Ценник жизни

Вечер, постепенно перетекающий в ночь, казался тяжёлым и удушливым, несмотря на врывающиеся из открытого окна потоки прохладного воздуха. Густой сигаретный дым тянулся завитками, срываясь с кончика тлеющей сигареты, которую ты то и дело подносила ко рту, обрывая тонкую сизую нить. Мысли роились в голове, будто стайка потревоженных муравьёв, бегая резво и суетливо. Правильно ли ты поступила, предложив свою помощь Юнги? Может, действительно стоило молча ждать реванша, чтобы уж точно выйти из него единогласной победительницей и замарать репутацию Юнги? С другой стороны ты пошла в медицину как раз для того, чтобы помогать всем, кто в этой помощи нуждается, да и не такой победы ты жаждала. Куда больше удовольствия тебе принесёт выигрыш, полученный честным путём. Даже поражение от сильного противника заставит тебя довольно улыбнуться сквозь боль, не вызвав ни капли унижения или недовольства, нежели поверженный соперник, который и в начале боя едва мог стоять. Ты привычным движением стряхнула пепел с кончика сигареты, сосредоточенно наблюдая за тем, как ветер ласково подхватывает хрупкий серый комочек, унося его прочь. А в голове всё ещё эхом отдавался такой болезненный для тебя диагноз, который ты молилась больше никогда не услышать. Всеми силами избегала оглашения заболеваний среди тех, в чьём отделении проходила очередную практику, и пока что тебе это удавалось весьма хорошо, но никогда не знаешь, где тебя подстережёт то, от чего ты так старательно прячешься. "- У неё лейкемия. Шансы на выздоровление есть, но они крайне малы - организм очень слаб. Мы сделаем всё возможное, но необходимо дорогостоящее лечение, - поправляя съезжающие на нос очки, проговорила низкая женщина, в волосах которой уже начала пробиваться седина. Ты сосредоточенно ловила каждое слово, запоминая его, как личную молитву. Словно уже это могло спасти Джии. - Я сделаю всё, что нужно - только скажите. Сколько денег нужно? Я найду, я раздобуду..." Откуда у несовершеннолетней девчонки, у которой ровно ничего за душой, найдётся пятизначная сумма в долларах? Тогда ещё ты не знала, не понимала, что в купе с сопутствующими диагнозами, поверх всего заключения медиков можно было красной ручкой писать "Смерть", но сейчас цинично и кристально чисто осознавала безвыходность той ситуации. И от этого ещё горше. Утром, выкурив сигарету, без которой ты никогда не могла проснуться полностью, ты заглянула в отведённые тебе ящички и скептически оценила "свою" полку в холодильнике, осознавая, что сегодня придётся обойтись без завтрака, если хочется, чтобы что-то перепало на ужин. С голодным желудком просто невыносимо засыпать, куда уж проще провести день без еды, чем ночь. В выходной день дежурства не было, так что ты могла спокойно посвятить день тренировкам, заскочить в тренажёрный зал, чтобы отработать парочку новых приёмов, а вечером заявиться в Тень, чтобы, может, получить ещё немного денег. Тогда можно было спокойно существовать ещё несколько дней, не мучая себя мыслями о том, что не на что жить, что очередной день потрачен впустую. Что сумма, отложенная на счастливую, беззаботную, а главное свободную жизнь снова пополнена. Собрав сумку со всем необходимым, ты выскочила на улицу, тут же сощурившись от ослепившего своей яркостью солнца. Весна подходила к концу и впереди стояла ещё долгая череда удушливо-жарких дней, которым ты была пусть и рада, но иногда переносить их было искренне тяжело Несколько коротких ударов в железную входную дверь, и её тебе открывает Хьеон. Она выглядит озадаченной, глаза обеспокоенно бегают из угла в угол, а сама женщина тут же отходит в сторону, продолжая собираться куда-то. - Т.