Ценник жизни

Тебе плохо. Не физически, но отчего-то ты ощущаешь жжение в груди, тесноту бесконечную, словно кто-то поместил туда шарик и сейчас настойчиво и неумолимо надувает его. Так что же будет, когда он лопнет? Или первой лопнешь ты? Словно снова всё повторяется. Скоро будут и больничные коридоры, и немое сожаление в глазах врачей, перемежающееся со словами-приговорами. И хочется закричать, упасть на колени, обещая отдать всё, что угодно в обмен на то, чтобы это больше никогда не повторилось. Это было твоим личным десятым кругом ада в наказание за несовершённые грехи. И снова расплачиваться за них ты была не готова. Вы стояли на улице, укрывшись от садящегося солнца в тени дома, которую тот ронял на добрую половину участка. Ты топтала носком газон, беззастенчиво сжимая между пальцев чадящую сигарету. Чего было стесняться, если Хьеон сама попросила у тебя одну, как только поняла, о чём зайдёт разговор? - Что говорят врачи? - и головой мотаешь в сторону Хвары, которая сейчас с искренним лучистым весельем рассматривает лицо Юнги, поддразнивая того. Парень бессильно и наигранно злится, обещает покусать девчонку или запереть в своём Норт-Даме, как Квазимодо, а Хвара заливается смехом. - Прогноз неутешительный, - бесцветным голосом отвечает Хьеон. Она совсем усталая, измождённая едва ли не сильнее дочери, больше походит на тень человека, чем на него самого. - Нужна полная пересадка спинного мозга, а на это нужно 250 миллионов вон, если без квот. У нас нет таких денег, о кредите и речи быть не может - такие суммы не выдают. Ты хмуришься, сцепляя холодные пальцы на собственном плече. Калькулятор в голове сразу же начинает судорожно считать цифры, идеи возникают одна за другой, но все как одна не подходящие. Идиотские. Абсолютно бесполезные. - Продать дом? - изгибаешь ты бровь, сухо вопрошая. - Уже стоит на продаже, но клиенты не появились даже после того, как я безбожно снизила стоимость. И даже, если дом когда-нибудь решат купить, этой суммы не хватит на операцию и реабилитацию Хвары. Ты поджимаешь губы. Закуривая очередную сигарету (ты не помнила, какая это по счёту), вдруг вырываешь ту изо рта, а следом с губ срывается небольшое облачко едкого дыма. От него же жжёт лёгкие и дерёт горло. - Я постараюсь помочь, чем смогу. Как минимум, квота у вас будет - у меня есть знакомые, которые могут помочь её оформить. О сумме ничего точного сказать не могу, равно как и о сроках, - цинично проговариваешь ты, а внутри, кажется, что-то умирает. Ты так мечтала в своё время услышать нечто подобное, что сейчас, произнося эти заветные слова, горишь от необъяснимой зависти. Почему кто-то будет жить, потому что ему повезло, а кто-то нет, просто из-за того, что фортуна не улыбнулась в своё время? От злости ты скрипнула зубами, но постаралась взять себя в руки, саму себя уговаривая о том, что ни Хьеон, ни её дочь здесь ни при чём. И вина в событиях минувших лет лишь твоя. Надо было думать, прежде... - Я даже не знаю, как тебя отблагодарить, Т.И., - задохнулась женщина. - Ещё ничего не сделано, - сухо оборвала ты её. - Рано что-либо загадывать. Когда станет что-либо известно, я сообщу и, Хьеон, не стесняйтесь просить меня посидеть с Хварой. Мне это только в радость - детей я люблю, да и как помощь оказать в случае чего знаю. В любом случае я буду появляться здесь дважды в день ещё как минимум неделю, так что можете на меня рассчитывать, тем более скоро у меня заканчивается практика и ждут каникулы. Вы можете мне довериться. Хьеон терялась, то смущаясь и тушуясь, словно подросток, то снова возвращая себе выражение лица взрослой женщины. С одной стороны, она прекрасно понимала, что отказываться от любой помощи будет глупо, а с другой не хотела садиться на шею, выказывая слабость и показывая в каком действительно бедственном положении сейчас находится её семья. Женщину ждала бессонная ночь, полная раздумий, и даже посоветоваться ей было не с кем - сын явно ещё мозгами не дорос до подобного, всячески отвергая любую поддержку и настаивая на том, что со всем они смогут справиться своими силами, родители давно умерли, ни друзей, ни кого-либо из ухажёров у Хьеон не было. У неё попросту не было времени на такие обычные для людей радости, как чьё-то общество. Несколько знакомых на одной работе и приставучий сотрудник на второй - вот и весь круг людей, с которыми нынешняя глава этой небольшой семьи общалась. Для галочки, не более, чтобы не сойти с ума от одиночества и свалившегося на хрупкие плечи груза ответственности. Ты же перекинулась с Хьеон ещё парой фраз и направилась