? — Усмехнувшись, она и неожиданно провела пальцами по моей промежности. Дёргаюсь, но вырваться не вышло, а женщина слегка проникла в меня пальцами. — Да не дёргайся ты. — Да не приставайте вы! — Всё же вырываюсь, но снова оказываюсь в стальной хватке громилы. — Вам руки девать что ли некуда?! Женщина посмотрела на свои пальцы, а потом бросила мимолётный взгляд на меня. Как же мне не понравился этот взгляд. — Кровь тоже можно использовать как смазку, — она подошла к какому-то шкафу с книгами и открыв дверцу, вытащила оттуда страпон. — Идите в жопу! — Стараюсь вырваться, но громила сжимает меня сильнее, я даже начинаю кричать от боли. — Нет! — Спокойнее, — и она нацепляет эту хуетень на себя. — Держи крепче. Сейчас будет весело. — Нет! — Из глаз уже текут слёзы. Паника накрывает меня с головой. — Не смейте! Громила скручивает меня, не давая пошевелиться, а эта сука подходит всё ближе и ближе. А этот страпон такой огромный. Он просто либо не влезет в меня, либо же разорвёт. — Нет, нет, нет! Пытаюсь пнуть её, но женщина ловит мои ноги и закинув себе на бёдра, резко входит в меня. — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — Это ещё на хер больнее. — Выньте. Выньте! — Всё не так плохо, — она крепко держала мои бёдра и то вытаскивала его из меня, то засовывала обратно. — Твоя кровь хорошо так смазывает. — Выньте! У меня была истерика. Я просто перестала понимать, что происходит. Время для меня словно замерло. Телохранитель крепко держал меня, эта сука тоже держала. Она явно получала удовольствие от всего процесса, в отличии от меня. Я же, если бы меня не держали, давно бы упала на пол. — Так легко скользит, — говорила она ускоряясь. — Люблю, когда так. — Хватит! — В глазах уже темнеет. Мне плохо. — Прекрати. Слышу её тяжелое дыхание и дыхание этого мужика. Надеюсь, что он не возбудится и не начнёт своим хером тыкать меня. — Я не могу больше… В начале откидываю свою голову назад, а потом ей на плечо. Мне тяжело, и я вообще себя погано сейчас чувствую. — А я могу, — и она стала ещё грубее проникать в меня. — Твоего мнения никто не спрашивал, так что заткнись. И она больно укусила меня в шею. Настолько больно, что вся темнота в глазах мигом пропала, а во мне открылось словно второе дыхание. Я смогла найти в себе силы чтобы вырвать ноги и со всей силы оттолкнуть её от себя. От неожиданности женщина отшатнулась от меня на несколько шагов, едва не упав. Страпон с болью вышел из меня, и я закричала почувствовав, как всё внутри обожгло. Громила, похоже, растерялся от такого и ослабил хватку. Я же выбежала из комнаты. Бежала к входной двери, но наткнулась там на очередного охранника и еле как увернувшись от его хватки, помчалась по лестнице обратно в ту комнату. Захлопываю дверь и с ужасом смотрю на себя. По бёдрам течет кровь а глаза переполняю слёзы. Они душат меня и развернувшись, я бью кулаком по двери. Боль пронзает мою руку, но не отрезвляет. Я бью ещё раз и из костяшек начинает идти кровь. Смотрю на неё затаив дыхание. Окончательно меня отрезвил шум шагов. Это они. Бросаю взгляд в окно и бегу к нему. Открываю и смотрю вниз. Высоко. Но это единственный шанс спастись. Забираюсь на подоконник и оглядываюсь. Никаких выступов, на которые можно встать. Но прыгать можно и отсюда. Дверь за моей спиной с грохотом распахнула. — И чего же ты надумала? — Голос у неё насмешливо-спокойный, словно она считает, что я этого не сделаю. А вот пошла она в задницу. Сделаю и всё тут. Назло ей. Назло всем. И родителям, что продали меня этой садистке тоже. — Слезь давай. — Не подходите, — кровь стекает по моим разбитым костяшкам и капает на подоконник. Колени дрожат. Мне страшно и холодно. А ведь я могу выжить после падения. Травмироваться и что дальше? Инвалидом прожить дальнейшую жизнь я не хочу. А то, что такая женщина, как эта особа вполне возможно поставит в переходе или ещё где-то просить милостыню так себе перспектива. — Ты же боишься, — слышу стук каблуков. Она останавливается, наверное, в метре от меня. — Не прыгнешь. Так зачем же эта показуха? Оборачиваюсь и вижу её и тех двоих в дверях. Они оба стоят в напряжении, а женщина совершенно расслабленна. Словно она контролирует ситуацию. — Спускайся, — она протянула мне руку. — Давай руку. — Нет, — опускаю глаза и смотрю на свои бёдра. Они уже окрасились кровью. Неприятно. Ещё эти два мужика смотрят на меня. — Я лучше прыгну. Ноги еле держат. Мне плохо. Меня всю трясёт и если я не прыгну сама то просто сорвусь. Оступлюсь или потеряю сознание. Последний вариант самый лучший. Я потеряю сознание, упаду в бездну и больше никогда не проснусь. — Вирджиния, — ну надо же, она знает, как меня зовут. — Дай мне руку и слезай. Она сделала шаг в мою сторону, и я тут же вцепилась в оконную раму. — Ещё один шаг, и я прыгаю, — сказала достаточно уверено. — Ты не умрёшь, — она убрала руки в карманы брюк. — Недостаточно высоко, чтобы разбиться. Покалечишься, да. Но не умрёшь. Смотрю вниз и меня пошатнуло. То ли от ветра, то ли от страха. Чувствую как меня стало клонить вниз. Женщина пулей метнулась ко мне и схватив за руку, дёрнула на себя. Падаю в её объятия. — Стойте! — Приказала она своей охране. Те было двинулись к нам, но тут же замерли на месте. — Вышли! И они послушно, как псы вышли из комнаты, закрыв за собой дверь. — Прекрати дрожать, — она крепко прижимала меня к себе. — Успокойся. — Отцепитесь, — пытаюсь вырваться. Мне неприятно. — Я могу повторить то, что было в гостиной, — прошипела она, больно впившись ногтями мне в спину. — Или устроить групповой секс. Кинуть тебя на растерзанием моим людям. Мальчикам тоже надо развлекаться и отдыхать. Так не лучше же быть подстилкой только одной конкретной персоны, чем всех?