И., - начала она неловко, словно бы ей было стыдно продолжать. - Я бы очень не хотела просить тебя об этом, будь у меня альтернатива, но иного выхода просто нет. Я вижу, что ты очень хорошая девушка, ответственная, раз помогаешь Юнги, да и раз учишься в медицинском, то знаешь подход к детям... - Что случилось, Хьеон? - перебила ты женщину, потому что посчитала, что эти оправдания могут длиться вечно. - С одной из моих работ позвонили, - ты округлила глаза - она работает на нескольких работах? Планка уважения к этой женщине резко возросла. - Срочно вызывают на смену - сотрудница заболела. Мне нужно на кого-нибудь оставить Хвару - младшую. Ей двенадцать, девочка уже достаточно взрослая, но из-за болезни я опасаюсь оставлять её одну, мало ли что может случиться. А Юнги... - Не нужно его тревожить, пусть восстанавливается. Я посижу с Хварой, всё в порядке, - когда Хьеон потянулась к кошельку, ты положила свою руку ей на плечо, успокаивая. - Всё правда хорошо, это лишнее. Я посижу с вашей дочерью, сколько нужно. Можете на меня рассчитывать, и не только сегодня. Я с удовольствием останусь. Уберите кошелёк. Такие деньги тебе были не нужны. Только не те, которые были заработаны таким трудом, что по Хьеон было видно - она едва держится на ногах от усталости. Наскоро рассказав тебе, какие лекарства и в какое время принимает Хвара, женщина поведала у порога, что девочка скоро должна проснуться, несмотря на то, что уже полдень. - Из-за болезни она много спит, - пояснила Хьеон и заторопилась уйти. Она явно опаздывала. Ты, рассудив, что время до пробуждения Хвары у тебя ещё есть, быстро взлетела по ступенькам на второй этаж, отворив единственную знакомую тебе дверь. Стоило только тебе войти внутрь, как в тебя тут же запустили подушкой, но ты без труда поймала ту на лету и отбросила в сторону. - Подъём, спящее чудовище. - Там, вообще-то, красавица была, - пробурчал Юнги, обнимая вторую подушку и категорически отказываясь от неё отцепляться. Тебя, впрочем, это мало волновало - ты присела рядом и раскрыла сумку с медикаментами. - Не твой случай, - за волосы ты всё-таки оторвала голову Юнги от подушки и внимательным взглядом изучила его изувеченное лицо: глаз, бровь над которым была рассечена, безбожно заплыл и открываться отказывался, а ободранная скула опухла. - Абсолютно не твой. - Ахуенно, спасибо. А теперь разворачивайся на сто восемьдесят и уёбывай отсюда, - недовольно изрёк Юнги, отцепил твою руку от своих слипшихся от крови волос и сонно уселся на постели. - Ну уж нет, милый мой, твоя матушка попросила меня посидеть с Хварой, чем я и буду заниматься ближайшие несколько часов, - с довольным видом произнесла ты, чувствуя собственное торжество в данной ситуации. Ничего лучше нельзя было и придумать. - С мелкой? Нет-нет-нет, блять, иди-ка ты нахуй с такими идеями. К Хваре можешь даже не подходить, даже думать в её сторону не смей. - Я медик, забыл? - приподняла ты бровь, натягивая перчатки. - Педик, - передразнил Юнги. - С чего вообще моей матери к тебе обращаться? Ты вроде бы вообще левая девка, которая никакого отношения ко мне и ей не имеет. - Я с ней разговаривала вчера, - и тут же поясняешь. - Так получилось, у меня не было выбора. Не очкуй, ничего лишнего я не сболтнула - сказала только, что я твоя соседка, увидела в окно, что ты возвращаешься домой отпизженный, а я как раз в медицинском учусь, вот и решила помочь по доброте душевной. А врать-то за столько лет жизни в семье Пак ты научилась складно, даже и не прикопаешься. Кажется, при особом желании, если