обратно в дом, где собиралась быстро обработать швы Юнги, внимательно изучив те на предмет воспалений, а затем спешно удалиться - следовало привести себя в порядок перед предстоящим боем. Но у Юнги, кажется, были совершенно иные планы на этот счёт. Когда ты поднялась в его комнату, парень уже поджидал тебя у окна, дымя сигаретой. Сразу же в голове промелькнула мысль о том, что Хваре явно вредно дышать сигаретным дымом, но озвучить её ты не решилась. Следовало сперва выслушать то, что заготовил тебе Юнги. - Что ты вертишь? - в лоб спросил он, и это была словно атака, удар в живот, резкий и неожиданный. - Поясни, - ты скрестила руки на груди. - Ты явно что-то запланировала. Не просто же так ты нам помогаешь, с матерью вот советуешься, явно что-то насчёт Хвары собираешься делать. - Да, я собираюсь не дать ей умереть, - кивнула ты надменно. Ты потянулась к оставленной на полу сумке, выцепила оттуда упаковку стерильных перчаток, ватных шариков и бутылёк зелёнки, но, стоило тебе зажать это всё в руках, как Юнги тут же пинком откинул сумку в другой конец комнаты. Очевидно, он собирался сделать это до того, как ты успеешь всё достать, но не рассчитал время. - Схуя ли тебе помогать совершенно незнакомому ребёнку? Говори, блять, хватит меня тут за нос водить. - Могу поводить за хуй или на поводке, смотря, как тебе больше нравится. Да, я делаю это не просто так, но к тебе это не имеет никакого отношения, равно как и ко всей твоей семье. Скажем так, это компенсация того, что не смогла сделать. - Конкретнее, - процедил сквозь зубы парень, наседая сверху тяжёлой тенью. - Это личное, - отвела ты взгляд. В ту же секунду Юнги рывком опустился на корточки и, сцепив крепкие пальцы на твоём горле до боли, одним движением уронил тебя на спину. От удара затылком о твёрдый пол, в голове поселился неприятный гул, это дезориентировало тебя на несколько мгновений и не дало нанести удар тогда, когда это было нужно. Сейчас уже было поздно - парень свободной рукой и одной из ног пригвоздил твои запястья к полу, не давая двинуться. Ты пару раз дёрнулась на пробу, но крепкая хватка не исчезла, а только сильней надавила, вынуждая тебя зашипеть от боли. Изуродованное лицо Юнги возникло буквально в нескольких сантиметрах от твоего, так близко, что ты могла разглядеть тёмный узор на радужке и самые маленькие царапины на припухшей скуле. - Нет, блять, у тебя ничего личного. Либо ты говоришь, либо я ломаю тебе нос. - И твоя сестрёнка отправится в могилу без лечения, потому что я забью огромный болт на помощь твоей семье, - склабишься ты, обнажая зубы. - Не посмеешь, - однако, несмотря на решительный тон Юнги, ты видела, как он внутренне начал колебаться. - Поспорим? - ты нагло изогнула бровь, а затем воспользовалась просчётом парня - он не зафиксировал твои бёдра на полу, да к тому же находился достаточно близко к твоему лицу, чтобы ты сумела сделать захват ногами и скинуть Юнги с себя. Что ты и сделала, резво вскакивая на ноги, почувствовав свободу. Невольно ты растёрла затёкшие запястья, про себя уже в который раз отмечая крепкость хватки Юнги. - Бросать мне вызов совершенно не стоит - это не в твоих интересах, - неопределённым тоном пояснила ты, всё ещё не рискуя расслабляться в присутствии Юнги. Мало ли что ещё может выкинуть этот ушибленный на голову. - Я тебе не доверяю, - честно признался парень, на что ты только хмыкнула. - И правильно делаешь - людям вообще доверять не следует. Хуйня они. Все до единого. Но я и не прошу мне доверять, ты мой соперник, как-никак. Однако, в сложившейся ситуации у тебя просто нет другого выхода, так что закрывай варежку и терпи, стиснув зубки. Тебе я напизжу, а ты и не заметишь, но вот детям врать привычки не имею и обзаводиться ей не планирую. Ты наконец выдыхаешь и принимаешься собирать разбросанные по полу вещи. Вспоминается, как, присаживаясь перед маленьким содрогающимся в рыданиях тельцем, ты утирала с её лица рвоту и прижимала малышку к себе. Та задыхалась от слёз и бессилия, рассказывая тебе, как же она устала от этого всего и мечтает лишь о том, чтобы веселиться, как все дети, а не мучиться от болезни, причину которой не может понять, сидя в четырёх стенах. И ты, утыкаясь носом в её жиденькие волосы, прошептала, что когда-нибудь ей обязательно станет легче, и вы вместе сыграете в догонялки на площадке или сходите в парк аттракционов. И больше не будет всех этих капельниц, таблеток, уколов и мучений. Будет только беззаботное детство. - Я пообещала Хваре, что она поправится, и я сделаю всё, что возможно, для того, чтобы сдержать своё слово.