рядом будет стоять твой отец, ты даже детектор лжи обманешь без труда. Юнги поджал губы и заткнулся, ещё сонный и не готовый к словесным баталиям. Ты же решила не ждать явления Христа народу и словесного разрешения Юнги на действия (тебе в общем-то было категорически плевать на мнение Юнги примерно 99% процентов всего времени) и, взяв всё необходимое для обработки шва и остальных ран, без излишних церемоний стала осторожно отклеивать смявшийся ото сна пластырь. На его внутренней стороне тонкой коркой осталась запёкшаяся кровь, видимо, выступившая на ране ещё вчерашним вечером. Лёгкими движениями ты промокнула швы дезинфицирующим раствором, а затем промазала рану зелёнкой, стараясь не особо размазывать средство по коже, зная, как долго оно сходит с кожи. Юнги явно не рад был бы, если б ему пришлось ещё несколько дней расхаживать с цветастым пятном на лице, а выслушивать недовольные речи на этот счёт тебе не хотелось. - Что это? Погоди, это что, зелёнка? - недовольно спросил Юнги, покосившись на ватный шарик в твоей руке. - Универсальное средство для обработки швов. Не очкуй, хуй на лбу тебе ей я рисовать не стану, хотя и очень хочется, а ранку залеплю пластырем, так что тебя такого красавца с зелёнкой на лбу никто не увидит, - сосредоточенно произнесла ты, обрабатывая швы. Краска сразу же пропитала нитки, расползаясь по ним с удивительной скоростью. - Ебануться... - недовольно выдохнул парень, понимая, что отбиваться от тебя было уже поздно - когда он заметил, чем ты его обмазываешь, почти вся рана уже была покрыта зелёнкой. - И долго мне так ходить? - Через неделю сниму швы, потом обрабатывать уже не нужно будет. Давай сюда ногу, я мазью натру. Юнги премерзко фыркнул, стараясь придумать какую-нибудь шутку про то, что ты далеко не первая девушка, которая порывается сделать ему массаж, но спросонья мозг работать отказывался категорически. Так что парень просто вытянул ногу и уронил её тебе в руки с грацией, достойной тюленя. Стопа, на которой явно были растянуты связки, немного припухла, но ничего критического в этом не было. Наспех растерев жёлтую и дурно пахнущую мазь по коже, ты затянула ногу обратно в эластичный бинт, мысленно уже с ним попрощавшись - после такого ты уж точно использовать его не станешь. Придётся оставить вещицу у Юнги, хотя у тебя на неё были свои планы. - Можешь спать дальше, - произнесла ты, поднимаясь на ноги и с щелчком снимая с рук перчатки. Они отправились в мусорную корзину, которую ты обнаружила под компьютерным столом в комнате. Юнги тут же упал обратно на подушку и сонно прикрыл глаза, но спустя мгновение приоткрыл работающий глаз и недовольно окликнул тебя: - Эй. Ты нехотя обернулась. - Если с Хварой что-нибудь случится, то я тебе ебальник раскрошу, слышишь? Это звучало даже в какой-то степени забавно. С одной стороны Юнги сильно переживал за младшую сестру, а с другой и сам был не в состоянии за ней сейчас проследить. Ты шумно фыркнула, выпуская воздух через нос и оскалила зубы в подобии улыбки. - Слышу. Ничего не случится с твоей сестрёнкой, я умею обращаться с детьми. "Даже с больными. Особенно с больными." Когда ты спустилась на кухню с мыслями о том, что не такой уж и наглостью было немного подкрепиться, за столом уже сидела Хвара. Смотреть на неё было практически больно - полулысая голова с жиденькими тёмными волосами, явно повыпадавшими из-за химиотерапии, осунувшееся и бледное личико с выразительными глазами почти чёрного цвета и синие вены почти по всему телу. Примерно такой же ты запомнила Джии. - Привет, ты Т.И., верно? Мама позвонила мне, сказала, что ты сегодня со мной посидишь, - довольно резво спросила девочка и немного склонила голову на один бок. - Да, я твоя соседка, - мягко кивнула ты. - Кушать хочешь? - Ужасно, - кивнула Хвара и улыбнулась, продемонстрировав отсутствие некоторых зубов. Она казалась такой маленькой и хрупкой, на вид куда младше своих лет, но бойкая и на удивление активная. - Сейчас что-нибудь сообразим, - пробормотала ты, открывая холодильник. Два яйца, ополовиненный кочан капусты и засохший кусок лимона - вот и всё содержимое холодильника. В боковой стенке ты обнаружила полупустую бутылку с молоком, но, открыв её, тут же приняла решение выбросить ту - молоко безбожно прокисло. В шкафчиках и ящичках еды тоже не обнаружилось, а внимательно наблюдающая за тобой Джии снова подала звонкий высокий голосок: - Зря ищешь, там кроме упаковки риса ничего и нет. Маме зарплату задерживают уже месяц как, а у Юнги денег нет - он последние на лекарства мне спустил. Ты поджала губы. Девочка была явно очень сообразительная, мозгами куда старше своих лет, но у неё и не было особо выбора - в её положении хочешь не хочешь, а придётся повзрослеть раньше времени. - Что ж, - скрепя сердце произнесла ты. - Тогда одевайся, здесь рядом есть продуктовый магазин, наведаемся туда, купим вкусняшек и приготовим что-нибудь на ужин. Умеешь готовить? - Плохо, но очень люблю. Мама не любит подпускать меня к готовке, волнуется за меня. Говорит беречь силы. А я не такая слабая на самом деле, - бойко заявила Хвара и, снова улыбнувшись, отправилась в свою комнату за вещами. Было видно, что ходить далеко ей тяжеловато, всё-таки, сколь бы она не хорохорилась, а болезнь брала своё. Печальным взглядом ты проводила девочку, прикидывая, сколько ей ещё осталось. Какие же сопутствующие диагнозы выставлены ей докторами? Должно быть, ничего хорошего, раз назначили такие тяжёлые лекарства. Стало ясно, что без терапии девочка долго не протянет. - А мы и правда купим вкусняшки? - наивно спросила Хвара и запрокинула голову, чтобы заглянуть тебе в глаза. Тебе пришлось выпустить из рук жидкие пряди девочки и замереть с расчёской в руках. - Конечно, правда. И поможем твоей маме, приготовим самый вкусный на свете ужин. Вот увидишь, она очень обрадуется, - улыбнулась ты, рассудив, что сегодня ты можешь позволить себе протратиться, раз уж сегодня же окупишь траты с лихвой на вечернем бою. В магазине Хвара застенчиво окидывала голодным взглядом полки, явно долгое уже время не евшая ничего вкуснее пресного карри без мяса и дешёвой заваривающейся лапши. Глядя на девчушку и узнавая в ней ту, кем не стала Джии, ты улыбнулась, присев перед ней на корточки. - Не стесняйся, бери, что хочешь. Сегодня мы можем позволить себе наесться от пуза. Хвара опустила глаза в пол и покраснела, будто бы раздумывая, а потом с тихим писком благодарности обняла тебя за шею. Выпирающие косточки тонких рук укололи. До дома пакеты ты едва смогла донести, решив, что с тебя не убудет, а Хьеон, может, перестанет так переживать за отсутствие еды в доме. Её озабоченный этим фактом взгляд был сразу заметен, при разговоре, едва дело касалось работы, она мгновенно поджимала губы, а голос становился тише и ниже, будто бы женщина винила себя в невозможности обеспечить своих детей той пищей, к которой они привыкли. Все деньги уходили на лекарства для дочери - ты это прекрасно понимала и не могла винить Хьеон за это, как и стала частично понимать Юнги и то, почему он так переживал за то, что не сможет вернуться на ринг. - Ну, что приготовим? - поинтересовалась ты, раскладывая на большом столе содержимое сумок. Ещё по дороге до дома Хвара открыла одну из упаковок с рисовыми пирожками и сейчас подняла на тебя лицо, полностью испачканное сахарной пудрой. - Хочу рамен, - произнесла она с набитым ртом, и ты едва сумела разобрать сказанное. - Ну что ж, рамен так рамен. Когда на плите уже закипал бульон, в который Хвара то и дело подкидывала различные специи, а ты нарезала на крупной доске овощи, на кухню спустился Юнги. Было уже далеко за полдень, но столь долгий сон был оправдан снотворным, который ты вчера вколола парню. - Это что? - недовольно спросил Юнги, указывая на обилие продуктов, так и лежащих на столе. - А это мы с Т.И. ходили в магазин! - довольно воскликнула Хвара и подцепила очередную карамельку из пакетика. - Не понял. Хвара, на какие шиши? - Я всё оплатила, не гони на ребёнка, - отозвалась ты и повернулась, не выпуская ножа из рук. Не для угрозы, но для спокойствия. - Сколько мы тебе должны? - сосредоточенно и почти зло спросил парень. - Нисколько. Заткнись и наслаждайся наличием еды в доме. Я не попрошу за это ни денег, ни чего-либо ещё. - Тебе неимущим что ли помогать нравится? Или думаешь, что за это я тебе на ринге поддамся? Или что тебе это на том свете зачтётся? - Юнги постепенно приходил в ярость. - Мин Юнги, закрой свой рот. Я ничего ни от тебя, ни от Хьеон за это не жду и не приму. Хвара хотела есть, а есть было нечего, вот мы и закупились. Юнги приблизился к тебе, явно рассерженный, только вот причину его злости ты никак не могла понять. Неужели его уязвило то, что его соперница помогла ему там, где он сам не смог? Ты не желала этим уязвить Юнги или ткнуть носом в то, что у его семьи сейчас нет денег. Лишь от чистого сердца хотела помочь. - Если ты что-нибудь потребуешь за это или когда-нибудь мне это припомнишь, то я выбью тебе зубы, - процедил он тебе в лицо, но тут же дёрнулся - Хвара стукнула его маленьким кулачком в бок. - Тронешь Т.И., и я не буду с тобой разговаривать. Никогда! Ты снисходительно и умилённо улыбнулась, наблюдая за девочкой. - Мой маленький рыцарь, - ты погладила девочку по плечу. Близился вечер, вы с Хварой смотрели мультики по телевизору и ели сырные снэки, когда раздался поворот ключа и открылась дверь. Уставшая и загнанная Хьеон вошла в гостиную и застала вас сидящих на пушистом тёплом ковре с тарелкой, полной вкусняшек. - Хвара, как ты? - Всё хорошо, мам, - девочка тут же поднялась на ноги и потянула Хьеон за собой на кухню. С довольным видом маленькой добытчицы она показала матери приготовленный рамен. - Мы с Т.И. ходили в магазин и приготовили самый настоящий рамен. Я даже помогала нарезать грибы ножиком для масла! Девочка была оживлена и активна после лекарств, но ты не впервые замечаешь подобное и знаешь, что действие лекарств продлится ещё несколько часов, а за ним придёт обессиленность, сонливость и тошнота, иногда перемежающаяся со рвотой. Малышку уже рвало сегодня дважды, и в это время ты терпеливо держала её тонкие косички, а потом утирала искривлённый в рыданиях рот и подавала стакан с водой. - Сколько я должна тебе, Т.И.? - тут же озабоченно потянулась к кошельку Хьеон. - Нисколько, успокойтесь, пожалуйста, и оставьте попытки дать мне денег. Я не возьму с вас ни воны, - тут же остановила женщину ты. Та несколько мгновений постояла в ступоре, а потом крепко прижалась к тебе, обнимая. Хьеон оказалась ниже тебя и значительно худее. - Спасибо тебе, огромное спасибо. Ты не представляешь, как помогла нам. - Я ещё ничего не сделала, - смущённо произнесла ты. Когда женщина отстранилась, ты посерьёзнела и попросила Хвару оставить вас наедине. Вам явно было, о чём поговорить - девочке оставалось критически мало.